Библиотека


Издание 1968 г.
Сканирование и оцифровка: Alex55 (sov_ok@mail.ru)

Номер страницы расположен внизу страницы, разделитель между страницами - горизонтальная черта.

Результирующий текст проверен, однако возможны ошибки распознавания слов, пунктуации, расстановки курсива, разрядки, жирного шрифта оригинала в электронной версии.

Некоммерческое распространение материала без искажений не возбраняется.


Марксистско-ленинская философия

Диалектический материализм

Издательство «Мысль»

Москва • 1968


1 М
М 27

Настоящая книга представляет собой первую часть учебного пособия по марксистско-ленинской философии, подготовленного кафедрой марксистско-ленинской философии Высшей партийной школы при ЦК КПСС. Издание предназначено для слушателей высших партийных школ и высшего звена системы партийной учебы.

Авторский коллектив: А. В. Востриков, Е. Н. Чесноков — гл. I и III; С. Т. Мелюхин — гл. II; Ф. И. Захаров - гл. IV; К. В. Мороз — гл. V, VI, VII; Л. В. Славнова и Ю. В. Леплинский — гл. VIII; А. Г. Спиркин — гл. IX; Т. И. Ойзерман — гл. X.

Редакционная коллегия:
А. Д. Макаров, С. И. Попов, Е. Н. Чесноков

1-5-2
14-БЗ-25-68

Оглавление


ГЛАВА I

ПРЕДМЕТ МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Марксизм-ленинизм представляет собой цельную и стройную систему философских, экономических и социально-политических взглядов. Философия марксизма-ленинизма — это диалектический и исторический материализм.

Великая жизненная сила марксистско-ленинской философии состоит в том, что она неразрывно связана с коренными интересами рабочего класса, представляет собой их научное выражение, является идейным оружием пролетариата в борьбе за коммунизм. Диалектический и исторический материализм основывается на данных науки и практики, вскрывает наиболее общие закономерности развития мира и тем самым вооружает людей правильным методом познания и революционного преобразования действительности.

Главное назначение диалектического и исторического материализма в современную эпоху состоит в том, чтобы активно содействовать строительству коммунизма. Марксистско-ленинской философии принадлежит огромная роль в формировании у людей научного материалистического мировоззрения, в воспитании у них коммунистического сознания, таких моральных качеств, которые должны быть присущи человеку коммунистического общества.

Как наука диалектический и исторический материализм имеет свой самостоятельный предмет исследования, отличный от предмета других наук. Определить предмет философии марксизма-ленинизма — значит выяснить специфику этой науки и ее место в общей системе научного знания.

1*

3


1. СПЕЦИФИКА ПРЕДМЕТА МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Диалектический материализм, как и все другие науки, отражает в своих положениях, законах и выводах объективный мир и закономерности его развития. Материальный мир представляет собой весьма сложные переплетения многообразных связей и отношений между многочисленными и качественно различными объектами, вещами, явлениями и процессами. Каждая отрасль науки и каждая наука в отдельности исследуют объективный мир с какой-либо определенной стороны, в каких-то определенных связях и отношениях. Другими словами, любая наука имеет свой специфический предмет исследования. Физика, например, изучает общие свойства и законы движения вещества и поля. Биологические науки исследуют жизнь и ее закономерности.

Особую отрасль знания составляют общественные науки, каждая из которых исследует определенные общественные отношения и соответствующие законы развития общества. Например, политическая экономия имеет своим предметом исследования экономические законы развития общества, производственные отношения людей.

Если взять область психических явлений, то и здесь мы имеем разные по своему характеру явления, отношения и связи между ними. Соответственно этому определяется специфика различных наук о психике. Психология изучает все психические процессы, формальная логика — законы правильного мышления.

Марксистско-ленинская философия в отличие от других специальных и частных наук исследует не отдельные стороны действительности или формы движения материи, а наиболее общие законы развития всего существующего. Поскольку все существующее может быть отнесено к материальному или идеальному, объективному или субъективному, вопрос об отношении духовного к материальному, сознания к бытию является основным вопросом всякой философии или ее исходным теоретическим пунктом.

Определить действительное соотношение материи и сознания, научно доказать, что/мир по природе своей материален и существует объективно, независимо от сознания, что материя является первичной, определяющей по отно-

4


шению к сознанию, — такова одна из основных задач марксистско-ленинской философии. Вместе с тем философия марксизма-ленинизма выясняет и другую сторону этой проблемы — способность человеческого сознания познавать материальный мир, быть более или менее верным его отражением.

Ф. Энгельс в работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» указывает, что вопрос об отношении мышления к бытию, духа к природе является основным, высшим, великим вопросом философии. В зависимости от того, как отвечают философы на этот вопрос, они разделяются на два больших лагеря — материалистов и идеалистов. Философы, которые признают первичным материю, бытие, а вторичным — сознание, мышление, образуют лагерь материализма. Философы, считающие сознание, мышление, дух первичным, а материю, природу, объективный мир вторичным, образуют лагерь идеализма.

Для идеалистов сознание, дух независимы от материи и существовали до природы. В конечном итоге они так или иначе признают сотворение мира. Поэтому из идеалистического решения основного вопроса философии с неизбежностью вытекает ложное понимание и предмета этой науки.

Материалистическое решение основного вопроса философии предопределяет и материалистическое понимание предмета философии. Последовательно научный ответ на основной вопрос философии дает лишь диалектический материализм.

Марксистско-ленинская философия, как будет показано в последующих главах, дает подлинно научное понимание материи и сознания, всесторонне раскрывает соотношение между ними, доказывая не только зависимость сознания от материи, но и обратное воздействие сознания на бытие через общественную практику людей. При этом в материалистическое понимание соотношения материи и сознания марксистско-ленинская философия включает и материалистическое решение вопроса о соотношении общественного бытия и общественного сознания.

Задача диалектического материализма как особой самостоятельной науки заключается также и в том, чтобы исходя из материалистического решения основного вопроса философии раскрыть законы развития, общие бытию и мышлению, показать, что законы мышления представ-

5


ляют собой отражение законов материального мира — природы и общества. Поэтому предмет исследования марксистско-ленинской философии составляют наиболее общие законы развития природы, человеческого общества и мышления. Что же касается частных, специфических законов и закономерностей развития объективного мира, таких, как механические, физические, химические, биологические и социальные законы и закономерности, то их изучают специальные науки.

Наиболее общие законы, которые исследует диалектический материализм, и специфические законы, изучаемые различными частными науками, не исключают друг друга, а существуют и действуют одновременно в одних и тех же процессах или явлениях объективного мира. Любой отдельный процесс природы или общества представляет собой неразрывное диалектическое сочетание специфической закономерной связи, присущей только этому процессу, и вместе с тем закономерности всеобщей, свойственной не только данному процессу, но и всем другим процессам объективного мира. Но всеобщие законы и законы специфические выражают различные по своему характеру связи и отношения между явлениями материального мира, поэтому они качественно различны и не могут быть сведены друг к другу или подменены друг другом. Общие законы имеют самостоятельное значение, хотя они и проявляют свое действие через специфические законы. В то же время специфические законы — это не просто лишь проявления наиболее общих законов. В противном случае специфические законы потеряли бы свое самостоятельное значение в качестве объектов изучения частных наук.

Ошибочное толкование действительного соотношения между всеобщими и специфическими законами может породить неправильное понимание взаимоотношения между диалектическим материализмом и другими науками, абсолютизирующее роль философии и сводящее роль частных наук лишь к выяснению специфических форм проявления общих законов диалектики. Оно может привести к недооценке мировоззренческого и методологического значения законов диалектики для всех других наук.

Диалектический материализм отвергает утверждение современных позитивистов о том, будто в самой действительности не существует всеобщих законов, будто они

6


представляют собой не что иное, как только законы мышления. Из подобных утверждений современные противники марксизма пытаются сделать вывод, что предметом философии являются не объективные законы материального мира, а только законы мышления.

Некоторые философы, извращая на позитивистский лад предмет диалектического материализма, ссылаются при этом на Энгельса и пытаются доказать, будто он ограничивал предмет философии областью мышления. В качестве довода они приводят слова из книги «Анти-Дюринг», где Энгельс писал, что «из всей прежней философии самостоятельное существование сохраняет еще учение о мышлении и его законах — формальная логика и диалектика» 1. В действительности из этих слов Энгельса вовсе не вытекает, что предмет, диалектического материализма надо ограничивать пределами мышления и его законов. На самом деле Энгельс имел здесь в виду старую философию, которая, претендуя на роль «науки наук», оказалась неспособной открыть связи и всеобщие законы , развития природы и общества и поэтому с развитием специальных наук утратила свою силу. Именно в этом смысле он и говорил, что от старой философии остается только учение о мышлении и его законах.

У Энгельса нет и тени сомнения в том, что диалектический материализм должен изучать не только законы мышления, но и прежде всего наиболее общие законы материального мира, отражением которых являются законы мышления. Диалектика, говорил он, есть «наука о всеобщих законах движения и развития природы, человеческого общества и мышления» а. Из этого определения также видно, что предмет марксистско-ленинской философии существенно отличается от всеобъемлющего предмета прежней философии, которая подчас пыталась включить в себя все специфические законы, составляющие предмет отдельных наук о природе и обществе.

Диалектический материализм исходит из того, что все законы, в том числе и всеобщие диалектические законы, являются объективными. Он рассматривает законы мышления как отражение законов материального мира. В этом заключается принципиальное отличие диалектического


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр 25 1ам же, стр. 145.

7


материализма от субъективно-идеалистической философии кантианцев, считавших, что законы вносятся в природу человеком, и Гегеля, который признавал объективными лишь законы мышления, навязывая их природе и истории.

Марксистско-ленинская философия как мировоззренческая наука. Предмет марксистско-ленинской философии как науки о наиболее общих законах движения и развития объективного мира и мышления носит более всеобъемлющий характер, чем предмет любой из специальных наук. Марксистско-ленинская философия обобщает данные всех "наук и тем самым охватывает мир единой системой понятий, принципов, законов и категорий. Главная особенность марксистско-ленинской философии состоит в том, что она представляет собой научную систему взглядов на мир в целом, т. е. является цельным мировоззрением.

Понятие «мировоззрение» выражает многообразные отношения человека к миру. Оно предполагает определенный ответ на основной вопрос философии, признание той или иной концепции развития природы и общества, понимание сущности человека и его места в мире, определение общественного и личного идеалов, ответ на вопрос о характере различных процессов и явлений объективного мира. Мировоззрение включает в себя наряду с философскими взглядами людей их специфические политические, правовые, нравственные, эстетические, религиозные убеждения и взгляды.

Марксизм-ленинизм представляет собой строго научное мировоззрение. Основоположники марксизма, создавая новое, научное, коммунистическое мировоззрение, критически переработали все то, что было создано человеческой мыслью. В своей речи на III Всероссийском съезде комсомола, говоря о задачах союзов молодежи, В. И. Ленин указывал на настоятельную необходимость выработать научное, а именно коммунистическое мировоззрение, которое опирается на прочный фундамент человеческих знаний, на новейшие данные науки и революционной практики. В. И. Ленин подчеркивал при этом, что «коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество» 1.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 305.

8


Проблема выработки у всех советских людей научного, коммунистического мировоззрения особую актуальность приобретает в наше время. «В условиях социализма и строительства коммунистического общества, - сказано в Программе КПСС, - когда стихийное экономическое развитие уступило место сознательной организации производства и всей общественной жизни, когда теория повседневно претворяется в практику, первостепенное значение приобретает формирование научного мировоззрения у всех тружеников советского общества на основе марксизма-ленинизма, как цельной и стройной системы философских, экономических и социально-политических взглядов» 1.

В этой цельной и стройной системе взглядов особая роль принадлежит диалектическому и историческому материализму, который выступает как философская общетеоретическая основа марксизма-ленинизма и всего современного научного знания. Поэтому понятие научного мировоззрения может быть в известной степени отождествлено с понятием философского, диалектико-материалистического мировоззрения. Это тождество выражается в том, что именно диалектический и исторический материализм дает последовательно научный ответ на основной вопрос философии, обосновывает современную концепцию развития природы и общества, определяет место и роль человека в материальном мире, вскрывает объективные причины и тенденции общественного прогресса, без чего не может быть и речи ни о каком современном научном мировоззрении. Ни одна наука, кроме философии не может также выработать таких предельно широких мировоззренческих понятий, как понятия материи, сознания, движения, пространства, времени, причинности, закономерности и т. п., хотя специальные науки и оперируют этими понятиями. И наконец, только диалектико-материалистическая философия может дать обобщенный итог и оценку успехов человеческого познания и тем самым определить дальнейшие пути развития научного знания, что является одной из главных задач научного мировоззрения.

Марксистско-ленинская философия как научная методология. Важнейшей особенностью диалектического


1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза» (принята XXII съездом КПСС). М., 1961, стр. 117—118.

9


и исторического материализма является то, что он представляет собой науку о методе познания и всеобщую методологию научного знания. Марксистско-ленинская методология включает в себя систему теоретических положений материализма и диалектики, принципов, законов и категорий диалектического и исторического материализма. Марксистская философия — это универсальная методология, поскольку она изучает наиболее общие законы развития природы, общества и мышления.

Исторически методология складывалась как философское осмысливание научного знания в целом и его отдельных областей под углом зрения использования различных приемов, средств и методов познания. В истории науки каждому крупному этапу в развитии знания соответствовала своя философская методология. Однако философской методологии в целом до Маркса были присущи две крайности. Одни философы превращали философский метод в абсолют и игнорировали методы исследования специальных наук. Другие, наоборот, пренебрегали философской методологией, подменяли ее суммой методов частных наук.

Диалектико-материалистическая философия преодолела исторически неизбежную ограниченность прежней , методологии. Диалектический и исторический материализм выступает как последовательно научная методология не только познания, но и преобразования действительности. При этом он не подменяет методов частных наук, каждая из которых имеет свой специфический предмет исследования. Однако, поскольку марксистско-ленинская философия изучает наиболее общие законы развития природы, общества и мышления, она уже в силу этого играет роль всеобщей методологии для ученых, которые разрабатывают теоретические и методологические основы своих частных наук, исходя — сознательно или стихийно — из принципов диалектического и исторического материализма. Методологическое значение марксистско-ленинской философии особенно возросло в современных условиях, в эпоху ускорения темпов общественного развития и бурных революционных процессов перехода от капитализма к социализму, в эпоху невиданного прогресса естественных и общественных наук.

Теоретические и методологические основы конкретных наук разрабатываются не только философией марксизма-

10


ленинизма, но и самими этими науками. При этом в условиях всестороннего развития научного знания отдельные науки могут выступать как науки методологические по отношению к более узким разделам данной области знания. Например, общая биология снабжает методологией исследования ботанику, зоологию и др., политическая экономия — отраслевые экономики и т. д. Процессы дифференциации и интеграции в современном научном знании приводят к тому, что методы той или иной частной науки нередко используются в различных областях исследования и становятся методами познания других специальных наук или даже их целого комплекса.

Однако все это не умаляет значения для научного познания в целом и для каждой отдельной науки философского диалектико-материалистического метода, марксистско-ленинской философии как всеобщей методологической науки. Еще Ф. Энгельс писал, что «именно диалектика является для современного естествознания наиболее важной формой мышления, ибо только она представляет аналог и тем самым метод объяснения для происходящих в природе процессов развития, для всеобщих связей природы, для переходов от одной области исследования к другой» К В современных условиях бурного развития науки повышаются роль и место методологических вопросов и в самой марксистско-ленинской философии.

Таким образом, диалектико-материалистическая философия есть наука об отношении сознания к материи, наука о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления, научное философское мировоззрение, метод познания и революционного преобразования действительности.

2. ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ И ИСТОРИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ КАК НАУЧНАЯ СИСТЕМА

Как и всякая другая наука, марксистско-ленинская философия имеет свою собственную структуру. Она выступает как система научных понятий, категорий, принципов и законов, правильно отображающих объективный мир


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 367.

11


и наиболее общие законы его развития. В отличие от систем понятий, принципов и законов частных наук марксистская философия представляет собой систему наиболее общих, предельно широких научных понятий, принципов и законов.

Единство материализма и диалектики в марксистской философии. Философия марксизма есть диалектический материализм. Она является материалистической потому, что при решении основного вопроса философии признает первичность материи, природы, общественного бытия и вторичность сознания, духа, идей, теорий, взглядов, исходит из признания материальности мира, рассматривает природу и общество такими, каковы они есть сами по себе. Она правильно объясняет мир и его закономерности, используя при этом достижения всех наук и человеческой практики.

Философия марксизма-ленинизма является диалектической потому, что она рассматривает материальный мир и его отражение в нашем сознании как процесс скачкообразного развития, изменения на основе единства и борьбы противоположностей, борьбы нового, нарождающегося, со старым, отжившим свой век, на основе присущих самому объективному миру внутренних диалектических , закономерностей.

В домарксистской философии нового времени материализм и диалектика не были связаны и даже нередко противопоставлялись друг другу, ибо материализм был метафизическим, а диалектика — идеалистической. Такой разрыв, хотя он и имел свое историческое оправдание, был противоестественным. В марксистской философии материализм и диалектика органически слиты, взаимно дополняют друг друга. Материалистическая теория истолкования природы, общества и мышления и диалектическая теория развития, диалектический метод познания составляют единое целое — диалектический материализм.

Объективной основой единства материализма и диалектики служит неразрывность материи и форм ее существования, материи и законов ее развития. В мире нет материи, материальных вещей, явлений, процессов и их взаимосвязей, которые не представляли бы собой одновременно объективной реальности и ее развития, изменения на основе присущих ей внутренних закономерно-

12


стей. Поэтому как законы развития материи неотделимы от самой материи, так и диалектика в марксистской философии неотделима от материализма.

Поскольку материализм и диалектика в марксистской философии органически связаны и взаимно дополняют друг друга, постольку все коренные вопросы диалектического материализма должны рассматриваться одновременно под углом зрения материализма и диалектики. Это, разумеется, не исключает того, чтобы в каждом отдельном случае в зависимости от характера разбираемого вопроса делать акцент или на материализм, или на диалектику. Специфика в рассмотрении вопросов вытекает из различия между материализмом и диалектикой, которое они имеют в рамках диалектического материализма. Материализм и диалектика в марксистской философии не существуют друг без друга, но они не тождественны, так же как не тождественны материя и движение, отражением которых они являются.

Диалектический материализм как единство диалектики, логики и теории познания. Диалектический материализм как философская система включает в себя не Только диалектику, но и диалектическую логику и теорию познания. Чтобы определить, в каком соотношении находятся диалектика, логика и теория познания, выявить их совпадение и различие, необходимо прежде всего выяснить, имеет ли каждая из них свой самостоятельный предмет. Только сделав это, можно более отчетливо установить, являются ли они отдельными и вполне самостоятельными науками или же представляют собой лишь различные стороны одной и той же науки — диалектического материализма.

Материалистическая диалектика, как уже было сказано, изучает наиболее общие законы развития материального мира и мышления. Диалектическая логика исследует законы и формы мышления, а теория познания — законы познания. В соответствии с этим диалектическую логику называют наукой о законах мышления, а теорию познания определяют как науку о законах познания. На первый взгляд кажется, что диалектика, диалектическая логика и теория познания являются вполне самостоятельными науками, потому что каждая из них имеет свой предмет изучения. Но стоит лишь внимательно посмотреть, какова же природа законов диалектики, законов мышления

13


и законов познания, и сразу станет ясной несостоятельность такого заключения.

Рассматривая законы мышления и законы познания на основе положения диалектического материализма о единстве бытия и мышления, о единстве законов материального мира и законов человеческого мышления, мы убеждаемся, что законы мышления, а равно и законы познания являются лишь отражением законов объективного мира. Это означает, что «наше субъективное мышление и объективный мир подчинены одним и тем же законам и что поэтому они и не могут противоречить друг другу в своих результатах, а должны согласоваться между собой» 1. Эти общие для процессов природы, общества и мышления законы составляют предмет материалистической диалектики как науки. Что же в таком случае остается на долю диалектической логики и теории познания и могут ли они быть самостоятельными науками, отличными от диалектики? Ясно, что ни диалектическая логика, ни теория познания не имеют своего отдельного, изолированного предмета исследования, отличного от предмета диалектики.

Диалектика, логика и теория познания являются отражением одних и тех же общих законов развития материального мира и мышления и поэтому должны выводиться из развития материального мира и его познания. В этой связи В. И. Ленин в своих «Философских тетрадях» говорил, что теория познания и диалектика должны складываться из истории всех отраслей знания, из истории познания вообще. Определяя предмет диалектической логики, он писал: «Логика есть учение не о внешних формах мышления, а о законах развития «всех материальных, природных и духовных вещей», т. е. развития всего конкретного содержания мира и познания его, т. е. итог, сумма, вывод истории познания мира» 2. В таком понимании логика совпадает с теорией познания и с диалектикой.

Имея в виду совпадение теорий познания с диалектикой, Ленин говорил, что «диалектика и есть теория познания... марксизма...» 3. Это определение диалектики


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 581.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 84.

3 Там же, стр. 321.

14


направлено как против метафизического материализма, который не сумел применить диалектику к процессу познания, к теории познания, так и против отрыва теории познания от диалектики. Диалектический материализм исходит из научного анализа объективного процесса развития человеческого познания, который показывает, что всему познанию свойственна диалектика. Познание есть весьма сложный, диалектически противоречивый процесс отражения материального мира, его законов в мышлении. Этот процесс протекает на основе общих диалектических закономерностей. Законы диалектики есть вместе с тем и законы познания. Отсюда вполне естественно, что теория познания марксизма не может не быть диалектической, она должна рассматривать познание исторически, в развитии, показывая, как совершается переход от одной ступени познания к другой, более высокой. Диалектика должна быть применена к самому процессу познания, к теории познания, поэтому Ленин и называл диалектику теорией познания.

Не только теория познания, но и логика невозможна без диалектики. Как наука о мышлении, в котором отражается диалектика объективного мира, логика по необходимости должна рассматривать мышление и его формы — понятия, категории — диалектически, т. е. она должна быть диалектической логикой, и в этом смысле совпадать с диалектикой. Вместе с тем диалектическая логика, поскольку она изучает диалектику понятий как отражение диалектики объективного мира, соответствие понятий действительности, совпадает с теорией познания, потому что этим же самым занимается и теория познания. В этой связи Ленин указывал, что логика и есть теория познания.

Таким образом, диалектика, логика и теория познания имеют общий для них источник, единый предмет: все они являются отражением общих диалектических законов, которым в равной мере подчиняются материальный мир, мышление и познание. Отсюда следует, что диалектика, логика и теория познания совпадают по своему содержанию благодаря общности законов развития мышления и законов развития объективного мира, которые ими отображаются в виде научных понятий, категорий и принципов. Они составляют стороны единой философской науки — диалектического материализма.

15


Но если диалектика, логика и теория познания совпадают, то не вытекает ли из этого возможность сведения диалектического материализма только к учению о мышлении — логике или только к учению о познании — теории познания? На этот вопрос следует ответить отрицательно, ибо для такого сведения нет никаких оснований. Совпадение диалектики, логики и теории познания в том смысле, о. котором говорилось, не исключает специфики каждой из этих сторон в структуре диалектического материализма.

Определение марксистской диалектики как логики и теории познания не исчерпывает всего содержания понятия материалистической диалектики, ибо она является не только учением о законах мышления и познания, но и учением о всеобщих законах развития объективного мира — природы и общества. Материалистическая диалектика в таком смысле охватывает как диалектику мышления (субъективную диалектику), так и диалектику внешнего мира (объективную диалектику), причем в таком соотношении, в каком диалектика объективного мира создает диалектику мышления. Из этого следует, что совпадение логики и теории познания с диалектикой на ч основе общности законов мышления и законов объективного мира нельзя понимать в смысле абсолютного тождества, т. е. так, будто логика и теория познания исчерпывают всю диалектику.

Диалектика, логика и теория познания не только совпадают, но и имеют между собой различие. На чем же основано это различие и в чем оно состоит? Законы мышления и законы развития объективного мира, как было указано, тождественны по своему содержанию, но в то же время они различны по форме своего проявления. Это, говорил Энгельс, «два ряда законов, которые по сути дела тождественны, а по своему выражению различны лишь постольку, поскольку человеческая, голова может применять их сознательно, между тем как в природе, - а до сих пор большей частью и в человеческой истории — они прокладывают себе путь бессознательно, в форме внешней необходимости, среди бесконечного ряда кажущихся случайностей» 1.

Общность законов мышления и законов бытия и в то же время специфика форм их выражения служат основа-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 302.

16


пием совпадения и вместе с тем различия диалектики, логики и теории познания. Если их совпадение основано на общности законов мышления и бытия, то различие менаду ними основывается на специфике форм проявления этих общих законов в материальном мире, мышлении и познании. Материалистическая диалектика раскрывает и изучает общие законы развития как объективного мира, так и мышления и познания. Но эта же диалектика, изучая те же общие законы в их специфическом выражении в сфере мышления, выступает уже как учение о мышлении и его законах, как диалектическая логика. Диалектика вещей здесь проявляется в диалектике понятий, в их переходах друг в друга. Точно так же диалектика как наука о наиболее общих законах развития, сознательно примененная к области познания, выступает как учение о процессе познания и его законах, как теория познания.

Итак, диалектический материализм представляет собой стройную научную философскую систему, в которой диалектика, логика и теория познания даны в органическом единстве на основе единства бытия и мышления, законов их развития. Как наука о наиболее общих законах бытия и мышления диалектический материализм окончательно устраняет всякий разрыв между бытием и мышлением, логикой и теорией познания, имевший место в прошлой философии, дает цельное научное философское мировоззрение, научный метод познания и преобразования мира.

Исторический материализм как распространение материализма на понимание общества. Философская система марксизма-ленинизма включает в себя исторический материализм как свою важнейшую составную часть, или сторону. Исторический материализм исходит из тех же основных положений и принципов, решает те же основные вопросы и задачи, что и диалектический материализм, но только в применении к обществу, с учетом специфики общественного развития.

Материалисты до Маркса не сумели довести материализм до конца, применить его к человеческому обществу, оставались в области истории идеалистами. К. Маркс и Ф. Энгельс распространили философский материализм на общество и создали исторический материализм как учение об обществе в целом, о наиболее общих законах

17


его развития. Это явилось, по словам В. И. Ленина, величайшим завоеванием научной мысли. Применение материализма к исследованию общественных явлений дало возможность материалистически, с подлинно научных позиций объяснить эти явления, раскрыть наиболее общие объективные законы их развития и изменения. Благодаря этому исторический материализм стал научной теорией общественного развития и в то же время научным методом познания для всех наук об обществе.

Диалектический и исторический материализм составляют единую философскую систему. Между ними нет абсолютной грани, они взаимно обусловливают и дополняют друг друга. Имея в виду общность принципов диалектического и исторического материализма, В. И. Ленин писал: «Материализм вообще признает объективно реальное бытие (материю), независимое от сознания, от ощущения, от опыта и т. д. человечества. Материализм исторический признает общественное бытие независимым от общественного сознания человечества. Сознание и там и тут есть только отражение бытия, в лучшем случае приблизительно верное (адекватное, идеально точное) его отражение» 1.

Положение В. И. Ленина о том, что исторический материализм есть распространение материализма на изучение человеческого общества, не означает, будто сначала был создан диалектический материализм, а уже потом, в результате его применения к обществу, возник исторический материализм. Это положение указывает лишь на логическую последовательность применения общих принципов марксистской философии к изучению природы и общества. Что же касается возникновения исторического материализма, то он формировался не после, а одновременно и в неразрывной связи с диалектическим материализмом как цельным научным философским мировоззрением.

В пределах единой марксистской философской системы исторический материализм имеет свою специфику, а следовательно, и свой предмет исследования. Он изучает соотношение материи и сознания и наиболее общие законы развития в их специфическом проявлении, как соотношение общественного бытия и общественного сознания,


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 346.

18


как наиболее общие законы развития человеческого общества. В этом смысле исторический материализм является философской наукой, но не отдельной, а частью одной общей марксистской философской науки.

В связи с тем что в современных условиях происходит бурный процесс дифференциации научного знания, который охватывает и философскую науку, некоторые авторы утверждают, будто исторический материализм как марксистская социология превратился или превращается в самостоятельную, специальную науку. Действительно, структура диалектико-материалистической философии меняется. От нее уже отпочковались (отдифференцировались) такие науки, как эстетика, этика, научный атеизм. Можно с уверенностью сказать, что этот процесс будет происходить и в дальнейшем.

Тем не менее нельзя согласиться с утверждениями об отпочковании от марксистско-ленинской философии исторического материализма и о превращении его в специальную, частную науку. Дело в том, что без исторического материализма не может быть и диалектического материализма. Диалектический и исторический материализм представляют собой единую, цельную, стройную научную философскую систему. Исторический материализм есть по существу диалектический материализм, только примененный к обществу. Без исторического материализма как части марксистско-ленинской философии не может быть обеспечено последовательно научное решение и вопросов диалектического материализма.

3. ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ И ДРУГИЕ НАУКИ

Диалектический материализм в отличие от прежней философии дал четкое определение предмета своего исследования и тем самым установил действительные границы между философией и другими науками, а следовательно, и новые взаимоотношения между ними. Он не стоит над другими науками и не подменяет их, а имеет свой самостоятельный предмет исследования. В то же время диалектический материализм постоянно обогащается данными естественных и общественных наук, развиваясь на основе обобщения этих данных и общественной практики людей.

I*

19


Диалектический материализм и другие науки взаимно связаны и дополняют друг друга, а это стимулирует их. развитие.

Подлинно научное познание мира, говорил Ф. Энгельс, может быть достигнуто лишь трудным путем развития как философии, так и частных наук, но отнюдь не путем их взаимоисключения или какой-либо односторонней подмены. Никакое развитие частных наук не может перекрыть и тем более исчерпать философский аспект теоретико-познавательных проблем научного знания. Равным образом философия в своем развитии не в состоянии решить даже свои собственные проблемы, если философы будут исходить из умозрений, не опирающихся на прочный фундамент конкретного научного знания и практики. Никакая философия, в том числе и последовательно научная, диалектико-материалистическая, не может дать правильных ответов на специфические вопросы конкретных частных наук. Поэтому речь может идти не о том, чтобы подменить проблемы и методы исследования частных наук философскими проблемами и методами, а прежде всего о том, чтобы вооружить ученых всеобщим марксистским диалектическим методом исследования. Сознательное овладение диалектическим материализмом обеспечивает ученым наибольший успех в специальных областях научного исследования.

Диалектический материализм есть научный метод познания для всех наук о природе и обществе. Он требует от исследователя всестороннего изучения объекта во всех его связях. «Чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны, все связи и «опосредствования». Мы никогда не достигнем этого полностью, но требование всесторонности предостережет нас от ошибок и от омертвения» 1. Чтобы правильно познать предмет, необходимо изучать его не изолированно от других предметов, а в неразрывной связи с ними, так, как он существует в самой объективной действительности. Диалектический метод требует от ученого, чтобы он исследовал предмет в его противоречивом скачкообразном развитии, в его самодвижении, изменении. Такой подход к познанию предметов и явлений природы и общества дает возможность вскрыть закономерности самого процесса развития,


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 290.

20


определить законы, которым он подчиняется. Следовательно, явления нужно познавать не только с точки зрения их взаимной связи, но и сточки зрения их возникновения, развития и отмирания. Поэтому принцип историзма — важнейший принцип марксистского диалектического метода, главное условие правильного, научного познания законов природы и общества. Без исторического подхода, особенно к общественным явлениям, невозможно существование и развитие науки.

Диалектический материализм указывает частным наукам единственно верный путь познания законов природы и общества. Только на этом пути, применяя диалектику, современная наука может успешно разрешать сложные теоретические вопросы, которые встают перед ней в ходе ее развития. Диалектико-материалистический метод познания, являющийся научным отображением общих законов материального мира и мышления, служит надежным и верным средством, при помощи которого ученые той или иной области науки могут глубоко и всесторонне осмыслить отдельные факты, вскрыть внутренние связи между ними и таким образом избежать односторонности при обобщении этих фактов.

Но мировоззренческое и методологическое значение диалектического материализма для успешного развития современной науки иногда еще недооценивается некоторыми учеными. Прав был академик С. И. Вавилов, когда писал по этому поводу: «Настроенные против философии естествоиспытатели полагают, что сознательное научное исследование возможно без каких-либо философских предпосылок. Однако даже поверхностный разбор конкретной научной работы всегда открывает тот философский (сознательный или незаметно для автора существующий) фон, на основе которого работа осуществлена и сделаны выводы. Самое важное при этом то, что философские предпосылки далеко не безразличны для выводов и для направления дальнейшей работы: они могут служить и тормозом и стимулом развития науки» 1. Каждый ученый, исследуя определенную область явлений, даже независимо от желания приходит к философским проблемам, потому что к этому его толкает фактический научный материал, с которым он имеет дело.


1 С. И. Вавилов. Собр. соч., т. III. M., 1956, стр. 38—39.

21


В природе все совершается диалектически. Отсюда подлинная наука, т. е. наука, которая правильно отображает природу в ее диалектическом развитии, по необходимости движется в направлении диалектического материализма, заставляет естествоиспытателей независимо от того, сознают они это или нет, становиться на позиции диалектического материализма, на путь сознательного или бессознательного применения в своем исследовании диалектического метода. Эту закономерность развития науки раскрыл еще Энгельс, показав на примере Дарвина, Менделеева и других ученых, как само развитие науки о природе заставило ряд крупных естествоиспытателей стихийно стать диалектиками.

То, что естествознание по самой своей природе стихийно влечется к диалектическому материализму, замечательно глубоко вскрыл В. И. Ленин в своей работе «Материализм и эмпириокритицизм». Анализируя и философски обобщая современные ему новейшие данные естествознания, в особенности открытия в области физики, Ленин на конкретном естественнонаучном материале показал, что само развитие физики вплотную подводит физиков к диалектико-материалистическим выводам.

Знание общих диалектических законов развития объективного мира и мышления, сознательное применение этих законов к вопросам естествознания дает возможность глубже проникнуть в тайны природы. К тому же оно служит для ученых гарантией от неверных философских обобщений и выводов.

Развитие науки убедительно показывает, что непонимание диалектического материализма нередко приводит ученых к идеалистической трактовке научных открытий. Примером этого является так называемый физический идеализм, основной гносеологической причиной которого Ленин считал незнание физиками диалектического материализма, неумение мыслить диалектически, приведшее их к идеалистическим выводам из новейших открытий в физике. Необходимость для естествоиспытателей сознательно овладевать диалектическим материализмом возрастает особенно теперь, когда наука делает все новые и новые открытия и когда в связи с этим требуется радикальный пересмотр многих сложившихся естественнонаучных понятий сообразно с новыми фактическими данными.

22


Диалектический материализм как единственно научный метод мышления крайне необходим современному естествознанию для того, чтобы, пользуясь им, правильно подходить к решению еще не решенных наукой задач, раскрывать еще не раскрытые закономерности, предвидеть развитие науки в будущем. Он необходим также и для того, чтобы не только не оступиться в болото идеализма, но и активно бороться против идеалистического миропонимания. Борьба против идеализма, позитивизма в современном естествознании — одна из самых важных задач как философов-марксистов, так и естествоиспытателей. «Чтобы выдержать эту борьбу и провести ее до конца с полным успехом, естественник должен быть современным материалистом, сознательным сторонником того материализма, который представлен Марксом, то есть должен быть диалектическим материалистом» Ц

Диалектический материализм служит философским обоснованием не только естественных, но и общественных наук, которые ввиду явно классовой их направленности в еще большей степени, чем науки о природе, нуждаются в сознательном применении к исследованию общественных процессов и явлений метода диалектического материализма.

4. ТВОРЧЕСКИЙ И РЕВОЛЮЦИОННО-КРИТИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Диалектико-материалистическая философия не есть собрание каких-то догм. Это непрерывно развивающаяся наука, призванная обобщать самое главное и наиболее существенное из новейших данных всех конкретных наук. Вез этого она перестала бы выполнять свои функции мировоззренческой науки и потеряла бы свое место и особую роль в системе бурно развивающегося научного знания. Важнейшими проявлениями творческого и революционно-критического характера марксистско-ленинской философии служат ее партийность и научная объективность.

Правильно отражая всеобщие законы развития природы, общества и мышления, диалектический материализм


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 30.

23


дает возможность научно объяснить прошлое, настоящее и предвидеть будущее. Поэтому он является вернейшим теоретическим оружием рабочего класса и всех трудящихся, коммунистических и рабочих партий в борьбе за мир, демократию, социализм и коммунизм.

Противники диалектического материализма больше всего нападают на него за то, что он тесно связан с коммунистическим движением, является научным обоснованием этого движения. Многие из буржуазных философов утверждают, что научность философии якобы не может быть совместима с партийностью, с политикой, с классовой точкой зрения. Они объявляют устаревшим деление •философии на два основных направления — материализм и идеализм — и выдают свои философские взгляды за «нейтральные», якобы стоящие над материализмом и идеализмом. Подобного рода философов В. И. Ленин вслед за Дицгеном называл презренной партией середины, а их попытки выскочить из двух коренных направлений в философии — примиренческим шарлатанством. Беспартийность в философии на деле есть лишь замаскированное прислужничество перед идеализмом и поповщиной, точно так же как мнимая аполитичность буржуазных философов является только прикрытием их служения интересам буржуазии.

В классовом обществе, особенно в современном, когда борьба между прямо противоположными идеологиями — коммунистической и буржуазной — принимает все более острый, непримиримый характер, нет и не может быть нейтральной, беспартийной философии. Борьба между диалектическим материализмом и противостоящими ему идеалистическими философскими системами, несомненно, имеет партийно-политическое значение. Партии в философии выражают и защищают интересы стоящих за ними определенных классов. Борьба партий в философии, говорил Ленин, «в последнем счете выражает тенденции и идеологию враждебных классов современного общества» Ч

Диалектический материализм включает в себя партийность, открыто выражает и отстаивает в борьбе с буржуазной идеологией коренные интересы рабочего класса и других прогрессивных сил современного общества. Между тем современная буржуазная философия, по край-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 380.

24


ней мере многие ее течения, лицемерно выступает под флагом «объективности», «надклассовости», беспартийности. Чем же можно объяснить эту противоположность в формах проявления партийности диалектического материализма и буржуазной философии? Дело в том, что буржуазные идеологи, в том числе и философы, отстаивая современный капитализм, который в действительности уже отжил свой век, стремятся в целях сохранения приукрасить его, скрыть от народа эксплуататорский и антагонистический характер капиталистического строя. Отсюда ясно, что современные философы-идеалисты изображают объективную действительность не так, как она существует сама по себе, а в превратном виде, что вполне соответствует интересам буржуазии. Вместе с тем идеологи буржуазии не могут открыто признать, что они служат интересам угнетателей народа. Поэтому они и маскируются «надклассовостью», «объективностью», пытаясь к тому же создать видимость научности своей философии, которая по сути дела находится в явном противоречии с наукой, так как идет вразрез с объективным ходом развития действительности.

Партийность диалектического материализма не только не противоречит его научности, но, напротив, есть выражение глубокой научности этого мировоззрения, потому что подлинно научным может быть только мировоззрение рабочего класса, интересы которого совпадают с объективным ходом развития общества, с интересами освобождения всех трудящихся от капиталистического рабства. Революционная устремленность рабочего класса, его коммунистических партий неотделима от подлинной научности, от самого трезвого, объективного познания закономерностей природы и общества.

Диалектический материализм, выражая коренные интересы рабочего класса и всех трудящихся, дает научно обоснованную картину мира, раскрывает законы развития общества, из которых вытекает объективная необходимость классовой борьбы и установления диктатуры пролетариата, показывает неизбежность замены капитализма социализмом и коммунизмом. Поэтому диалектический материализм и является последовательно научной и революционно-критической философией. «Подобно тому как философия находит в пролетариате свое материальное оружие, — говорил Маркс, - так и пролетариат нахо-

25


дит в философии свое духовное оружие...» 1. Диалектико-материалистическая философия теоретически вооружает рабочий класс всех стран мира и его коммунистические партии, все прогрессивное человечество подлинно научным мировоззрением и всеобщим методом познания, указывает им путь и средства революционного преобразования общества.

Диалектический материализм, проникнутый духом глубокой боевой партийности, непримирим в борьбе с открытыми и скрытыми его врагами. В нем органически соединена неумолимая научная объективность в анализе реальной действительности с решительной борьбой против идеализма во всех формах его проявления, против религии, суеверий и всех отсталых взглядов, которые мешают правильному пониманию действительности. Быть партийным в марксистской философии — это значит уметь отстаивать ее, бороться со всеми проявлениями идеализма и метафизики, уметь вскрыть классовую природу идеалистических течений, показывать связь этих течений с интересами современной буржуазии, с ее антинародной политикой.

Марксист должен быть до конца последовательным диалектическим материалистом, должен не только бороться с религией, идеализмом, метафизикой, но и уметь вскрыть отступления от материализма и диалектики. Нельзя терпеть ошибки, путаницу, извращения в истолковании вопросов диалектического материализма. Проводя строгую партийность в философии, Ленин вел борьбу с любыми отступлениями от диалектического материализма. Основоположники марксизма-ленинизма дали прекрасные образцы борьбы за чистоту революционной теории, имеющие неоценимое значение для разоблачения современных правых и «левых» ревизионистов, которые прикрывают свой отход от марксизма-ленинизма ссылками на извращенные ими положения диалектического материализма.

Опасность отступлений от диалектического материализма состоит в том, что эти отступления в конечном счете приводят к ошибкам в политике, революционной практике, социалистическом строительстве. Это наглядно подтверждается на примере с группой Мао Цзэ-дуна,


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 1, стр. 428.

26


которая сползла на позиции великодержавной антисоветской идеологии и своей авантюристической политикой создала угрозу социалистическим завоеваниям китайского народа.

Изучение и творческое применение марксистско-ленинского мировоззрения в науке и практике — лучшая гарантия успеха в борьбе с враждебной буржуазной идеологией, с ревизионизмом и догматизмом в области философии.

Значение марксистско-ленинской философии для революционного преобразования действительности. Коммунистические и рабочие партии в своей многогранной деятельности опираются на диалектический материализм, исходят из него и руководствуются им в научном обосновании своей стратегии и тактики. Настоящие коммунисты знают, что только материалистическая диалектика может обеспечить всесторонний и глубокий анализ вещей и явлений действительности, предохранить партию от субъективизма, отрыва от практики, помочь в борьбе против ревизионистских и догматических ошибок. «Применение диалектического материализма в практической работе, воспитание кадровых работников и широких масс в духе марксизма-ленинизма, - говорится в Декларации Совещания представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран, - это одна из актуальных вадач коммунистических и рабочих партий» 1.

Диалектический материализм неразрывно связан с революционной практикой, с политикой марксистских партий. В этом находит свое конкретное выражение его партийность, а также его творческий, действенный характер. Без соединения с революционной практикой и политикой, с революционной программой и тактикой партий рабочего класса диалектический материализм становится безжизненной абстракцией. В то же время революционная борьба рабочего класса за социализм и коммунизм не может быть успешной без применения диалектического материализма. Философия Маркса, говорил Ленин, указала пролетариату выход из духовного рабства. Диалектический материализм призван содействовать рабочему


1 «Программные документы борьбы за мир, демократию И социализм». Документы Совещаний представителей коммунистических и рабочих партий, состоявшихся в Москве в ноябре 1957 г., в Бухаресте в июне 1960 г., в Москве в ноябре 1960 г. М., 1964, стр. 14.

27


классу, его коммунистическим партиям в борьбе за революционное преобразование капиталистического общества в общество коммунистическое.

Творческое применение диалектического материализма к анализу живой действительности, использование его в практической деятельности — задача гораздо более сложная и трудная, но вместе с тем и более важная, чем простое заучивание его отдельных положений и законов. Нет и не может быть готовых рецептов, как научиться правильно применять диалектический материализм к познанию явлений объективного мира, как пользоваться им в практической деятельности. Но в этом отношении имеются замечательные образцы, данные нам Марксом, Энгельсом, Лениным и коммунистическими партиями в наше время.

Применение теории и метода диалектического материализма к исследованию капитализма, например, дало возможность Марксу и Энгельсу раскрыть внутренние законы развития капитализма, законы его неизбежной смены социализмом. Благодаря творческому применению диалектического метода, в частности, к анализу империализма Ленин открыл объективный закон неравномерности, скачкообразности экономического и политического развития капитализма на высшей его стадии и обосновал вывод о возможности победы социализма первоначально в одной, отдельно взятой, стране. Примером последовательного применения теории и метода диалектического материализма являются документы международного коммунистического движения, решения съездов и пленумов ЦК коммунистических и рабочих партий, основанные на принципах марксизма-ленинизма, программы Коммунистической партии Советского Союза и других марксистско-ленинских партий. Свое живое воплощение диалектический материализм находит также в творческом сочетании коммунистическими и рабочими партиями проверенных опытом жизни общих закономерностей социалистической революции с конкретными условиями своих стран, с особенностями форм и методов перехода к социализму в разных странах.

Диалектический материализм дает возможность коммунистическим партиям строить всю свою деятельность, политику, стратегию и тактику на научной основе, на знании объективных законов общественного развития. Твор-

28


ческая сила диалектического материализма в том и состоит, что он учит верной оценке явлений жизни, умению раскрывать противоречия в самой действительности, находить конкретные пути и формы их преодоления, умению правильно разбираться в настоящем и предвидеть ход развития общества в будущем. Поступательное развитие социалистического общества по пути к его высшей стадии — коммунизму служит подтверждением истинности диалектического материализма, марксистско-ленинского мировоззрения, которое научно обосновывает неодолимость коммунизма.

Как указывается в Тезисах ЦК КПСС к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции, «во всей своей деятельности партия руководствуется великим учением марксизма-ленинизма. Опираясь на революционную теорию, познание объективных закономерностей общества, Коммунистическая партия разрабатывает и осуществляет политику в области экономической, социальной и духовной жизни».

Примером творческого применения диалектического и исторического материализма в практике коммунистического строительства является намеченный партией план строительства коммунизма, который опирается на всесторонний учет глубоких качественных изменений, происшедших за 50 лет в нашей стране и достигнутых в результате претворения в жизнь марксистско-ленинской теории. В этом плане отражены объективная диалектика развития социалистического общества, действие экономических законов социализма. В единстве марксистской теории и практики строительства социализма и коммунизма — неисчерпаемый источник быстрого продвижения нашего общества вперед.

Сила диалектического материализма — в его связи в каждый данный период с практическими задачами революционного движения, строительства социализма и коммунизма. А задачи эти изменяются при каждом новом повороте истории. Развивающаяся практика ставит все новые и новые вопросы, требует от теории ответа. Поэтому, чтобы сохранить свою связь с определенными практическими задачами того или иного периода общественного развития, диалектический материализм должен сам продвигаться вперед. Малейшее ослабление внимания к вопросам развития философии марксизма-ленинизма, малей-

29


ший застой в области теории используются идейными врагами в борьбе против марксистско-ленинского мировоззрения. Об этом наглядно свидетельствует, в частности, опыт международного коммунистического движения. Там, где нет научного диалектико-материалистического объяснения новых явлений, нередко возникают антимарксистские настроения, идейные и теоретические шатания, ошибки в политике, стратегии и тактике, авантюристические, сектантские, националистические и великодержавные тенденции.

Коммунистические и рабочие партии, прочно стоящие на позициях марксизма-ленинизма, всегда уделяли и особенно уделяют теперь большое внимание вопросам развития теории. Они борются против отдельных проявлений косности и застоя в теории и практике, последовательно выступают против ревизионизма и догматизма в теории, авантюризма, сектантства, национализма, шовинизма на практике.

Роль марксистско-ленинской философии в коммунистическом воспитании трудящихся. Формируя у широких масс научное, коммунистическое мировоззрение, марксистско-ленинская философия тем самым активно участвует в коммунистическом воспитании трудящихся. Изучение диалектико-материалистической философии, творческое овладение ее принципами и положениями становятся внутренней потребностью строителей коммунистического общества, ибо строительство коммунизма не стихийный, а научно обоснованный, целенаправленный и организованный процесс деятельности широких народных масс под руководством Коммунистической партии, вооруженной самой передовой теорией.

Создание материально-технической базы коммунизма, развитие социалистических общественных отношений и перерастание их в коммунистические, формирование нового человека — это взаимообусловленные процессы. Поэтому перед философией стоит задача тесно связывать формирование научного мировоззрения с практикой коммунистического строительства. Решающее значение имеют здесь воспитание коммунистического отношения к труду и общественной собственности, утверждение норм коммунистической нравственности и самодисциплины.

30


ГЛАВА II

МАТЕРИЯ И ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ ЕЕ СУЩЕСТВОВАНИЯ

1. МАТЕРИЯ

Понятие материи. Окружающий нас мир по своей природе материален, в нем нет ничего, кроме движущейся материи, ее различных свойств и проявлений. Материя несотворима и неуничтожима. При различных превращениях тел она лишь переходит из одних состояний в другие. Для существования материи нет и не может быть каких-либо внешних, сверхъестественных причин, она является причиной самой себя и основанием всех своих проявлений.

В истории философии во всех материалистических учениях материя понималась как субстанция (от лат. substantia — сущность), лежащая в основе различных вещей и процессов мира. Если конкретные материальные тела могут возникать и исчезать, то материя как субстанция всегда сохраняется и лишь меняет свои виды и формы проявления. Она вечна во времени и бесконечна в пространстве. Каждое конкретное тело, будь то неорганические объекты, живые организмы или человек, - это различные виды и формы проявления бесконечной движущейся материи.

Однако в большинстве материалистических учений домарксистской философии понятие о материи как субстанции отождествлялось с представлением о ее какой-либо одной чувственно-конкретной форме. Например, материя сводилась к комбинациям в основном четырех элементов («начал»): воды, земли, воздуха и огня. В атомистическом учении Демокрита, Эпикура и Лукреция материя рассматривалась как совокупность неделимых, бесструктурных атомов, которые считались несотворимыми, неуничтожимыми, способными только к объеди-

31


нению и разъединению. Качественная определенность тел в этом учении объяснялась только различием числа, пространственного расположения и особенностей составляющих их атомов. Устойчивость атомов при всех превращениях символизировала сохранение и вечность материи. А движение и взаимодействие атомов рассматривалось как результат естественных необходимых законов природы, которые обусловливают все процессы в мире и исключают возможность каких-либо нематериальных явлений.

Великой заслугой античных атомистов была исторически первая формулировка принципа сохранения материи и движения, который они связывали с неуничтожимостью вечно движущихся атомов. Этот принцип составил основу материалистического мировоззрения.

В XVIII—XIX вв. в науке утвердилась механическая картина мира, основывавшаяся на сформулированных И. Ньютоном законах движения тел. В этой картине мира материя считалась состоящей из неделимых атомов, которые объединяются в тела благодаря электрическим, магнитным и гравитационным силам. Каждое тело, согласно этой концепции, входит в определенную систему, которая в свою очередь является элементом системы еще больших размеров. Целостность всех систем обеспечивается силами «всемирного тяготения», которые уравновешиваются центробежными силами, возникающими при вращении каждого из тел и их систем вокруг своего центра. Движение всех тел, как считал Ньютон, подчиняется единым законам механики. В этом учении понятие материи отождествлялось с понятиями механической массы, вещества и неделимых атомов.

Несостоятельность механической картины мира проявилась в связи с новыми открытиями в физике в конце XIX в. Было, в частности, установлено, что помимо вещества в природе существует и другая реальность — электромагнитное поле. Законы изменения поля, взаимосвязи электрических и магнитных явлений, экспериментально открытые М. Фарадеем и математически интерпретированные Д. Максвеллом, не удалось свести к механическим законам. Поле оказалось также несводимым к веществу и атомам.

Открытие радиоактивности, делимости и сложного строения атомов заставило изменить взгляд на них как

32


на неделимые «кирпичики» мира и признать их способными к превращению, изменению. Было также установлено, что масса тел, считавшаяся неизменной, способна заметно возрастать с увеличением скорости частиц, и особенно с приближением ее к скорости света.

Чтобы правильно понять все эти открытия, требовался диалектико-материалистический метод мышления. Однако большинство ученых стояло на метафизических позициях механицизма, и поэтому крушение многих метафизических положений старой физики они восприняли как кризис всей физики.

Неспособностью физики объяснить новые явления, никак не укладывающиеся в механическую картину мира, воспользовались идеалисты. Они утверждали, что эти открытия свидетельствуют об «исчезновении» материи, «дематериализации» атома и, следовательно, о крахе материализма вообще.

Подлинную суть «кризиса» физики вскрыл великий диалектик-материалист В. И. Ленин. «Суть кризиса современной физики, — писал он, — состоит в ломке старых законов и основных принципов, в отбрасывании объективной реальности вне сознания, т. е. в замене материализма идеализмом и агностицизмом. «Материя исчезла» — так можно выразить основное и типичное по отношению ко многим частным вопросам затруднение, создавшее этот кризис» 1.

В. И. Ленин показал, что все злоключения и путаница в физике проистекают из метафизического понимания материи, а также границ применимости научных теорий, действительности с открытием сложного строения атомов исчезла не материя, а лишь старый предел наших знаний о ней. Наше знание пошло глубже, к исследованию структуры атомов и электронов. Но и электрон существует объективно, вне сознания, он так же неисчерпаем, как и атом.

В. И. Ленин подчеркивал, что возникновение новых теорий не приводит к уничтожению старых, если они были подтверждены в своей основе на практике. С созданием новой теории устраняются только некоторые положения старой теории, но между старой и новой теорией существуют преемственность и соответствие. Всякая научная


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 272—273.

№ 233

33


теория будет неполным, приблизительным отражением материального мира, но тем не менее объективно верным отражением, если она подтверждается на практике.

Новейшие открытия в физике наглядно показали, что материю нельзя полностью отождествить ни с одной ее частной, конкретной формой, например с телами или с частицами. Суть марксистского понимания материи выражена в следующем определении: «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них» 1. Это определение тесно связано с материалистическим решением основного вопроса философии, так как оно говорит о первичности материи по отношению к сознанию и о ее познаваемости.

Понятие материи охватывает не только те объекты, которые доступны нашим органам чувств и воспринимаются ими, но и те, которые могут быть в принципе познаны в будущем в результате развития теории, экспериментальной и измерительной техники.

Материя представляет все бесконечное множество объектов и систем природы, обладающих способностью к движению и взаимодействию, существующих в пространстве и времени и являющихся основой для всех возможных свойств и форм изменения. Поэтому нельзя сводить понятие материи только к понятию вещества или к понятию атома, элементарной частицы. В мире существует множество качественно иных, неизвестных еще нам видов материи. При этом все объекты природы взаимно связаны между собой, способны к различным превращениям и подчиняются всеобщим диалектическим закономерностям.

Нельзя также отождествлять материю и массу, материю и энергию. Масса и энергия — это лишь свойства материи. Масса есть мера инерции, гравитационных связей и внутренней собственной энергии, заключенной в материальных объектах. Энергия — это количественная мера движения, выражающая способность материальных систем к совершению работы и внутренним изменениям. Масса и энергия не существуют сами по себе, отдельно от


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 131.

34


материи. Они всегда присущи определенным материальным объектам как их свойства.

Попытку отождествить материю и энергию предприняли «физические» идеалисты, пытающиеся идеалистически интерпретировать такое свойство материи, как взаимопревращаемость частиц друг в друга.

За последние десятилетия установлено, что электроны, позитроны и мезоны способны превращаться в фотоны, или кванты электромагнитного поля. Идеалисты объявили, что здесь якобы имеет место «аннигиляция», т. е. уничтожение материи, переход ее в энергию. Тем самым рушится закон сохранения материи и вместе с ним материализм.

Однако в действительности фотоны нельзя считать только энергией, они представляют собой особые материальные объекты, которые наряду с энергией обладают и множеством других свойств. Превращение частиц в фотоны — это переход одной формы материи в другую.

Понятие материи охватывает и так называемую антиматерию или, точнее, вещество, составленное из античастиц. В принципе могут существовать атомные ядра, составленные из антипротонов и антинейтронов, и вокруг этих ядер будут вращаться позитроны. Такие атомы будут столь же устойчивы, как и атомы окружающего нас вещества. Атомы из античастиц могут объединяться в молекулы, последние — в макроскопические тела и т. д. Этот «антимир» будет подчиняться аналогичным законам движения и развития, и здесь также окажется возможным возникновение жизни и разумных существ, которые будут наш мир считать по отношению к себе антимиром, и они будут столь же правы, как и мы. Значит, антимир нельзя понимать как мир, в котором «все наоборот». Все его законы, по предположениям современной науки, зеркально симметричны законам нашего мира. Это различные состояния движущейся материи, подчиняющейся единым законам развития.

Надо всегда помнить о недопустимости смешения философского понятия материи с представлением о какой-либо ее частной форме. С развитием познания философское понятие материи не может устареть. Но оно постоянно наполняется новым конкретным содержанием.

При первоначальном изучении материи обнаруживается прежде всего ее объективная реальность, независимость

35


от познания. Но это не единственное ее всеобщее свойство, с признанием которого связан диалектический материализм. Основоположники марксизма обращали внимание на необходимость учета и других атрибутивных, т. е. необходимых, существенных и неотъемлемых, свойств материи.

К числу таких атрибутов материи относятся: абсолютность, всеобщность, несотворимость и неуничтожимость, взаимодействие и движение, пространство, время, структурность, способность к саморазвитию, количественная и качественная бесконечность. Материи присущи также единство прерывного и непрерывного, конечного и бесконечного, возможности и действительности и многие другие всеобщие свойства, находящие отражение в законах и категориях материалистической диалектики.

Таким образом, диалектико-материалистическое понимание материи требует соединения принципов материализма с основными положениями диалектического метода, и по своему содержанию оно противоположно метафизическому и идеалистическому пониманию материи.

На том основании, что объективной реальностью обладают не только конкретные тела, но и пространство, время, движение, энергия, масса, различные общественные явления, биологические процессы и т. п., может создаться впечатление, что понятие объективной реальности шире понятия материи и что в сфере объективно реального имеются явления, которые не относятся к материи или никак не связаны с ней. Но если бы это было так, то нарушался бы принцип материального единства мира.

В действительности же такое допущение неверно.

Нельзя разделять существующие в мире явления на две самостоятельные сферы: на собственно материальные объекты, как таковые, т. е. на материю в «чистом» виде, и на ее свойства, связи, формы движения и т. п. Материю надо рассматривать во всем многообразии ее видов, в единстве со всеми ее формами движения, свойствами и проявлениями этих свойств. При этом недостаточно принимать во внимание только объекты неживой природы, неорганические тела. Нужно учитывать также все биологические и социально организованные виды материи, открытые классиками марксизма-ленинизма материальные общественные отношения. В таком случае движение,

36


энергия, пространство, время, биологические и общественные процессы и т. п. будут выступать как свойства и проявления движущейся материи.

Поэтому можно сказать, что понятие материи, рассматриваемой с учетом всех форм ее бытия и в единстве со всеми ее свойствами, равнозначно понятию объективной реальности.

Материальные объекты и свойства. Среди свойств материи возможна определенная иерархия: общее свойство само может обладать свойством, а у последнего в свою очередь возможны свойства или проявления. Нельзя отрывать свойства от материи, но и неправильно сводить материальные объекты к совокупности их свойств, растворять материю в свойствах. Свойства не существуют сами по себе, они всегда присущи чему-то. Всякое свойство отражает структуру объекта и его внешние связи с другими объектами, т. е. представляет собой результат внутренних и внешних связей и взаимодействий. Например, такие свойства тел, как твердость, упругость, плотность, теплопроводность и др., обусловлены взаимодействием между составляющими тела атомами и молекулами, а такое свойство, как вес, - гравитационным взаимодействием между телом и Землей.

В процессе познания перед человеком постоянно возникает задача раскрыть природу свойств тех или иных материальных объектов- Решение этой задачи совпадает с раскрытием структуры объектов, их внутренних связей, а также с исследованием особенностей их взаимодействия с окружающими телами. Когда познаются основные внутренние и внешние связи тела, то раскрывается и природа его свойств, дается их причинное объяснение. При этом знание переходит на новые структурные уровни в микромире или в космосе, где открываются принципиально новые объекты. Раскрытие природы свойств вновь открываемых объектов ведет к проникновению познания на более глубокие структурные уровни, и этот процесс никогда не прекращается. При этом на каждом этапе познания материя не «упраздняется» и не растворяется в совокупности свойств, а составляет их основание.

В ходе исследования структуры материи в физике, химии и других науках часто возникает такая ситуация, когда открывается некоторое новое явление, вызывающее изменение показаний измерительных приборов. Оно реги-

37


стрируется как вновь открытая объективная реальность. Но на первых порах остается неизвестным, что она собой представляет: материальный объект или же некоторое свойство известных либо неизвестных материальных объектов. Поэтому возникает необходимость выявить критерий отличия материальных объектов от их свойств.

Таким критерием может быть следующее: 1) всякий материальный объект существует самостоятельно и при этом обладает не одним, а множеством свойств, в то время как свойство само по себе, без материального субстрата не существует; 2) материальный объект может превратиться в другой материальный объект, в то время как свойство перейти в материальный объект не может, оно всегда превращается в другое свойство.

Опираясь на развитие науки и практики, мы всегда в состоянии установить, что определенное множество окружающих нас объектов представляет собой именно виды материи, а не свойства. Нет сомнения, например, в том, что сами люди и предметы их труда, общество в целом, окружающие нас макроскопические тела, планеты, звезды, галактики, а также молекулы, атомы, элементарные частицы и т. д. представляют собой самостоятельно существующие виды материи. К этим объектам и стараются свести вновь открытое явление. Если в конечном счете его удается превратить в какой-либо из известных материальных объектов, то тем самым доказывается, что это новое явление представляет собой материальный объект. Тем самым круг известных видов материи расширяется. Познание новых видов материи движется как бы по расширяющейся спирали, в которой новое сводится к уже известному или устанавливается соответствие между ними.

Но в процессе познания может сложиться такая ситуация, когда вновь открытое явление не удастся превратить (или наблюдать его превращение) в какой-либо из видов материи. В таком случае его следует считать свойством материи. И если рассматриваемое явление удастся в конце концов разложить на элементарные составляющие — более простые свойства, то этот вывод будет считаться окончательно доказанным. Например, в физике XVIII — XIX вв. был широко распространен взгляд на теплоту как на особую субстанцию — теплород, хотя наряду с этим существовала и молекулярно-кинетическая теория тепла,

38


рассматривавшая тепло как свойство материи, как результат движения атомов и молекул. Верной оказалась именно последняя теория. С развитием термодинамики и статистической физики тепловое движение удалось разложить в множество более элементарных процессов, и уже нет никаких оснований полагать, что теплота является некоторым видом материи.

С течением времени в конечном счете всегда достигается полная определенность относительно сущности открытых явлений. Всякий самостоятельно существующий вид материи с прогрессом эксперимента удается превратить в другие известные материальные объекты или вывести из них, тогда как свойства не превращаются в объекты, но при более глубоком исследовании «расщепляются» на элементарные составляющие, на более простые свойства, в свою очередь не сводимые к объектам.

Структура материи. Окружающую нас материю можно подразделить в первом приближении на три основные сферы: неживую, живую и социально организованную. Неживая материя — это все объекты неорганической природы — от микрочастиц до космических систем все возрастающих масштабов в бесконечной Вселенной. Живая материя — это все множество объектов, обладающих способностью к самоорганизации, к сложным формам отражения, самовоспроизводству и размножению. Социально организованная материя — это все общественные системы.— от человека до общества в целом.

Выделение трех указанных важнейших форм материи отражает ее историческое развитие в окружающей нас области Вселенной, а также степень сложности структуры, связей и форм движения различных систем. Эта степень сложности возрастает с переходом от неживой материи к живой.

При детальном исследовании основных областей материи в них можно выделить определенные уровни ее структурной организации. Критерием для выделения различных уровней материи могут служить следующие признаки:

— специфические законы движения и взаимодействия объектов;

— совокупность основных свойств, по которым объекты качественно различаются между собой;

— пространственно-временные масштабы;

39


— степень относительной сложности, возникшей в процессе исторического развития.

В соответствии с этими признаками можно выделить в неживой природе следующие уровни: элементарных частиц и атомных ядер; атомов и молекул; макроскопических тел; космических систем различного порядка.

В живой природе можно выделить молекулярный уровень жизни, уровень микроорганизмов, клеточный уровень, уровни организмов, видов, биоценозов и всей биосферы.

В социально организованной материи выделяются уровни человека (индивидуума), семьи, производственного коллектива, социальных групп, классов, государств, формаций и общества в целом.

Все биологические и социально организованные виды материи в условиях Земли существуют в тех же пространственно-временных масштабах, что и объекты неживой природы, и различие между ними может проявляться не только по этому признаку, но и по степени сложности строения, связей, форм движения, законов функционирования и т. д.

Опираясь на структурные уровни в трех отмеченных сферах материи, можно выделить различные типы материальных систем. Окружающей нас мир представляет собой бесконечное множество различных систем, в которые организована материя. Объективная система представляет собой такое целостное образование, подчиняющееся единым законам развития, в котором связь между всеми элементами является более прочной, необходимой и устойчивой, чем связь каждого из этих элементов с окружающими условиями или с элементами других систем. Выполнение этого условия отличает всякую действительно целостную систему от хаотического скопления элементов или от так называемых абстрактных систем, которые создаются нашим воображением путем объединения самых различных явлений для удобства их рассмотрения или использования в определенных целях. В последнем случае предметы и явления объективно могут и не образовывать целостной системы.

Применительно к системам неживой природы этот критерий целостности может быть выражен следующим образом: система будет, целостной в том случае, если энергия внутренних связей между составляющими ее эяе-

40


ментами материи будет больше, чем суммарная кинетическая энергия этих элементов плюс энергия внешних воздействий, стремящихся разрушить систему. В противном случае система не возникнет или распадется. Так, например, раскалываются все тела при ударе, энергия которого превышает энергию внутренних связей между частицами в телах.

В биологических системах энергетический критерий целостности уже не является главным. Здесь целостность обусловлена многообразными процессами управления, саморегуляции, информационными связями, обеспечивающими единство живой системы с окружающей средой.

В общественных системах целостность определяется общностью способа производства, территории государства, языка, развитием торговли, системы коммуникаций и обмена информацией, централизующей деятельностью государства, общностью исторических традиций, характером общественного сознания, единством целей и т. д. С усложнением систем критерии целостности становятся все более многообразными.

В структуре материальных систем природы действуют некоторые важные закономерности. Чем меньше размеры системы, тем относительно более прочно связаны между собой ее составные элементы. В космических системах действуют гравитационные силы, которые относительно невелики. В макроскопических телах, молекулах и атомах к ним добавляются во много раз большие электромагнитные силы, а в атомных ядрах действуют еще более мощные ядерные силы, объединяющие протоны и нейтроны.

Во многих системах составляющие их элементы существуют относительно самостоятельно и, будучи выделены вовне, продолжают сохранять примерно те же свойства. Такие системы можно назвать суммативными. Но наряду с этим существуют системы с так называемой интегральной целостностью, в которых все элементы настолько тесно связаны между собой, что их свойства как бы «обобществляются». Если эти элементы рассматривать вне целого, то они качественно меняются, а во многих случаях даже прекращают свое существование. Таковы, например, биологические и общественные системы. Интегральная целостность присуща и атомным ядрам, но здесь она обусловлена очень большой энергией связи между протонами

41


и нейтронами, которые в ядрах постоянно превращаются друг в друга. Элементарные частицы — электроны, протоны, нейтроны, мезоны и др.— ведут себя как целостные образования во всех известных процессах. С увеличением энергии воздействия на них они не расщепляются, а лишь превращаются из одних видов в другие. Например, возможно возникновение пар электронов — позитронов, мезонов, нуклонов и др., причем среди рожденных частиц могут быть частицы, аналогичные сталкивающимся.

В последние годы в физике началось экспериментальное проникновение в структуру элементарных частиц, которая оказалась непохожей на структуру всех известных ранее систем. Например, протон оказался очень сложным образованием, в центре которого имеется «керн», т. е. некоторая плотная сердцевина, окруженная облаком пи-мезонов.

Во всех гипотезах о структуре элементарных частиц предполагается, что связь между возможными составляющими их элементами настолько сильна, что они полностью теряют свою индивидуальность.

В мире не существует первичных бесструктурных микрообъектов, которые представляли бы последнюю сущность материи. Все виды материи в микромире обладают сложными внутренними связями, структурой, способностью к изменениям и переходам из одних состояний в другие. Но формы структурной организации материи, ее свойства и законы движения качественно меняются с изменением пространственно-временных масштабов, при переходе от одного уровня к другому. Многие законы макроскопических явлений неприменимы в микромире, здесь наблюдаются такие свойства и законы взаимодействия частиц, которые не проявляются в непосредственно окружающем нас чувственно воспринимаемом мире. Все это говорит о структурной неоднородности материи и ее качественной неисчерпаемости.

2. ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ ДВИЖЕНИЯ МАТЕРИИ И ИХ ВЗАИМОСВЯЗЬ

Понятие движения. Важнейшим неотъемлемым свойством всех материальных объектов является движение. Оно представляет собой всякий процесс изменения,

42


всякое взаимодействие, развертывающееся в пространстве и времени. В мире нет материи без движения, как и движения без материи. Движение выступает как форма существования (бытия) материи. Всякий покой, равновесие, устойчивость относительны или представляют собой результат либо способ движения. Тело, покоящееся по отношению к Земле, движется вместе с ней вокруг Солнца, вместе с Солнцем — вокруг центра Галактики, которая в свою очередь движется относительно других звездных систем, т. е. всякое покоящееся тело участвует в бесчисленном множестве движений. Точно так же качественная устойчивость твердых тел представляет результат взаимодействия между составляющими их атомами и молекулами, а поскольку процесс взаимодействия и изменения есть движение, то устойчивость тел будет особым состоянием движения.

Взаимодействие, движение относятся к универсальным, несотворимым и неуничтожимым свойствам материи. Для материи существовать — значит взаимодействовать, как-то проявлять себя, находиться в движении, и именно это наполняет конкретным содержанием ее бытие. Все свойства и структура тел определяются их взаимодействием друг с другом и внутренними связями. Материя без движения и способности к взаимодействиям не обладала бы никакими свойствами, структурой, ни в чем и никак не обнаруживала бы своего существования, т. е. не обладала бы реальностью.

Важнейшей задачей науки является выяснение всеобщих свойств материи и движения. Применительно к движению такими всеобщими или универсальными чертами являются его объективность, несотворимость и неуничтожимость, вечность во времени, неразрывная связь со всеми другими атрибутами и специфическими свойствами материи, возможность универсальных превращений одних форм в другие, наличие в них единства противоположных тенденций, количественных и качественных сторон, единства цикличности и необратимости их изменений, а также ряд других общих признаков, которые вытекают из содержания всеобщих диалектических закономерностей природы.

Особенностью всех форм движения является конечное значение всех их количественных характеристик. Каждая форма движения проявляется лишь на определенных

43


структурных уровнях материи, в границах свойственной ей пространственно-временной меры. Переход на другие структурные уровни материи в микромире или мегамире означает одновременно и качественное изменение связей и взаимодействий, форм движения материальных объектов.

Классификация основных форм движения материи. В движении раскрывается сущность материи. Поэтому познание структуры и законов изменения материи происходит через исследование основных форм ее движения в их взаимосвязи. В физике, химии, биологии и других науках сформулированы законы соответствующих форм движения, которые одновременно являются и законами бытия материи. Опираясь на достижения естествознания XIX в., Ф. Энгельс выделил следующие основные формы движения: механическое, физические формы (атомное, электромагнитное, тепловое, движение больших масс и т. д.), химическое, биологическое и социальное движение.

Классификация Ф. Энгельса в своей основе сохраняет силу и до сих пор. Но за последние десятилетия были открыты качественно иные формы движения в природе и существенно усложнились их исследования. Сейчас уже далеко не во всех случаях возможно называть формы движения по названию изучающих их наук. Существуют такие формы движения, которые изучаются сразу несколькими различными науками. С другой стороны, есть науки, как, например, кристаллография, геодезия и другие, с которыми нельзя сопоставить в качестве объекта какую-либо одну определенную форму движения.

С развитием науки принципы классификации основных форм движения могут меняться, но при всем этом они должны соответствовать принципам классификации основных форм материи.

В соответствии с современным уровнем знаний можно выделить три группы основных форм движения: в неживой природе, в живой природе и в обществе. Внутри этих групп существует множество форм движения, которые выражают определенные типы связей и взаимодействий материальных объектов. При их более детальной классификации необходимо учитывать следующие объективные факторы: 1) степень общности данной формы движения, ее распространенности на различных уровнях и неотделимости от соответствующих видов материи;

44


2) наличие общей закономерности, которой подчиняются все процессы, входящие в данную форму движения;

3) специфические особенности объектов, формой бытия которых является данное движение; 4) историческое развитие и возникновение более сложных форм движения из менее сложных.

Учет первого признака важен для определения более общих и менее общих форм. Второй и третий признаки дают возможность установить структурное и генетическое единство процессов, входящих в данную форму движения. Знание общего закона необходимо также потому, что одному и тому же объекту могут быть присущи разные формы движения и тогда их классификация окажется невозможной без указания других признаков, в частности того закона, которому подчиняется каждая из данных форм. И наконец, четвертый признак позволяет объективно расположить формы движения в последовательности, отражающей порядок их исторического возникновения в процессе развития материи.

Таким образом, основные формы движения — это процессы взаимодействия тел, обладающие внутренним единством и подчиняющиеся общим законам.

В настоящее время можно выделить следующие основные формы движения.

В неживой природе — движение элементарных частиц и полей (гравитационное, слабое, электромагнитное и сильное взаимодействия, процессы взаимопревращения элементарных частиц); движение атомов и молекул, лежащее в основе всех физико-химических процессов; движение макроскопических тел (теплота, звук, процессы кристаллизации, изменения агрегатных состояний и т. п.); движение в космических системах различного порядка (планетах, звездах, галактиках и т. д.).

В живой природе — биологические процессы в различных системах: в макромолекулах живого вещества и микроорганизмах, одноклеточных и многоклеточных организмах, видах, биоценозах и биосфере.

В обществе — все социальные изменения, присущие общественным системам различного порядка.

В неживой природе количество форм движения бесконечно, и из всего этого многообразия в настоящее время известна лишь ничтожно малая часть. В живой природе и обществе число основных форм движения конечно

45


(поскольку конечны и сами данные системы), хотя не все они еще исследованы наукой.

Многие формы движения неживой материи проявляются и в биологических системах. К числу таких общих форм относится прежде всего пространственное перемещение. Всякое движение связано с изменением пространственно-временных характеристик объекта. Но, как говорил Ф. Энгельс, «чем выше форма движения, тем незначительнее становится это перемещение. Оно никоим образом не исчерпывает природы соответствующего движения, но оно неотделимо от него. Поэтому его необходимо исследовать раньше всего остального» Ч

Любое изменение качественных или количественных характеристик материальных объектов обусловлено в плане их микроструктуры пространственным перемещением составных элементов тела, перераспределением связей между ними. Точно так же и пространственные перемещения макроскопических тел являются элементами в цепи качественных превращений систем большего порядка — Земли, Солнечной системы, Галактики и т. д.

Пространственное перемещение нельзя сводить только к механическому движению. Многие его разновидности, как, например, распространение в пространстве возмущений в электромагнитных и гравитационных полях, обмен квантами различных полей между частицами в атомных ядрах и атомах, нельзя назвать механическими процессами. Механическим является лишь то перемещение, при котором тело обладает определенной траекторией и четкой пространственной локализацией.

Механика, рассматривая пространственное перемещение, абстрагируется (отвлекается) от сопутствующих ему изменений и считает его самым элементарным. Но такой взгляд правилен лишь при сравнительно малых скоростях объектов и перемещении их в вакууме. Если мы рассматриваем перемещение тел в вещественных средах или со скоростями, близкими к скорости света, то картина существенно меняется. В этом случае уже происходит изменение массы и пространственно-временных свойств тел. Если, например, скорость электрона превышает скорость света в данной вещественной среде, то электрон начинает интенсивно излучать электромагнитные волны


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 392.

46


вдоль образующих конуса, ось которого совпадает с направлением движения частицы (эффект «светящегося электрона»).

Изменение свойств тел при больших скоростях указывает на то, что пространственное перемещение нельзя рассматривать как простой перенос тел из одного места в другое. Оно всегда сопровождается множеством других процессов: взаимодействием тела с различными полями, изменением массы, линейных размеров, длительности процесса в теле, его температуры и т. п. Всякое движение является результатом взаимодействия множества превращающихся друг в друга форм движения. Не существует объектов, которые обладали бы только одной какой-либо формой движения. Многообразие и внутреннее единство форм движения определяют динамику всех процессов в мире.

Само пространственное перемещение может проявляться в различных видах: как прямолинейное и равномерное, ускоренное, криволинейное, вращательное, колебательное и т. п. Если при механическом перемещении энергия внешних связей начинает превышать энергию внутренних связей в теле, то структура тела меняется. Перемещение сопровождается тепловыми, химическими, электромагнитными и другими процессами. Например, быстро движущийся в воздухе метеорит сгорает.

Весьма общей и распространенной в неживой природе является гравитационная форма движения. Она выступает как процесс взаимодействия всех известных объектов посредством создаваемых ими полей тяготения. После пространственного перемещения эта форма движения относится к числу наиболее универсальных, хотя, конечно, нет оснований ее абсолютизировать и распространять на все структурные уровни материи.

Гравитационное поле (как и электромагнитное) представляет собой материальную систему с непрерывным распределением в пространстве, объединяющую частицы и макроскопические тела в более общие образования. Распространение возмущений в поле происходит по принципу близкодействия: от точки к точке; скорость распространения взаимодействий считается равной скорости света в вакууме. В постоянном гравитационном поле все тела независимо от их массы падают с одинаковым ускорением,

47


Гравитационное поле обладает огромной проникающей способностью, и экспериментально пока не установлена возможность его поглощения и экранировки веществом. Напряженность поля зависит исключительно от величины масс взаимодействующих объектов.

Гравитационное поле играет определяющую роль в космических явлениях, обеспечивая целостность космических систем и концентрацию рассеянной материи в процессе образования звезд, галактик и других объектов.

Специфическими чертами обладает также форма движения, проявляющаяся через слабые взаимодействия. Слабые взаимодействия — это процессы, связанные с излучением нейтрино при распаде радиоактивных ядер, нейтронов и мезонов, а также с поглощением нейтрино веществом. Особенность нейтрино — их огромная проникающая способность. Они могут пройти через слой металла протяженностью в миллионы раз большей, чем расстояние от Земли до Солнца, и не испытать столкновения с другими частицами. Поскольку нейтрино излучаются с гораздо большей вероятностью, чем поглощаются, их число в космосе должно увеличиваться, и это указывает на наличие некоторой необратимости изменений материи в достаточно больших пространственно-временных масштабах.

Электромагнитная форма движения включает в себя многообразные процессы взаимодействия в электрических и магнитных полях. Она свойственна всем известным видам материи и по степени общности приближается к гравитационной форме движения. Электромагнитные взаимодействия играют определяющую роль при образовании атомов, молекул и макроскопических тел, а также в последовательном структурном усложнении вещества при переходе от неживой материи к живой. Возникновение высших форм движения происходит на основе усложнения именно электромагнитных связей частиц.

Сильным взаимодействиям соответствуют процессы в структуре элементарных частиц и атомных ядер. Это прежде всего процессы взаимодействия и превращения нуклонов (протонов, нейтронов и их античастиц), гиперонов и атомных ядер с участием мезонов. Силы взаимодействия между протонами и нейтронами в атомных ядрах обеспечивают наибольшую энергию связи, не зависят от знака заряда частиц и способны к насыщению. При достаточно большом числе протонов в ядре электри-

48


ческие силы отталкивания между ними начинают превышать ядерные силы притяжения, что приводит в конечном итоге к распаду ядер.

Формы движения элементарных частиц лежат в основе всех изменений в телах и обусловливают в конечном счете все известные физико-химические процессы. В них заключена возможность возникновения более сложных форм движения. Они определяют также основные особенности химической формы движения, специфической для атомно-молекулярных систем.

Химическое движение — это процесс изменения структуры и превращения молекул, ионов, радикалов в результате перераспределения связей между составляющими их атомами, перестройки электронных оболочек атомов и молекул. Все формы химической связи по своей природе представляют собой электронно-ядерное взаимодействие атомов в молекулах через посредство электромагнитных полей. Все химические реакции обусловлены в конечном счете взаимодействием элементарных частиц. Но в сложных молекулах связи между частицами настолько многообразны, что теоретические расчеты структур не всегда приводят к удовлетворительным результатам. Использование электронно-вычислительных машин и приближенных методов расчета открывает новые перспективы в раскрытии внутреннего содержания химических реакций и путей получения веществ с заранее заданными свойствами.

К формам движения макроскопических тел относятся теплота, звук, процессы кристаллизации, изменения агрегатных состояний, всевозможные движения в газах, жидкостях и твердых телах.

На уровне космических систем — планет Солнечной системы, звезд, галактик и скоплений галактик — возникают особые формы движения, не встречающиеся в привычных масштабах. При очень больших концентрациях масс и гравитационных потенциалах процессы протекают иначе, чем на поверхности Земли. Изменения в таких условиях подчиняются специфическим законам, и поэтому можно говорить о качественно новой, планетарной форме движения, частным случаем которой будут геологические процессы на средних и малых глубинах.

В звездах при огромных давлениях и температурах в центральных областях становятся возможными самоподдерживающиеся термоядерные реакции, синтез ядер

49


химических элементов, качественные превращения в структуре микрочастиц, связанные с образованием в центральных областях звезд больших масс сверхплотного вещества. В рамках галактических скоплений и Метагалактики происходят грандиозные изменения, связанные как с образованием галактик, так и с их последующей эволюцией. Возможно, что наблюдаемое в настоящее время красное смещение в спектрах далеких галактик, рассматриваемое как следствие их удаления друг от друга, выражает одну из черт формы движения Метагалактики. На каждом уровне структурной организации материи формы ее движения обладают специфическими особенностями. Поэтому нет оснований распространять на весь мир известные сейчас формы движения.

Движение материи обладает различными количественными мерами. В большинстве случаев эти меры еще не установлены, особенно для высших форм движения, которые изучаются главным образом на основе общих качественных методов. Но для простых форм движения неживой материи найдены некоторые количественные меры. Так, для поступательного механического движения мерой служит импульс, для вращательного движения — момент импульса, для тепла — температура.

Общей мерой движения является энергия. Все виды энергии в природе, соответствующие различным формам движения, можно объединить в три основные группы: 1) энергия пространственного перемещения тел; 2) энергия связей и взаимодействий тел посредством различных полей; 3) собственная внутренняя энергия, соответствующая массе покоя тела.

В первую группу входит кинетическая энергия поступательного, вращательного, колебательного и других видов движения. Величина энергии здесь зависит от массы и скорости тел, а у фотонов — от частоты колебаний. Во вторую группу входят все виды потенциальной и внутренней энергии материальных систем, представляющие собой различные проявления энергии взаимодействия посредством электромагнитного, гравитационного и ядерного полей. Так, потенциальная энергия поднятого над Землей тела есть не что иное, как энергия гравитационного взаимодействия тела с Землей. Потенциальная энергия упруго деформируемых тел, горючих веществ представляет собой энергию электромагнитных взаимодействий

50


частиц в теле, а энергия деления ядер или термоядерного синтеза является проявлением энергии взаимодействия нуклонов посредством ядерного поля.

В третью группу входит собственная внутренняя энергия каждого объекта, соответствующая его общей массе, согласно закону E=mc², где m — масса покоя, а c — скорость света в вакууме. Она представляет ту энергию, которой обладали бы кванты электромагнитного поля после превращения в них частиц вещества при соединении с античастицами. Эта энергия находится в частицах в связанном состоянии и высвобождается полностью лишь в реакциях превращения пар частиц и античастиц в электромагнитное излучение. Она характеризует огромные внутренние возможности превращений и активных проявлений материи. Материя как бы пронизана энергией, и эта энергия высвобождается при определенных условиях.

Формы движения в живой природе также различны. Ф. Энгельс определял жизнь как «способ существования белковых тел, существенным моментом которого является постоянный обмен веществ с окружающей их внешней природой...» 1. Это определение в основном охватывает все известные формы жизни на Земле.

В настоящее время в связи с развитием космических исследований все более настойчиво выдвигаются гипотезы о возможности существования в космосе иных, небелковых форм жизни. Такие гипотезы вполне правомерны, поскольку жизнь как форма движения обладает колоссальной способностью приспособления к различным химическим условиям на планетах с не слишком низкой или высокой температурой и наличием атмосферы. В связи с этим возникает необходимость дать структурно-функциональное определение жизни, не связывая его обязательно с белковой основой. Это определение может быть следующим: жизнь — это форма движения высокоорганизованной материи, содержанием которой являются упорядоченный обмен веществ, самоорганизация и управление с относительным уменьшением энтропии и увеличением информации, высокодифференцированные формы отражения, самовоспроизводство и размножение систем, имеющих тенденцию к расширению сферы своего обитания. В границах этих общих черт, обязательных для всякого живого,


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 616.

51


вещественный субстрат может быть различным в зависимости от физико-химических условий возникновения жизни.

По существу жизнь — это не одна форма движения, а система форм, в которых наряду с общими признаками есть и много специфических различий. В частности, особые биологические формы движения появляются при переходе от уровня организма к популяциям, видам, биоценозам и всей биосфере. Внутри каждой из таких систем существуют свои типы взаимодействий, подчиняющиеся различным законам.

Общественные формы движения включают в себя все типы отношений в обществе. По сравнению с другими формами они отличаются наибольшей сложностью. Усложняются прежде всего информационные связи, специфичные для всех самоорганизующихся систем с управлением. В обществе эти связи становятся необычайно многообразными в количественном и качественном отношениях.

Взаимосвязь форм движения материи. Между всеми формами движения материи существует взаимная связь. В историческом развитии низшие формы порождают высшие, а последние в сложных системах ограничивают сферу действия низших форм и частично преобразуют их. Например, тепловое движение в неживой природе может существовать в очень широком диапазоне температур, но в живых организмах оно возможно лишь в очень узком температурном интервале и регулируется биологическими процессами. Строго ограничены в живых телах скорости пространственного перемещения молекул, химических реакций, величина биотоков и т. п.

Формы движения способны к взаимным превращениям при строгом выполнении законов сохранения материи и ее основных свойств. Но каждая форма движения может непосредственно превратиться только в ту, которая мало отличается от нее по степени сложности и близко расположена в общем ряду эволюционного развития. Если же формы движения значительно различаются по уровню сложности, то их взаимопревращение происходит лишь через все промежуточные формы. Эта косвенная связь отражает некоторые особенности исторического развития материи: низшие формы движения не сразу превратились в высшие, а только через последовательность исторически возникших промежуточных форм.

52


Учет такого «близкодействия» во взаимосвязи форм движения имеет важное значение для опровержения механистического взгляда на соотношение форм движения материи. Гносеологической основой механицизма обычно являются попытки вывести высшие формы движения сразу из низших, не учитывая содержания всех промежуточных форм и минуя их. Так, встречается упрощенное понимание сущности мышления, отождествление его с той или иной формой движения материи, информационными процессами в электронно-вычислительных машинах. Некоторые черты аналогии здесь, конечно, имеются, но гораздо больше качественных различий.

Научное объяснение очень сложных явлений должно осуществляться последовательно. Сначала от форм движения неживой материи необходимо перейти к формам движения высокомолекулярных органических соединений, от них — к формам движения живого вещества, затем раскрыть внутренний механизм отражения на его различных этапах, и только после прохождения всех этих промежуточных ступеней можно будет без существенных упрощений и натяжек объяснить механизм мышления. Но и при этом нельзя забывать о социальной сущности мышления.

Итак, раскрытие взаимосвязи форм движения помогает понять этапы исторического развития природы и единство материальных систем.

3. ВРЕМЯ И ПРОСТРАНСТВО

Время и пространство классики марксизма-ленинизма относили к числу важнейших всеобщих форм бытия материи, вне которых невозможно ее существование. Анализируя время и пространство, часто абстрагируются от их материального содержания, рассматривают их как некоторые самостоятельные сущности, якобы независимые от материи. В истории философии пространство не раз понималось как некоторая абсолютная пустота, вмещающая в себя материю, а время — как абсолютная, независимая от каких-либо процессов длительность.

С точки зрения марксистской философии неправомерно разделять мир на две самостоятельные реальности — материю и пространство-время. Время и пространство относятся к числу всеобщих атрибутов материи, они есть

53


не что иное, как совокупность бесчисленного множества пространственно-временных свойств и структур реально существующих материальных систем. Время характеризует последовательность смены состояний и причинно-следственных отношений, длительность бытия любых объектов и процессов, внутреннюю связь изменяющихся и сохраняющихся состояний. Пространство как форма бытия материи выражает сосуществование, структурность и протяженность любых взаимодействующих объектов и систем. Почти все основные свойства времени и пространства производны от движения, взаимодействия тел.

Однако следует различать универсальные свойства времени и пространства, которые проявляются во всех масштабах существования материи, и конкретные или специфические свойства, которые присущи времени и пространству лишь на определенных структурных уровнях материи.

Из всеобщих свойств времени и пространства прежде всего необходимо указать на их объективность, независимость от человеческого сознания, их абсолютность как универсальных форм бытия, неразрывную связь друг с другом и с движением, количественную и качественную бесконечность, единство прерывного и непрерывного в их структуре.

Всеобщие свойства времени. Вечность времени проявляется как бесконечность его состояний и интервалов, последовательно сменяющих друг друга и различающихся между собой конкретными событиями. Она обусловлена несотворимостыо и неуничтожимостыо материи, ее непрекращающимися изменениями и переходами одних видов в другие. Вечность присуща лишь всей материи в целом, каждый же ее конкретный вид преходящ и существует конечное время.

Наличие качественных превращений материи свидетельствует о том, что вечность не просто неограниченная длительность одного и того же однородного бытия мира или без конца повторяющихся круговоротов, а процесс непрерывных переходов из одних состояний в другие, возникновения в развитии новых возможностей и тенденций, не существовавших ранее. Полные и абсолютные круговороты с повторением всех пройденных ступеней невозможны не только во всей Вселенной, но и в конечных системах, где каждый последующий цикл всегда чем-то

54


отличается от предыдущих. Поэтому важнейшим свойством времени является его неповторяемость.

Всякому бытию материи во времени присуща определенная длительность, представляющая последовательность или рядоположенность сменяющих друг друга моментов и состояний. Никакой процесс в объективном мире не может происходить мгновенно, сразу, он обязательно длится во времени, что обусловлено конечностью скорости распространения взаимодействий и изменения состояний. Вместе с тем длительность обусловлена сохраняемостью материи, последовательным пребыванием материальных объектов в определенных качествах.

Длительность бытия во времени выступает как единство прерывного и непрерывного. Сохраняемость материи и непрерывная последовательность ее изменений определяют и общую -непрерывность времени. Но поскольку каждое конкретное качество, любой конечный объект существуют ограниченный период, время обладает также свойством прерывности. Эта прерывность характеризует периоды бытия конкретных качественных состояний.

Субъективное восприятие длительности времени зависит от количества и качества действий человека и его внутреннего состояния. Если человек занят увлекающим его делом, то время кажется ему текущим очень быстро. Зато впоследствии, когда он вспоминает данный период, это время как бы растягивается в памяти, поскольку оно наполнено множеством действий. Если же он пребывает в томительном и нудном ожидании, в безделье, то время для него тянется очень медленно. Но зато потом, в воспоминании, оно покажется промелькнувшим очень быстро, поскольку не было заполнено содержательными действиями. Однако все различия субъективного восприятия человеком времени не опровергают его объективной реальности и всеобщности как формы бытия всех объектов.

К числу важнейших свойств времени относятся его одномерность и необратимость. Одномерность проявляется в том, что последовательность временных изменений возможна лишь в виде линейной упорядоченности с одним измерением в отличие, например, от трехмерности возможных пространственных перемещений тел.

Необратимость проявляется в ходе времени только от прошлого к будущему, в его несимметричности. Прошлое порождает настоящее и будущее, но, осуществившись,

55


оно уже недоступно никакому внешнему влиянию и воздействию.

Причины необратимости времени должны иметь столь же универсальный характер, как и само время. Одной из таких причин следует считать прежде всего несимметричность и необратимость причинно-следственных отношений во всех системах. Действия всегда направлены от причин к порождаемым ими следствиям. Если бы все причинные цепи были обращены вспять и действия были бы направлены от следствий к порождающим их причинам, то все эти следствия (различные объекты с их свойствами) должны были бы затем изменяться таким образом, чтобы исчезать в тех явлениях, которые их порождают, а последние — в порождающих их явлениях и т. д. Все растительные и животные организмы находили бы свою смерть в семени, дым и свет от сгоревших дров вновь соединялись бы в дрова, последние превращались бы в деревья, исчезавшие в виде семян в земле, и т. д. Но такая картина противоречит всем законам развития.

Наблюдаемый фундаментальный порядок последовательности событий определяет необратимость времени в каждой системе и области пространства. В достаточно больших масштабах необратимость изменений находит свое выражение в качественных превращениях видов материи и форм движения. В частности, все процессы распада радиоактивных ядер, нейтронов и мезонов различных масс с большей вероятностью идут в сторону излучения нейтрино и других частиц, чем в противоположном направлении — к синтезу распадающихся частиц из нейтрино и других микрообъектов.

В космических масштабах общая необратимость изменений материи может приводить к коренным качественным преобразованиям лишь за многие миллиарды лет. В меньшие интервалы времени происходят цикличные процессы рассеивания и концентрации материи в известных нам формах. При этом звезды излучают в пространство частицы вещества и электромагнитное излучение, затем вещество концентрируется в гигантские туманности и другие объекты, эволюция которых, сопровождающаяся гравитационным сжатием, приводит в конечном счете к образованию звезд и галактик.

Но необратимость изменений нельзя отождествлять с однонаправленностью или с движением Вселенной

56


к какому-либо конечному состоянию, например к «тепловой смерти». Для бесконечного множества систем, которые представляют всю Вселенную, не существует последнего, наиболее вероятного состояния. В них возможны неограниченные изменения материи в самых различных направлениях. Поэтому течение времени и процесс развития материи в мире никогда не могут завершиться.

Всеобщие свойства пространства. Пространство выступает как такая всеобщая форма бытия материи, которая выражает структурность, протяженность и сосуществование элементов материи в различных системах. Протяженность проявляется в устойчивой координационной связи элементов в системах. Величина протяженности тел зависит от их внутренних и внешних связей. Так, устойчивое существование и протяженность любого тела обусловлены взаимодействием между составляющими его атомами и молекулами, единством притяжения и отталкивания в структуре тела. Если бы эти внутренние связи и взаимодействия исчезли, то тело перестало бы существовать, а тогда уже нельзя было бы говорить и о его протяженности. С изменением энергии связи между атомами и молекулами тела его пространственная протяженность может меняться. Например, с увеличением энергии молекул твердые тела расплавляются и превращаются в жидкости, а последние по мере дальнейшего нагревания переходят в газообразное состояние, и в результате возможно значительное изменение объема, занимаемого веществом данного тела.

Различие в протяженности тел физически обнаруживается благодаря конечности скорости распространения взаимодействий. Всегда требуется определенное время, для того чтобы изменение одних областей системы вызвало определенное изменение в других областях. Раздельность этих изменений во времени и выражает с физической стороны протяженность тел, которая будет тем больше, чем значительнее время распространения светового сигнала.

Общим свойством пространства является его трехмерность. Все известные материальные объекты обладают трехмерной пространственной структурой — протяженностью в длину, ширину и глубину.

Трехмерность пространства следует из некоторых общих свойств движения. Простейшим, далее неразложи-

57


мым абстрактным объектом является точка. Движение точки (отличное от вращения) дает линию, которую можно определить как пространство одного измерения. Движение линии (в направлении, не совпадающем с ней самой) дает поверхность — пространство двух измерений. Перемещение поверхности приводит к трехмерному пространству. Последнее же при любых возможных перемещениях и типах взаимодействия не переходит в пространство большего числа измерений 1.

Трехмерность пространства имеет место и в микроскопических процессах. Например, распространение свободной электромагнитной волны характеризуется взаимно перпендикулярными векторами — электрической и магнитной напряженности, а также вектором распространения фронта волны.

Три измерения пространства являются тем необходимым и, вообще говоря, достаточным минимумом, в рамках которого может осуществляться весь класс движений, взаимодействий и структурных отношений материальных объектов.

К числу всеобщих свойств пространства относится единство прерывного и непрерывного в его структуре. Так, если все твердые тела и микрочастицы представляют собой дискретные образования, то поля непрерывно распределены в пространстве.

Как форма бытия всех существующих в мире бесконечно разнообразных видов материи пространство непрерывно, но как атрибут конечных тел и частиц, отграниченных друг от друга, оно обладает также свойствами прерывного.


1 В математике вводится понятие многомерного пространства, но оно здесь имеет особый смысл. Оно используется не только для выражения протяженности тел и расстояний между ними, но и для характеристики взаимосвязи между различными свойствами тел, находящихся в пространственно-подобных отношениях.

Если имеется система с очень большим количеством свойств и взаимосвязанных переменных, то можно прийти к понятию многомерного и даже бесконечномерного пространства. Однако понятие пространства в данном случае будет довольно условным и искусственным, поскольку оно будет употребляться для характеристики совершенно других свойств, отличных от свойств реального пространства. Любые сколь угодно сложные материальные явления можно в принципе отобразить в трех пространственных и одной временной координатах.

58


К всеобщим свойствам пространства следует отнести его количественную и качественную бесконечность, которая тесно связана с бесконечностью материи во всех ее проявлениях. В мире существует бесчисленное множество объектов и систем, уровней структурной организации материи с их специфическими свойствами и законами изменения. Как бы велики ни были размеры системы, всегда найдется система большего порядка, которая будет включать в себя первую систему в качестве одного из своих элементов. При этом формы структурной организации материи будут меняться с возрастанием масштабов в соответствии с законом перехода количественных изменений в качественные. Поэтому реальная бесконечность материи включает в себя качественную разнородность свойств и законов материальных систем, присущих им пространственно-временных отношений.

Специфические и относительные свойства времени и пространства. Применительно ко времени относительными оказываются прежде всего длительность и скорость протекания процессов в системах, их зависимость от скорости систем, а также величины гравитационных потенциалов. Специальная теория относительности говорит о том, что, чем ближе скорость движения системы к скорости света в вакууме, тем медленнее протекают в ней процессы. Это подтверждается изменением периода распада мезонов в космических лучах в зависимости от скорости их движения в атмосфере или других средах. По мере приближения скорости мезонов к скорости света возрастает длина их пробега до распада, причем в основном это обусловлено увеличением времени жизни частиц.

Длительность процессов в системах зависит также от абсолютной величины потенциала поля тяготения, в котором находится система. В полях тяготения процессы протекают медленнее, чем вне их. Об этом свидетельствуют изменения частот излучения атомов в гравитационных полях. Частота спектральных линий излучения, испускаемого атомами на поверхности Солнца и других звезд, оказывается смещенной в красную область спектра по сравнению с частотой излучения аналогичных атомов на телах с намного меньшей массой, например, на Земле.

Благодаря конечности скорости распространения взаимодействий и зависимости темпов развития от внутренних связей в материальных системах во Вселенной не суще-

59


ствует всюду одинакового, единого времени. Каждая самостоятельная материальная система, относительно независимая от других систем, обладает своим специфическим ритмом временных „процессов. Этот ритм зависит также от внешних связей — воздействия гравитационных полей и скорости движения. Отсутствие во Вселенной единого времени обусловлено также относительностью одновременности событий. События, одновременные в одной системе, могут быть не одновременными по отношению к другой системе, движущейся относительно первой. Последний эффект также определяется конечностью скорости распространения сигналов.

Аналогично изменению времени меняются и свойства пространства в зависимости от характера движения и связей тел. С возрастанием скорости движения размеры тел сокращаются по направлению движения. Для макроскопических тел это положение пока не подтверждается, но физики в его правильности не сомневаются, поскольку оно вытекает из всего содержания теории относительности, другие положения которой подтверждены на опыте. Вместе с тем квантовая теория подтверждает изменение пространственных свойств микрообъектов со скоростью. С увеличением скорости относительно уменьшается длина волны частицы, характеризующая область ее пространственного распределения, и соответственно уменьшается тот объем, в котором имеется вероятность обнаружения частицы.

Элементарные частицы нельзя понимать как некоторые шарики, имеющие совершенно определенные и неизменные размеры. Каждая из частиц неразрывно связана с различными полями, и невозможно установить точно ту границу, где кончается собственно частица и начинается ее внешнее поле: эта граница объективно неопределенна. Поэтому микрообъекты выступают как единство прерывного и непрерывного. В силу этого по-разному могут проявляться их пространственные размеры по отношению друг к другу. Если, например, сталкиваются между собой две одинаково заряженные частицы, обладающие небольшой энергией, то благодаря действию электрических сил отталкивания они начнут расходиться еще на сравнительно большом расстоянии между центрами частиц. Если же одна из частиц не обладает зарядом, как, например, нейтрон, то область столкновения будет намного меньшей.

60


Уменьшится она и при очень большой энергии сталкивающихся частиц. Следовательно, проявляющиеся при взаимодействиях пространственные размеры частиц зависят от их зарядов, массы и кинетической энергии.

Некоторые из свойств пространства и времени связаны с действием законов сохранения ряда важных свойств материи. Так, с законом сохранения энергии сопоставляется однородность времени. Это значит, что само по себе течение времени в относительно замкнутых системах не вызывает изменения энергии системы. Энергия меняется только в результате внешних воздействий.

Однородности пространства соответствует закон сохранения импульса или количества движения. Если на движущееся тело не действуют никакие внешние силы, то оно будет сохранять состояние движения, присущий ему импульс, и само по себе пространство не вызывает изменения этого состояния, т. е. в этом смысле оно однородно.

Изотропности пространства соответствует закон сохранения момента количества движения. Изотропность означает отсутствие в пространстве каких-либо выделенных направлений верха, низа и т. п. Если в таком пространстве будет вращаться вокруг своей оси некоторое тело, то оно будет сохранять свое вращение, присущий ему момент количества движения и само по себе пространство не будет вызывать изменения этого состояния независимо от направления ориентации оси вращения.

Пространству присущи также определенные свойства симметрии. Симметрия проявляется, в частности, в сохранении объектами их геометрической формы и ряда других свойств при зеркальном отражении объектов. Такие объекты, как шар, куб, параллелепипед, октаэдр и др., не изменяются при зеркальном отражении. Уравнения движения многих объектов сохраняют ту же форму при замене знаков пространственных координат на противоположные. Таковы, например, уравнения механики для движения макроскопических тел, уравнения электромагнитного поля.

Но пространственная симметрия присуща далеко не всем объектам. Например, асимметрично расположение некоторых органов у животных, асимметрична пространственная структура молекул живого вещества. Нарушается пространственная симметрия и в некоторых микропроцессах, например в слабых взаимодействиях, связанных

61


с излучением нейтрино и других частиц. Для такого рода процессов свойства зеркально отраженного пространства не тождественны свойствам обычного пространства.

Для сохранения симметрии свойств пространства необходимо при пространственном отражении переходить от частиц к соответствующим античастицам. Это значит, что изменение знаков всех координат и зарядов для электронов, протонов, мезонов и др. должно сопровождаться одновременно и переходом к античастицам — позитронам, антипротонам и др. Вещество из античастиц, или «антимир», будет аналогичным нашему миру по пространственно-временным и другим свойствам, а также по законам движения и развития.

Перемещение тел в пространстве представляет собой процесс их непрерывного взаимодействия с электромагнитным и гравитационным полями. Под влиянием полей тела испытывают определенные ускорения. Но движутся они не по идеальным прямым, нигде не меняющим своего направления, а по так называемым геодезическим линиям, подобным линиям на сфере или другой искривленной поверхности. Движение по геодезической линии является кратчайшим путем, возможным для тела при данных физических условиях. Такой характер движения интерпретируется как «искривление пространства» вблизи тяготеющих масс. Кривизна пространства определяется величиной гравитационных потенциалов и выражает меру отличия его свойств от свойств эвклидова пространства. Последнее было бы возможно лишь при полном отсутствии вещества и поля, но эти условия неосуществимы, и поэтому эвклидово пространство есть своеобразная идеализация. Кривизна эвклидова пространства равна нулю, и оно считается плоским. В этом пространстве сумма внутренних углов треугольника на плоскости равна двум прямым.

Кроме того, возможны пространства положительной и отрицательной кривизны. Так, пространство Римана имеет положительную кривизну, а пространство Лобачевского — отрицательную кривизну.

Пространство всюду положительной кривизны обладает конечным объемом, не имея вместе с тем каких-либо границ. В таком пространстве можно было бы двигаться все вперед и вперед, нигде не встречая преград, но в конечном счете прийти в область, близкую к исходной.

62


Напротив, пространство отрицательной кривизны будет одновременно незамкнутым, безграничным и бесконечным.

С физической точки зрения пространство системы обладало бы положительной кривизной и было бы замкнутым лишь в том случае, если бы создаваемое системой поле тяготения оказалось в состоянии удержать все возникающие в ней электромагнитное, нейтринное, гравитационное и другие излучения. Такая система не обладала бы никакими внешними связями и взаимодействиями, никак не обнаруживала бы себя по отношению к другим телам.

Пространство системы будет обладать отрицательной кривизной, если присущие ей поля тяготения не в состоянии удержать все возникающие излучения и сигналы и они будут неограниченно распространяться на все большие области, никогда не возвращаясь в исходную облаете. Предположение об абсолютно замкнутой системе с пространством всюду положительной кривизны является идеализированной абстракцией. В действительности такая система не может существовать. Всякая замкнутость системы относительна, возможна лишь по некоторым параметрам и связям, тогда как по другим свойствам и взаимодействиям система будет незамкнутой. При абсолютной замкнутости система никак не обнаруживала бы своего существования по отношению к другим системам и человеку и поэтому была бы принципиально непознаваемой. Не было бы никаких оснований сказать, что она существует. Если же имеется хоть какое-либо взаимодействие с внешней средой или даже самая незначительная информация, то такая система уже незамкнута и ее пространство является частью пространства более общей системы.

При разработке на основе общей теории относительности космологических гипотез о структуре Вселенной некоторыми авторами, и в частности А. Эйнштейном, было высказано предположение о том, что пространство мира имеет всюду положительную кривизну и замкнуто. Оно хотя и безгранично, но конечно. В таком пространстве наиболее яркие галактики могли бы быть в принципе видимы дважды: как в данном, так и в прямо противоположном направлении. При этом не было бы возможности сличить оба изображения, так как в одном направ-

63


лении свет шел бы от галактики, скажем, 500 миллионов лет, а в противоположном — много миллиардов лет, совершив «кругосветное» путешествие. За это время система могла претерпеть качественные изменения.

Идея конечной и замкнутой Вселенной послужила поводом для различных идеалистических спекуляций, не прекращающихся до сих пор. Однако по своему содержанию эта идея в ее различных вариантах не имеет под собой никаких научных оснований. Она является результатом метафизической абсолютизации определенного ограниченного уровня знаний или же некоторых конкретных качественных состояний и законов материи.

Предположение об однородности условий во всей Вселенной противоречит закону перехода количественных изменений в качественные, согласно которому с увеличением масштабов, массы систем, энергии взаимодействия и других свойств на определенном этапе обязательно возникнут коренные качественные изменения в свойствах, законах и формах структурной организации материи, а также в самих пространственно-временных отношениях в системах.

Не следует забывать и о том, что космологические модели, на основе которых делается вывод о конечности и замкнутости мира, отражают свойства лишь некоторых из объективно существующих видов материи — вещества и поля. Но материя неисчерпаема в своей структуре, и существует бесчисленное множество других, не известных нам ее видов, которые могут не подчиняться известным уравнениям. Они могут не взаимодействовать с гравитационным полем так, как взаимодействуют с ним все тела с конечной массой покоя. В таком случае вычисленная в теории кривизна пространства к ним окажется неприменимой, так как они не будут удерживаться полями тяготения в пределах рассматриваемых систем.

Методологически неправильно строить теорию замкнутого и конечного мира на основе абсолютизации современных ограниченных представлений о нем. Выдвигаемые в космологии модели конечной Вселенной характеризуют лишь границы нашего познания мира или пределы возможностей выдвигаемых концепций.

В любой теории мира следует учитывать несотворимость и неуничтожимость материи, непрекращаемость ее развития, которые определяют бесконечность бытия мира

64


во времени. Эта неограниченная последовательность форм развития и качественных превращений материи обусловила возникновение бесконечного множества структурных форм и пространственных отношений систем. Следствием этого явилась структурная неисчерпаемость и пространственная бесконечность материи. Как бы велики ни были размеры системы, объективно всегда существует система или совокупность объектов большего порядка, которая включает в себя первую систему в качестве одного из своих элементов.

Пространственно-временная и структурная бесконечность материи неразрывно связаны между собой и определяют друг друга. При этом реальная бесконечность имеет не только количественные, но и качественные аспекты. Последние означают структурную неоднородность мира, существование бесчисленного множества качественно различных структурных уровней и материальных систем с присущими им специфическими свойствами, законами изменения и пространственно-временными отношениями.

4. МАТЕРИАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО МИРА

Качественные различия и неоднородность материи не исключают наличия в мире определенного внутреннего единства. Исторически познание форм этого единства было связано с совершенствованием целостного мировоззрения, основывавшегося на принципах материализма и диалектики, на обобщении естественнонаучных данных.

Вначале в масштабах Земли было доказано единство живой и неживой материи, историческое возникновение жизни на основе развития неорганической материи, а также подчинение их ряду общих законов. Затем с прогрессом биологии было установлено сходство строения, многих функций и законов развития многочисленных растительных и животных видов на разных этапах эволюционного развития. Применение в астрофизике спектрального анализа и других средств наблюдения доказало общность физико-химического состава планет, звезд и галактик, аналогичность ряда законов их движения.

Идея материального единства мира обосновывается, по словам Ф. Энгельса, «длинным и трудным развитием

3 № 233

65


философии и естествознания» 1. Развитие этой идеи отражает успехи материалистического мировоззрения в борьбе против различных форм идеализма и мистики. В мире не существует никаких нематериальных явлений, которым невозможно было бы со временем дать естественное, причинное объяснение, представить их как результат развития и проявления движущейся материи в ее различных видах. Такое объяснение современная наука дает и всем общественным явлениям, продуктам познавательной деятельности человека, происхождению его идей, представлений и т. п.

Но, принимая идею материального единства мира, можно понимать это единство метафизически или диалектически.

С точки зрения метафизики единство мира проявляется в единообразии и однородности его структуры, в строении всех тел во Вселенной из одних и тех жэ неделимых атомов и элементарных частиц, которые рассматриваются как последние «кирпичики» мироздания, устойчиво сохраняющиеся при всех превращениях тел. Такое представление можно назвать вещественно-субстратной моделью единства мира.

Наряду с этим существует также концепция единства мира, согласно которой все явления подчиняются некоторым единым универсальным количественным законам, отождествляемым с принципами ньютоновской механики. С этой точки зрения каждая малая частица во Вселенной неразрывно связана с любой другой, сколь угодно удаленной от нее. А Вселенная функционирует как единый механизм, в котором каждое явление строго необходимо и занимает вполне определенное место в общей цепи событий. Такое представление может быть названо функциональной моделью единства мира.

В этих представлениях единство мира сводится к единообразию его строения, а бесконечное — к безмерно увеличенному и абсолютизированному конечному. Психологически подобные взгляды объясняются том, что все неизвестные и непознанные области люди обычно представляют себе в понятиях и образах того, что им уже известно. Это известное содержание и распространяется на все мыслимые масштабы.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 43.

66


Но подобное понимание единства мира является грубым упрощением действительности. Оно ведет к концепции «дурной бесконечности», сводящей бесконечное к неограниченному однородному повторению свойств частных конечных явлений.

В ходе развития науки и практики предположение о том, что все явления в мире подчиняются единым уравнениям движения, не подтвердилось. Уже в конце XIX в. было доказано, что законы классической механики не исчерпывают электромагнитных явлений, химических, биологических и тем более общественных. Затем была обнаружена их неприменимость в микромире, где действуют качественно иные, квантовые закономерности. В мире существует множество структурных уровней, качественных состояний и форм движения материи, подчиняющихся качественно различным законам. Осознание этой структурной неоднородности мира знаменовало проникновение идей диалектики в естествознание.

Нет также оснований утверждать, что каждая частица во Вселенной связана с каждой другой. Необходимо различать абстрактно мыслимую, гипотетическую связь от объективно реальной связи. Важно учитывать, что скорость распространения взаимодействий или сигналов в природе конечна и, по современным представлениям, не превышает скорости света. Конечно и время существования каждого объекта как определенного качественного состояния. Поэтому если объекты настолько удалены друг от друга, что время распространения сигнала или взаимодействия между ними превышает время их существования, то между ними не возникнет взаимной двусторонней связи. Объект, пославший сигнал, уже исчезнет, как таковой, ко времени прихода «ответного» воздействия, и между телами возможна будет лишь односторонняя связь.

Но возможность такой связи еще не означает ее необходимости. По современным представлениям, взаимодействие между телами осуществляется путем обмена квантами различных полей. Каждый объект, обладающий конечной массой и энергией, может излучать в пространство лишь конечное число квантов. И если объекты достаточно удалены друг от друга, то между ними может вовсе не возникнуть обмена квантами за все время их существования. Поэтому нет оснований представлять Вселенную

3*

67


жак единый механизм, в котором каждому явлению уготовано строго определенное место. Вселенную образует бесчисленное множество относительно самостоятельных систем, каждая из которых подчиняется прежде всего собственным внутренним законам развития, особенно при их достаточной пространственной удаленности друг от друга.

Нельзя распространять на весь мир и вещественно-субстратную модель единства мира. Все известные сейчас тела на Земле и в космосе состоят из протонов, нейтронов, электронов, мезонов и других микрочастиц. Но отсюда еще не следует, что данные микрообъекты являются последними «кирпичиками» материи, обеспечивающими единство мира. Вполне возможно существование качественно иных видов материи, также обладающих сложной структурой, способностью к качественным превращениям. Если некоторые микрообъекты устойчивы в определенных типах взаимодействий, как, например, атомные ядра в химических реакциях, то в других взаимодействиях (с большей энергией) они обязательно обнаружат свою сложность и изменчивость. Понятие субстанциальности материи означает лишь признание материального единства мира, абсолютности и всеобщности материи.

В наибольшей степени соответствует действительности то понимание единства мира, которое выдвигается в рамках диалектического материализма. Согласно этому пониманию, всем состояниям материи присущи определенные универсальные атрибуты и диалектические закономерности бытия. Их наличие определяет единство всех форм материи, возможность их взаимодействия и превращений. Некоторые из всеобщих атрибутов материи отражаются в законах и категориях диалектического материализма. Так, атрибутивный характер имеют: единство и взаимодействие противоположностей во всех системах, единство количественных и качественных изменений, сущности и явления, формы и содержания, части и целого, внутреннего и внешнего, конечного и бесконечного и т. д. Взаимодействие всех материальных систем необходимо приводит к объединению их в более общие образования, к самоорганизации и развитию материи.

В этой теории единства мира, называемой атрибутивной теорией, материя не ограничивается какими-либо определенными качественными состояниями или коли-

68


чественными законами, а допускается бесконечность ее видов при наличии у них определенных общих свойств.

Что же может служить универсальным критерием для определения универсальных атрибутов материи? Прежде всего их абсолютность. Всеобщие свойства материи не могут быть относительными, проявляющимися в одних условиях и не существующими в других. Они не могут переходить в свою противоположность в любых связях и отношениях. Сохраняемость материи, взаимодействие, движение, пространство, время, структурность, бесконечность и другие всеобщие свойства материи никогда не исчезают, и для них не существует объективного эквивалентного антипода. В любых состояниях материя обладает этими свойствами.

Отмеченные атрибуты материи образуют то общее содержание, которое проявляется во всем многообразии конкретных свойств материи. Но это общее не существует в отрыве от отдельного, конкретного. Поэтому на разных структурных уровнях формы проявления единых атрибутов материи будут различными, и современная наука знает лишь малую часть этих проявлений. Познание всеобщих свойств и законов материи является многоступенчатым процессом перехода от явлений к сущности и от менее глубокой сущности к более глубокой.

Всеобщие законы движения и развития, исследуемые диалектическим материализмом, не ограничены какими-либо условиями действия, параметрами и константами, определенной количественной формой. Они выражают общую структуру причинных отношений во множестве частных законов природы и общества.

Итак, с точки зрения учения о всеобщих свойствах и законах материи материальное единство мира проявляется:

— в абсолютности и вечности материи, ее несотворимости и неуничтожимости;

— в единстве материи и ее важнейших свойств на всех структурных уровнях;

— в подчинении всех явлений всеобщим диалектическим закономерностям;

— во взаимной связи и обусловленности всех структурных уровней и систем(непосредственной или косвенной);

— в многообразных взаимных превращениях мате-альных объектов;

69


— в историческом развитии материи, возникновения живой и социально организованной материи на основе менее сложных форм.

Помимо этих общих признаков в локальных масштабах единство мира проявляется также в аналогичности физико-химического состава и строения тел, подчинении их ряду общих количественных законов, уравнений движения, в аналогичности формы математических законов, в исторической преемственности многих свойств систем в процессе развития, в аналогичности их строения и функций. Эти проявления единства объективного мира исследуются естествознанием. Прогресс в этом направлении способствует более глубокому пониманию всеобщих свойств и законов материи.

Учение о материи и формах ее бытия составляет основу диалектико-материалистической картины мира. Из него следует, что для каждого рода явлений в мире можно построить рациональную диалектико-материалистическую теорию, раскрывающую его основные черты, происхождение и тенденции развития. Именно благодаря единству мира, существованию всеобщих свойств и законов материи, а также сходству многих частных законов на разных структурных уровнях и возможно неограниченное познание объективной действительности.

Человеческое познание расширяется подобно спирали, которая не только идет вверх, но и увеличивает свой диаметр. Знание форм единства мира обеспечивает переход от известного к неизвестному, позволяет через свойства конечных и преходящих явлений раскрыть некоторые аспекты бесконечного и абсолютного в мире.

70


ГЛАВА III

СОЗНАНИЕ, ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И СУЩНОСТЬ

1. СООТНОШЕНИЕ МАТЕРИИ И СОЗНАНИЯ

Понятие сознания. Понятие сознания является в философии следующим после, материи предельно широким понятием. Поэтому выяснить, что такое сознание, нельзя иначе как через раскрытие отношения сознания к материи. Все многообразные явления мира можно разделить на материальные и идеальные. Материальные явления существуют объективно, вне и независимо от человека и обобщаются понятием «материя». Идеальные, духовные явления в отличие от материальных существуют только как вторичные, производные от материальных явлений и находят свое выражение в понятии «сознание». Понятие сознания в принципе не включает в себя каких-либо материальных компонентов. Вместе с тем определить это понятие, выяснить, что такое сознание, возможно только потому, что между материей и сознанием есть нечто общее и вместе с тем имеется качественное различие. Без этого материя и сознание вообще не могли бы находиться в каком-либо отношении.

Сознание и материя имеют между собой то общее, что они существуют реально. Однако материя и сознание представляют собой качественно различные реальности, причем это различие выступает не в том вздорном, по выражению Ленина, смысле, будто сознание имеет меньшую реальность по сравнению с материей, а именно в качественном отношении. Материя существует как объективная реальность вне и независимо от нашего сознания. Сознание же существует как отражение материи, как внутренний духовный мир человека, как субъективная реальность. Качественная специфика сознания находит свое

71


наиболее общее выражение прежде всего в то:.г, что оно является вторичной по отношению к материи реальностью. Уже в этом соотношении с материей со всей очевид-.ностью раскрывается специфическая природа сознания. Однако в целом проблема сознания очень сложна. На современном этапе развития науки к этой проблеме относятся, например, вопросы о сущности и природе сознания, его происхождении и развитии, психологических особенностях индивида и локализации психических функций, материальных (в частности, эволюционных, биологических) предпосылках сознания, его биологических, физиологических и неиродинамических основах, физиологическом механизме сознания, сознательном и бессознательном в психике, об индивидуальном и общественном сознании и многие другие. В данной главе будут рассмотрены только философские вопросы проблемы сознания.

Отражая многообразие материи как объективной реальности, сознание тем самым обладает весьма сложным содержанием. Поэтому, чтобы более конкретно выяснить сущность сознания, необходимо рассмотреть его со многих сторон, в его различных отношениях и определениях.

Сознание есть свойство высокоорганизованной материи, человеческого мозга, продукт общественного развития. Оно выступает как способность нашего мозга отражать материальный мир. С этой стороны сознание неотделимо от мозга. Только в воображении можно представить сознание как нечто существующее само по себе, отдельно от мозга. Фактически же без мозга человек не может ни сознавать, ни мыслить, ни фантазировать.

Человеческий мозг есть орган сознания. Сознание возникло и развивалось в тесной связи с развитием нашего мозга как его продукт. «...Наше сознание и мышление, - писал Ф. Энгельс, - как бы ни казались они сверхчувственными, являются продуктом вещественного, телесного органа — мозга» 1.

Определение сознания как свойства мозга выражает не только зависимость, неотделимость сознания от высокоорганизованной материи, но и его качественную специфику. Мозг по отношению к своему свойству — сознанию — является материальным субстратом, носителем, а не самим


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 285—286.

72


этим свойством. Сознание — это не вещество мозга и не какая-то другая материя, а особая весьма сложная способность человеческого мозга отражать вне нас существующий мир. Как функция мозга сознание существует до тех пор, пока функционирует мозг. Когда же мозг разрушается, сознание исчезает.

Определение сознания только в отношении к мозгу еще полностью не раскрывает его сложной природы. Специфическая особенность сознания наиболее отчетливо обнаруживает себя, когда мы рассматриваем его со стороны его отношения к материальному миру. В этом смысле сознание есть высшая, а именно идеальная форма отражения объективного, материального мира в мозгу человека. Сознание действительно существует как вполне определенная реальность, но только как отражение объективного мира в голове человека. Сознание, даже если оно верно отражает действительность, никогда не совпадает с материальным миром прямо и непосредственно. Мир, как мы его представляем и мыслим в сознании, и мир сам по себе — не одно и то же. Сознание — это образ, копия, отображение материального, но само оно не материально. Оно есть идеальное в том смысле, что образ — это не вещь, а снимок с нее в мозгу человека. В образе вещь дана в преобразованном виде, как идеальное. Образ, снимок, если он верно отображает материальное, объективен по своему содержанию. Но в то же время он не тождествен материальному, вторичен по отношению к нему. Сознание существует только в голове человека как субъективный образ объективного мира. «...Наше сознание есть лишь образ внешнего мира, и понятно само собою, что отображение не может существовать без отображаемого, но отображаемое существует независимо от отображающего» 1. Поэтому сознание не может быть включено в понятие материи. Все формы его проявления составляют духовный мир человека, т. е. то, что марксизм-ленинизм называет идеальным.

Сознание включает в себя разнообразные формы отражения объективного мира, начиная от элементарных — ощущений и восприятий, которые непосредственно связывают его с внешним миром, и кончая высшим продуктом мозга — абстрактным мышлением — понятиями, сужде-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 66.

73


пиями и умозаключениями, в которых отражается глубокая сущность вещей, закономерная связь между ними. Отсюда следует, что сознание не равнозначно абстрактному мышлению, не тождественно с ним. Абстрактное мышление — это только одно из проявлений сознания, его высшая ступень. При этом все элементы сознания взаимосвязаны. Ощущения, восприятия являются источником мысли. Без них мысль пуста. В то же время сами они носят осмысленный характер. Таким образом, сознание во всех своих отношениях к материи — и как свойство мозга, и как отражение материи — идеально по своей природе.

Сознание как духовное, идеальное, противоположное материальному непосредственно формируется только под влиянием общественной практической деятельности людей и в конечном счете определяется ею. Хотя оно является свойством, функцией мозга, но сознает не мозг сам по себе, а общественный человек, обладающий мозгом и выступающий как сознающее существо. Отсюда следует, что сущность сознания нельзя выяснить исходя из анатомо-физиологических и других материальных свойств и особенностей человеческого мозга.

Сознание — это результат общественной деятельности человека, обусловленный познанием и преобразованием действительности. Так как сознание присуще лишь общественному человеку, то оно непосредственно связано со всеми сторонами общественной жизни и является регулятором целенаправленного человеческого поведения. Функционирование сознания возможно только в обществе. Человек, порвавший все связи с обществом, лишается тем самым и полноценного сознания, перестает быть человеком.

Сознание есть отражение не только природных вещей, процессов, явлений, но и собственно человеческих общественных отношений. Поскольку человек живет в обществе, вместе с обществом, то он осознает как окружающую природу, так и социальные отношения и тем самым осознает свое место в окружающем мире и общественной жизни. Опираясь на общественный опыт, человек в ходе своего индивидуального развития осмысливает свои действия, мотивы поведения, формирует свой духовный мир, осознает себя как личность, вырабатывает самосознание.

74


Сознание и познание. Сознание, его формирование и развитие, исторически связано с процессом накопления знаний. Оно предполагает познавательное отношение человека к объективному миру. Еще в «Экономическо-философских рукописях 1844 года» К. Маркс отмечал, что «способ, каким существует сознание и каким нечто существует для него, это — знание. Знание есть его единственный акт. Поэтому нечто возникает для сознания постольку, поскольку оно знает это нечто» 1.

Отсюда правомерно сделать вывод, что нет и не может быть развитого сознания без знания. Но и знания вне и без сознания быть не может. Степень развития сознания определяется прежде всего накопленными человечеством знаниями.

В то же время приобретенные обществом знания имеют исторически ограниченный характер. Это связано с тем, что процесс познания совершается как переход от частичного знания к знанию все более полному, так что на каждом этапе своего развития наше знание достигает лишь определенной степени полноты, обусловленной уровнем развития общественно-исторической практики и науки.

Процесс приобретения обществом знаний и развитие их людьми является познанием. Сознание и есть прежде всего познание, а познание в свою очередь выступает как обогащение сознания новыми знаниями. Тесная связь сознания и познания выражается в том, что они выступают в одинаковых чувственных и рациональных (мыслительных) формах. Основными формами сознания и соответственно познания являются ощущение, восприятие, представление, понятие, суждение и умозаключение.

Наряду с родственностью понятий «сознание» и «познание» между ними имеются и некоторые различия. Философская характеристика сознания связана прежде всего с ответом на первую сторону основного вопроса философии. В ней выясняется сущность сознания, идеального, духовного в отношении к материи. Сознание вторично, производно от материи как по своему источнику, происхождению, так и по развитию. Познание в большей степени связано с положительным ответом на вторую сторону основного вопроса философии. С точки зрения диалекти-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Из ранних произведений. М., 1956, стр. 633.

75


ческого материализма человек в состоянии познать действительный мир, создать в процессе познания субъективный образ, идеальную копию объективного мира.

Принцип первичности материи и вторичности сознания в диалектическом материализме. Принцип первичности материи и вторичности сознания является исходным принципом, общим для всех форм материализма. Однако в материалистическое объяснение вопроса о соотношении материи и сознания марксизм внес два новых очень существенных, органически связанных между собой дополнения. Такими дополнениями являются, во-первых, диалектический метод, позволивший последовательно научно решить этот вопрос, и, во-вторых, всесторонность в проведении принципа первичности материи и вторичности сознания, давшая возможность применить этот принцип к объяснению общественных явлений. Естественно поэтому, что диалектический материализм не просто наследует и повторяет положение старого материализма о первичности материи по отношению к сознанию, а развивает это положение дальше. Не на повторение исходных материалистических посылок в объяснении природы обратили все свое внимание К. Маркс и Ф. Энгельс, а «на серьезное теоретическое развитие материализма, на применение его к истории, т. е. на достраивание здания материалистической философии доверху» 1.

Материалисты до Маркса уделяли главное внимание тому, чтобы доказать первичность материи по отношению к сознанию, обосновать зависимость сознания от материи. Они, насколько им позволяла наука того времени, старались быть последовательными в проведении принципа первичности материи в отношении сознания. Однако в целом их метод доказательства и обоснования материалистического решения вопроса о соотношении материи и сознания не был до конца научным. Отсутствие у них диалектического подхода не давало им возможности рассмотреть соотношение материи и сознания в их историческом развитии и взаимодействии. В конечном счете они рассматривали соотношение материи и сознания не в развитии, а как раз и навсегда данное. Материалисты-метафизики оказались не в состоянии научно объяснить происхождение и развитие сознания, раскрыть его спе-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 255—256.

76


цифическую природу, показать деятельный характер человеческого сознания, правильно понять роль практики в познании и преобразовании мира.

Метафизическая концепция не позволила домарксов-, ским материалистам применить принцип первичности материи к явлениям общественной жизни, материалистически понять соотношение общественного бытия и общественного сознания. Все они, являясь материалистами «снизу», в объяснении природы, оставались идеалистами «сверху», в понимании истории человеческого общества.

Марксистская философия благодаря диалектическому подходу к объяснению соотношения материи и сознания дала последовательное, глубоко научное обоснование принципа первичности материи и вторичности сознания, впервые в истории философии применила этот принцип к человеческому обществу. Материалистическое объяснение соотношения общественного бытия и общественного сознания дало возможность научно решить целый ряд проблем философского материализма, которые являлись камнем преткновения для всех материалистов домарксовского периода. Только благодаря материалистическому пониманию истории было научно доказано, что материальной основой возникновения, формирования и развития сознания является прежде всего общественное производство, общественная трудовая деятельность человека.

Диалектико-материалистическое объяснение соотношения материи и сознания дает возможность не только всесторонне обосновать вторичность сознания и его зависимость от материи, но и показать его деятельную сторону. В отличие от ограниченной метафизической точки зрения на сознание как только на производное, зависимое от материи, диалектико-материалистическое понимание взаимоотношения материи и сознания предполагает как зависимость сознания от материи, так и его относительную самостоятельность в развитии и обратное воздействие на материю, на материальное бытие, признание активно преобразующей роли человеческого сознания по отношению к материальному миру.

Таким образом, только диалектический материализм сумел научно обосновать и последовательно применить к объяснению всех явлений природы и общества принцип первичности материи и вторичности сознания. Диалектико-материалистическое обоснование этого принципа исходит

77


из достижений науки и практики. Вместе с тем марксистская философская теория ставит перед частными науками грандиозную задачу — дальше исследовать и конкретно показать, как и при каких условиях возникает сознание в ходе исторического развития материи, полнее и глубже раскрыть природу сознания.

Марксистский материалистический монизм. В решении вопроса о соотношении материи и сознания диалектический материализм последовательно проводит точку зрения монизма. Он исходит из признания одного начала, одной основы мира — материи — и рассматривает все качественно многообразные явления мира, в том числе и сознание, как различные проявления свойств движущейся материи.

Материалистический монизм прямо противоположен дуализму, которьш признает сознание и материю за отдельные, независимые друг от друга самостоятельные субстанции. Дуализм, где бы он ни проявлялся — в философии, в психологии или в физиологии, - по самой своей природе исключает всякую возможность научного решения вопроса о взаимоотношении материи и сознания. Представители дуализма в философии и естествознании не в состоянии правильно объяснить, каким образом материя и сознание, физическое и психическое могут быть взаимно связаны, плиять друг на друга. Проводя непроходимую грань между материей и сознанием, дуализм по сути дела отрицает первичность материи по отношению к сознанию, признает существование сознания вне материи, психического вне мозга. Это находится в явном противоречии с естествознанием, доказавшим зависимость психического от деятельности мозга. Своим отрывом сознания от материи дуализм снимает вопрос о происхождении, развитии и сущности сознания.

Монистическая точка зрения на материю и сознание опровергает дуализм. Однако не всякая монистическая точка зрения дает научное, правильное объяснение взаимоотношения между материей и сознанием. Под понятием «монизм» может скрываться как материализм, так и идеализм. Все дело в том, какое содержание вкладывается в это понятие. В зависимости от того, что берется за первооснову всего существующего — материя или сознание, монизм может быть или материалистическим, или идеалистическим. Идеализм вопреки данным науки объявляет

78


первичным сознание, а материю, внешний мир считает вторичным, производным от сознания. Поэтому идеалистический монизм оказывается не менее ошибочным, чем дуализм. Дуализм преодолевается идеалистическим монизмом путем чисто логического превращения материи в производное от сознания. Ставя сознание на первое место по отношению к материи, идеализм рассматривает материю как продукт развития сознания, или, по терминологии Гегеля, «абсолютной идеи». В таком соотношении сознание превращается в самостоятельный субъект, становится творцом материи. Но так как сознание в действительности не существует и не может существовать вне человеческой головы, то конструирование сознанием материи, внешнего мира является идеалистическим вымыслом, воображением идеалиста.

Сознание, принимаемое идеализмом за первичное, за творца материи, на самом деле есть обыкновенное реально существующее человеческое сознание, но только метафизически оторванное от человека и человеческого мозга и превращенное в мертвую абстракцию, в «сознание вообще». Из этого «сознания вообще» идеалисты выводят природу, а уж из природы — обыкновенное человеческое сознание. Такое идеалистическое построение является вздорным, потому что оно допускает существование сознания без человека и до человека, а это противоречит науке и практике. Положение идеализма о первичности сознания и «роизводности материи есть лишь иное, более утонченное выражение религиозного миропонимания, согласно которому мир создан богом.

Лженаучная сущность идеалистического монизма проявляется в том, что он вступает в прямое противоречив с данными науки, свидетельствующими, что сознание является порождением определенным образом организованной материи. Понимая сознание как нечто заранее данное, независимое от материи, идеализм тем самым пытается снять вопрос об объективной закономерности возникновения сознания и его сущности.

В противоположность антинаучным, идеалистическим утверждениям о первичности сознания материалистический монизм рассматривает сознание как производное от материи, без которой оно не существует.

«Материалистическое устранение «дуализма духа и тела» (т. е. материалистический монизм), - писал Ленин, -

79


состоит в том, что дух не существует независимо от тела, что дух есть вторичное, функция мозга, отражение внешнего мира» 1.

Монизм марксистского материализма, принимая материю за первичное, за единственную основу мира, считает сознание продуктом длительного естественноисторического развития материи. Сознание появилось лишь в результате многочисленных качественных преобразований самой материи. С точки зрения марксистского монизма сознанием обладает не вся материя, а лишь живая материя, и то только на высшей ступени своего развития. Марксистский монизм не снимает, следовательно, вопроса о происхождении сознания, идеального, а, наоборот, ставит его перед наукой и опирается на ее данные. В этом диалектическом подходе к вопросу об отношении сознания к материи заключается одно из существенных качественных отличий марксистского монизма от материалистического монизма вообще. Прежние материалисты, особенно французские материалисты XVIII в. и Людвиг Фейербах, приложили много усилий, чтобы преодолеть дуалистическое понимание вопроса о соотношении материи и сознания, доказать зависимость сознания от материи. Однако последовательно они этого сделать не смогли. У них отсутствовал исторический, диалектический взгляд как на материю, так и на сознание. Только диалектический материализм представил соотношение материи и сознания в их историческом развитии, в их взаимодействии, в котором сознание, будучи зависимым от материи, не теряет своей специфической природы и активно воздействует па материю.

Ошибочность отождествления сознания с материей. Диалектический материализм выступает против всяких попыток истолковать зависимость сознания от материи как тождество между ними. Сознание, мышление нельзя отделить от отражаемой им материи, от мозга как органа мышления, но на этом основании было бы совершенно ошибочно считать сознание материальным. Мышление необходимым образом связано с биохимическими, биофизическими, физиологическими процессами, происходящими в человеческом мозгу. Эти процессы составляют материальную основу мышления, без них оно невозможно. Но от-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 88.

80


сюда вовсе не следует, что сознание есть та же материя, как это утверждали вульгарные материалисты, например Бюхнер, Фогт и Молешотт.

Вульгарные материалисты, эти разносчики дешевого материализма, отождествляли процесс мышления с физиологическими процессами в головном мозгу человека. Мозг, утверждали они, органически выделяет мысль, так же как печень — желчь. Отождествляя мышление с материей, вульгарные материалисты считали мысль материальной формой бытия. Такое истолкование мышления игнорирует качественное различие между материей и сознанием, установленное наукой. При подобном понимании теряет смысл гносеологическое противопоставление материи духу, а следовательно, стирается грань между материализмом и идеализмом, ибо если мышление материально, то сам собой снимается основной вопрос философии, отпадает необходимость обосновывать первичность материи и вторичность сознания.

Вульгарные материалисты полагали, что их учение направлено против идеализма и дуализма, но фактически они наносили чувствительный вред самому материализму. Стараясь доказать, будто сознание материально и даже вещественно, телесно, они независимо от их желания исказили действительную природу сознания, превратили сознание в нечто пассивное, бездеятельное и тем самым сделали материализм уродливо однобоким, вульгарным. В таком вульгарно преобразованном виде материализм оказывается неспособным вести последовательную борьбу ни против дуализма, ни против идеализма. Грубый материализм, как справедливо говорил Добролюбов, унижает высокое значение духовной стороны человека.

Что же приводит к вульгарному материализму, к отождествлению сознания с материей? В конечном итоге к этому ведет метафизический подход к решению вопроса о соотношении материи и сознания, незнание или просто игнорирование диалектики. Разумеется, метафизический материализм не всегда прямо приводит к вульгарному, упрощенному решению вопроса о соотношении материи и сознания. Известно, например, что Фейербах стоял на позициях метафизического материализма, не понимал и даже игнорировал гегелевскую диалектику. И тем не менее он не только не отождествлял сознание с материей, а, напротив, критиковал, вульгарных материалистов за то, что

81


они сводили сознание к материи. Метафизическая точка зрения на соотношение материи и сознания приводит к вульгарному материализму тогда, когда действительная зависимость сознания от материи преувеличивается, абсолютизируется, доводится до стирания всякого различия между ними. Дополнительным условием к этому у вульгарных материалистов Бюхнера, Фогта и Молешот-та было то, что к решению вопроса о взаимоотношении материи и сознания они подходили не столько с философских, сколько с узкопрофессиональных позиций естественников, как врачи и физиологи. Это и нашло свое выражение в крайне грубом сравнении ими мыслительного процесса с физиологическими отправлениями организма.

Вопрос о взаимоотношении материи и сознания — один из самых сложных вопросов философии и других наук. Правильное понимание этого вопроса возможно только с позиций материалистической диалектики. Даже малейшее отклонение от последовательного применения диалектики к объяснению взаимоотношения материи и сознания может, как показывают факты, привести к путанице и ошибкам. Так, сторонник диалектического материализма И. Дицген, смешивая понятия «материальное» и «реальное», пришел к ошибочному выводу, что раз мышление существует реально, то, следовательно, оно материально, и поэтому в понятие материи надо включить и мысль. Ленин по поводу этого замечает: «Тут явная неверность. Что и мысль и материя «действительны», т. е. существуют, это верно. Но назвать мысль материальной — значит сделать ошибочный шаг к смешению материализма с идеализмом» К Как видно из этого замечания, Ленин, признавая реальность мышления, отрицает его материальность. Уто очень важно для правильного понимания природы сознания, мышления.

Отдельные случаи отождествления сознания с материей все еще встречаются и в нашей философской литературе, что связано с отступлением от диалектики при решении основного вопроса философии, подменой диалектики упрощенной логикой рассуждений. Если сознание нематериально, утверждают сторонники подобных упрощенных рассуждений, то оно не может быть свойством мозга. Поскольку же сознание является неотделимым


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 257.

82


Свойством материального органа — мозга, зависит от мозга, а функционирование мозга представляет собой в каждом случае качественно конкретное движение материи, постольку якобы сознание материально. При этом забывается азбучная истина материалистической диалектики, согласно которой зависимость еще не означает тождества. Сознание, безусловно, неотделимо от материи, от мозга, но это вовсе не означает, что оно материально, тождественно с материей. В отличие от материального сознание всегда идеальпо. Превращая сознание в материальное, приверженцы тождества материи и сознания по существу смыкаются с представителями идеализма, которые сводят материю к сознанию.

Таким образом, в противовес вульгарному материализму марксистский философский материализм не отождествляет материю и сознание, но в то же время не проводит и абсолютной грани между ними, как это делают дуалисты, потому что сознание не может быть ничем иным, как продуктом особым образом организованной материи, отражением объективно существующего мира и его закономерностей, и вовсе не составляет самостоятельней субстанции.

Относительный характер противоположения материи и сознания. Диалектический материализм, подчеркивая противоположность между материей и сознанием при решении основного вопроса философии, за пределами данного вопроса эту противоположность не абсолютизирует. Он решительно отвергает как порочные утверждения о тождественности сознания и материи, так и возведение противоположности материи и сознания в абсолют. «... Противоположность материи и сознания, - указывал В. И. Ленин, - имеет абсолютное значение только в пределах очень ограниченной области: в данном случае исключительно в пределах основного гносеологического вопроса о том, что признать первичным и что вторичным. За этими пределами относительность данного противоположения несомненна» 1.

Противопоставление материи и сознания в рамках основного вопроса философии имеет решающее значение при определении различных направлений в философии. Без указания на то, что признается за первичное — материя или сознание, нельзя дать определение материализма и иде-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 151.

83


ализма. Материя и сознание, если их рассматривать с точки зрения основного гносеологического вопроса, находятея в таком соотношении, что они никак не могут поменяться местами. Материя в этом соотношении оказывается всегда первичной, а сознание — вторичным. Поэтому противоположение материи и сознания в пределах вопроса о том, что взять за первичное и что за вторичное, имеет абсолютное значение. Но если поставить вопрос, что такое сознание, откуда оно берется, то, отвечая на него, мы увидим, что сознание является свойством высокоорганизованной материи, продуктом человеческого мозга, что сознание не существует вне и независимо от материи, от мозга. В этом смысле противоположность материи и сознания имеет относительный характер. «Нельзя, — писал Ф. Энгельс, - отделить мышление от материи, которая мыслит» 1. Хотя сознание как отражение материи и отличается от материи и ее свойств тем, что оно идеально по своей природе, но это отличие не абсолютно,| так как идеальное, говорил Маркс, есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней. Идеальное, сознание, будучи в конечном счете продуктом материи, не противоречит материи, а соответствует ей. Сознание не может абсолютно противопоставляться материи уже потому, что оно является свойством материи и продуктом ее развития. Оно подчиняется тем же наиболее общим законам диалектики, которые присущи самой материи.

Сознание всегда имеет своим источником материальный мир, оно не может быть ничем иным, как только отражением материального бытия людей. «Даже туманные образования в мозгу людей, - писали Маркс и Энгельс, - и те являются необходимыми продуктами, своего рода испарениями их материального жизненного процесса, который может быть установлен эмпирически и который связан с материальными предпосылками» 2. Но если даже иллюзорное, извращенное сознание, каким является, например, идеалистическое и религиозное мировоззрение, связано с материальными предпосылками, то, следовательно, сознание, какую бы форму оно ни принимало, не может быть независимым от материи и находиться в абсолютной противоположности к ней.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 301.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 25.

84


Сознание как свойство человеческого мозга может проявляться лишь в процессе взаимодействия человека с природой, а также в процессе общения людей друг с другом. Только благодаря активному отношению человека к природе и общению людей между собой при помощи языка сознание становится реальностью, действительно существует.

Сознание и кибернетика. В последнее время в связи с возникновением такой науки, как кибернетика, и созданием на ее основе электронно-вычислительных машин перед человечеством встал ряд новых социальных и теоретико-познавательных вопросов. Может ли машина вообще заменить человека, сделать ненужными его разум, чувства, волю? Каковы возможности и перспективы моделирования психических функций с помощью технических устройств? Можно ли в принципе создать автоматы, эквивалентные по своим функциональным возможностям живым системам? При ответах на эти вопросы высказываются разные и зачастую противоположные точки зрения, приводятся различные аргументы в их защиту.

Буржуазные идеологи пытаются воспользоваться этой ситуацией для подтверждения своих философских, социологических и политических идей. Они мистифицируют роль электронно-вычислительных машин, наделяют их какой-то сверхчеловеческой, сверхсоциальной сущностью, противопоставляя их человеку и обществу. Неправильно истолковывая данные кибернетики, буржуазная философия пытается вселить в человечество неуверенность в своем будущем, породить страх перед успехами технического прогресса и развитием цивилизации.

Подобные попытки противопоставления машины человеку и обществу, отождествления сознания человека с «сознанием» машины вытекают из"непонимания или фальсификации такой общей социальной проблемы, как проблема человека, машины и науки. Машина — это продукт общественной деятельности человека, природный материал, в котором воплощены его мысль и воля. К. Марко рассматривал машины как «созданные человеческой рукой органы человеческого мозга» как «овеществленную силу знания». Машина осуществляет определенные целесообразные действия, однако цель и выбор путей для достижения этой цели машине «задает» человек либо в форма ее общей конструкции, либо в виде определенной про-

85


граммы. Человек истолковывает также и даваемые машиной решения, используя их для тех или иных целей. Действия машины целесообразны лишь постольку, поскольку они включены в определенный общественный производственный процесс.

Современные кибернетические машины намного увеличивают возможности познания человеком окружающего мира. Однако ни одна из самых сложных и совершенных машин никогда не заменит человека, его сознания. Человечество в целом будет всегда «умнее» создаваемых им машин. Общественный человек — творец машин — будет использовать их только в своих интересах и строить таким образом, чтобы они сберегали его физический и умственный труд. Машина не заменяет человека в буквальном смысле этого слова, а лишь усиливает его физические и умственные возможности. Она потому и применяется, что может выполнить отдельные функции быстрее, точнее, полнее и лучше людей. Но машина ничего не сознает и никогда сознавать не будет, поскольку у нее не существует мышления в полном и строгом значении этого понятия. Мышлением обладает человек, дополняющий его кибернетическими устройствами.

К сказанному нужно добавить, что никакая самая совершенная автоматическая техника не сможет воспроизвести богатейший внутренний, духовный мир человека. Способности к творчеству, интуиции, вдохновению, прокладыванию новых путей в науке, технике, культуре и искусстве всегда будут присущи лишь человеку. В соответствии с этим перед обществом не стоит и вряд ли когда-либо будет стоять задача создания кибернетического двойника человека. Человеку нужен не заменитель, а орудие, увеличивающее его интеллектуальные силы.

В искусственно создаваемых кибернетических системах могут с успехом моделироваться природные способности человеческого мозга. Однако создание и совершенствование кибернетических устройств не приводит к возникновению какой-то особой формы отражения. Эти устройства лишь новое познавательное звено, опосредствующее отражение мира человеком, искусственное продолжение мозга, расширяющее его познавательные возможности. Вопрос о том, где и каким образом будут применяться кибернетические устройства, - это вопрос прежде всего практики и специальных наук. Поэтому не следует понятия кибер-

86


нетики возводить в ранг философских и на основе их бсолютизации делать далеко идущие философски неправильные выводы.

2. СОЗНАНИЕ — ПРОДУКТ РАЗВИТИЯ МАТЕРИИ

Диалектико-материалистический подход к решению опроса о возникновении сознания. Вопрос о происхож-ении и развитии сознания имеет принципиальное зна-ение. Идти ли от материи к сознанию, или, наоборот, от ознания к материи — это вопрос гносеологический, определяющий направление философских течений. Здесь резко обозначаются две в корне противоположные философские линии: материалистическая (от материи к сознанию) и идеалистическая (от сознания к материи). Идеализм рассматривает сознание или как саморазвивающуюся духовную сущность, считая при этом материю простым выражением развития сознания, или как «комплекс ощущений», из которого образуется физический мир. При всех вариантах идеализм или вовсе снимает вопрос о происхождении сознания, или запутывает этот вопрос и уводит в сторону от правильного его решения.

В противоположность идеализму диалектический материализм при решении вопроса о возникновении сознания исходит из самой материи как источника сознания, из ризнапия самодвижения материи, присущих ей законо-ерностей развития. При таком единственно правильном одходе сознание выступает как результат развития ма-ерии по восходящей линии — от простых по своей организации форм ко все более сложным формам. Материя, отмечал Энгельс, развивает из себя мыслящий мозг человека в силу самой своей природы. «Материализм, - писал В. И. Ленин, - в полном согласии с естествознанием берет за первичное данное материю, считая вторичным сознание, мышление, ощущение, ибо в ясно выраженной форме ощущение связано только с высшими формами материи (органическая материя), и «в фундаменте самого здания материи» можно лишь предполагать существование способности, сходной с ощущением» Ч Это положение диалектического материализма направлено не только против идеализма, но и против гилозоизма, представители


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 39—40.

87


которого, например некоторые материалисты из числа механистов и метафизиков, справедливо подчеркивая зависимость ощущения, мышления от материи, в то же время не понимали качественного различия между живой и неживой материей и ошибочно считали ощущение и даже мышление общим свойством всей материи.

Признание мышления свойством, присущим всей материи, несовместимо с историзмом в подходе к сознанию. Ведь если мышление, как утверждал, например, стоявший на позициях гилозоизма Спиноза, есть атрибут, основное свойство всей материи, то, следовательно, оно никогда не возникает. Наиболее крайнее выражение гилозоизм получил в учении французского материалиста XVIII в. Робине, согласно которому каждый из материальных «зачатков», каждая частица физической материи мыслит. Моменты гилозоизма были и у Дидро, утверждавшего, что «и камень чувствует», а также у Ламетри, который так или иначе признавал одушевленность материи, хотя и в различной степени, в зависимости от ее организации.

Взгляд на чувствительность, сознание, мышление как на всеобщее свойство всей материи, несмотря на антиисторизм, содержит и рациональную мысль. В нем обосновывается материалистический тезис, что носителем сознания может быть только материя, что ощущение, сознание надо объяснять исходя из свойств, присущих самой материи. Эту мысль, особенно отчетливо выраженную в работе Дидро «Разговор Даламбера и Дидро», имел в виду Ленин, когда он высказал логическое предположение, что вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения. Однако ни Дидро, ни Ламетри, ни тем более Спиноза не сумели научно обосновать содержавшуюся в их взглядах рациональную мысль. Разумеется, они признавали разницу между чувствительностью, одушевленностью, скажем, камня и человека. Но эта разница трактовалась ими с позиции метафизической концепции развития, только как чисто количественное различие, как различие в степени одушевленности. Человек, говорил, например, Ламетри, более всех обладает душой, а растение обладает душой в меньшей мере 1.


1 См. Ламеттри. Избранные сочинения. М.-Л., 1925, стр. 244-245.

88


Антиисторическая точка зрения на ощущение, сознание опровергается наукой, которая доказывает, что ощущение представляет собой не всеобщее свойство материи, а продукт особым образом организованной материи, т. е. живой природы, что свойством ощущать обладает не вся природа, а лишь ее высшая форма.

Отражение как общее свойство всей материи. Подчеркивая, что ощущение необходимым образом связано лишь с живой природой, марксистский философский материализм, как уже было сказано, вместе с тем допускает, что вся материя обладает свойством, сходным с ощущением, - свойством отражения. Это всеобщее свойство материи, присущее всем формам ее существования, проявляется в процессе взаимодействия между предметами и явлениями материального мира.

Все предметы и явления находятся во взаимной связи, и уже в этом заключено то, что они воздействуют друг на друга. Отсюда следует, что всякий предмет и всякое явление так или иначе реагируют на воздействие других предметов и явлений и по-своему отражают их. Свойство отражения, присущее всей материи, можно определить как способность любого материального объекта определенным образом воспроизводить и запечатлевать в своих специфических изменениях особенности воздействующих на него объектов.

Отражение как общее свойство всей материи проявляется в качественно различных формах в зависимости от степени организации и развития, от определенного внутреннего состояния самой материи, от форм ее движения. Чем выше и сложнее структура и форма движения материи, тем выше и сложнее форма отражения.

Положение об отражении как всеобщем свойстве материи имеет глубокий философский смысл. Оно означает, что сознание не есть нечто сверхъестественное, потустороннее, абсолютно внешнее по отношению к материи. В фундаменте самого здания материи есть объективные реальные предпосылки для возникновения сознания, которые реализуются в соответствующих условиях в процессе развития материи.

Признание отражения свойством всей материи отнюдь не равнозначно гилозоизму, утверждению о том, что вся материя ощущает и мыслит. Ощущение и мышление в понимании диалектического материализма являются

89


качественно особыми, высшими формами отражения, необходимо связанными только с высокоорганизованной материей, и прежде всего с человеческим мозгом. Что же касается остальных материальных структур, то здесь свойство отражения проявляется в низших по сравнению с сознанием формах — в виде механических, физико-химических, биологических и других реакций тел на воздействие извне.

Однако современной науке известно, что хотя отражение как общее свойство материи не тождественно с ощущением и тем более с сознательным отражением материального мира в мозгу человека, но в то же время оно сходно и по существу родственно с ощущением. Отражение — это особое свойство материи, имеющее в отличие, скажем, от движения не субстанциональный, а функциональный характер. Именно этим во многом определяется сходство, родственность отражения как свойства всей материи с идеальным отражением человеческим мозгом как свойством высокоорганизованной материи. Отражение предмета в зеркале, на матовом стекле фотоаппарата, а также на сетчатке глаза сходно с идеальным отражением этого предмета в мозгу. Именно это сходство позволяет человеку создавать управляющие механизмы, в частности кибернетические системы, в которых моделируются даже логические, сознательные процессы.

Ощущение как образ предмета в мозгу, будучи сходно с зеркальным и всяким другим образом, вместе с тем качественно отличается от последнего. Ощущение, так же как и восприятие, представление, есть идеальный образ предмета, тогда как образ предмета в зеркале является физическим образом. Зеркало отражает предметы всегда одним и тем же неизменным способом, а именно пассивно отражает то, что находится перед ним. В отличие от зеркала мозг отражает материальный мир активно, деятельно. Образ предмета в мозгу — это не зеркально-мертвый, раз навсегда данный, неизменный снимок. Он все время изменяется, совершенствуется, делается все более богатым, а следовательно, все глубже схватывает сущность предметов и явлений.

Свойство отражения, присущее всей материи и родственное с ощущением, надо понимать не только как внешнюю реакцию материи на воздействие извне, но и как способность материи отражать это воздействие, уравновеши-

90


ваться с ним и изменять характер внешних реакций в зависимости от своей внутренней структуры. При таком понимании отражение оказывается внутренним свойством материи,, и притом свойством подвижным, изменяющимся вместе с изменением видов материи и форм ее движения. Из сказанного следует, что проблема отражения включит в себя два взаимосвязанных вопроса: вопрос о качественном различии форм отражения и вопрос о сходстве между ними. Положение диалектического материализма об отражении как всеобщем свойстве материи означает признание того, что между качественно различными формами отражения существует закономерная связь, что высшая форма отражения (сознание) возникла в результате развития самой материи, ее качественных преобразований.

Формы отражения, присущие живой природе. Все высшие формы отражения связаны с жизнью как формой существования особым образом организованной материи. Поэтому понять качественную специфику этих форм отражения можно только на основе правильного понимания действительной природы жизни, закономерностей ее возникновения и развития.

Диалектический материализм понимает жизнь принципиально по-иному, чем идеализм. Идеалисты издавна распространяли ложную, антинаучную версию о том, будто жизнь есть не что иное, как проявление какого-то нематериального начала, какой-то таинственной сверхъестественной силы, стоящей над природой и определяющей ее развитие. Реакционные, лженаучные воззрения на жизнь широко пропагандируются буржуазными учеными в виде витализма и неовитализма, объясняющих процессы жизни наличием в организмах особого нематериального начала — «жизненной силы», или, по выражению немецкого реакционного биолога-неовиталиста Г. Дриша, «энтелехии». К этим теориям примыкают концепции некоторых современных ученых, абсолютизирующих специфику живого и игнорирующих физико-химические, кибернетические и другие современные методы научного исследования и проникновения в сущность жизни. Противоположной крайностью является современный механицизм, сводящий сущность жизни к законам физики, химии, кибернетики, к физическим взаимодействиям и химическим реакциям.

Наука доказывает, что жизнь материальна по своей природе, что она возникла в процессе закономерного

91


естественноисторического развития материи. Жизнь не привносится в материю извне. Живую, ощущающую материю порождает на основе присущих ей закономерностей при наличии определенных условий сама неорганическая материя. «... Материя, - говорил Ф. Энгельс, — приходит к развитию мыслящих существ в силу самой своей природы, а потому это с необходимостью и происходит во всех тех случаях, когда имеются налицо соответствующие условия...» 1. Неживая материя не обладает ощущением, но в ней заложена возможность возникновения живой, ощущающей материи.

Между живой и неживой природой нет и не может быть абсолютной грани. Живая природа, как установлено естествознанием, состоит из тех же самых химических элементов, которые содержатся и в неживой природе. Она построена из тех же «элементарных» частиц, что и неживая природа.

Из этого следует, что живое нельзя рассматривать как нечто нематериальное. Вместе с тем диалектический материализм указывает на качественное отличие живой природы от неживой и решительно выступает против механического сведения процессов жизни к простым физико-химическим процессам. Жизнь — это качественно новая форма движения материи, имеющая свои особые закономерности. Хотя живой организм и состоит из тех же химических элементов, из тех же частиц материи, которые имеются и в неживой природе, но в организме. эти элементы и частицы находятся в высшем, качественно ином единстве и взаимодействии, чем в неорганическом веществе. Вещества неживой природы благодаря весьма сложным соединениям образуют при определенных условиях качественно особую форму движения материи — жизнь.

Согласно современным научным представлениям, особо важную роль в живых организмах играют белки и нуклеиновые кислоты (ДНК и РНК), являющиеся полимерными, высокомолекулярными веществами. Соединяясь между собой, они образуют белковые тела, называемые нуклеопротеидами, с которыми и связана жизнь. Белки и нуклеиновые кислоты представляют собой макромолекулы с молекулярным весом от нескольких тысяч до мил-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 524.

92


лионов единиц. В свою очередь эти макромолекулы являются комбинациями химически связанных между собой звеньев.

Но как уже отмечалось в предыдущей главе, в связи с развитием космических исследований современная " наука выдвигает гипотезы о возможности существования иных, небелковых форм жизни.

Все живые тела имеют определенные признаки, отличающие их от тел неживой природы. К числу этих признаков относятся: особая структурная организация живого, специфический обмен веществ, рост, размножение, приспособление к меняющимся условиям среды, саморегуляция, самовоспроизведение, самосохранение, самосовершенствование, наследственность, изменчивость и т. п.

Что же такое жизнь с точки зрения диалектического материализма? «Жизнь, - говорил Энгельс, - есть способ существования белковых тел, и этот способ существования состоит по своему существу в постоянном самообновлении химических составных частей этих тел» 1. Это определение Энгельса служит отправным материалистическим принципом, способствующим познанию объективных законов существования и развития живых организмов на Земле.

Закономерности развития живых тел и закономерности жизни в целом изучают биологические науки. Они представляют собой совокупность развивающихся знаний о животных, растениях, микроорганизмах, структуре живого и его происхождении. Процессы жизнедеятельности, протекающие в организмах, взаимосвязь этих процессов и их зависимость от условий существования организмов исследуют физиологические науки и примыкающие к ним такие новые области знания, как биохимия, биофизика, бионика, нейрофизиология и др.

Ныне в познании закономерностей жизни все большую роль начинают играть методы современной физики и химии и основанный на них тонкий и точный эксперимент. В комплексе с традиционными биологическими методами исследования новые методы в биологии позволяют познавать все более глубокие и интимные стороны основ жизни как специфической формы движения материи.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 82.

93


В решении проблемы происхождения и сущности сознания диалектико-материалистическая философия опирается на новейшие данные и выводы всех этих наук.

Раздражимость — общее свойство живой материи. Одним из признаков жизни является раздражимость. Свойство раздражимости представляет собой первую форму отражения, присущую живой материи. Это свойство возникло в результате развития органической материи из неорганической. Поэтому на первых порах оно еще не отдифференцировалось полностью от форм отражения, присущих неорганической материи. Однако по мере развития организмов раздражимость как форма отражения принимала все более ясно выраженный биологический характер. Естествоиспытатели определяют раздражимость как способность всех живых тел реагировать на воздействие среды внутренне присущей им реакцией, отличной от физико-химической природы раздражителя. На Земле нет ни одного живого существа, которое не обладало бы способностью реагировать на раздражения извне. Раздражимость присуща не только живым организмам, обладающим нервной системой, но и простейшим живым существам, которые не имеют нервной системы. Она необходимо связана, как указывал Энгельс, с обменом веществ, без которого не может быть и самой жизни.

Свойство.раздражимости наряду со сходством, родственностью с общим для всей материи свойством отражения содержит в себе и качественно новые черты. Уже в живом белке в процессе питания и выделения проявляется раздражимость как биологическое отражение: белок реагирует на воздействие внешней среды тем, что усваивает из нее лини, те вещества, которые необходимы для его существования. Все живые организмы — это саморегулирующиеся и самоизменяющиеся системы. Они имеют «механизм» отражения, устроенный на принципах обратной связи, и реагируют на раздражение извне соответственно со своими потребностями. Таким образом, раздражимость является средством управления, регулирования приспособительного поведения организмов.

Раздражимость как свойство живого отражать воздействие извне носит характер закономерного приспособления организмов к внешней среде. Например, растения отражают воздействие света таким расположением листьев, которое дает им возможность получать оптимальное ко-

94


личество солнечной энергии, необходимой для их жизни а роста. Характер этого отражения, его способ обусловлен внутренним состоянием самих растений, присущим им свойством раздражимости. Растения получают необходимую для них лучистую энергию Солнца таким способом, который стал для них специфическим благодаря длительному предшествующему развитию, благодаря приспособлению к условиям существования.

Свойство раздражимости связано с жизнедеятельностью как растений, так и животных организмов. В зависимости or степени организации живой материи оно принимает различные формы. Простейшие формы раздражимости, присущие организмам без нервного аппарата в процессе эволюции организмов, с появлением и развитием у них нервного аппарата постепенно сменяются все более высокими формами отражения. Наивысшего проявления свойство раздражимости достигает у животных, обладающих сложной нервной системой, головным мозгом и специализированными органами чувств, каждый из которых реагирует лишь на те раздражители, к которым он приспособлен. Однако и в этом случае раздражимость остается в основном допсихической, т. е. биологической и физиологической, формой отражения.

Понятие нервной деятельности. Современная наука •еще не выяснила в деталях предысторию человеческой психики, с которой связано возникновение и функционирование сознания. Однако уже давно известно, что в ходе эволюции простейшие формы отражения, присущие живым организмам, сменялись все более высокоорганизованными формами. В естествознании, и прежде всего в физиологии, для фиксации этих процессов было сформулировано понятие нервной деятельности.

Нервная деятельность подразделяется на низшую и высшую. Низшая, или врожденная, нервная деятельность включает в себя приспособления рефлекторного типа (безусловные рефлексы), направленные в основном на регуляцию взаимодействия частей и органов самого организма в процессе поддержания его жизненно важных функций. Нервные элементы, осуществляющие эту регуляцию, объединены связями уже в процессе внутриутробного развития организма.

Нервные связи, обеспечивающие высшую нервную деятельность, образуются в процессе индивидуального жиз-

95


ненного опыта особи, в зависимости от складывающихся условий внешней среды. Понятие высшей нервной деятельности было введено в науку И. П. Павловым в связи с открытием им условного рефлекса как новой, неизвестной ранее формы нервной деятельности. Под высшей нервной деятельностью Павлов понимал совокупность наиболее сложных форм деятельности больших полушарий головного мозга.

Ощущение — продукт развития живой материи. Наряду с развитием форм раздражимости в процессе эволюции живого возникла качественно новая форма отражения — чувствительность, которая затем превратилась в ощущение. По сравнению с раздражимостью ощущение представляет собой более сложное свойство живой материи, психическую форму отражения, присущую в ярко выраженном виде лишь живым организмам, имеющим нервную систему. Это возникновение нового качества произошло путем постепенного накопления его элементов в недрах старого, более простого качества. Первые живые организмы, у которых нет еще нервной системы, уже обнаруживают тем не менее свойство чувствительности.

Способность ощущения развивалась у животных постепенно, в соответствии с развитием их организма и нервной системы. Высокоразвитая нервная система и специализированные органы чувств, которыми обладают высшие животные, и особенно человек, являются результатом длительной эволюции.

В первоначальном элементарном виде нервная система состояла из нервных клеток, расположенных среди других клеток данного организма. Эти нервные клетки выполняли вначале одновременно несколько функций: воспринимали поступающие извне раздражения, передавали их друг другу и осуществляли ответные действия на раздражитель. Следующий шаг в развитии нервной системы связан с появлением нервных узлов. Здесь уже нервные клетки разделяются по своим функциям на воспринимающие и двигательные. На более высокой ступени развития организмов происходит соединение нервных узлов в единую систему и вместе с тем дальнейшее разделение функций между отдельными группами нервных клеток (образование органов чувств, проводниковых путей головного мозга). С появлением центральной нервной системы деятельность всех отдельных частей и органов живого организма, их функ-

96


ционирование и весь процесс жизнедеятельности регулируются из одного центра, которым является головной мозг.

Вместе с развитием центральной нервной системы у высших животных совершенствовались, дифференцировались и специализировались и органы чувств. Если у первых живых организмов с простейшей нервной системой органы чувств были еще недифференцированными, одинаково отвечающими на разные виды раздражителей, то в ходе дальнейшей эволюции под определяющим воздействием внешних условий они становились все более и более дифференцированными, более приспособленными к восприятию каких-либо одних определенных воздействий и одновременно приобретали очень тонкую специализацию.

Ощущение — результат воздействия материи на органы чувств. Специализация органов чувств, происходящая в ходе эволюции живых существ и достигшая наивысшего развития в организме человека, является результатом постепенного, очень длительного приспособления живого организма и его органов к воздействию внешней среды. Но эта специализация отнюдь не означает, что получаемые при помощи органов чувств ощущения не являются отражением внешнего мира.

Ссылаясь на факт специфичности органов чувств, некоторые физиологи и психологи прошлого столетия, разделявшие идеалистическое мировоззрение, стали утверждать, что содержание ощущений обусловлено физиологической организацией человека. Это направление в физиологии получило название «физиологического» идеализма. Его представители — И. Мюллер, Г. Гельмгольц и др.— отрицали объективное содержание наших ощущений, не признавали, что ощущения являются образами внешнего мира, односторонне подчеркивали зависимость ощущений от состояния органов чувств. Они заявляли, что источником наших ощущений является не материя, а внутреннее состояние, или «специфическая энергия», органов чувств человека. Отсюда следовало, что наши ощущения только субъективны и поэтому никогда не дают нам непосредственного восприятия внешних вещей, не являются образами объективной реальности. Проявления «физиологического» идеализма имеют место и в работах неЕготорых современных физиологов и психологов,

4 № 233

97


исходящих из порочного представления о том, что якобы только условные рефлексы имеют отношение к воздействиям извне, в то время как ощущения надстраиваются над условными рефлексами как чисто субъективные переживания, не отражающие якобы ничего объективного.

Критикуя «физиологический» идеализм и махизм, В. И. Ленин определил ощущения как субъективный образ объективного мира. Он со всей силой подчеркнул, что ощущения есть результат воздействия материи на органы чувств. Ощущения субъективны по форме своего выражения, но ойи объективны по своему содержанию, так как в них отражаются предметы объективного, независимого от человеческого сознания мира.

В своей формуле «ощущение есть субъективный образ объективного мира» В. И. Ленин исходил из того, что ощущения человека представляют собой диалектическое единство субъективного и объективного, подчеркивая при этом, что определяющим является внешний мир, существующий вне и независимо от наших ощущений, который, действуя на органы чувств, производит в нас то или иное ощущение. Так, например, лучи света, падая на сетчатку глаза, производят ощущение цвета, причем различные ощущения того или иного цвета, как установлено естествознанием, объясняются различной длиной воспринимаемых глазом световых волн. Это значит, что содержание ощущений определяется явлениями объективного мира.

Ощущения — это идеальная форма отражения материального мира. Они возникают в результате преобразования в нашем мозгу материального в идеальное. Отсюда следует, что ощущение как форма отражения есть более сложное свойство живой материи по сравнению с раздражимостью и чувствительностью. В отличие от них ощущение принадлежит к явлениям психическим, непосредственно связанным лишь с деятельностью высокоразвитой нервной системы, с деятельностью коры больших полушарий головного мозга.

Диалектический материализм, подчеркивая, что ощущение есть субъективный образ объективного мира, вместе с тем отмечает, что характер ощущений зависит не только от воздействия внешних предметов на органы чувств, но и от определенного устройства того или иного органа чувств, от его физиологических особенностей.

98


Однако зависимость ощущения от устройства органа чувстз не означает, что оно определяется этим устройством, так как само это устройство обусловлено в Конечном счете внешним миром. Специализация органов чувств, как ужа сказано, является результатом их длительного приспособления к внешним воздействиям определенных раздражителей, к наилучшему их восприятию.

Современная физиология достоверно установила, что каждый из наших органов чувств, хотя он и способен в той или иной степени воспринимать раздражители разного рода, но все же наилучшим образом воспринимает лишь те раздражители, которые являются для него специфичными. Для органа зрения таким специфичным материальным раздражителем является свет, для органа слуха — звук, для органа обоняния — пахучие вещества и т. д. Каждый из этих объективно существующих раздражите-лей, воздействуя на соответствующий орган чувств, вызывает у нас определенные ощущения, которые непосредственно связывают нас с внешним миром. Данные современной физиологии убедительно подтверждают положение диалектического материализма о том, что все органы чувств, несмотря на их специфичность, взаимосвязаны в едином живом организме. При этом ведущая роль в деятельности органов чувств и их взаимодействии принадлежит коре больших полушарий головного мозга.

Органы чувств и ощущения человека качественно отличны от органов чувств и ощущений животных, что объясняется качественно иным процессом его жизнедеятельности. Человеческие органы чувств развивались и совершенствовались в ходе общественной трудовой деятельности людей на протяжении всей их истории. В процессе трудовой деятельности изменялась биологическая природа человека; вместе с мозгом совершенствовались и органы чувств. Образование у человека пяти органов чувств, говорил К. Маркс, - это продукт всей всемирной истории. Только на основе общественной практики могут совершенствоваться чувства отдельного человека. Содержание ощущений, восприятий зависит в первую очередь от материальной производственной деятельности людей, в процессе которой они постепенно постигают явления природы, ее закономерности и отношение человека к природе, а также познают свои общественные отношения. Благодаря развитию общественной деятельности создается богатство

99


человеческих ощущений, восприятий, развивается музыкальное ухо, глаз, умеющий воспринимать красоту форм, и т. д.

Ощущения человека в отличие от ощущений животных носят осознанный характер. Человеческий мозг по сравнению с мозгом животных обладает способностью сознательно отражать объективный мир. Мозг человека — это высшая организация живой материи, а сознание V- высшее свойство человеческого мозга, «функция того особенно сложного куска материи, который называется мозгом человека» 1. Ощущение — это элементарная форма сознания человека. Высшим проявлением сознательной деятельности человеческого мозга является мышление.

3. СОЗНАНИЕ И МОЗГ

Физиологические основы сознания. Сознание, мышление есть продукт мозга человека, а мозг — орган мышления. Человек мыслит только при 1гомощи мозга, и нелепо с точки зрения науки отделять мышление от материи, которая мыслит. Между тем современные идеалисты распространяют созданную еще махистами и противоречащую естествознанию «теорию», согласно которой мысль не есть функция мозга, мозг не есть орган мысли. Они заявляют, что мозг якобы не имеет никакого отношения к мышлению, что мыслит не мозг, а душа при помощи мозга. С идеалистической точки зрения мышление столь же независимо от мозга, как телеграфист независим от аппарата, на котором он работает. Подобные утверждения исходят из признания сверхприродного характера сознания, мышления, являющегося якобы творцом всего земного, материального.

Утверждение марксистского философского материализма о том, что мозг есть орган мышления, а мышление — функция мозга, направлено против идеализма и метафизики в вопросе о соотношении мысли и мозга. Оно полностью подтверждается всеми данными современного естествознания. Еще в XIX в. выдающийся русский физиолог И. М. Сеченов в своем произведении «Рефлексы головного мозга» в противовес господствовавшим в то время среди ученых религиозным взглядам на сущность души


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 239.

100


провозгласил материалистическое положение о зависимости духовных процессов от телесных. Он смело заявил в своей работе, что психические явления представляют собой продукт деятельности головного мозга, что «мозг есть орган души», т. е. психической деятельности. Сеченов дал материалистическое объяснение психических процессов как процессов рефлекторных.

Материалистические идеи Сеченова получили свое дальнейшее развитие и обоснование в учении И. П. Павлова, замечательные работы которого по вопросам высшей нервной деятельности решительно отметают попытки идеалистов рассматривать мыслительные процессы в отрыве от материи. Результаты исследований Павлова и его школы служат подтверждением марксистского положения о том, что мысль есть функция материального тела — головного мозга, а именно коры больших полушарий, являющихся основным органом высшей нервной деятельности животных и человека.

Мозг при помощи органов чувств отражает многообразные явления материальной среды, регулирует соответственно с ней деятельность организма и тем самым устанавливает взаимосвязь организма со средой. Мозг играет главенствующую роль во всех функциональных проявлениях весьма сложного животного организма. Многочисленные опыты советских ученых позволили установить зависимость деятельности внешних и внутренних органов от коры головного мозга. Эти исследования подтвердили, что в кору головного мозга приходят сигналы не только из внешнего мира, но и сигналы от внутренних органов, которые являются для организма связующим звеном с его внутренней средой, подобно тому как сигналы, получаемые органами чувств извне, являются связующим звеном организма с внешней средой.

Основными формами связи организма со средой являются безусловные и условные рефлексы. Рефлекс — это закономерная реакция, ответ организма на воздействия внешних или внутренних раздражителей. «... Постоянную связь внешнего агента с ответной на него деятельностью организма, - говорил Павлов, - законно назвать безусловным рефлексом, а временную — условным рефлексом» 1.


1 И. П. Павлов. Избранные произведения. Госполитиздат, 1949, стр. 227.

101


Безусловные рефлексы — постоянные связи организма со средой — возникают в процессе развития органического вида в целом и передаются по наследству от одного поколения к другому. Сложные безусловные рефлексы называются инстинктами. Условные рефлексы — временные связи организма со средой — образуются в течение его индивидуальной жизни на основе постоянных связей (безусловных рефлексов). Благодаря временным связям организмы имеют возможность более гибко приспосабливаться к постоянно меняющимся условиям внешней среды.

Условные рефлексы образуются, по Павлову, в высшем отделе центральной нервной системы при воздействии внешних раздражителей на органы чувств. В результате этих воздействий в коре больших полушарий мозга возникают физиологические процессы возбуждения и торможения, причем эти процессы происходят сначала в специальных клетках, а затем распространяются (ирра-диируют) по коре больших полушарий. Далее, благодаря торможению иррадиация постепенно ограничивается, происходит сужение сферы раздражения, сосредоточение (концентрация) его в отдельном нервном пункте коры мозга, что дает возможность организму правильно ориентироваться в данной среде. Эти физиологические процессы являются механизмом деятельности мозга, проявляющейся вовне в виде ответного действия, направленного на поддержание единства организма с меняющимися условиями существования.

У человека к числу условнорефлекторных ответных реакций относится и речь — качественно новый, специфически человеческий вид сложной рефлекторной деятельности.

Процессы возбуждения и торможения, иррадиации и концентрации являются законами работы головного мозга. Эти законы лежат в основе не толКко образования временных связей организма со средой, но и всей психической деятельности животных и человека. «...Психическая деятельность, — писал Павлов, — есть результат физиологической деятельности определенной массы головного мозга...» 1. Кора головного мозга, осуществляющая условно-рефлекторную деятельность, представляет собой материаль-


1 И. П. Павлов. Избранные произведения, стр. 223—224.

102


ную основу всех психических процессов. Следовательно, психика является функцией мозга.

Психические процессы мозга находятся в прямой связи с его структурой. Кора головного мозга связана со всеми органами чувств, которые составляют с головным мозгом единое целое. Определенные органы чувств через проводящие нервные пути связаны с соответствующими отделами коры больших полушарий. Эти сложные аппараты Павлов назвал анализаторами. Своим учением об анализаторах Павлов разрушил представления о работе органов чувств и отдельных участков головного мозга как изолированных аппаратов. Подобные представления распространялись в буржуазной физиологии и психологии с конца прошлого века сторонниками так называемого морфолого-психологического направления. Согласно взглядам ученых этого направления, каждая психическая функция исключительно связана только с определенными участками мозга. Такое решение проблемы локализации является метафизическим, ибо в мозгу нет никаких строго фиксированных граней между отдельными его участками.

Современная физиология установила, что различные психические функции действительно связаны с определенными участками коры больших полушарий мозга, отличающимися друг от друга своим весьма тонким строением, характером нервных клеток и т. п. Однако локализацию функций в мозгу нельзя понимать абсолютно, как отсутствие целостной деятельности больших полушарий мозга. Большие полушария представляют собой совокупность центральных частей различных анализаторов, которые диалектически взаимодействуют друг с другом. Благодаря взаимосвязи и взаимодействию между различными участками в коре больших полушарий мозга осуществляются сложные психические процессы, например процесс обобщения различных ощущений, а также другие аналитические и синтетические процессы.

Таким образом, учение Павлова о высшей нервной деятельности подтверждает положение диалектического материализма, что психическое (ощущение, мышление, сознание) зависит от деятельности нервной системы, мозга, от определенным образом организованной материи. Павлов открыл действительно научный путь экспериментального изучения материальных основ психических явлений.

103


Объективными методами, методами условных рефлексов, он исследовал физиологический механизм психических явлений, показал, что психическую деятельность мозга нельзя отделить от рефлексов. Условный рефлекс есть явление физиологическое и вместе с тем психическое. В условном рефлексе физиологическое и психическое находятся в неразрывном единстве. Но в этом единстве психическое как внутренняя сторона физиологического, как субъективный образ объективного мира не существует без физиологического, тогда как физиологическое существует независимо от психического.

Диалектический материализм опирается на данные физиологии высшей нервной деятельности как на одну из своих главных естественнонаучных основ, использует эти данные для обоснования положения о первичности материи и вторичности сознания. Он решительно выступает против абстрактного подхода к сознанию, когда оно отрывается от материальной, физиологической деятельности мозга. Вместе с тем диалектический материализм выступает и против вульгаризаторских попыток сведения психического к физиологическому, против биологизации и физиологизации сознания.

Сознание невозможно без нервной деятельности мозга. Но оно не тождественно с этой деятельностью. Нервные процессы мозга являются объективными, материальными процессами природы. Сознание же представляет собой идеальную сторону этих процессов, продукт переработки мозгом воздействий материального мира. В результате этой переработки возникают субъективные образы объективного мира. Психическое (сознание, мышление) есть вторичное по отношению к физиологическому, материальному. Поэтому нервные процессы и психические явления не тождественны друг другу и положение об абсолютном слиянии психического и физиологического с точки зрения диалектического материализма никогда не может быть признано правильным. Отождествление психического и физиологического так же ошибочно, как и отрыв психического от физиологического.

Обусловленность психической деятельности мозга воздействием материального мира. Вся сложная деятельность мозга детерминирована воздействием на него материальных раздражителей. Предметы и явления материального мира, объективные связи между ними отражаются

104


мозгом и таким образом дают содержание ощущениям, восприятиям, мышлению и другим психическим явлениям. Без внешних материальных воздействий работа мозга становится невозможной, мозг как орган мышления перестает функционировать. Психические функции мозга, такие, как ощущения, восприятия, сохраняются лишь до тех пор, пока анализаторы испытывают толчок извне от тех или иных предметоз, и исчезают, когда устраняется действие этого толчка. Соответственно и высшая функция мозга — абстрактное мышление, - возникая на базе ощущений и восприятий, зависит прежде всего от воздействия материального мира и изменяется сообразно с его изменением. Таким образом, все психические явления человека, как и животных, определяются действием материальных раздражителей и представляют собой различные формы отражения объективного мира.

Принцип детерминизма дает возможность материалистически понять природу психических явлений. Строгое проведение этого принципа в физиологических и психологических исследованиях показывает всю вздорность попыток идеалистов объяснить сложные процессы психической деятельности мозга какими-то особыми, внутренне присущими мозгу силами. Некоторые идеалисты не отрицают, что мышление осуществляется при помощи мозга. Но вместе с тем они утверждают, что мышление, как и все другие психические явления, возникает без воздействия на мозг материального мира, спонтанно, как внутреннее проявление души, по утверждению русского философа-идеалиста и психолога Г. И. Челпанова, или влечения, как говорил австрийский психолог З. Фрейд.

Возникновение психических явлений обусловлено внешними воздействиями, но в то же время они невозможны без аналитической и синтетической деятельности коры головного мозга. Мир, указывал Павлов, действует на организм не только в виде простых раздражителей, но и в виде весьма сложных их комбинаций. Каждый предмет, воздействующий на организм, представляет собой комплекс, или совокупность, различных свойств, качеств. Чтобы более точно отражать предметы и явления внешнего мира, их многообразные свойства, кора больших полушарий мозга постоянно и притом одновременно осуществляет анализ и синтез сложных воздействий на организм материального мира, дробит целое на части,

105


разлагает сложные явления на простые элементы и затем снова объединяет, синтезирует эти элементы в одно целое. Так, благодаря анализу нервных импульсов, приходящих в кору мозга с периферического аппарата анализаторов, возникает ощущение как образ объективного свойства предмета. В результате синтеза нервных импульсов, полученных от различных анализаторов, в коре мозга возникает восприятие как образ предмета в целом.

Целостность психических образов возникает в результате анализа и синтеза воздействий внешнего мира. Но целостность восприятия — это не простая механическая сумма составляющих его элементов. В восприятии различные элементы органически связаны в единый образ предмета. " Вместе с тем целостность восприятия прямым образом зависит от элементов, из которых оно состоит.

Материалистическое понимание восприятия как целостного образа предмета не имеет ничего общего с утверждением так называемой гештальтпсихологии, которая объясняет целостность восприятия, психических процессов исходя из каких-то априорных, заранее данных мозгу целостных образов, структур (гештальтов), благодаря которым будто бы и создаются целостные образы предметов. С этой субъективно-идеалистической точки зрения образы предметов в сознании не зависят от самих реально существующих предметов, а, наоборот, они определяют форму предмета, являются первичными принципами целостности предметов.

В противоположность идеалистической концепции гештальтпсихологии, отрывающей образ от предмета, диалектический материализм рассматривает образы предметов как продукт отражения материального мира в сознании человека. Целостность образа, восприятия обусловлена не какой-то прирожденной способностью сознания создавать независимо от внешних воздействий целостные образы, гештальты, а природой самих отражаемых материальных предметов, в которых различные свойства находятся в неразрывном единстве, представляют собой одно целое. Новейшие исследования психологов, нейрофизиологов, биофизиков и биохимиков на уровне мозговой клетки — нейрона — показали неисчерпаемость его богатства и тем более неисчерпаемость богатства мозга в целом в структурном и функциональном плане. Однако это богатство не является результатом

106


какого-то спонтанного внутреннего побуждения нейрона или всего мозга. Оно есть итог воздействия внешнего мира на мозг человека.

Итак, мышление человека, как и психика животных, причинно обусловлено воздействиями на него материального мира и возникает благодаря сложной деятельности нервной системы, анализа и синтеза внешних воздействий, осуществляемых корой головного мозга.

Качественное отличие сознания человека от психики животных. Утверждая, что головной мозг есть орган психической деятельности животных и человека, диалектический материализм вместе с тем подчеркивает, что между психическими процессами животных и человека, несмотря на некоторые общие черты, существует качественное различие. В отличие от психики животных психика человека социально окрашена, она складывается под воздействием обусловливающих ее общественных отношений. Преобладающее место в психике человека занимает осознанное. Благодаря сознательной деятельности человек способен преобразовывать мир в нужном для него направлении.

Вопрос о качественном отличии сознания человека от психики животных имеет принципиально важное значение. Современные приверженцы психологической концепции бихевиоризма 1, категорически отрицая реальность сознания человека, вместе с тем отождествляют психику людей с психикой животных. При этом все сложные психические процессы человека они трактуют не как отражение материального мира, а только как проявление врожденных инстинктов. Способность человека в отличие от животных производить материальные ценности бихевиористы объясняют исключительно наличием у него большего количества по сравнению с животными различных инстинктов и выработанных тренировкой навыков. Они пытаются теоретически оправдать необходимость превращения трудящегося при капитализме в животный механизм, лишенный творческой способности сознательно переделывать мир.

Положение диалектического материализма о качественном отличии психики человека от психики животных


1 Бихевиоризм — лженаучное направление в современной буржуазной психологии, сводящее психическую деятельность яеловека только к физиологическим реакциям организма.

107


подтверждается данными современной науки, в частности учением И. П. Павлова и его последователей о сигнальных системах отражения действительности. Первой сигнальной системой Павлов называл механизм нервной деятельности, при помощи которого осуществляется непосредственное отражение действительности в форме ощущений, восприятий и представлений и таким образом устанавливается связь организма со средой. Этот вид сигнальной деятельности мозга, обеспечивающий сложные отношения организма с внешним миром, приспособление организма к внешней среде, составляет единственную сигнальную систему у животных. У человека эта система гораздо совершеннее, чем у животных, но и она далеко ие исчерпывает весьма сложной высшей нервной деятельности человека, специфически человеческого способа отражения объективного мира.

В пределах первой сигнальной системы высшие животные обладают элементарным мышлением в виде рассудочной деятельности. Как установлено многочисленными опытами, высшие животные способны к весьма сложной психической деятельности, \ к образованию различных ассоциаций. Элементарная мыслительная деятельность высших животных, особенно обезьян, проявляется в их относительно сложном поведении и в умении использовать естественные орудия (палку, камень) в своих действиях. В мышлении обезьяны, по Павлову, ничего нет, кроме ассоциаций, выработанных в конкретной ситуации при помощи метода проб и ошибок. Когда обезьяна действует, передвигая ящики, устанавливая их в определенном порядке друг на друга, то это и есть мышление в действии, или процесс образования в ее мозгу сначала элементарных, а потом более сложных ассоциаций, связей, отображающих связь между вещами (ящиками). Генезис мышления у обезьяны, говорил Павлов, мы видим в ее поступках, в ее относительно сложной деятельности, в способности к синтезу, к образованию ассоциаций, связей.

Мышление обезьяны непосредственно связано с окружающими условиями, в которых она действует. Вне конкретной ситуации мышление обезьяны просто невозможно, оно не существует. Кстати сказать, порочность идеалистической концепции гештальтистов в том и состоит, что она рассматривает мышление обезьяны вне связи с ее деятельностью и независимо от конкретных усло-

108


вий среды, как нечто первичное по отношению к данной ситуации. Сторонники этой концепции считают, что обезьяна, прежде чем приступить к решению поставленной перед ней задачи, т. е. к деятельности, сначала думает, размышляет подобно человеку.

В действительности же мышление обезьян находится на таком уровне развития, когда оно совершенно невозможно без непосредственной связи с определенными внешними раздражителями. Обезьяны не обладают способностью абстрагировать свойства предметов, создавать общие понятия. Поэтому характер их относительно сложного поведения определяется исключительно конкретными предметами, с которыми они имеют дело, а вовсе не отвлеченными понятиями о свойствах этих предметов. Это качественно отличает обезьян от человека. Животные, говорил Ф. Энгельс, только пользуются внешней природой, а если и производят в ней изменения, то просто в силу своего присутствия. Элементарное сознание высших животных, несомненно, послужило биологической и физиологической предпосылкой возникновения и развития сознания человека, но именно только биологической и физиологической предпосылкой.

Сознание человека качественно отличается от элементарного мышления животных прежде всего тем, что оно является продуктом общественно-трудовой деятельности, в процессе которой человек изменяет себя и окружающую природу, заставляя ее служить своим целям. Качественное отличие мышления человека от элементарного мышления животных связано также с различием строения их мозга. Несмотря на биологическое сходство в общих чертах, мозг человека существенно отличается по своей структуре от мозга любого животного. Это отличие обусловлено прежде всего тем, что мозг человека сформировался на основе его трудовой деятельности.

Мышление человека — это обобщающее отражение действительности, неразрывно связанное со словом и с понятием, являющимися в свою очередь продуктами абстрагирующей и обобщающей работы мозга. Вместе с тем мышление человека, неразрывно связанное с языком, есть средство, орудие активного воздействия на внешний мир, орудие общения между собой объединенных в общество людей. И. П. Павлов, вскрывший механизм отражения внешнего мира животными, показал и особенность человечес-

109


кого способа отражения действительности, состоящую в наличии второй, специально человеческой сигнальной системы. Он писал: «В развивающемся животном мире на фазе человека произошла чрезвычайная прибавка к механизмам нервной деятельности. Для животного действительность сигнализируется почти исключительно только раздражениями и следами их в больших полушариях, непосредственно приходящими в специальные клетки зрительных, слуховых и других рецепторов организма. Это то, что и мы имеем в себе как впечатления, ощущения и представления от окружающей внешней среды как общеприродной, так и от нашей социальной, исключая слово, слышимое и видимое. Это — первая сигнальная система действительности, общая у нас с животными. Но слово составило вторую, специально нашу, сигнальную систему действительности, будучи сигналом первых сигналов» ?, Вторая сигнальная система — речь, слово — появилась и развилась в связи с возникновением и развитием трудовой деятельности людей, под влиянием потребности людей в совместном труде. Иными словами, она есть прежде всего продукт общественного развития. Трудовая деятельность людей послужила решающей причиной качественных изменений в строении головного мозга, а такжз изменений его психических функций.

Вторая сигнальная система, присущая только человеку, составляет новое качество в его высшей нервной деятельности. В мозгу человека посредством слов постоянно образуются новые весьма сложные связи, лежащие в основе абстрактного и обобщающего человеческого мышления, способного не только познавать то, что находится на по-. верхности явлений, но и вскрывать сущность предметов внешнего мира. Вторая сигнальная система человека осуществляет «межлюдскую сигнализацию», является средством общения людей между собой.

Первая и вторая сигнальные системы человека находятся в неразрывной связи и взаимодействии, они не могут существовать одна без другой. Совместная деятельность сигнальных систем позволяет более полно и глубоко отражать окружающий материальный мир и на этой основе лучше ориентироваться в нем, активно изменять его. Деятельность обеих сигнальных систем причинно обус-


1 И. П. Павлов. Избранные произведения, стр. 238.

110


ловлена воздействием на человека внешних раздражителей. Для первой сигнальной системы такими материальными раздражителями, или сигналами, являются конкретные предметы и явления внешнего мира, для второй—не эти конкретные предметы и явления, а слова, обозначающие и заменяющие их. Разумеется, слово для человека служит таким же реальным условным раздражителем, как и все другие, и подобно им оно через органы чувств отражается в его сознании в виде звукового или зрительного образа.

У человека, по Павлову, все сложные отношения с внешним миром опосредуются второй сигнальной системой, которая тесно связана с первой системой сигналов и оказывает на ее деятельность и развитие огромное влияние. Первая сигнальная система, в которой материальный мир непосредственно отражается в форме ощущений и восприятий, не существует вне связи со второй. Вторая сигнальная система, осуществляющая процесс абстрактного мышления, в свою очередь возможна лишь на основе первой сигнальной системы, на основе ощущений. Как нельзя в процессе познания отделить мысль от ее чувственного источника, так нельзя отделить и вторую сигнальную систему от первой.

Данные современного естествознания целиком подтверждают истинность положения марксистского философского материализма о том, что человеческий мозг является органом мышления, а мысль — функцией мозга. Но естествознание вскрывает лишь одну сторону в объяснении сущности мышления. Второй важнейшей его стороной являются данные марксистской науки об обществе, показывающей определяющую и решающую роль труда в возникновении и развитии мышления и языка.

4. ОБЩЕСТВЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ СОЗНАНИЯ

Общественный характер мышления и языка. Мышление и язык неотделимы от общественной жизни человека. Они представляют собой продукт общественного развития, продукт практической трудовой деятельности людей. Мышление и язык — это общественные явления, возникшие и развивающиеся вместе с возникновением и развитием человеческого общества. «Сознание, следовательно, —

111


писали К. Маркс и Ф. Энгельс, — с самого начала есть общественный продукт и остается им, -пока вообще существуют люди» 1. Сознание возникает и формируется в ходе общественно-трудовой деятельности человека и является прежде всего отражением его общественного бытия. Оно развивалось в процессе активного воздействия людей на окружающий мир. То же нужно сказать и в отношении языка. Язык подобно мышлению есть общественное явление, поэтому он не может существовать и развиваться вне общества.

Марксистский философский материализм в решении вопроса о мышлении и языке прямо противоположен идеализму, который отрывает мышление от общественной жизни людей, превращает его в нечто абсолютно самостоятельное и независимое от общества. Отрыв мышления от действительности неизбежно влечет за собой и обособление языка от общественной жизни. Однако на самом деле ни мышление, ни язык не могут существовать сами по себе, обособленно от общества. Они представляют собой только проявления действительной общественной жизни людей. Наука доказывает, что мышление и язык уже на самой ранней ступени развития общества играли большую роль в производственной деятельности людей. По мере же развития общества роль мышления и языка все больше и больше возрастает, так как практика требует от людей более глубокого и всестороннего осмысливания производственной деятельности.

Возникновение языка и мышления. Решающая роль t возникновении и развитии языка и мышления человека принадлежит труду. В известном смысле можно сказать: труд создал самого человека. Первоначальным шагом для перехода от обезьяноподобного предка к человеку, а следовательно, для появления и развития речи и сознания человека было усвоение предком человека прямой походки. Переход к прямой походке, обусловленный употреблением естественных орудий труда, например палки и камня, дал возможность высвободить передние конечности и постепенно совершенствовать их в процессе трудовой деятельности. Только с переходом к прямой походке неразвитая рука предка современного человека в процессе труда развилась в человеческий орган.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 29.

112


Рука как орган человеческого труда коренным образой отличается от конечности обезьяны. Между усовершенствованной трудом тысяч поколений рукой человека и несовершенной, неразвитой конечностью обезьяны существует огромная разница. Человеческая рука способна изготовлять различные орудия труда и при их помощи выполнять самые разнообразные и весьма сложные работы, недоступные никакой обезьяне. Рука человека достигла высокой степени совершенства только благодаря труду, применению орудий труда, благодаря приспособлению еэ ко все новым и более сложным операциям. Поэтому человеческая рука является не только органом труда, но также и его продуктом.

Положение диалектического материализма об определяющей роли труда в становлении человека имеет большое значение в борьбе против ложных, по существу, идеалистических утверждений о том, будто труд с самого начала носил сознательный характер. Труд как решающий фактор появления человека и его сознания не всегда существовал в таком виде, в каком он свойствен современному человеку. Труд тоже прошел длительную и сложную эволюцию, начиная от самых примитивных форм.

Трудовые операции в зародыше присущи и некоторым животным. Их можно рассматривать как биологическую предпосылку появления человеческих форм труда. Но только с изготовлением орудий труда начинается труд а полном смысле этого слова. Обезьяна, хотя она и использует иногда готовые предметы природы в качестве «Орудий», не способна, однако, как и другие животные, изготовить даже самые простые орудия труда. Употребление предметов природы как «орудий», свойственное высшим животным, носит случайный и зачаточный характер. «Но не надо забывать, что количественные различия переходят в качественные. То, что существует как зачаток у одного животного вида, может стать отличительным признаком другого вида животных. Это в особенности приходится сказать об употреблении орудий» 1.

Применение созданных в процессе труда орудий составляет специфическую черту человеческого труда. Но для того чтобы стал возможным челевеческий общественный


1 Г. В. Плеханов. Избранные философские произведения в пяти томах, т. I. M., 1956, стр. 609.

113


труд, для того чтобы на его основе возникли язык и сознание, потребовались сотни тысяч лёт, в течение которых под воздействием труда происходило постепенное, но неуклонно прогрессирующее становление человека. Весь этот долгий период был гигантским качественным скачком в развитии от обезьяноподобного предка к человеку, началом которого и послужил переход предков человека к изготовлению орудий труда. Первые орудия представляли собой грубо обработанные камни, немногим отличающиеся от естественных «орудий», которыми пользуются иногда обезьяны.

Труд человека на этой начальной стадии его становления носил еще инстинктивный характер. Соответственно и сознание самых первых людей было вначале, по выражению К. Маркса, животным сознанием, или осознанным инстинктом. У них еще не сложилась вторая сигнальная система, они не имели членораздельной речи и не обладали сознанием в полном смысле этого слова. Первые люди как по характеру труда и орудий, так и по образу жизни, а соответственно и по степени сознания находились еще в полуживотном состоянии. Это были, как их назвал Дарвин, обезьянолюди, или люди доисторической эпохи.

Решающую роль в окончательном отделении человека от животного царства сыграл огонь. Открытие первобытными людьми способа добывания огня трением явилось громадным скачком в развитии человека, впервые предоставившим ему возможность сознательного использования силы природы в определенных целях.

На основе совместного труда, производства у формировавшихся людей складывались общественные взаимоотношения и вместе с тем возникали членораздельная звуковая речь и мышление. Естественной предпосылкой возникновения звуковой речи человека послужила звуковая сигнализация, свойственная многим животным, и, по всей вероятности, особенно предку человека. Животные умеют издавать определенные звуки. Однако эти звуки не выражают никаких мыслей, не выходят за пределы первой сигнальной системы, единственно возможной для нервной деятельности животных. У животных нет речи и нет словесного мышления.

Только в связи с изготовлением в процессе труда орудий у предка человека.появилась насущная потребность и необходимость в общении с другими людьми, и из этой

114


потребности возникла в ходе дальнейшего усовершенствования высшей нервной деятельности членораздельная речь. «... Развитие труда, - писал Энгельс, - по необходимости способствовало более тесному сплочению членов общества, так как благодаря ему стали более часты случаи взаимной поддержки, совместной деятельности, и стало ясней сознание пользы этой совместной деятельности для каждого отдельного члена. Коротко говоря, формировавшиеся люди пришли к тому, что у них появилась потребность что-то сказать друг другу. Потребность создала себе свой орган: неразвитая гортань обезьяны медленно, но неуклонно преобразовывалась путем модуляции для все более развитой модуляции, а органы рта постепенно научались произносить один членораздельный звук за другим» 1.

Следовательно, коренное, качественное отличие языка человека от звуков, издаваемых животными, состоит в том, что язык социально обусловлен как по своему происхождению, так и по своему назначению, тогда как звуки, издаваемые животными, суть продукты чисто биологического приспособления их к окружающей среде. Звуковая сигнализация животных предков человека была лишь биологической предпосылкой возникновения членораздельной звуковой речи. Поэтому нельзя прямо выводить и объяснять членораздельную речь первобытных людей из криков и звуков их животных предков, как это делают буржуазные ученые, сторонники теории звукоподражания.

Не менее ошибочен также взгляд, согласно которому членораздельная звуковая речь возникла якобы не из потребности людей в обмене мыслями, не как средство их общения между собой, а как эмоциональное, или магическое, средство общения магов с таинственными силами природы. Если звуковая речь возникла из магических действий, если к тому же и употребление первой звуковой речи носило магический характер, ибо ею пользовались только маги, то остается совершенно непонятным, каким же образом звуковая речь стала потом достоянием масс и могла ли она вообще развиваться, если ее употребляли только маги? Ведь развитие языка Лез совместно живущих и разговаривающих между собой людей есть такая


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 489.

115


же бессмыслица, как производство обособленного человека вне общества.

Мышление, возникшее и развившееся, как и язык, в процессе трудовойдеятельности человека, является прежде взего отражением окружающего его бытия. Мышление первобытных людей никогда не было чем-то оторванным от их общественной Ччизни, а, напротив, непосредственно втлтека; о из их материальной деятельности; оно, по выражению К. Маркса и Ф. Энгельса, было первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность и в материальное общение людей.

В самом процессе производства материальных благ люди совершали умственную работу: сопоставляя и сравнивая предметы и открывая в них нечто общее, они образовывали общие понятия в их словесном выражении, охватывающие целые группы предметов данного рода. Ра-вумеется, первые понятия человека были весьма элементарными, так как они представляли собой простое обобщение его еще примитивней практической деятельности и ограниченного круга предметов, которыми пользовался человек для удовлетворения своих потребностей.

Не только возникновение, но и дальнейшее развитие мышления было бы невозможно помимо языка. Язык с самого начала своего появления служит средством общения людей, способом выражения человеческих мыслей. Следовательно, язык, именно язык слов, возник вместе с сознанием в процессе становления человеческого общества и с тех пор неизменно служит средством общения и выражения мыслей людей.

Неразрывная связь языка с мышлением обусловлена производственной деятельностью людей, необходимостью общения людей друг с другом, обмена мыслями между ними. Обмен мыслями дает возможность людям совместно действовать в борьбе с силами природы, добиваться успехов в производстве материальных благ. При помощи языка закрепляются успехи мыслительной работы, кристаллизуется общественный опыт человеческого коллектива.

Язык есть практическое, действительное сознание, выражение реальности мысли. Только мысль, выраженная в языке в виде слов (произнесенных или написанных), становится доступной для других людей. Разумеется, это нельзя понимать так, будто мысль реальна лишь тогда,

116


когда она выражена в устной или письменной речи. Мысль реальна и в том случае, если она осуществляется на основе внутренней речи, т. е. когда человек мыслит про себя, не произнося слов вслух.

Даже при самом абстрактном мышлении человек не может мыслить, не пользуясь словами, не облекая свои мысли в материальную языковую оболочку. Признание существования «чистых» мыслей неминуемо приводит к идеализму. Допущение возможности мышления без звукового языка находится в явном противоречии с положением марксизма о единстве языка и мышления. Язык является средством выражения и закрепления мыслей в словах и предложениях; мысли без языка слов не только не могут быть высказаны, но и не могут возникнуть в голове человека.

Как свидетельствуют данные современной науки, язык с самого начала был звуковым. Кроме звукового языка, никакого другого языка в человеческом обществе не существовало. Язык первобытных людей был весьма ограниченным и примитивным, но все же это был звуковой язык, при помощи которого люди общались друг с другом, обменивались мыслями и добивались взаимного понимания. Звуковой язык, возникший в процессе труда человека, стал одним из мощных факторов развития человеческого общества и мышления.

Из того факта, что мысли людей не возникают и не существуют без языкового материала, вовсе не вытекает, что язык и мышление тождественны, что слово по своей сути есть та же мысль. Хотя язык и мышление не существуют друг без друга, но в то же время они не представляют собой одного и того же явления. Отождествление языка и мышления, слова и понятия означает вульгаризацию и прямое искажение марксистско-ленинской теории познания. Мышление представляет собой отражение объективной реальности; язык же есть способ выражения, средство закрепления и передачи мыслей другим людям.

Язык и мышление, слово и понятие диалектически взаимообусловлены. Если объективная реальность отражается мышлением в виде понятий, то сами понятия могут быть выражены только в словах и соединениях слов. Но слова в свою очередь приобретают общественное значение только благодаря мышлению, в котором отражаются предметы и явления действительности, связи между ними.

117


Слова имеют смысловое содержание только в том случае, если они выражают предмет мысли, понятия о реальных вещах. Без этого они являются пустыми звуками, которые вызывают у человека лишь физиологическую реакцию, но не могут служить средством общения людей. Положение марксизма о единстве языка и мышления, о возникновении и развитии мышления в процессе общественной трудовой деятельности человека на базе языкового материала в корне опровергает все утверждения идеалист тов о независимости мышления от языка.

Активно деятельный характер сознания, мышления. Возникнув в процессе труда и развиваясь по мере изменения природы и общества, сознание, мышление человека имеет в своем развитии относительную самостоятельность. Будучи активным отражением внешнего мира, оно обратно воздействует на окружающий мир, деятельно участвует в его преобразовании.

Метафизический материализм пренебрегал исследованием влияния сознания человека на внешний мир. Рассматривая деятельность сознания только как пассивное отражение внешнего мира, только как созерцание, прежние материалисты не были в состоянии вскрыть активный, деятельный характер человечебкого сознания. Материалисты до Маркса лишь различным образом пытались объяснить мир, тогда как дело заключается в том, чтобы изменить его. Учение о деятельной, активной стороне сознания в домарксовский период развивал идеализм. Однако идеалисты не могли дать правильного решения этого вопроса, ибо они рассматривали сознание в отрыве от действительности. Активность сознания они понимали мистически, как его неограниченную способность творить природу и человека. Если метафизическое понимание сознания только как производного от материи логически приводит к фатализму, являющемуся методологическим обоснованием теории стихийности и хвостизма, то идеалистическая концепция сознания питает волюнтаризм и авантюризм в политике.

Деятельная сторона сознания, как ее правильно понимает диалектический материализм, выражается в активном отражении действительности, в сознательном воздействии человека на природу и общество, в целенаправленном практическом изменении мира человеком соответственно объективным законам его развития.

118


Активность сознания проявляется сразу же, как только человек начинает отличать себя от окружающего мира. Уже здесь человек определяет свое отношение к миру благодаря осознанному отражению его в своей голове. Наиболее полного своего выражения активность сознания достигает на стадии самосознания, когда человек становится способным понимать свою собственную сущность, свои действия, осмысливать ; свое отражение материального мира и предвидеть ход его развития.

Активность сознания человека состоит в его относительно самостоятельной абстрагирующей деятельности, в процессе которой в сознании происходят теоретические обобщения, образуются понятия, строятся умозаключения, гипотезы. Активно творческая деятельность сознания проявляется и в его способности предвидения, воображения, в научной, художественной и всякой иной фантазии. Даже в самом элементарном обобщении, указывал В. И. Ленин, есть известный кусочек фантазии. Научная, не пустая, не призрачная фантазия сознания является толчком в работе. Так как активно творческая деятельность сознания во всех ее проявлениях в конечном счете есть лишь отражение материального мира в головах людей, то в зависимости от того, является ли это отражение правильным или иллюзорным, оно может иметь или не иметь объективное содержание. Фантазия, оторванная от действительности, превращается в бесплодную и прямо вредную для практической деятельности человека фантазию.

Сознание, если оно верно отражает действительность, служит величайшим средством ориентировки человека в окружающем его мире, орудием его целенаправленной деятельности. Правильно отражая в своем сознании природу, человек не только наилучшим образом приспосабливается к ней, но и активно воздействует на нее, изменяет ее, создает для себя новые условия существования. Активная роль сознания заключазтея в том, что человек отражает, осознает объективные закономерности, познает их и использует в своих интересах.

Сознание, возникнув на основе практической деятельности людей, может опережать и направлять практику, руководить ею. Оно определяет цель, способ и характер практической деятельности человека. К. Маркс писал, что самый плохой архитектор отличается от самой лучшей пчелы тем, что он, прежде чем построить что-либо, создает

119


план своей постройки в идеальной форме, в виде представления того, что будет создано в результате процесса труда. В этом случае идеальное как бы предшествует материальному: план будущего здания существует до того, как будет воздвигнуто это здание. Но сам идеальный план становится возможным только на основе отражения предшествующей практики строительства. Вместе с тем идеальное не может заменить материальное. Постройка, например, здания в голове, в мысли строителя — это еще не реально построенное здание, в котором можно жить и заниматься той или иной деятельностью. Идеальное может быть преобразовано в материальное только благодаря практической деятельности человека. «Идеи вообще ничего не могут осуществить. Для осуществления идей требуются люди, которые должны употребить практическую силу» 1.

Активно деятельный характер сознания проявляется в практике, и прежде всего в производственной практике, в процессе которой человек, изменяя форму предметов природы, создавая своим трудом из материала природы новые предметы, осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которую он поставил перед собой. Практика, труд служат реальной основой взаимоотношения человека с природой. В труде наиболее наглядно выражаются сила физических и духовных свойств человека, активная творческая роль его сознания. Поэтому важно, чтобы сознательно и теоретически правильно поставленные цели, которые должны быть достигнуты практикой, всегда непременно дополнялись осознанием широкими массами необходимости их осуществления. Сознательность человека определяется прежде всего тем, в какой степени он осознает общественное значение своей практической деятельности.

Могущество человеческого разума, которое он приобрел над силами природы, развитие и совершенствование сознания есть результат прежде всего общественного, а не индивидуального и биологического развития. Через развитие и совершенствование общественной жизни развертывалась умственная деятельность человека, совершенствовалось его сознание и. вместе с тем возрастала власть человека над окружающей его природой.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 2, стр. 132. 120

120


Человечество сделало бы гораздо больше в смысле покорения природы, если бы этому не препятствовали реакционные силы в истории, присущие эксплуататорскому обществу пороки. Одним из главных пороков старого общества являлась пропасть между физическим и умственным трудом. Превращение умственной деятельности в монополию господствующих эксплуататорских классов нанесло огромный ущерб интеллектуальному развитию человечества.

В социалистическом обществе преодолена противоположность между физическим и умственным трудом. В ходе строительства коммунизма происходит постепенная ликвидация существенного различия между ними, которая гигантски ускоряет всестороннее развитие не только производственной, но и духовной деятельности широких масс трудящихся. Коммунистическое преобразование общества означает вместе с тем воспитание нового человека, в котором должны гармонически сочетаться духовное богатство, моральная чистота и физическое совершенство. Только в социалистическом обществе открываются неограниченные возможности для всестороннего развития личности.

121


ГЛАВА IV

ДИАЛЕКТИКА КАК УЧЕНИЕ О ВСЕОБЩЕЙ СВЯЗИ И РАЗВИТИИ

1. ДИАЛЕКТИКА КАК НАУКА

Понятие «диалектика» употребляется в марксистской философии в смысле теории и метода познания явлений действительности. Материалистическая диалектика и философский материализм, пронизывая друг друга, представляют собой две стороны единого философского учения марксизма. Рассмотрим, в чем состоит специфическое содержание диалектики, ее место и роль в марксистско-ленинской философии.

Материалистическая диалектика исходит из признания материального единства мира, объективности форм существования и свойств материи. Общие связи предметов и явлений материального мира, их развитие и качественные изменения составляют основное содержание объективной диалектики, т. е. диалектики самих материальных объектов, процессов и их отношений.

Научное диалектическое мышление, или субъективная диалектика, в определенной системе категорий и законов отражает объективную диалектику природы и общества, их непрерывное изменение и развитие. Диалектическое мышление субъективно в том смысле, что оно существует только в головах людей, но содержанием его является отражение объективного мира.

Таким образом, между объективной диалектикой и диалектикой научного мышления существует прямая взаимосвязь. Наряду со сказанным эта взаимосвязь выражается и в том, что субъективная диалектика есть в известном смысле продукт исторического развития объективной диалектики.

Предмет диалектики как научной теории составляют наиболее общие виды связей и всеобщие законы движения

122


и развития материального мира и мышления. Объективные ааконы природы и общества есть не что иное, как конкретное выражение всеобщей связи и развития. Диалектика раскрывает то общее, что присуще различным процессам природы и общества и их отражению в мышлении и познании человека.

Единство диалектических законов бытия, мышления и познания по содержанию обусловливает единство, совпадение диалектики, логики и теории познания, а специфика форм проявления общих законов выражает различие между ними и определяет богатство, многосторонность содержания материалистической диалектики.

Многогранность диалектики проявляется в различных определениях ее как науки. Говоря об основном содержании диалектики, Ф. Энгельс в работе «Диалектика природы» называл ее наукой о связях. В книге «Анти-Дюринг» он отмечал, что диалектика есть наука о всеобщих законах движения и развития природы, человеческого общества и мышления. В. И. Ленин в статье «Карл Маркс» определил диалектику как наиболее всестороннее и глубокое учение о развитии.

В определении предмета диалектики выражается коренная противоположность марксистско-ленинской и современной буржуазной философии. Буржуазные философы либо отрицают диалектику, либо извращают ее, утверждая, например, что она является лишь приемом мышления. Так, в западногерманском философском словаре диалектика толкуется как «искусство аргументации, наука логики». Аналогичное определение дается и в аргентинском энциклопедическом словаре. Диалектика определяется здесь как «философская наука, которая изучает рассудок и его законы» 1. Научная несостоятельность подобных определений заключается в произвольном отрицании диалектики объективного мира и в абсолютизации логики мышления. Отрицая объективное содержание научной диалектики, современные буржуазные философы преследуют вполне определенную цель: лишить рабочий класс его сильнейшего оружия — революционной диалектики как метода познания и преобразования действительности.


1 «Nuevo Diccionario enciclopedico ilustrado». Buenos Aires, 1960, p. 543.

123


Реакционные буржуазные идеологи прибегают и к прямой фальсификации материалистической диалектики. Так, западногерманский католический философ Гоммес заявляет, что марксистская диалектика — орудие «субъективизма и насилия», а Маркс — «субъективный идеалист».

Многие буржуазные философы, извращая содержание материалистической диалектики, отождествляют ее с идеалистической гегелевской философией. Однако в противоположность Гегелю К. Маркс и Ф. Энгельс выводили диалектические понятия и законы не из абстрактной, идеальной сферы, а из анализа явлений и процессов материального мира. Они создали материалистическую диалектику, обобщив историю развития общественной практики и научного познания. В. И. Ленин подчеркивал, что Маркс и Энгельс сделали гениальный шаг вперед в истории революционной мысли. Он заключается в применении материалистической диалектики к политической экономии, к истории, естествознанию, философии, к политике и стратегии рабочего класса.

Марксистская диалектика, глубоко анализируя действительность, показывает исторически преходящий характер всего существующего, в том числе и форм общественной жизни. Отсюда вытекает действенный и критический характер материалистической диалектики, составляющей революционную душу марксизма.

2. КАТЕГОРИИ ДИАЛЕКТИКИ КАК ВЫРАЖЕНИЕ ВСЕОБЩЕЙ СВЯЗИ И РАЗВИТИЯ

Общее понятие о категориях. Содержание материалистической диалектики как научной теории выражается в ее особых понятиях, называемых философскими категориями. Категории философской науки следует отличать от обыденных понятий и от категорий cпециальных наук. В обыденных понятиях люди обобщают некоторые свойства определенного круга предметов или явлений. Примерами такого рода обыденных понятий могут служить понятия «стол», «дом», «дерево». Более глубокое, специализированное изучение существенных свойств и связей определенных сфер действительности конкретными науками приводит к формированию общих научных понятий. Такие

124


сновные общие понятия данной науки и называются ее атегориями.

В каждой науке выработаны свои категории. В кате-ориях конкретных наук обобщаются специфические сео-оны или процессы, происходящие в отдельных областях рироды, общества и мышления. Таковы, например, категории механики — масса, энергия; кибернетики — информация, программирование, обратная связь; биологии — клетка, организм, наследственность; политической экономии — стоимость, обмен, воспроизводство.

Содержание категорий обусловлено спецификой природы отражаемых ими объектов. В соответствии с этим категории имеют различную степень общности. Наиболее общими категориями являются категории философской цауки, которые в отличие от категорий специальных наук имеют всеобщий характер. Каждая из философских категорий — предельно широкое по объему научное понятие, в котором обобщаются существенные стороны и связи, присущие любому предмету или процессу действительности. Например, всякий предмет или процесс обладает своим содержанием и соответствующей формой, количественной и качественной определенностью. Значит, философские категории содержания и формы, количества и качества отражают реально существующее общее, присущее всем предметам и явлениям объективной действительности.

Объективный мир, формы его бытия и связи составляют основу для классификации категорий. Система философских категорий строится соответственно объектам реаль-. ной действительности. Это, во-первых, предельно широкое понятие о предметном мире, философская категория материи. Во-вторых, философские категории, отражающие формы бытия и общие свойства материи. Сюда входят такие понятия, как движение, пространство, время и т. д. В-третьих, категории, которые выражают наиболее общие связи, отношения между предметами и их свойствами. Эта многочисленная группа философских категорий может быть названа категориями отношений, связей и развития. К ним относятся также парные (полярные) категории — сущность и явление, причина и следствие и др.

Каждая категория объективна по своему содержанию и субъективна по форме. Объективность категорий состоит в том, что их содержание составляют определенные общие

125


стороны и связи, существующие в объективном мире вне и независимо от человеческого сознания. Субъективность категорий заключается в логической, абстрактной форме отражения действительности, присущей только человеку.

Марксистская философия научно решила проблему происхождения категорий, показав, что они вырабатываются человеком в процессе развития познания, в ходе общественно-исторической практики. По этому поводу В. И. Ленин писал: «Перед человеком сеть явлений природы. Инстинктивный человек, дикарь, не выделяет себя из природы. Сознательный человек выделяет, категории суть ступеньки выделения, т. е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать ее и овладевать ею» 1. В этом высказывании В. И. Ленина подчеркнуты объективная основа формирования категорий, их исторический характер и роль в процессе познания. В нем выражена мысль, что категории возникают и развиваются на основе обобщения опыта познания и практики по мере развития общественного производства, частных наук и философии.

Категории частных наук исследуют конкретные связи определенной области действительности и имеют значение главным образом для познания данной узкой сферы. Фило-софские категории благодаря их всеобщности играют роль методологических принципов в познании всех сфер действительности. Научное мышление не может обойтись без философских категорий, категорий диалектической логики. Они выступают как необходимые логические формы научного метода познания и исследования объективного мира. :

Современные буржуазные философы идеалистически истолковывают философские категории. Прагматисты, например, считают все понятия неопределенными и субъективными. По их мнению, человек создает и использует те понятия, которые ему выгодны. Многие идеалисты полагают, что категории есть результат конвенции, произвольного соглашения между людьми. Таким образом, идеализм не признает за категориями их главного свойства — отражения объективной действительности.

Материалистическая диалектика показывает, что категории неразрывно связаны между собой, подвижны, переходят одна в другую, обладают всесторонней, универсаль-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 85.

126


ной гибкостью. «Гибкость, — отмечал В. И. Ленин, — примененная объективно, т. е. отражающая всесторонность материального процесса и единство его, есть диалектика, есть правильное отражение вечного развития мира» 1. Историческое движение понятий, категорий, их текучесть, подвижность, взаимосвязь и взаимопереходы определяются всеобщей связью, движением и развитием объективного мира.

Содержание понятия всеобщей связи. Одно из самых существенных свойств объективного мира составляет всеобщая связь предметов и явлений. Ф. Энгельс в «Диалектике природы» писал, что взаимная связь отдельных движений отдельных тел между собой является первым, что нам бросается в глаза при рассмотрении движущейся материи.

Мир — это не хаотическое скопление вещей, а единое целое. Все предметы и явления действительности находятся в той или иной степени обусловленности и зависимости друг от друга. Объективной основой всеобщей связи выступает материальная общность всех объектов и процессов действительности. Рассмотрение явлений в их взаимозависимости и теснейшей, неразрывной связи, дающей единый, закономерный мировой процесс движения, представляет одну из характерных черт диалектики.

Понятие всеобщей мировой связи сложилось исторически как одно из самых широких обобщений итогов общественной практики и научного знания. Это понятие раскрывает связь между многообразными предметами и явлениями мира, необходимую диалектическую связь материи, времени, пространства и движения, т. е. связь материи с основными формами ее существования, а также связь между самими этими формами. Понятие всеобщей мировой связи является отражением постоянного универсального свойства реального мира. В этом понятии выражаются отношения и взаимодействия всего материального, а также материального и идеального в процессе их исторического движения и развития.

В природе внутренняя связь раскрывается во взаимодействии предметов неживой природы, эволюции от неорганической материи к органической, в возникновении живых организмов, во взаимодействии животных и расти-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 29, стр. 99.

127


тельных организмов между собой и с телами неживой природы, в материальной зависимости живых организмов от окружающей среды и т. д. В общественной жизни всеобщая связь проявляется прежде всего в преемственности развития материального производства, материальных производительных сил. Она выражается и в том, что все стороны жизни общества как единого, сложного социального организма взаимодействуют меяоду собой. Так, существуют многообразные связи и отношения между экономическими и политическими процессами, между политическими и идеологическими явлениями, между различными формами идеологии, между материальной и духовной культурой общества и т. п.

В процессе исторического развития общества складываются новые связи и отношения. В нашу эпоху, например, возникли такие новые виды связей, как отношения внутри мировой системы социализма и отношения мирового социализма и развивающихся стран. В ходе коммунистического строительства реализуются взаимосвязи между построением материально-технической базы нового общества, коренным изменением социальных отношений и повышением коммунистической сознательности трудящихся.

Всеобщая связь существует не только в материальном мире — в природе и обществе, - но и в мышлении. При этой связь и взаимообусловленность элементов мышления, например понятий, есть лишь отражение всеобщей связи и взаимообусловленности явлений объективного мира. Поскольку понятия, так же как и вещи, отражением которых они являются, находятся во взаимной связи, их нельзя брать изолированно друг от друга. Диалектика, отмечал Ф. Энгельс в книге «Анти-Дюринг», берет вещи и их умственные отражения в их взаимной связи, в их сцеплении, в их движении, в их возникновении и исчезновении. При этом научные, теоретические и политические понятия должны соответствовать реальным явлениям и общественным процессам, отражать их объективное содержание. С другой стороны, изменение предметов, явлений и их отношений требует изменения, уточнения содержания понятий.

В противоположность научному, материалистическому пониманию всеобщих связей окружающего нас мира идеализм и религия рассматривают связь предметов и явлений как выражение их общего отношения к потусторонней,

128


идеальной силе, к мировой идее, к мировому разуму, к богу. Именно так понимают всеобщую связь современные католические философы, усматривая основу связи вещей в едином «мировом божественном разуме», который якобы устанавливает всеобщую «гармонию». Декларативные утверждения о «божественной гармонии», типичные и для старых и для «новых» форм религиозного мировоззрения, искажают научное понимание действительных связей.

Обобщая реальные связи, можно подразделить их по сложности, характеру, глубине, степени общности и т. д. При этом надо учитывать, что каждый вид исследуемой связи предметов или явлений относителен и представляет собой лишь часть всеобщей связи. Иными словами, выделение той или иной связи означает, что предметы и явления рассматриваются в каком-то одном определенном отношении.

Всякая система классификации связей подвижна. Наряду с подразделением связей по сложности, глубине и т. п. их можно также классифицировать по специфике основных форм движения (механические, физические, химические, биологические и социальные связи) или по формам бытия материи (пространственные и временные связи).

Все многообразие видов связей не может быть исследовано одной наукой. Определенные виды связей составляют предмет конкретных естественных и общественных наук. Наиболее важные универсальные связи выражаются в категориях и законах диалектики.

Материалистическая диалектика изучает наиболее общие, существенные связи, присущие всем процессам объективного мира и человеческого мышления. К таким связям относятся, например, связи причинно-следственные, внутренние и внешние, существенные и несущественные, прямые и косвенные.

Кроме указанных видов связей в объективном мире существует и множество других. При этом важно подчеркнуть, что ни один вид связи нельзя абсолютизировать, рассматривать изолированно от общей системы взаимосвязей. Любой вид связи следует изучать конкретно, в его соотношении с другими связями, в его развитии.

Содержание понятия развития. Исходной предпосылкой понимания развития служит всеобщая связь предметов и явлений материального мира, выражением которой

5 № 233

129


выступает их взаимодействие. Это взаимодействие определяет структурные особенности и само существование любой материальной системы. Оно характеризуется тем, что всегда с необходимостью ведет к взаимному изменению структурных элементов этой системы, к ее движению. Сплетение бесчисленных взаимодействий реальных предметов и явлений в целом обусловливает единый мировой процесс движения и развития. «Вся доступная нам природа, - писал Ф. Энгельс, - образует некую систему, некую совокупную связь тел, причем мы понимаем здесь под словом тело все материальные реальности... В том обстоятельстве, что эти тела находятся во взаимной связи, уже заключено то, что они воздействуют друг на друга, и это их взаимное воздействие друг на друга и есть именно движение» 1.

В окружающем нас мире благодаря взаимодействию и взаимообусловленности ничто не остается неподвижным и неизменным, а все движется, изменяется, переходит из одного состояния в другое. Эти бесчисленные изменения в мире неодинаковы по своему характеру и направлению. Одни из них выражают переход от простого к сложному, от низшего к высшему, выступают как движение по восходящей линии, как прогрессивное движение. Другие, напротив, приводят к упрощению и распаду сложных материальных объектов, представляют собой нисходящее, регрессивное движение.

Понятия «движение» и «развитие» часто употребляются в одном и том же смысле. И действительно, в содержании этих понятий имеется много общего. Однако вместе с тем они не тождественны. Понятие «движение» не совпадает с понятием «развитие» прежде всего по объему: оно шире, чем понятие «развитие». Под движением понимается изменение вообще, независимо от его характера, направления в результатов. Развитие же есть прежде всего движение в определенном направлении, а именно по восходящей линии. В отличие от движения как изменения вообще и нисходящего, регрессивного развития, собственно развитию присущи поступательность, определенная преемственность, моменты повторяемости, отрицание старого и появление нового. Развитие, как таковое, есть процесс, который, реализуя внутренние тенденции коренного из-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 392.

130


менения природы предметов и явлений, идет по пути прогресса — от простого к сложному, от низшего к высшему.

Процесс развития происходит при определенных условиях, которые различны для неорганической материи, живой природы и общества. В каждой из этих сфер материального мира в силу специфики соответствующих материальных объектов развитие приобретает свои особенности.

В неорганической природе развитие выступает как преобразование материальных объектов, характеризующееся усложнением их связей, а также усложнением форм движения материи. Примерами развития в неживой природе могут служить образование минералов и горных пород. В живой природе развитие проявляется в усовершенствовании биохимической структуры и функций целостных живых систем. Живая природа в целом характеризуется непрерывными процессами обмена, самообновления и самовоспроизведения живых тел. Линия прогрессивного развития органического мира идет от простейших уровней организации живого к клетке, появлению растений и животных, а затем к предкам человека.

Однако не все изменения в живой природе совпадают с ведущей прогрессивной тенденцией. Далеко не всякие приспособительные изменения поднимают организм в целом на высшую ступень. Это значит, что прогресс органического мира относителен. Тем не менее можно считать, что магистраль прогрессивного развития живой природы направлена в сторону высшей организации материи — к человеку. Она характеризуется главным образом развитием высшей нервной деятельности животных и усовершенствованием способов отражения внешнего мира.

Противники материалистической диалектики пытаются опровергнуть факт развития живой природы. Так, известный идеолог неотомизма Г. Веттер считает, что не может быть критерия развития живой природы, поскольку она есть божественное творение. Между тем вся история растительного и животного мира является доказательством закономерности процесса восхождения от низшего к высшему, отмирания старых органических форм и видов и появления новых, более совершенных.

Прогрессивное развитие находит особенно яркое выражение в жизни общества. Основные закономерности общественно-исторического прогресса определяются степенью развития материального производства. Высшим

131


критерием прогресса в обществе В. И. Ленин считал развитие производительных сил, которое через производственные отношения людей в конечном счете определяет все другие стороны общественной жизни. Конкретно-исторической мерой общественного прогресса служит степень господства человечества над стихийными силами природы и своими собственными общественными отношениями.

История человеческого общества свидетельствует о том, что развитие идет от низших социальных форм к высшим. Отжившие общественные формы неминуемо уступают дорогу новым, более высоким и прогрессивным. Этот процесс развития общества можно проследить в исторической смене одних, устаревших общественно-экономических формаций другими, новыми, более совершенными.

Таким образом, современная наука и общественно-историческая практика подтверждают факт развития, коренных преобразований и в природе, и в обществе.

Неодолимость нового. В историческом развитии ярко проявляется одна из характерных черт — неодолимость нового. Процесс восхождения от низшего к высшему — сложный, диалектически противоречивый процесс. Эта сложность развития заключается прежде всего в возможности отступлений и отклонений в сторону, скачков в обратном направлении, временных нарушений движения вперед. Но каковы бы ни были отступления и отклонения в сторону, общая тенденция развития такова, что прогрессивное неизбежно побеждает и на смену старому приходит новое.

Определяя новое, следует иметь в виду, что под новым понимается необходимый результат прогрессивной тенденции развития, вытекающий из внутренней природы того или иного процесса. Действительно новым является то, чему принадлежит будущее. Новое рано или поздно одерживает победу над отжившим. Поэтому материалистическая диалектика учит ориентироваться на новое, смотреть вперед, действовать в направлении поступательного развития.

Требование диалектики видеть и поддерживать новое в общественном развитии приобретает особенно большое значение в условиях строительства коммунизма. Своевременная и разумная поддержка нового, прогрессивного во всех сферах общественной жизни ускоряет сроки и темпы этого строительства.

132


В конкретно-исторических условиях современности определились две линии мирового общественного процесса. Основной тенденцией исторического развития человечества ныне является движение к социализму и коммунизму. Социалистическая система выступает как фактор, все более определяющий характер и перспективы мирового развития. Именно она представляет собой новое в развитии современного общества. Второй линией общественного процесса является в наши дни империализм, который олицетворяет собой старое, нисходящее, регрессивное направление этого процесса.

Общественное развитие — это диалектически противоречивый процесс. История, особенно в период революций, бурных социальных потрясений, движется зигзагами, когда наступление и успехи сил прогресса на одном участке сопровождаются частичными неудачами и даже частичными поражениями на другом. Но отдельные неудачи прогрессивных сил не могут надолго задержать движение истории вперед.

Целеустремленная сознательная борьба трудящихся, организация этой борьбы, мобилизация сил и энергии масс обеспечивают ускорение победы нового над отжившим, старым. Энергия и активность революционных сил могут предотвратить наступление реакции и ускорить превращение благоприятной прогрессивной возможности в действительность.

В. И. Ленин о двух концепциях развития. В нашу бурную, богатую многочисленными изменениями эпоху факт развития природы и общества отрицать уже невозможно. Но простое признание этого факта еще не означает правильного, научного понимания развития. В. И. Ленин в «Философских тетрадях» указывал, что в XX в. с принципом развития «согласны все». К этому согласию вынуждают наука и революционная практика, однако понимается этот принцип по-разному. Существуют два основных подхода к развитию, две концепции развития: метафизическая и диалектическая.

Принципиальную противоположность этих двух концепций развития Ленин всесторонне раскрыл в фрагменте «К вопросу о диалектике». Он писал: «Две основные (или две возможные? или две в истории наблюдающиеся?) концепции развития (эволюции) суть: развитие как уменьшение и увеличение, как повторение, и развитие как един-

133


ство противоположностей (раздвоение единого на взаимоисключающие противоположности и взаимоотношение между ними).

При первой концепции движения остается в тени самодвижение, его двигательная сила, его источник, его мотив (или сей источник переносится во вне — бог, субъект etc.). При второй концепции главное внимание устремляется именно на познание источника «само»движения. Первая концепция мертва, бледна, суха. Вторая — жизненна» 1.

Метафизическая, вульгарно-эволюционистская концепция развития не видит всего богатства и многообразия реальных жизненных процессов. Эта концепция не способна определить, куда и как развивается окружающая нас действительность. Поэтому она не может указать правильные пути познания. С точки зрения метафизической теории развития как простого изменения, как движения по кругу без борьбы противоположностей невозможно правильно объяснить, как возникает новое, т. е. как совершается реальный процесс развития в мире.

В отличие от метафизического истолкования развития диалектическая концепция служит ключом к пониманию уничтожения старого и возникновения нового. Указывая, что действительное развитие объективного мира происходит на основе внутренне присущих ему противоречий, она дает единственно верную систему взглядов на мировой процесс развития.

Материалистическая диалектика рассматривает развитие как скачкообразный революционный процесс, идущий не но кругу и не по прямой линии, а по спирали, с превращением количества в качество, с перерывом постепенности. Самое главное в диалектике заключается в том, что она вскрывает внутренний источник движения и развития, усматривая этот источник в самой сущности процессов и явлений, в борьбе присущих им противоположностей.

Марксистская диалектическая концепция развития в отличие от концепции метафизической служит подлинно научному познанию действительности. Она рассматривает развитие природы и общества как строго закономерный


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 317.

134


процесс, как переход от простого к сложному, от низшею к высшему, как отмирание старого и появление нового.

В правильном, научном объяснения действительности, в раскрытии объективных законов поступательного развития, неизбежно ведущего общество к социализму, кровно заинтересован рабочий класс. Дело в том, что интересы рабочего класса и всех трудящихся масс совпадают с научным, диалектико-материалистическим пониманием процессов общественного развития. Наоборот, обреченный на гибель общественный класс, класс буржуазии, в страхе за свою судьбу, за свое будущее стремится всеми средствами завуалировать действительность, исказить ее законы, скрыть все противоречия капиталистического общества, извращая прежде всего характер его развития. Этим в конечном счете и определяется противоположный характер понимания процессов развития в марксистско-ленинской и буржуазной философии. Естественно, что для успешной борьбы с вульгарно-эволюционистскими концепциями социального развития необходимо знание и умелое применение законов и категорий материалистической диалектики.

3. ЗАКОНЫ ДИАЛЕКТИКИ КАК ВЫРАЖЕНИЕ ВСЕОБЩЕЙ СВЯЗИ И РАЗВИТИЯ

Понятие закона. Для понимания сущности законов диалектики предварительно следует рассмотреть понятна закона вообще. Научная категория закона характеризуется В. И. Лениным как «одна из ступеней познания человеком единства и связи, взаимозависимости и цельности мирового процесса» 1. Закон выражает общие, необходимые, существенные, относительно устойчивые и повторяющиеся связи реального мира, которые при наличии соответствующих условий определяют характер, направление и результат развития. Понятие закона отражает объективные связи и процессы природы и общества в мышлении человека.

Рассматривая марксистско-ленинское понятие закона, необходимо прежде всего отметить, что диалектический


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 29, стр. 135.

135


материализм отличает это понятие от понятия закономерности. Несомненно, что закон и закономерность — понятия однотипные, однопорядковые, ибо в них отражаются внутренние связи и развитие действительности. Вместе с тем закон выступает как определенная сторона закономерности, а закономерность — как совокупность законов данной области явлений или мира в целом. Закономерность как универсальное понятие представляет собой необходимый, обусловленный определенными причинами процесс, в котором действует целая совокупность законов. В. И. Ленин в «Философских тетрадях» отмечал, что понятия, законы «охватывают условно, приблизительно универсальную закономерность вечно движущейся и развивающейся природы» 1. Так, каждый закон диалектики выражает определенную наиболее общую связь объективного мира. В совокупности же все законы диалектики являются выражением общей диалектической закономерности мира.

Закон, по словам Ф. Энгельса, является формой всеобщности в природе. Он охватывает то общее, сходное, идентичное, что присуще группе предметов и явлений, выражает единство многообразных явлений. В рамках каждой формы движения материи имеются как более общие, так и менее общие законы. Например, в обществе одни законы действуют во всех общественно-экономических формациях, другие — только в некоторых. Так, действие закона соответствия производственных отношений характеру производительных сил распространяется на все формации, хотя оно и проявляется в различной для каждой из них форме. Закон прибавочной стоимости характерен только для капитализма и выступает как частный закон по отношению к обществу в целом. Таким образом, законы по своему объему могут быть как общими, так и частными, выражать как более общие, так и менее общие, частные связи и отношения между предметами и явлениями.

Говоря о степени общности законов, следует отметить известную относительность различия общих и частных законов. Так, общие законы природы выступают как частные в отношении наиболее общих законов материального мира — основных законов диалектики. В то же


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 164.

136


время такой частный для всей природы закон, как закон наследственности, является общим для всего растительного и животного мира. Общие и частные законы природы находятся в неразрывном единстве, взаимосвязи.

Существенным признаком закона является то, что он охватывает необходимые связи предметов и явлений. Необходимость как важнейшая черта закона означает неизбежность, обязательность его действия при наличии соответствующих условий. Объективной основой, благодаря которой обеспечивается обязательность действия закона и его необходимый результат, является воспроизведение в процессе развития определенных условий, повторение устойчивых, относительно постоянных связей. Например, в земных условиях необходимость падения подброшенного вверх с небольшой скоростью предмета обратно на Землю определяется законом тяготения. В общественной жизни необходимость борьбы между эксплуатируемыми и эксплуататорами в условиях антагонистических формаций определяется законом классовой борьбы. Классовая борьба является постоянно действующим законом развития этих обществ, как бы ни пытались отрицать это буржуазные идеологи, реформисты и ревизионисты.

Закон выражает не только всеобщие и необходимые, но и существенные связи, т. е. такие связи, которые вытекают из внутренней природы материальных объектов, из их сущности и без которых невозможно бытие данных предметов или явлений. Именно такие связи и входят в содержание понятия закона. Поэтому по своему содержанию закон и сущность — понятия однопорядковые. Различие между ними состоит в том, что закон не включает всего содержания сущностей и тем более многообразия внешних форм их проявления. Но в законе отражается необходимое движение сущностей, их необходимое отношение.

Закон беднее явления, зато он глубже, чем явление, раскрывает внутреннюю сущность процессов. В. И. Ленин отмечал, что всякий закон узок, неполон, приблизителен, что явление богаче закона. Узость, неполнота, приблизительность закона как раз и определяются тем, что из многообразия единичного и особенного он выделяет наиболее существенное, общее, отбрасывая все побочное, второстепенное.

137


Одним из важных признаков закона является относительная устойчивость, постоянство выражаемых им отношений. Устойчивость, постоянство связей, характеризующих закон, проявляются в его повторяемости при наличия соответствующих условий. Повторяемость действия законов также является их необходимым признаком и свойственна объективным законам развития как природы, так и общества. Например, известный закон физики, закон Бойля — Мариотта, гласит, что при неизменной температуре объем данной массы газа обратно пропорционален давлению, под которым он находится. Этот закон действует необходимо, действителен (повторяется) для идеальных газов в однозначных условиях (неизменная температура), связывает такие присущие всем газам свойства, как давление и объем.

Диалектико-материалистическое понимание законов требует различать законы природы и законы общества. Эти два вида законов имеют то общее, что они действуют независимо от наших знаний о них, независимо от того, вреден или полезен человеку результат их проявления. Их общность состоит также в том, что человек только отражает в своем сознании законы природы и общества, но не может их создать или уничтожить.

Однако, признавая объективную общность законов природы и общества, материалистическая диалектика устанавливает также и существенные различия между ними. Одним из важнейших отличий законов общества от законов природы является то, что они возникают с появлением общества, и поэтому период их действия в целом относительно кратковременный по сравнению с законами природы. Это отличие можно увидеть на примере действия специфических законов отдельных общественно-экономических формаций. Законы природы, как правило, существуют более длительное время, чем законы общества, а некоторые из них являются вечными, как, например, закон сохранения и превращения энергии.

Важнейшее отличие законов общества от законов природы состоит также в том, что они проявляются не как действия слепых сил, а через деятельность людей, наделенных волей и сознанием, и представляют собой законы этой деятельности. Следовательно, действие общественных законов осуществляется в процессе общественно-производственной деятельности людей, в то время как для действия

138


законов природы деятельность людей не представляет обязательного условия. Отсюда вытекает различное отношение людей к законам природы и общества. Око зависит от содержания самих законов, результатов действия и форм их проявления. Эти моменты определяют и пути использования объективных законов природы и общества людьми в науке и общественной практике.

Использование объективных законов в деятельности людей. Значение законов для науки и практики заключается в том, что они выражают сущность и направленность, тенденцию развития, охватывают и подчиняют единому началу все конкретное многообразие сторон и моментов в данном процессе. Пути использования человеком объективных законов природы и общества могут быть различными в зависимости от характера самих законов и от степени заинтересованности людей в результатах их действия. Некоторые законы природы используются прямо, без всякого ограничения сферы их действия. Зная, скажем, Закон инерции, человек учитывает его в строительстве, в промышленности, на транспорте и т. д.

Закон всегда проявляется лишь при наличии соответствующих условий, под которыми понимаются факторы, обязательные для возникновения, становления и развития данных предметов и процессов. Изменение объективных условий приводит к изменению характера проявления законов, выражающегося в ограничении или расширении сферы действия данного закона, в изменении формы и результатов его действия. Коренное изменение условий приводит даже к смене одних законов другими. Следовательно, не все законы вечны и неизменны. Взгляд на любые законы как вечные и неизменные, отрицающий возможность активного воздействия человека, классов и народных масс на природу и общественную историю, приводит к фатализму, считающему, что развитие истории предопределено роком, судьбой.

Как уже говорилось, законы природы и общества имеют объективный характер. Однако это не означает, что человек бессилен перед их действием. Люди не могут создать ли уничтожить объективные законы. Но они могут их открывать, познавать, учитывать их действие, использовать в интересах общества. Противоположная точка зрения характерна для волюнтаризма. Это субъективно-идеа-

139


листическое направление в философии отрицает объективную закономерность и приписывает первичную роль в развитии природы и общества человеческой воле. Отвергая волюнтаризм, марксистско-ленинская философия вместе с тем подчеркивает активный характер деятельности людей.

Процесс познания объективных законов человеком сложен и противоречив. Это объясняется в первую очередь сложностью и противоречивостью самой объективной действительности. Кроме того, на процесс открытия, конкретизации, уточнения законов науки большое влияние оказывают противоречивый характер самого процесса познания, различные формы и методы исследования, мировоззренческие позиции и главным образом общественная практика.

Понятно, что если люди знают объективный закон, формы проявления и естественные условия его действия, то это имеет для них большое практическое значение. Во-первых, они могут правильно оценить роль вновь возникших условий в проявлении того или иного закона. Во-вторых, люди через воздействие на объективные условия или создание новых условий могут оказывать влияние на характер и результаты действия законов.

Изучив законы природы и различные условия, в которых они проявляются и действуют, человек получает возможность управлять естественными процессами. Это означает, что он сознательно отбирает определенные конкретные условия, в которых действию данных законов в нужном для него направлении предоставлен простор. При этом ограничивается действие законов в нежелательном направлении.

Если познание и использование законов природы позволяет людям управлять естественными процессами, то познание и использование законов развития общества является мощным фактором преобразования общественной жизни, строительства социализма и коммунизма. Марксизм-ленинизм отвергает фаталистические утверждения, будто признание исторической закономерности означает признание бессилия людей перед лицом этой закономерности. Общественные законы проявляются через действие народных масс — истинных творцов истории. Познав законы общественной жизни, люди могут влиять на ход исторических событий.

140


Диалектика исторического процесса всегда проявляется через деятельность людей. Но действие законов диалектики в различных общественных условиях имеет свои особенности. Законы диалектики всегда конкретны, т. е. проявляются через частные законы развития конкретных предметов и процессов. В этом заключается важная особенность и отличие законов диалектики от других, менее общих, частных законов.

Формы проявления законов диалектики в различных общественных условиях имеют свои особенности в зависимости от ряда обстоятельств. Эти особенности обусловлены, во-первых, конкретным содержанием социальных объектов, отношений и процессов; во-вторых, присущими конкретным объектам и процессам менее общими, частными объективными законами, через которые действуют законы диалектики; в-третьих, исторической ролью субъективного фактора, сознательным вмешательством людей в течение общественных процессов. Но, конечно, все эти особенности проявления законов диалектики вовсе не отменяют их всеобщего характера.

Познав законы общественной жизни, люди могут влиять на ход исторических событий. Это влияние особенно возрастает при социализме, потому что действие общественных законов в условиях социализма попадает под власть и контроль людей. Данное преимущество социализма осуществляется только при умении, организованной воле и готовности масс превратить знание законов в целенаправленное социально-экономическое действие.

Коммунистическая партия Советского Союза основывает свою политику и практическую деятельность на глубоком знании и сознательном использовании объективных законов развития социалистического общества. Эти законы, как и другие объективные законы, действуют в соответствующих конкретных условиях и выражают определенную направленность развития, возможность определенных событий. Но возможность еще не есть действительность. Партия способствует превращению возможности в действительность, соединяя в политике строгий учет действия объективных законов социализма с признанием исторической роли, революционной энергии и творчества народных масс при переходе от социалистического общества к коммунистическому.

141


Соотношение законов и категорий диалектики. При изучении законов и категорий диалектики необходимо учитывать, что эти законы и категории нельзя отождествлять с законами и категориями конкретных наук, хотя и те и другие тесно связаны между собой. Законы и категории конкретных наук представляют собой обобщения специфических сторон или процессов, происходящих в отдельных областях природы и общества. В отличие от них философские законы и категории отражают всеобщие формы, стороны и взаимосвязи в развитии объективного мира.

В системе законов материалистической диалектики основными являются закон единства и борьбы противоположностей, закон перехода количественных изменений в качественные и закон отрицания отрицания. Смысл выделения этих законов диалектики состоит в том, что именно они раскрывают основное содержание всякого развития: его источник, формы, характер и направление.

Но при характеристике процесса развития еще недостаточно вскрыть его основное содержание. Необходимо также рассмотреть и другие существенные стороны сложного, богатого процесса развития. Это богатство всеобщих закономерных отношений процесса развития отражается в марксистской диалектике в парных (полярных) категориях. Такими категориями являются сущность и явление, содержание и форма, причина и следствие, необходимость и случайность, возможность и действительность и др. Поскольку в формулировке законов науки дается соотношение определенных категорий, постольку и соотношение парных категорий диалектики выступает как закон. Мы в полным основанием можем говорить о законе причинности, о законах соотношения содержания и формы, сущности и явления и т. д. Следовательно, парные категории существенно дополняют и конкретизируют основные диалектические законы и поэтому выступают как неосновные законы диалектики.

Основные законы диалектики связаны и с другими философскими категориями, которые выступают как определения тех или иных всеобщих сторон, качеств и свойств объективного мира. Поэтому законы диалектики не противоположны категориям. Они сами являются философскими категориями и выражаются через такие категории, как единство, противоположность, борьба, качество, количество, скачок, отрицание и т. п.

142


Таким образом, законы и категории диалектики тесно связаны между собой. Наиболее существенной общей чертой, объединяющей законы и категории диалектики, является объективный характер их содержания.

4. ДИАЛЕКТИКА — ВСЕОБЩИЙ МЕТОД ПОЗНАНИЯ И ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ

Диалектика как метод. Под философским методом понимаются определенный способ и приемы познания, позволяющие наиболее полно, всесторонне и глубоко раскрыть закономерности процессов природы, общества и мышления и соответственно определить необходимые действия для достижения поставленных целей. В свое время великий английский философ-материалист Ф. Бэкон говорил, что метод — это светильник, освещающий путнику дорогу в темноте.

Научная методология представляет собой применение принципов диалектико-материалистического мировоззрения к процессу познания и общественно-исторической практике. Само мировоззрение, диалектический и исторический материализм в целом, является одновременно и теорией, и всеобщим методом научного познания. Особая роль диалектики как важнейшей стороны философского мировоззрения заключается в том, что в диалектической логике формулируются наиболее общие категории и законы, а также конкретные требования, принципы научной методологии и ее применения во всех видах деятельности людей. Материалистическая диалектика выступает как метод познания и преобразования действительности.

Глубокое изучение и умелое использование категорий и законов диалектики, овладение научным методом, философской культурой, искусством научного анализа и целеустремленного действия стало в наше время насущной необходимостью. Это объясняется рядом причин.

Во-первых, великий социальный переворот современности, переход от капитализма к социализму и коммунизму в мировом масштабе, знаменует собой принципиально новый этап усиления власти человека над своими общественными отношениями. Без научного диалектического анализа этого явления невозможно революционное преобразование общественной жизни.

143


Во-вторых, бурное развитие естественных и общественных наук выдвинуло на первый план актуальные проблемы логики научного познания, направления научных исследований, целесообразного использования открытий науки и их философского истолкования. Такие важные проблемы также нельзя разрешить без использования научного философского метода.

В-третьих, развитие мирового революционного процесса, достижения общественных и естественных наук расширяют и обогащают содержание марксистской философии, уточняют и конкретизируют ее исходные посылки, принципы, категории и законы, т. е. современный научный философский метод, и требуют его дальнейшего глубокого изучения и развития.

В-четвертых, необходимость овладения революционным научным методом вытекает из непримиримости коммунистической и буржуазной идеологии. Всевозможные направления современной буржуазной идеологии, паразитируя в открытой или скрытой форме на отдельных фактах науки или общественного движения, фальсифицируют истинное содержание научного познания и перспективы общественного прогресса. Разоблачение научной несостоятельности и реакционного политического смысла концепций идеологов современной буржуазии возможно только при использовании марксистского диалектического метода.

В. И. Ленин о принципах диалектического метода. Под принципами, или требованиями, науки понимаются исходные и определяющие положения, в которых отражаются и обобщаются самые важные и существенные стороны познавательной и практической деятельности людей в данной сфере объективного мира. Ф. Энгельс отмечал, что принципы представляют собой заключительный результат исследования и что они верны лишь постольку, поскольку соответствуют природе и истории. Это означает, что принципы не сумма произвольных правил, а отражение объективного в мышлении, итог, вывод познавательной и практической деятельности человечества.

Философские принципы являются совокупностью наиболее общих исходных посылок, основных руководящих идей, характеризующих понимание мира и отношение к нему человека на данном уровне познания и общественно-исторической практики, В числе таких принципов диалек-

144


тического и исторического материализма можно назвать принципы материальности мира, партийности философии, единства теории и практики и др.

Принципы материалистической диалектики вытекают из ее содержания как науки и всеобщего метода познания. В этом отношении важное значение имеют все основные положения диалектико-материалистической методологии. Основополагающие принципы марксистско-ленинской диалектики выступают вместе с тем как требования диалектической логики. В. И. Ленин в «Философских тетрадях» и работе «Еще раз о профсоюзах...» специально сформулировал ряд важнейших требований диалектической логики.

В данной главе мы рассмотрим некоторые из этих требований и принципов, не освещенных ранее и имеющих большое значение для научного познания и практики. К их числу относятся принцип всеобщей связи, объективность рассмотрения вещей и процессов, принцип конкретно-исторического подхода к явлениям, выделение основного звена в цепи исторических событий.

Принцип всеобщей связи. Диалектико-материалистическое понимание всеобщей мировой связи занимает важнейшее место в диалектическом методе. Характеризуя значение принципа всеобщей связи, В. И. Ленин называл его самым первым и основным правилом научного исследования вообще, марксовой диалектики в особенности.

Марксистское понимание всеобщей связи обязывает рассматривать всю «совокупность многоразличных отношений этой вещи к другим»1 с учетом того факта, что связи и отношения в реальном мире характеризуются подвижностью и изменчивостью. Любая вещь, любое явление имеют бесконечное количество свойств, качеств, сторон, взаимоотношений со всем остальным миром. Диалектика, подчеркивал Ленин, требует всестороннего учета этих взаимоотношений. Чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны, все связи. Требование всесторонности при рассмотрении вещей и явлений является одним из основных в диалектической логике. В. И. Ленин предупреждал, что учесть полностью все сложные и многообразные формы взаимосвязи практически невозможно, однако стремление к их всестороннему


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 202.

145


учету предохраняет науку и практику от ошибок, застоя и односторонности.

В этом отношении диалектика противоположна всякой односторонности, всякой эклектике и софистике. Эклектика допускает непоследовательное, беспринципное сочетание разнородных, часто взаимоисключающих взглядов. Она подменяет диалектический анализ связей формальной схемой из «связей вообще», механическим соединением разнородных элементов. Софистика представляет собой ложно построенное умозаключение, основанное на обманчивых, двусмысленных доводах. Она игнорирует самое существенное в явлениях, выхватывает отдельные их стороны и связи и переносит их на другие явления.

Объективность рассмотрения вещей и процессов. Это требование вытекает из того факта, что предметы, тела, процессы и отношения между ними существуют объективно, вне и независимо от познающего субъекта. Поэтому представления и понятия человека должны согласовываться с объективной природой вещей и процессов, с их диалектической связью, движением и развитием. В принципе объективности рассмотрения мира заложено коренное отличие метода материалистической диалектики от абстрактно-идеалистического подхода, от субъективизма и волюнтаризма, а также буржуазного объективизма.

Принцип объективности приобретает особое значение в условиях сознательного, планомерного строительства социализма и коммунизма. В отличие от стихийного развития досоциалистических формаций новое общество строится на научной основе при все возрастающей роли субъективного фактора. Это возрастание является результатом глубокого познания и использования объективных законов природы и общества, накопления опыта организации масс. Принцип объективности позволяет в данных условиях избавиться от иллюзии «полной свободы» — независимости деятельности людей от объективных условий.

Необходимо подчеркнуть, что пренебрежение принципом объективности при анализе действительности и оценке результатов собственной деятельности приводит к серьезным ошибкам. В области теории абсолютизация роли субъективного фактора приводит к субъективизму, волюнтаризму, игнорированию объективных условий и законов. В общественной и практической работе в этом случае непомерно раздувается личная или групповая дея-

146


тельность, возникают субъективистские решения и методы, неизбежно приводящие к грубым ошибкам.

Закрепленные социальными условиями эксплуататорского общества, субъективизм и волюнтаризм являются в форме индивидуализма типичной манерой мышления и образом действия, поведения эксплуататорских классов. Напротив, социальная обстановка социалистического общества по своей сущности направлена против субъективизма и волюнтаризма. КПСС и Советское государство, осуждая в своих документах «волевые» решения, субъективизм и волюнтаризм, подчеркивают необходимость умелого сочетания учета роли субъективного фактора с трезвым анализом и применением объективных экономических и социологических законов социалистического общества.

Следовательно, диалектическое требование объективности рассмотрения вещей и процессов имеет не только теоретическое значение. В практическом плане оно выступает как научная норма деятельности любого члена общества и связано как принцип поведения с моральной нормой коллективизма. Применение принципа объективности означает научный анализ действительности и учет многообразных общественных явлений в их всеобщей связи и развитии.

Диалектико-материалистический принцип объективности несовместим с буржуазным объективизмом. Буржуазный объективизм ограничивается констатацией отдельных фактов, различных сторон и событий, находящихся на поверхности общественной жизни. Он отказывается от теоретического классового анализа, от проникновения во внутреннюю природу явлений, от практических революционных выводов и тем самым оправдывает существующую социальную несправедливость. Это значит, что метод буржуазного объективизма является не только ненаучным, но и может стать, как предупреждал В. И. Ленин, источником «грехопадения из марксизма в оппортунизм». Метод диалектического материализма качественно противоположен объективизму, поскольку он доводит научное исследование до познания внутренней природы явлений, а затем и до революционных практических выводов и действий.

Принцип конкретно-исторического подхода к явлениям. Перечисляя требования диалектической логики,

147


В. И. Ленин указывал на необходимость брать явления в их развитии, изменении, с учетом их связей с окружающим миром. В зависимости от изменения условий существования эти связи приобретают то одно, то другое конкретное проявление. Отсюда вытекает требование конкретно-исторического анализа явлений. Оно сводится к тому, что при рассмотрении явлений природы и общества необходимо придерживаться конкретно-исторического подхода, анализировать их в зависимости от конкретных условий, с учетом места, времени и этапа развития.

Конкретный анализ конкретной ситуации В. И. Ленин выдвигал в качестве обязательного условия диалектического подхода к явлениям действительности. «Весь дух марксизма, - писал он, - вся его система требует, чтобы каждое положение рассматривать лишь (α) исторически; (β) лишь в связи с другими; (γ) лишь в связи с конкретным опытом истории» 1.

В брошюре «Пролетарская революция и ренегат Каутский» В. И. Ленин, подчеркивая противоположность диалектики эклектике и софистике, писал, что диалектика конкретна и революционна, а эклектика и софистика оппортунистов II Интернационала смазывают в угоду буржуазии все конкретное и точное в классовой борьбе. Это всецело относится и к современным социал-реформистам, которые пытаются примирить интересы пролетариата и буржуазии, механически соединить разнородные и даже противоположные элементы, что является совершенно несостоятельным, антинаучным.

Эклектика и софистика используются также современными оппортунистами внутри коммунистического движения в качестве методологической основы их антимарксистских взглядов. Так, современные правые ревизионисты, прикрывая свое отступничество от марксизма рассуждениями о необходимости учитывать «новейшие» условия развития общества и классовой борьбы, отвергают революционные принципы марксизма, отрицают необходимость социалистической революции и диктатуры пролетариата и выполняют тем самым роль разносчиков буржуазно-реформистской идеологии в коммунистическом движении.

Марксизм-ленинизм непримирим не только к ревизионизму, но и к догматизму, «левому» оппортунизму. Дог-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 329.

148


матики не видят конкретных изменений в соотношении сил на международной арене в пользу социализма, предпочитают не замечать коренной перестройки классовой структуры социалистического общества и толкуют о классовой борьбе в СССР, рассматривают улучшение материального благосостояния трудящихся как буржуазное перерождение и т. п. Чуждые диалектике, догматики не понимают необходимости конкретно-исторического подхода к развивающимся явлениям действительности.

Выступая против положений творческого марксизма, догматики фактически становятся «левыми» ревизионистами. На практике догматизм и сектантство ведут либо к пассивному выжиданию, либо к авантюрным, мнимо-революционным антисоциалистическим действиям. Такие позиции и действия особенно опасны, когда они связаны с проявлением национализма, шовинизма, гегемонизма, культа личности. Левацкие сектантские извращения марксистско-ленинской теории препятствуют творческому применению и развитию великих принципов марксизма-ленинизма, его обогащению новыми положениями, отражающими конкретные проявления и особенности мирового революционного процесса.

Основное звено в цепи исторических событий. Положение марксистской диалектики об основном звене в цепи исторических событий вытекает из всеобщей связи и развития общественных явлений. Под основным звеном в цепи исторических событий понимается важнейшая, узловая задача данного этапа революционно-преобразующей деятельности людей в определенной сфере общественной жизни.

Выявление основного звена означает: а) выделение из многообразных объективных связей такой внутренней связи, которая обеспечивает течение событий в определенном направлении; б) определение степени совпадения хода событий с революционно-преобразующими целями людей; в) формулирование основного звена как узловой задачи революционного действия в данной сфере общественной жизни. Еще в работе «Что делать?» В. И. Ленин говорил, что все искусство политика состоит в том, чтобы найти и крепко-крепко уцепиться за такое именно звено в цепи, которое всего меньше может быть выбито из рук, которое всего важнее в данный момент, которое всего более гарантирует обладание всей цепью.

149


Ленинское положение об основном звене в цепи исторических событий служит важным принципом в деятельности коммунистических партий. Как свидетельствует более чем столетний опыт коммунистического движения, марксистские партии доказали свое умение политически руководить народными массами. Последовательность, ясность и определенность выдвигаемых марксистскими партиями очередных узловых задач обеспечивает пролетариату и его союзникам максимальные успехи в борьбе против эксплуататоров.

Умение выделять основное звено, наиболее важную на данном этапе задачу имеет большое значение и в деятельности КПСС в современных условиях. Решающим звеном в цепи экономических, социальных и культурных задач развития СССР в современный период является создание материально-технической базы коммунизма. Решение этой узловой задачи обеспечит выполнение целого ряда других важнейших задач коммунистического строительства.

Итак, овладение материалистической диалектикой, знание ее законов и категорий позволяет создать научное представление о картине мира в целом, сформировать научное мировоззрение и успешно бороться против враждебной идеологии. Законы и категории марксистской диалектики служат методологической основой действительного научного познания всех сфер объективного мира. Они вооружают марксистско-ленинские партии и широкие массы трудящихся научным методом революционного преобразования действительности.

150


ГЛАВА V

ЗАКОН ЕДИНСТВА И БОРЬБЫ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ

Среди законов диалектики особое место принадлежит закону единства и борьбы противоположностей. В. И. Ленин говорил, что в собственном смысле диалектику вкратце можно определить как учение о единстве противоположностей. Закон единства и борьбы противоположностей он считал сутью, ядром диалектики.

1. СУЩНОСТЬ ЗАКОНА ЕДИНСТВА И БОРЬБЫ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ

Объективный и всеобщий характер противоречий. Каждое материальное образование, каждый процесс или явление объективного мира есть взаимодействие между противоположными сторонами и тенденциями в развитии, которое выступает в форме возникновения, становления и разрешения противоречий. Уже само движение, говорил В. И. Ленин, выступает как единство двух противоположных сторон — прерывности и непрерывности, а следовательно, как противоречие. Движущееся тело в один и тог же момент времени находится в данном месте и не находится в нем. «... Постоянное возникновение и одновременное разрешение этого противоречия, — писал Ф. Энгельс, — и есть именно движение» 1.

Современная физика показала, что все микрообъекты обладают волновыми и корпускулярными свойствами, что в единстве и взаимодействии этих противоположных свойств, т. е. в противоречии, заложена основа непрерывных физических превращений, изменений и развития.

Развитие общества также идет путем возникновения и разрешения противоречий. Основу жизни общества со-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 123.

151


ставляют характерные для него внутренние противоречия, в первую очередь противоречия между производительными силами и производственными отношениями.

Внутренне противоречиво также и человеческое познание. «Познание , - писал В. И. Ленин, - есть вечное, бесконечное приближение мышления к объекту. Отражение природы в мысли человека надо понимать не «мертво», не «абстрактно», не без движения, не без противоречий, а в вечном процессе движения, возникновения противоречий и разрешения их» 1.

Таким образом, противоречивость присуща всем предметам и явлениям объективного мира, к развитие выступает как возникновение и разрешение противоречий. Противоречия составляют основу развития, они объективны, неотделимы от природы и общества, от всего окружающего нас мира. В чем же их сущность, каковы их особенности?

Особенности диалектического противоречия. Существо диалектического противоречия раскрывается через ряд категорий, таких, как противоречие, противоположность, различие, конфликт, тождество и др.

Противоречие и противоположность нередко употребляются как равнозначные понятия. Сказать, что данное явление противоречиво или что данное явление представляет собой единство противоположностей по сути дела одно и то же. Но правильнее будет рассматривать противоречие как отношение между противоположностями. Процессы или явления выступают как противоречия, состоящие из противоположных сторон или тенденций развития. «...В том, - писал Ф. Энгельс, - что вещь остается той же самой и в то же время непрерывно изменяется, что она содержит в себе противоположность между «пребыванием одной и той же» и «изменением», заключается противоречие» 2.

Таким образом, понятие «противоположность» употребляется как обозначение каждой из сторон противоречия, а понятие «противоречие» — как отношение между этими сторонами, между противоположностями.

В марксистско-ленинской философии употребляется также понятие различия. Различие — одна из форм проявления противоречия. Так, противоположность потреби-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 177.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, Стр. 640.

152


тельной и меновой стоимости, относительной и эквивалентной форм стоимости проявляется не сразу в развернутом виде. Сперва речь может идти только о начале этой противоположности, когда можно говорить лишь о различии и только при определенных условиях о противоположности. Противоречие не представляет собой раз и навсегда данного состояния, а развивается, изменяется в зависимости от условий. Товар как потребительная стоимость и как стоимость, указывает К. Маркс, имеет двойственное существование, но «это двойственное отличное существование должно развиться в различие, различие — в противоположность и в противоречие» 1. В данном случае различие и противоположность выступают как ступени развития противоречия, но отличные по степени зрелости, интенсивности.

В. И. Ленин в «Философских тетрадях» замечает: «Мыслящий разум (ум) заостривает притупившееся различие различного, простое разнообразие представлений, до существенного различия, до противоположности» 2.

Говоря о различии и противоположности, необходимо иметь в виду, что не только различие переходит в противоположность, но и противоположность — в различие. Все зависит от конкретно-исторических условий. Так, при капитализме существует противоположность между городом и деревней, умственным и физическим трудом. В условиях социалистического общества эта противоположность ликвидируется, вместо нее появляется различие, сначала существенное, а затем, при коммунизме, несущественное.

Таким образом, диалектическое противоречие выступает как отношение между противоположностями, а каждая из противоположностей является стороной противоречия. При этом понятие «противоположность» может употребляться и для выражения более резкой формы проявления противоречия как ступени в развитии противоречия. Понятие «различие» также применяется по-разному. В одном случае оно выражает любое отличие предметов друг от друга, в другом — форму диалектического противоречия или ступень в развитии противоречия.

Нельзя связывать диалектическое противоречие с какой-либо одной формой его проявления. Так, не следует


1 Архив Маркса и Энгельса, т. IV. Партиздат ЦК ВКП(б), 1935, стр. 67.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 128.

153


сводить понятие «противоречие» к понятию «конфликт», ибо противоречие существует на всем протяжении развития данного предмета или явления, конфликт же выступает лишь определенным моментом в противоречии.

Конфликт наступает при обострении противоречия до предела, когда неизбежен переход от старого состояния к новому. Например, в условиях капитализма противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения имеет место всегда, однако до конфликта дело доходит только на определенном этапе, когда буржуазные производственные отношения становятся тормозом дальнейшего развития производительных сил.

Нельзя также отождествлять понятия «противоречие» и «несоответствие». В ряде явлений окружающего нас мира, например в развитии производительных сил и производственных отношений, мы наблюдаем моменты соответствия и моменты несоответствия. Так, в развитии капиталистического способа производства сначала был период соответствия буржуазных производственных отношений характеру производительных сил. В период империализма между производственными отношениями и производительными силами обострился момент несоответствия. Производственные отношения стали тормозить дальнейший рост производительных сил.

И в то же время на протяжении всего исторического развития капитализма действует противоречие между производительными силами и производственными отношениями. Это противоречие существует всегда, пока существует капитализм, а момент несоответствия — лишь при определенных условиях, на определенном этапе развития капитализма.

Таким образом, диалектическое противоречие нельзя связывать с какой-либо одной формой его проявления, с конфликтом или несоответствием, различием или противоположностью. Оно выступает как внутреннее единство действующих в предметах и явлениях противоположных сил и тенденций, противостоящих друг другу сторон. Диалектическое противоречие действует на всем протяжении существования предмета или явления.

Диалектическое противоречие характеризуется единством, взаимообусловленностью противоположных сторон, тенденций. Классики марксизма-ленинизма указы-

154


вали на момент единства противоположностей как на важнейшую особенность диалектического противоречия.

Понятие «единство противоположностей» нередко употребляется как равнозначное понятию «тождество противоположностей». И это не случайно. В основе этих понятий лежит понимание развития как взаимообусловленных противоположных сторон или тенденций. В работах классиков марксизма-ленинизма мы встречаем оба выражения. Однако между ними нет полного равенства. «Тождество противоположностей («единство» их, может быть, вернее сказать? хотя различие терминов тождество и единство здесь не особенно существенно. В известном смысле оба верны), - говорил В. И. Ленин, - есть признание (открытие) противоречивых, взаимоисключающих, противоположных тенденций во всех явлениях и процессах природы (и духа и общества в том числе1.

Из ленинских слов следует, что оба термина в известном смысле верны, но между ними есть и различие. В чем оно заключается? Говоря о тождестве противоположностей, Ленин чаще всего имеет в виду превращение противоположностей друг в друга, тогда как термин «единство» употребляется им для обозначения взаимообусловленности внутренних противоположностей. К такому выводу можно прийти, если сопоставить приведенные выше слова Ленина со следующим его определением диалектики: «Диалектика есть учение о том, как могут быть и как бывают (как становятся) тождественными противоположности, - при каких условиях они бывают тождественны, превращаясь друг в друга, - почему ум человека не должен брать эти противоположности за мертвые, застывшие, а за живые, условные, подвижные, превращающиеся одна в другую» 2.

Момент единства, тождества в явлениях и предметах отмечался еще в домарксистской философии. Однако нередко он понимался односторонне, метафизически, как равенство вещи самой себе, как простое тождество, как простое равенство (А=А), без учета изменений и различия. Метафизика в тождестве и различии видела непримиримые противоположности, исключала единство и взаимодействие между ними.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 316—317.

2 Там же, стр. 98.

155


Марксистская диалектика выступает против одностороннего подхода к моменту единства, тождества. Тождество неотделимо от различия. Каждая вещь является одновременно самой собой и вместе с тем другой. Противоположные стороны не только тождественны, но и различны.

Буржуазные экономисты до Маркса не видели противоположности между потребительной стоимостью и стоимостью товара. Они отождествляли эти противоположности. К. Маркс критиковал их за это, ибо потребительная стоимость и стоимость товара не одно и то же. Товаропроизводитель, указывал он, хочет освободиться от определенного количества потребительной стоимости и иметь стоимость этой потребительной стоимости. «Эти две вещи отнюдь не тождественны» 1. Маркс также критиковал экономиста Джемса Милля за то, что «единство противоположностей он превращает в непосредственное тождество этих противоположностей» 2.

Тождество противоположностей не исключает, а предполагает наличие противоречивых, взаимоисключающих,; противоположных тенденций во всех явлениях и процессах объективного мира. Единство противоположностей означает, что они взаимообусловлены, представляют различные стороны одного и того же явления или предмета. Нет притяжения без отталкивания, положительного полюса в электричестве без отрицательного, производительных сил без производственных отношений.

Неотделимость, обусловленность противоположностей проявляется также в том, что они проникают друг в друга. Так, жизнедеятельность любого живого организма проявляется во взаимодействии созидания и разрушения.

Следует иметь в виду, что выражение «единство противоположностей» употребляется в разных смыслах. Более того, диалектическое единство проявляется в различных формах. Выше шла речь о единстве в смысле взаимной обусловленности противоположных сторон или тенденций. Но единство противоположностей включает в себя также их совпадение, тождество и равнодействие. В определенных условиях взаимоисключающие стороны, или тенденции, могут достигнуть совпадения или равнодействия. Например, в борьбе против феодализма интересы двух противо-


1 К. Маркс ж Ф. Энгельс. Соч., т. 26, я. III, стр. 101.

2 Там же, стр. 86.

156


положных классов — буржуазии и пролетариата нередко совпадали.

Понятия «равнодействие», «равновесие» отражают такие этапы в развитии противоречий, когда противоположные стороны уравновешиваются и нет резко выраженного перевеса в ту или иную сторону. Так, в жизни организма момент равнодействия отчетливо выступает тогда, когда организм достигает зрелости. В этот период процессы ассимиляции и диссимиляции как бы уравновешивают друг друга. В период же роста ведущую роль играют процессы ассимиляции, а в период старения — процессы диссимиляции.

В равнодействии противоположностей выражаются моменты устойчивости в явлениях или процессах объективной действительности. Устойчивость нельзя рассматривать как нечто нежизненное, неподвижное. Говоря о месте относительного покоя в жизни природы и общества, Ф. Энгельс указывал на то, что «возможность временных состояний равновесия является существенным условием дифференциации материи и тем самым существенным условием жизни» 1.

Следовательно, выражение «единство противоположностей» содержит в себе различные оттенки, отражает различные стороны диалектической связи взаимообусловленных противоположностей, имеющих место в существовании и развитии материального мира.

Единство противоположностей неотделимо от их борьбы, от их взаимного отрицания. Выше уже отмечалось, что существует различный подход к вопросу о противоположностях. Метафизики исходят из того, что надо говорить или только о единстве, тождестве противоположных сторон, или только об их абсолютной противоположности.

Диалектическое понимание развития исключает подобную односторонность. Необходимо видеть как единство, так и различие противоположностей, исходить из того, что наряду со взаимообусловленностью различных сторон в предметах и явлениях существует и их борьба, их взаимное отрицание.

Борьба противоположностей, противоположных сторон и тенденций в предметах и явлениях составляет дви-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 561.

157


жущую силу развития. Без нее нет возникновения, развития и преодоления противоречий, нет переходов одной противоположности в другую. В. И. Ленин подчеркивал, что развитие есть «борьба» противоположностей.

Отмечая такой коренной признак диалектического противоречия, как борьба противоположностей, необходимо иметь в виду, что проявляется она неодинаково. Выражение «борьба» Ленин иногда берет в кавычки. Очевидно, не всякое взаимодействие противоположностей выступает как борьба в прямом смысле этого слова. Взаимоотрицание противоположностей — обязательный элемент развития, но конкретные формы его проявления могут быть различными. Например, антагонистические классы противостоят друг другу, между ними возможно физическое столкновение, прямое противоборство с оружием в руках. Однако едва ли можно говорить о подобном прямом столкновении противоположностей применительно ко всем явлениям неорганической природы, к таким, например, как притяжение и отталкивание.

Таким образом, диалектическое противоречие выступает как единство и борьба, взаимообусловленность и взаимоотрицание противоположных сторон и тенденций.

Выясняя природу диалектического противоречия, необходимо иметь в виду указание В. И. Ленина, что единство противоположностей относительно, преходяще, а борьба абсолютна. «Единство (совпадение, тождество, равнодействие) противоположностей, - писал он, - условно, временно, преходяще, релятивно. Борьба взаимоисключающих противоположностей абсолютна, как абсолютно развитие, движение» 1.

Как понимать это ленинское положение?

Выше уже отмечалось, что понятие «единство противоположностей» имеет разный смысл: как выражение обусловленности, неразрывной связи противоположных сторон, проникновения противоположностей друг в друга и как момент совпадения, равновесия или устойчивости в развитии предметов или явлений. Единство, понимаемое в последнем смысле, складывается при определенных условиях и отличается по своему характеру от единства в смысле взаимообусловленности противоположностей. Такое единство временно, преходяще, относительно.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 317.

158


Рабочие, например, лишь определенное время выступали вместе с буржуазией против феодализма, и их интересы совпадали только в некотором отношении. G победой буржуазного строя это совпадение исчезло. Осталось коренное противоречие между ними, которое по мере развития капитализма стало все более и более обостряться.

Положение В. И. Ленина об относительности единства нельзя применять ко всем формам диалектического единства, в том числе и к единству как взаимообусловленности противоположных сторон или тенденций. Данное единство не может быть преходящим, временным, ибо тогда не может быть самого предмета или процесса, а следовательно, не может быть не только единства, но и борьбы, не может быть диалектического противоречия.

Несмотря на совпадение или равнодействие противоположностей на каком-то этапе развития противоречия, их борьба не исключается. Коренные противоположности сохраняются на всем этапе развития противоречия. Подобно тому как покой есть частный случай движения, временное равнодействие, или совпадение, есть частный случай борьбы противоположностей. Момент совпадения относителен, он охватывает не весь путь развития противоречия, а лишь его определенные этапы. Абсолютный характер борьбы противоположностей проявляется в том, что момент борьбы характерен для всех этапов развития противоречия, начиная с его зарождения и кончая его разрешением, переходом данного состояния предмета или явления в другое.

Важнейшей особенностью диалектического противоречия является превращение противоположностей друр в друга. Это также выражает суть процесса развития.

К. Маркс на многих фактах из жизни капиталистического общества показал, как противоположности превращаются друг в друга. «...Закон присвоения, или закон частной собственности, - писал он, - покоящийся на товарном производстве и товарном обращении, превращается путем собственной, внутренней, неизбежной диалектики в свою прямую противоположность» 1.

Закон частной собственности требует, чтобы товары покупались и продавались по стоимости, чтобы происходил эквивалентный обмен стоимостями. Капиталист и рабочий


1 К. Маркс и Ф, Энгельс. Соч., т, 23, стр. 596—597.

159


выступают как собственники: один как собственник средств производства, другой как собственник своей рабочей силы. Внешне получается, что обмен эквивалентен. Капиталист присваивает труд рабочего, рабочий получает от капиталиста заработную плату, стоимость своей рабочей силы. На самом же деле между ними происходит неэквивалентный обмен. Рабочий получает только часть созданной им стоимости, остальное забирает капиталист без всякой оплаты в виде прибавочной стоимости, прибыли. Закон присвоения, требующий обмена стоимости по эквиваленту, при капитализме превращается в закон присвоения на основе нарушения эквивалентного обмена, т. е. переходит в свою противоположность. В этом основа капиталистической эксплуатации.

О превращении противоположностей друг в друга неоднократно говорил В. И. Ленин. «... Не только единство противоположностей, - писал он, - но переходы каждого определения, качества, черты, стороны, свойства в каждое другое [в свою противоположность?]» 1. Ленин иллюстрировал этот процесс примерами превращения количества в качество и обратно, одного типа войны в другой, свободной конкуренции в монополию. С переходом капитализма в высшую стадию — империализм свободная конкуренция уступает место монополии, представляющей прямую противоположность конкуренции. Но разумеется, господство монополий не означает, что конкуренция уничтожается. Монополии существуют рядом с ней и над ней, порождая все новые и новые конфликты.

Превращение противоположных сторон друг в друга свидетельствует о том, что противоположности взаимно обусловлены, что границы между ними условны, преходящи, что противоположности не представляют собой чего-то раз навсегда данного. Противоположности подвижны и изменчивы, между ними нет непроходимой стены, они меняются местами в зависимости от конкретных условий. Но следует иметь в виду, что не все противоположности превращаются друг в друга. Например, класс пролетариев при капитализме не может стать классом буржуазии.

Важнейшее значение для понимания диалектического противоречия имеет выяснение роли каждой из противо-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 203.

160


положных сторон в процессе развития. Противоположности, составляющие противоречие, действуют друг на друга в том смысле, что одна из этих противоположностей направлена к сохранению данного состояния в предметах или явлениях, а другая — к расшатыванию, к изменению данного состояния. Одна сторона противоречия находится в благоприятных условиях существования, ее рост и развитие направлены на укрепление и развитие особенностей и признаков предмета или явления, другая же сторона, наоборот, находится в зависимом положении, ее рост и развитие направлены на отрицание характерных для данного явления свойств и признаков. Поскольку действия одной противоположности направлены на сохранение данного состояния в предметах или явлениях, а действия другой направлены на уничтожение данного состояния, то они выступают как положительная и отрицательная стороны. В этом взаимодействии также проявляется суть процесса развития, внутренняя основа движения.

Богатство и пролетариат, говорил, например, К. Маркс, - две противоположности, порожденные миром частной собственности. Но одна противоположность — частная собственность как богатство — стремится к сохранению данного состояния и сохранению капиталистических отношений в обществе, другая же — пролетариат, - наоборот, стремится разрушить данное состояние, заменить существующие капиталистические отношения другими. Первая противоположность в данном случае играет консервативную роль, вторая — революционную.

В связи с выяснением роли каждой из сторон диалектического противоречия в процессе развития необходимо указать, что же является ведущей, главной стороной противоречия.

Противоположности как стороны противоречия неодинаковы в том смысле, что одна из них является определяющей, другая — определяемой. Характер и направленность развития предметов и явлений зависят прежде всего от ведущей, главной стороны противоречия. В общественной жизни — это восходящий класс, силы, выражающие поступательное развитие общества. Например, в период перехода общества от феодализма к капитализму буржуазия была прогрессивной и играла главную роль в развитии общества. Противостоящий ей тогда класс феодалов был тормозом движения общества вперед.

6 № 233 161

161


В наше время главное содержание, главное направление исторического развития человечества определяют мировая социалистическая система, силы, борющиеся против империализма, за социалистическое переустройство общества.

Особенность диалектического противоречия как внутреннего источника движения, как основы процесса развития проявляется еще и в том, что противоречия не представляют собой чего-то раз навсегда данного, застывшего. Свойственные предметам и явлениям противоречия изменяются и развиваются, имеют начало и свой конец. В развитии противоречия можно выделить следующие этапы: возникновение, или становление, нарастание, или накопление, и, наконец, преодоление, или разрешение.

Итак, диалектическое противоречие, выступающее как единство и борьба внутренне обусловленных противоположных сторон, предметов и явлений объективного мира, выражает суть процесса развития, выступает внутренним источником движения, изменения и обновления. В этом состоят особенности диалектического противоречия, сущность закона единства и борьбы противоположностей.

2. ФОРМЫ ПРОЯВЛЕНИЯ ЗАКОНА ЕДИНСТВА И БОРЬБЫ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ

Многообразие форм противоречий. Закон единства и борьбы противоположностей, как и все другие диалектические закономерности, в разных условиях проявляется неодинаково. Различный характер проявления закона единства и борьбы противоположностей и многообразие противоречий есть результат многообразия форм движения материи, многообразия связей и отношений в природе и обществе. Каждое явление, каждый предмет представляют собой единство всеобщего и единичного. Общее проявляется в единичном, а единичное — в общем. Следовательно, в противоречиях надо выделять не только всеобщность, но и их проявления в специфических конкретных формах.

В органической природе противоречия приобретают такие формы проявления, каких нет в неорганической. В обществе, как более высокой форме существования ма-

162


терии, возникают такие противоречия, каких нет в биологической форме. Это противоречия между производительными силами и производственными отношениями, базисом и надстройкой, производством и потреблением, различными классами и социальными группами. Более сложным процессам и явлениям окружающего мира присущи более сложные формы противоречий.

Среди различных форм и типов противоречий прежде всего необходимо выделить внутренние и внешние противоречия.

Основой, источником развития являются внутренние противоречия. Они определяют характер данного явления, равно как и его взаимоотношения с внешней средой. Внешние противоречия выступают как необходимые условия существования данного предмета или явления. Она оказывают влияние на ход развития, но делают это, преломляясь через внутренние закономерности.

Например, основу развития человеческого общества составляют внутренние противоречия. Окружающая природа, географическая среда лишь одно из необходимых условий существования людей. Природа оказывает определенное воздействие, может ускорять или замедлять развитие общества, но это воздействие она всегда оказывает через внутренние закономерности и противоречия общества, и в первую очередь через противоречия в способа производства.

Степень использования сил природы человеком зависит не от окружающей природы, а от характера и уровня развития материального производства. В нашей стране, например, как в период господства помещиков и капиталистов, так и за годы существования Советской власти природные условия существенно не изменились. Однако природные богатства при социализме используются иначе, чем до Октябрьской революции. Объясняется это изменением социального строя, его внутренними причинами. Капиталисты хищнически относились к природным богатствам, поскольку стремились лишь к наживе, к получению все большей прибыли. Социализм с его общественной собственностью на средства производства является обществом, в котором природные богатства используются планомерно и целесообразно.

Взаимосвязь внутренних и внешних условий можно видеть на опыте развития Советского Союза и других

6*

163


стран социализма. Между миром социализма и капиталистическим миром существуют определенные противоречия, которые не могут не сказываться на темпах нашего развития. Буржуазия предпринимала и предпринимает? меры к тому, чтобы сокрушить мощь стран социализма, разрушить их хозяйство и культуру, восстановить капиталистические порядки. Однако социализм в своем развитии неуклонно идет вперед, и происходит это потому, что он опирается прежде всего на внутренние силы, на социалистический способ производства, социальное единство социалистического общества.

Однако все это не означает, что в определенных условиях внешние противоречия не могут оказывать решающего влияния. Так, противоречие между живым организмом и средой наряду с внутренними противоречиями самого организма выступает одним из решающих факторов существования живой природы.

Следует отметить и то обстоятельство, что деление противоречий на внутренние и внешние носит относительный характер, определяется конкретными связями между явлениями и предметами.

Например, противоречие между капитализмом и социализмом выступает как внутреннее противоречие, если брать его в рамках всего общества. Но если рассматривать его как противоречие качественно отличных общественных систем, то оно будет внешним.

Противоречия неодинаковы по своему объему, по степени выражения ими качества, внутренних свойств предметов или явлений. Они могут быть существенными и несущественными. Существенные противоречия выражают ведущие стороны, тенденции данного предмета или явления, несущественные затрагивают лишь отдельные стороны.

В органической природе к существенным противоречиям относятся противоречия между наследственностью и приспособляемостью, между организмом и средой. В антагонистическом обществе к ним относится противоречие между эксплуататорами и эксплуатируемыми. В условиях империализма существенными противоречиями являются также противоречия между различными финансовыми группами и империалистическими державами в борьбе за источники сырья и чужие территории, между несколькими господствующими империалистическими государствами,

164


с одной стороны, и колониальными и зависимыми пародами — с другой.

Примером несущественных противоречий может служить противоречие между республиканской и демократической партиями в США. Обе партии, как известно, выражают интересы различных групп империалистической буржуазии и ведут друг с другом борьбу. Но эта борьба идет не по такому существенному вопросу, как жизнь или смерть капитализма, а лишь по вопросу о том, какая часть буржуазии должна находиться в преимущественном положении при распределении доходов. Противоречия между ними не затрагивают существа капиталистического способа производства, а сводятся лишь к несущественным разногласиям по частным вопросам.

В предметах и явлениях существует много различных противоречий. Однако природа диалектического развития такова, что среди этих противоречий всегда существует главное, основное противоречие. Своеобразие последнего состоит в том, что оно выражает самую существенную сторону предмета или явления, его основу основ. Главное противоречие играет ведущую роль в развитии, оно определяет все другие противоречия и действует на протяжении всего периода существования предмета или явления.

В обществе таким главным противоречием является противоречие между производительными силами и производственными отношениями, специфически проявляющееся в каждой общественно-экономической формации.

Отыскание главного, основного противоречия в предметах и явлениях составляет непременное условие всякого научного познания и преобразования мира. Обнаружив главное противоречие капитализма, К. Маркс раскрыл сущность буржуазного общества и указал рабочему классу истинные цели и средства борьбы.

В современных условиях главным, основным противоречием является противоречие между социализмом и капитализмом, борьба двух противоположных общественных систем.

По своему характеру противоречия могут быть антагонистические и неантагонистические. Эти противоречия имеют место прежде всего в человеческом обществе.

Антагонистические противоречия — это противоречия, в основе которых лежат непримиримые интересы враждеб-

165


ных классов. К ним относятся противоречия между эксплуататорами и эксплуатируемыми, т. е. между рабами и рабовладельцами, крепостными и помещиками, пролетариатом и буржуазией. Своеобразие данного типа противоречий заключается в том, что противостоящие друг другу классы расходятся по коренным, главным жизненным вопросам.

Неантагонистические противоречия — это такие противоречия между классами и социальными группами, когда в основном и главном интересы этих классов и социальных групп совпадают, но имеют место расхождения по отдельным частным вопросам. Например, неантагонистические противоречия существуют между рабочим классом и трудовым крестьянством.

Способы разрешения противоречий. Различный характер противоречий обусловливает и разные способы их разрешения. Все зависит от характера самого предмета или явления, от особенностей свойственных ему противоречий. Например, нельзя одинаковым образом разрешать противоречия между рабочим классом и трудовым крестьянством, между рабочим классом и буржуазией. В каждом случае к решению вопроса необходимо подходить конкретно-исторически.

Антагонистические противоречия разрешаются в острой и непримиримой борьбе, путем революции. Революция есть закон смены антагонистических общественных формаций. Ни один класс не уступает своих прав другому без борьбы. Тем более не откажется от них последний эксплуататорский класс — буржуазия. Свержение ее господства и построение социализма невозможны без борьбы, без социалистической революции и диктатуры пролетариата.

В борьбе преодолеваются и неантагонистические противоречия, но эта борьба осуществляется без насилия, без социальных конфликтов. Неантагонистический характер противоречий обусловливает и особую форму их разрешения. Противоречия внутри коммунистических и рабочих партий, например, преодолеваются методом революционной критики и самокритики.

Особенности проявления закона единства и борьбы противоположностей в условиях социализма. Противоречия многообразны и по-разному проявляются в конкретных условиях. Возникает вопрос: каковы особенности

166


проявления закона единства и борьбы противоположностей в условиях социализма, в чем своеобразие противоречий социалистического общества?

Победа социализма не означает, что в обществе ликвидируются противоречия, что оно существует и развивается без противоречий, без борьбы противоположных сил и тенденций. В. И. Ленин указывал, что «антагонизм и противоречие совсем не одно и то же. Первое исчезнет, второе останется при социализме» 1.

Буржуазные философы пытаются представить дело таким образом, будто при социализме сохраняются антагонистические противоречия. Отстаивая мысль о вечности противоречий капиталистического общества, они стараются доказать, что якобы и в условиях социализма остаются антагонизм и социальное неравенство между людьми. Наиболее часто буржуазные философы в качестве «аргумента» приводят демагогические рассуждения о том, что исключение антагонистических противоречий означало бы лишение общества внутренней движущей силы. Поскольку считают, говорят многие из них, что в Советском Союза нет более антагонистических противоречий, то движущие силы развития, согласно Марксу, исчезают. Другиэ утверждают, что социализм не может способствовать прогрессу общества потому, что, по их мнению, он-де исключает себя из противоречия.

С победой социализма ликвидируются не все противоречия, а только антагонистические, а неантагонистические противоречия остаются и после победы социализма, выполняя роль движущей силы общественного развития. Отсутствие антагонистических классов в обществе меняет содержание многих категорий, выражающих существо диалектического противоречия. В частности, это можно видеть на примере такой категории, как «противоположность».

В антагонистическом обществе понятие «противоположность» отображает взаимоисключающие интересы общественных классов, их острую, непримиримую борьбу. При социализме основу общества составляет морально-политическое единство трудящихся и понятие «противоположность» приобретает другое значение. В условиях социализма за старым и новым стоят не враждебные


1 Ленинский сборник XI. М.—Л., 1931, стр. 357.

167


классы, поэтому противоположности касаются не коренных отношений социалистического общества, а лишь отдельных сторон его многообразной жизни. Несогласие между советскими людьми может происходить только по отдельным конкретным вопросам жизни, по конкретным путям борьбы за новое, передовое.

Глубокие изменения, наступившие после победы социализма в нашей стране, накладывают отпечаток и на действие отдельных сторон закона единства и борьбы противоположностей.

Возьмем, к примеру, моменты соответствия и несоответствия. В капиталистическом обществе соответствие между производственными отношениями и производительными силами в главном, коренном было преходящим. При зарождении и утверждении капиталистического способа производства буржуазные производственные отношения соответствовали основной тенденции буржуазного способа производства и играли большую роль в развитии материального производства. Но затем они становятся оковами развития производительных сил, возникает несоответствие, доходящее до конфликта. Полоса соответствия уступает место полосе резко выраженного несоответствия. Свойственные капитализму противоречия достигают своего наивысшего обострения. Происходит замена старого способа производства новым, буржуазная общественно-экономическая формация уступает место коммунистической. В данном случае категории соответствия и несоответствия выступают как выражение антагонистических противоречий, при этом речь идет о соответствии и несоответствии в главном, коренном.

Совсем иное положение при социализме. Здесь основные тенденции в развитии производительных сил и производственных отношений совпадают. После победы социализма нет необходимости в изменении общественной собственности на средства производства, отношений сотрудничества и взаимопомощи свободных от эксплуатации работников. Момент соответствия здесь приобретает другое значение и наполняется другим содержанием. Общественному характеру производства соответствует и общественная форма собственности на средства производства. Это соответствие выступает одним из решающих элементов поступательного движения общества, новой движущей силой общественного прогресса.

168


Рассматривая соответствие между двумя сторонами социалистического способа производства как новую коренную особенность социалистического общества, необходимо иметь в виду, что речь идет не об абсолютном, полном соответствии. Здесь надо всегда помнить, что абсолютного соответствия не может быть. Говоря о соответствии производственных отношений и производительных сил, мы имеем в виду, что основа данного единства противоположностей не претерпевает каких-либо существенных изменений. Конкретные же стороны, отдельные черты будут непрерывно изменяться, проходить путь от соответствия к несоответствию, от несоответствия к соответствию, от данного качественного состояния к другому.

Важнейшей особенностью противоречий при социализме является также то, что они выступают, как правило, в форме противоречий непрерывного прогресса. Противоречия, присущие социалистическому обществу, - это в основном противоречия роста, связанные с быстрым подъемом социалистической экономики, с возрастанием материальных и культурных потребностей народа.

В чем же конкретно проявляются противоречия в нашей стране на современном этапе и каковы пути их преодоления?

Наше социалистическое общество не стоит на месте, а находится в непрерывном изменении и обновлении. Противоречия, имеющие место в советском обществе, можно разбить на следующие группы: а) противоречия, присущие всем общественно-экономическим формациям, но проявляющиеся при социализме в специфических формах, б) противоречия, вытекающие из наличия в нашей стране пережитков старого, капиталистического строя, в) противоречия, обусловленные существованием двух мировых систем — капитализма и социализма.

К первой группе противоречий относятся противоречия в способе производства, в первую очередь между производительными силами и производственными отношениями, противоречия между экономическим базисом и надстройкой.

Определенное место в жизни нашего общества занимает противоречие между социалистическим общественным бытием и пережитками капитализма в сознании советских людей. В результате социалистической индустриализации и коллективизации сельского хозяйства произошли

169


коренные изменения в жизни советского общества. Во всех звеньях общественной жизни утвердился социализм. Вместе с изменением общественного бытия, экономического строя общества изменилось и общественное сознание. В СССР господствует коммунистическая идеология, марксизм-ленинизм. С каждым днем растет коммунистическое сознание масс, крепнет коммунистическое отношение к ТРУДУ и общественной собственности, к коллективу, в семье и быту. Наряду с этим у некоторой части людей сохранились еще в сознании пережитки капитализма. Это находит свое выражение в проявлениях частнособственнической психологии, противопоставлении личных интересов общественным, лодырничестве и рвачестве, аморальных поступках, в преклонении перед буржуазной культурой.

Немаловажное значение в живучести пережитков старого в наших условиях имеет влияние капиталистического лагеря. Буржуазия капиталистических стран пытается всеми способами воздействовать на советских людей, оживить пережитки капитализма в их сознании, используя для этого все каналы и формы идеологической борьбы.

Особый характер противоречий при социализме означает и особую форму их разрешения. В СССР противоречия преодолеваются не путем взрывов, столкновений одной части общества с другой, а путем постепенного их преодоления всем обществом как одним целым.

Великой направляющей силой развития социалистического общества, важнейшим фактором сознательного и организованного преодоления возникающих в нашей стране противоречий является Коммунистическая партия Советского Союза, которая своевременно обнаруживает противоречивые стороны развития и вырабатывает конкретные пути преодоления этих противоречий.

Одной из форм разрешения противоречий между старым и новым в нашей стране является критика и самокритика. Она помогает утверждать все новое, преодолевать все отрицательное, мешающее нашему продвижению вперед.

Противоречие между капитализмом и социализмом на международной арене разрешается разными путями. Важнейшим из них является путь мирного сосуществования государств с различным социальным строем.

170


Трудящимся социалистических государств мирное сосуществование дает возможность сосредоточить главное внимание на построении социализма и коммунизма, добиться успеха во всех областях общественной жизни и тем самым наглядно продемонстрировать преимущество социализма перед капитализмом. Для трудящихся стран капитала мирное сосуществование создает условия для концентрации сил в борьбе за мир, демократию и социализм.

Мирное сосуществование не означает отказа от революционного преобразования общества, не есть пассивное выжидание автоматического краха империализма. Мирное сосуществование в современных условиях выступает наиболее концентрированным выражением классовой борьбы в международном масштабе, классового соревнования между социализмом и капитализмом.

Таковы существо и формы проявления действия закона единства и борьбы противоположностей. Этот закон выражает основу развития, указывает на внутренний источник развития, на самодвижение. Он является ядром диалектики, одной из основ научного познания и революционного преобразования мира-

171


ГЛАВА VI

ЗАКОН ПЕРЕХОДА КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИЙ В КАЧЕСТВЕННЫЕ

В предыдущей главе было выяснено, что закон единства в борьбы противоположностей вскрывает внутренний источник самодвижения и развития мира. Характер процесса развития, пути и формы перехода от старого состояния к новому раскрываются другим законом диалектики — законом перехода количественных изменений в качественные.

1. СУЩНОСТЬ ЗАКОНА ПЕРЕХОДА КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИЙ В КАЧЕСТВЕННЫЕ

Качество. Под качеством понимается неотделимая от предметов и явлений внутренняя определенность, совокупность признаков, выражающих их специфику, их отличие от других предметов и явлений. Так, один химический элемент отличен от другого присущими только ему признаками. Каждая форма движения материи отделяется от другой формы характерной для нее качественной определенностью. Физические и химические процессы, например, отличаются от биологических. Каждый вид животных и растений внутри биологической формы движения материи выступает как качественная определенность, как совокупность признаков, выражающих его специфику.

Поскольку все предметы и явления обладают сложным строением, то качество можно рассматривать так же, как единство структуры и составляющих ее элементов.

Качество нельзя считать чем-то существующим независимо от самих предметов и явлений объективного мира. «...Существуют не качества, — отмечал Ф. Энгельс, - а только вещи, обладающие качествами...» 1.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 547.

172


Качества объективны, как объективны сами предметы и явления. Однако некоторые философы на том основании, что качества воспринимаются познающим субъектом при помощи органов чувств и различных приборов, делали и продолжают делать выводы о субъективности качеств. Например, английский философ-материалист XVIII в. Дж. Локк делил все качества на так называемые первичные и вторичные. Цвет, звук, запах, вкус Локк считал вторичными, субъективными качествами, существующими лишь как ощущения человека, и только такие качества, как протяженность, фигура, непроницаемость, движение, покой, он признавал первичными, объективными, неотделимыми от самих предметов. Положение Локка о субъективности вторичных качеств есть уступка идеализму, выражение непоследовательности в решении им основного вопроса философии.

Качество выражает специфику предмета или явления в целом, в том числе и моменты их общности с другими предметами и явлениями.

Так, качественная особенность каждого типа общества предполагает не только черты различий, но и черты общности, сходства. В каждом обществе, например, имеются производительные силы и производственные отношения, базис и надстройка, формы общественного сознания и т. п.

Качество — это не только целостная, но и относительно устойчивая совокупность признаков, определяющая специфику данного предмета. Мир, как известно, представляет собой непрерывный процесс движения и развития, где момент изменчивости неотделим от момента устойчивости. Одна из особенностей качественной определенности и состоит в том, что она, выражая этот противоречивый момент развития, фиксирует относительную устойчивость предмета.

Например, общество выступает как непрерывный процесс изменения, но вместе с тем это изменение неотделимо от определенных моментов устойчивости его качественных образований. Именно эта устойчивость качества позволяет нам различать пять общественно-экономических формаций, пять качественно определенных ступеней в развитии общества.

Однако при выяснении природы качественной определенности необходимо исходить из того, что ее устойчивость относительна, что она непрерывно изменяется.

173


Например, такая качественная определенность, как жизнь, начиная с ее возникновения на Земле и кончая современным этапом, представляет собой качественно особую, устойчивую форму существования материи. Вместе с тем данная качественная определенность подвергалась и подвергается непрестанным изменениям. Современное качественное состояние живой природы и ее состояние миллионы лет назад отличаются значительным образом.

То же можно сказать о такой качественной определенности, как капитализм, который, оставаясь капитализмом, претерпевает в процессе исторического развития целый ряд изменений. Соответственно этим изменениям мы различаем капитализм периода расцвета и капитализм периода его общего кризиса.

Качество и свойство. Понятия качества и свойства употребляются как различающиеся и как однопорядковые. Так, В. И. Ленин, приводя для иллюстрации метафизического и диалектического подхода к явлениям пример со стаканом, употреблял понятия качества и свойства как однозначные. «...Стакан, - писал он, - имеет не только... два свойства или качества или стороны, а бесконечное количество других свойств, качеств, сторон...» 1. Однако часто в марксистско-ленинской философии эти понятия различаются. Качество — это целостная характеристика предмета или явления, свойство — одна из сторон данного предмета или явления, их частичная характеристика. Одни свойства выражают качественную определенность вещей, другие — количественную.

Соотношение качества и свойств можно видеть на таком примере, как превращение продукта труда в товар. К. Маркс, анализируя товар и его особенности, выделяет прежде всего его качественную определенность, которая состоит в том, что он является продуктом труда, предназначенным для обмена. Как только продукт труда стал товаром, он приобрел такие свойства, которых у него не было до этого. Например, сюртук, выступающий как товар, наряду с физическими свойствами — тяжестью и способностью задерживать тепло — стал обладать также специальным свойством — быть эквивалентной формой стоимости. Качество сюртука как товара обнаружилось через


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 289.

174


его свойства, через определенные отношения к другим товарам.

Не все свойства в одинаковой степени выражают качественную определенность. Одни из них затрагивают более существенные стороны, другие — менее существенные. Так, периодические кризисы перепроизводства являются одним из существенных признаков капитализма, тогда как их продолжительность, так же как и промежуток времени, через который они повторяются, не имеют для него существенного значения.

Потеря или приобретение предметом или явлением того или иного несущественного свойства и даже ряда свойств не всегда влечет за собой коренное, качественное изменение этого предмета или явления. Но если исчезают основные, существенные свойства предмета, то он перестает? быть данной качественной определенностью и переходит в другое состояние. Исчезновение такого свойства капитализма, как периодические кризисы перепроизводства, невозможно без изменения самого капитализма, без замены его коренных основ, в то время как изменение продолжительности кризисов или сроков их повторяемости не затрагивает его коренных основ, его сущности.

Таким образом, качественную определенность предмета составляют его существенные свойства.

Свойства предметов относительны. Они проявляются в зависимости от конкретных отношений и связей данного предмета с другими предметами. Так, пока сюртук не был товаром, он обладал только физическими свойствами — тяжестью и способностью задерживать тепло. С изменением его связей с другими предметами, с превращением в товар он приобрел новое свойство — быть эквивалентной формой стоимости.

Относительным является также и различие между качеством и свойством. Один и тот же предмет или одна и та же его сторона в одном отношении выступает как качество, ¦ в другом — как свойство. Качества и свойства могут меняться местами в зависимости от конкретных связей предмета или явления. Например, труд человека можно рассматривать как качественную определенность, если сравнивать человека с животным. Вместе с тем труд — это и одно из существенных свойств, если брать его по отношению к другим сторонам общественной жизни. То же можно сказать о мышлении и речи. Это важнейшие

175


качества, отличающие человека от животного. Но это также и существенные свойства, поскольку они выражают специфику общественной жизни людей.

Многокачественность предметов и явлений. Говоря о предмете или явлении в целом как особой качественной определенности, наряду с этим следует отметить, что в рамках данного предмета или явления всегда имеет место множество разнообразных качеств. Это вытекает из того, что каждый предмет, каждое явление представляют собой совокупность характерных для него особенностей, имеет много разных сторон, которые выступают как различные качества. Например, человек есть и биологическое и социальное явление, причем каждая из этих особенностей человека имеет свою качественно отличную определенность. Общество как целое, представляя собой качественную определенность, вместе с тем содержит в себе много различных качеств. Чем богаче предметы и явления по своим связям и отношениям к другим предметам и явлениям, тем более многокачественными они выступают перед нами.

Многокачественность предметов и явлений зависит также от тех условий, в которых они существуют. Возьмем, например, такой фактор, как труд человека. В зависимости от конкретно-исторических условий он имеет различную качественную определенность. В условиях социализма он отличается от труда при капитализме, так как это коренным образом отличные друг от друга способы производства.

Многокачественность предметов и явлений обусловлена также тем, что они проходят в своем развитии различные фазы, ступени, этапы. Каждый новый этап в развитии предмета или явления характеризуется и новой качественной определенностью, теми или иными изменениями в старом качественном состоянии. В развитии капитализма, например, этими этапами являются стадия домонополистического и стадия монополистического капитализма.

Количество. Предметы и явления имеют не только качественную, но и количественную сторону. Количество — это определенность предметов и явлений, выражающая число присущих им свойств, сумму составляющих их частей, величину, степень интенсивности, масштаб развития и т. п,

176


Чистейшим количественным определением, какое мы только знаем, указывал Энгельс, является число. Именно число, выступающее в различных конкретных проявлениях, служит выражением количественной определенности данного предмета или явления. Например, молекул л воды состоит из двух атомов водорода и одного атомл кислорода. Каждое атомное ядро имеет свое число входящих в него «элементарных» частиц — протонов и нейтронов, свою величину (запас) внутренней энергии.

В общественных явлениях также наряду с качественной стороной есть и количественная. Она характеризует темпы роста производительных сил, народонаселения, личного и национального дохода и многие другие стороны жизни общества.

Количественная определенность выступает во многих проявлениях. Это вытекает из многообразия сторон и отношений, характерных для предметов и явлений. Отмечая, например, в предмете такие свойства, как объем, вес, протяженность, скорость движения и т. п., мы одновременно выясняем и количественное выражение этих свойств. Количественной характеристикой этих свойств будет величина объема, веса, протяженности, скорости движения и т. п. Если явление изменяется, например растет, то это также выражается определенным числом. Материалистическое понимание количества включает в себя и такие моменты, как разделение вещи на однородные части, отношения порядка и т. д. Все это говорит о том, что количественные отношения материального мира весьма многообразны.

Количество по сравнению с качеством имеет ту особенность, что оно в определенном отношении выступает как бы внешним моментом для предметов и явлений. Так, вода остается водой независимо от того, равна ли ее температура 16 или 80°, измеряется ли ее объем одним литром илп тысячью литров. Точно так же социальная природа капиталистического предприятия не изменяется от того, является ли оно собственностью одного предпринимателя или акционерного общества.

Признание положения о том, что количество в определенных отношениях выступает как бы внешним моментом для предметов и явлений, не означает, что это имеет место всегда и во всех случаях. В ряде отношений количество выражает внутреннюю определенность предмета или

177


явления. Так, количественная характеристика химических элементов является важнейшим выражением их сущности. Нельзя понять природу химического элемента без знания величины его атомного веса, числа протонов в его ядре и других характерных для него количественных проявлений. Или, например, такая количественная определенность, как высокий темп развития экономики стран социализма, служит одной из существенных характеристик социализма, его преимуществ перед капитализмом.

Единство качества и количества. Мера. Качество и количество диалектически связаны между собой, выступают как единство противоположностей. Качественная определенность не существует без количественной, и наоборот. Это единство качественной и количественной определенностей проявляется в мере. Мера указывает на взаимообусловленность качественной и количественной сторон предмета или явления. Ею выражаются границы, в которых предметы, явления остаются самими собой. Так, для твердого состояния воды при нормальном атмосферном давлении, мерой является температура ниже 0° по Цельсию, для жидкого состояния при тех же условиях давления — температура от 0 до 100°, для газообразного состояния — температура выше 100°.

Каждое состояние имеет свою меру, нарушение которой приводит к его изменению. Моменты перехода от одной меры к другой называются узлами, или точками перехода из одного состояния в другое, а вся цепь переходов от одних количественно-качественных состояний к другим — узловой линией меры. Ф. Энгельс указывал на такие узлы, поворотные пункты в развитии природы, как переход от механики небесных тел к механике небольших масс на отдельных небесных телах, от механики масс к механике молекул, т. е. к физике, от физики к химии, от обыкновенного химического действия к химизму белков.

В единстве качественной и количественной определенностей ведущее место принадлежит качеству. Коренные изменения предметов или явлений всегда происходят на основе изменения присущего им качества. Качество определяет также рамки количественных изменений. Однако количество в свою очередь оказывает обратное воздействие на качество. Достигнув определенного предела, количественные изменения приводят к замене данного качества новым. Это взаимодействие, взаимопроникновение коли-

178


чественной и качественной определенностей выражается в законе перехода количества в качество и обратно.

Переход количественных изменений в качественные и обратно. В предметах и явлениях всегда есть новое и старое. Это означает, что в каждом из них наряду со старым, отмирающим качественным состоянием зарождается новое качественное состояние и после определенного количественного накопления происходит коренное качественное изменение — новое побеждает старое. Когда речь идет о количественных изменениях, имеется в виду постепенное накопление свойств новой качественной определенности; так же, говоря о качественных изменениях, мы имеем в виду переход от старого качественного состояния к новому. «...В природе качественные изменения — точно определенным для каждого отдельного случая способом, - писал Ф. Энгельс, - могут происходить лишь путем количественного прибавления либо количественного убавления материи или движения (так называемой энергии)» 1.

Это положение о качественных изменениях в зависимости от количественных подкрепляется данными из области естествознания. Так, постепенное нагревание металла сначала не затрагивает существенным образом его агрегатного состояния. Но как только температура нагревания достигает известной границы (например, для свинца 327,4°C, для меди 1083°C), совершается переход в новое агрегатное состояние: твердый металл становится жидким.

То же следует сказать и о химических явлениях. Химию, говорил Энгельс, можно назвать наукой о качественных изменениях тел, происходящих под влиянием изменения количественного состава. Так, два атома азота и один атом кислорода дают соединение, называемое веселящим газом (N2O). Два атома азота, взятые с пятью атомами кислорода, образуют азотный ангидрид (N2O5) — твердое тело. В данном случае качественное изменение обусловлено изменением числа атомов кислорода в молекуле, т. е. количественным изменением.

Переход в химии количества в качество подтверждается также периодическим законом химических элементов, открытым великим русским ученым Д. И. Менделеевым.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 385.

179


История человечества неопровержимо доказывает, что и в общественной жизни развитие совершается по закону перехода количественных изменений в коренные, качественные. Так, выясняя характер капиталистической системы хозяйства, источник получения прибавочной стоимости, К. Маркс показал, что владелец денег только при том условии превращается в капиталиста, если сумма денег, авансируемая им на производство, достигает величины, позволяющей владельцу освободиться от личного участия в процессе производства и прибегнуть к найму и эксплуатации рабочей силы. «Здесь, как и в естествознании, - отмечал Маркс, - подтверждается правильность того закона... что чисто количественные изменения на известной ступени переходят в качественные различия» 1. Примером перехода количественных изменений в коренные, качественные может служить переход единоличных крестьянских хозяйств на путь колхозного социалистического хозяйства в СССР.

Переход количественных изменений в качественные происходит и в области человеческого сознания. Так, в развитии философии ярким примером перехода количества в качество является возникновение философии марксизма, которое, будучи настоящей революцией в философии, не могло произойти без предварительного накопления количественных изменений, т. е. без того запаса знаний, который был создан в процессе развития философии в домарксовский период.

Не только количественные изменения приводят к изменениям качественным, но и, наоборот, качественные изменения ведут к изменениям количественным. Это проявляется прежде всего в том, что каждая новая качественная определенность предмета или явления, образовавшаяся в результате количественных изменений, обусловливает дальнейшие количественные изменения.

Так, например, утверждение социалистического способа производства означает не только коренное, качественное изменение характера производственных отношений — смену капиталистических производственных отношений социалистическими, но и повышение уровня и темпов производства материальных и духовных благ, величины национального и личного дохода, заработной платы,


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 318.

180


промышленного и сельскохозяйственного производства и ряда других показателей. Новая качественная определенность— особенности и преимущества социализма — означает и новую количественную определенность — новые показатели, новые темпы роста и развития.

Все это говорит о том, что качественные изменения влекут за собой изменения количественные. Количественные и качественные изменения, таким образом, представляют собой диалектическое единство противоположных, но взаимообусловленных сторон. Как и во всяком диалектическом противоречии, между количественными и качественными изменениями существует взаимопроникновение (количество переходит в качество, и, наоборот, качество — в количество), взаимоотрицание и борьба.

Следует заметить, что в философии не. всегда правильно понималось взаимодействие между количеством и качеством. Так, некоторые философы и естествоиспытатели прошлого пытались свести все качественное многообразие предметов и явлений к количественному многообразию. Они исходили из того, что атомы, из которых состоит материя, суть самые простые и вместе с тем однородные для всех форм материи мельчайшие тела. По словам Энгельса, они видели свою задачу в том, чтобы «отыскать единообразную материю как таковую и свести качественные различия к чисто количественным различиям, образуемым сочетаниями тождественных мельчайших частиц...» 1.

2. МНОГООБРАЗИЕ ФОРМ ПЕРЕХОДА КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИИ В КАЧЕСТВЕННЫЕ

Скачок — форма перехода от старого качества к новому. Как отмечено выше, процесс развития выступает в основном в двух формах: в виде количественных и в виде качественных изменений. Он представляет собой единство непрерывности и прерывности. Количественные изменения выражают непрерывность, постепенность развития, т. е. изменения в рамках данной качественной определенности. Переход количественных изменений в качественные выступает в виде скачка, решающего перехода от старого качественного состояния к новому. Качественные изме-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 570.

181


нения выражают перерывы постепенности, означают замену старого новым. Новое качество в свою очередь создает условия для дальнейших количественных изменений, для дальнейшего постепенного развития.

Скачок представляет собой форму движения и развития. Скачок в развитии означает коренные, качественные изменения, такую стадию, когда совершается непосредственный переход от одного качества к другому. Скачок выступает в процессе развития как переломный этап, как решающее звено. «... Именно в такие периоды, - писал В. И. Ленин, отмечая роль скачков, революций в общественной жизни, - разрешаются те многочисленные противоречия, которые медленно накапливаются периодами так называемого мирного развития. Именно в такие периоды проявляется с наибольшей силой непосредственная роль разных классов в определении форм социальной жизни, созидаются основы политической «надстройки», которая долго держится потом на базисе обновленных производственных отношений» 1.

Признание факта существования скачков в окружающем нас мире еще не дает полного понимания особенностей развития какого-либо конкретного предмета или явления. Диалектический материализм учит подходить к анализу скачков конкретно-исторически, видеть качественное различие и многообразие самих скачков.

Характер скачка определяется спецификой самого развивающегося предмета или явления, его взаимосвязью с другими предметами и явлениями, присущими ему противоречиями. Одно дело, например, скачок как разрешение антагонистических противоречий, в частности противоречий между буржуазией и пролетариатом, и другое дело — скачок как разрешение неантагонистических противоречий, например противоречий между рабочим классом и трудовым крестьянством.

Кроме того, скачки в обществе отличаются от скачков в природе. Переход от одного качественного состояния в другое в обществе зависит от факторов, которых нет в природе, - революционной энергии и инициативы масс, партий, отдельных личностей. Да и в самом обществе скачки неодинаковы. Так, замена капиталистического строя социалистическим коренным образом отличается от замены


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 23—24.

182


феодализма капитализмом. Переход к социализму означает уничтожение частной собственности на средства производства, эксплуатации и деления общества на враждебные классы, в то время как переход от феодализма к капитализму означает лишь изменение формы частной собственности на средства производства, изменение форм эксплуатации.

Многообразие предметов и явлений действительности определяет и многообразие форм скачкообразных переходов. Чем богаче и сложнее предмет или явление, тем богаче и сложнее переход от одного качества к другому.

Скачки могут различаться по своему масштабу и охватывать как большие исторические периоды, составлять целую эпоху в развитии, так и отдельные стороны, звенья данного большого исторического периода, выступать как ряд скачков в рамках большого скачка. Развивая марксистское положение о скачках, В. И. Ленин в работе «Очередные задачи Советской власти» писал, что, по Марксу и Энгельсу, скачки в общественной жизни — это переломы, поворотные пункты во всемирной истории, которые иногда обнимают периоды в 10 и более лет. Ленин говорил об эпохе больших скачков, о таком переходе от старого качественного состояния к новому, который охватывает целую полосу исторического развития.

Так, для такого исторического скачка, как замена в нашей стране капиталистического общества обществом социалистическим, потребовался переходный период, во время которого трудящиеся нашей страны под руководством Коммунистической партии решили ряд важнейших хозяйственно-политических и культурно-идеологических задач. Уничтожение политического господства помещиков и буржуазии, установление диктатуры пролетариата в результате Великой Октябрьской социалистической революции, индустриализация страны, коллективизация сельского хозяйства, культурная революция — все это звенья, скачки в рамках большого скачка, которые определили торжество социализма в СССР, переход от старого качественного состояния общества к его новому качественному состоянию.

Следует различать скачки, выражающие превращение одного предмета в другой, и скачки, выражающие качественные изменения в рамках данного предмета. Это вытекает из того, что качественные различия существуют не

183


только между одним предметом и другим, но и в рамках данного предмета, поскольку он обладает многими противоречивыми сторонами. Отличие скачков в этих случаях состоит в том, что при переходе одного предмета в другой данный предмет исчезает и возникает другой, тогда как при скачке в рамках данного предмета переход от старого качественного состояния к новому не уничтожает самого предмета, а касается лишь звеньев, ступеней в его развитии.

В общественной жизни скачками первого рода являются переходы от одной общественно-экономической формации к другой, а скачками второго рода — качественные изменения в рамках одной и той же формации. При переходе от феодализма к капитализму, например, произошли уничтожение самой основы феодального общества, замена феодального способа производства капиталистическим. Переход же от капитализма к империализму представляет собой скачок от одного качественного состояния к другому в пределах одной и той же капиталистической формации, переход от одной, низшей, стадии капитализма к другой, высшей. Все основные свойства капитализма остаются и на стадии империализма, потому что империализм «вырос как развитие и прямое продолжение основных свойств капитализма вообще» 1. Но вместе с тем при империализме возникают и качественно новые свойства и закономерности.

Скачки различаются также по форме проявления. Они могут протекать быстро и резко, медленно и постепенно, происходить наподобие взрыва и относительно спокойно. Все зависит от характера разрешаемого скачком противоречия и тех конкретных условий, в которых совершается процесс перехода от старого качества к новому. Ф. Энгельс писал, что новое приходит на смену старому «мирно, если старое достаточно рассудительно, чтобы умереть без сопротивления, - насильственно, если оно противится этой необходимости» 2.

В природе к числу быстрых и резких по форме скачков, скачков-взрывов, относятся, например, многие превращения, происходящие в микромире.

В общественной жизни быстрыми и резкими по форме скачками, скачками-взрывами, являются социальные перевороты, совершаемые путем вооруженного восстания.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 385.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 275.

184


Переход от старого качества к новому может совершаться и в форме постепенного накопления элементов нового качества, сопровождающегося отмиранием элементов старого качества. Примером постепенного скачка, охватывающего многие тысячелетия, был процесс становления человека.

Постепенный переход от старого качества к новому имеет место и во многих явлениях общественной жизни. Так, путем постепенного накопления элементов нового качества и отмирания элементов старого качества происходил процесс возникновения языка. При капитализме постепенными были переходы от кооперации к мануфактуре, от мануфактуры к крупной промышленности, от промышленного капитализма к империализму. Постепенным путем был совершен такой исторический скачок в жизни советского общества, как коллективизация сельского хозяйства. В настоящее время наша страна совершает постепенный переход от социализма к коммунизму.

Скачки, происходящие в форме постепенного перехода от старого качества к новому, содержат ту особенность, что уничтожение старого качества и утверждение нового происходит здесь не сразу, а частями, через ряд переходных, или промежуточных, звеньев с нерезким по форме протеканием скачка.

Постепенность скачка необходимо отличать от постепенных количественных изменений. Переходы, происходящие путем постепенной скачкообразной замены старого качества новым, являются в отличие от постепенных количественных изменений коренными изменениями, решающими поворотами. В данном случае постепенность выступает как форма коренных, качественных изменений, как форма скачка. Так, например, говоря о переходе от одной формы движения к другой, Ф. Энгельс указывал: «При всей постепенности, переход от одной формы движения к другой всегда остается скачком, решающим поворотом» 1.

Следовательно, момент постепенности может быть одной из характеристик как количественных, так и качественных изменений. Все дело в том, какие изменения постепенность выражает по существу. Постепенность количественных изменений означает, что в процессе развития имеют место незначительные изменения, что происходит только мед-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 66.

185


ленное нарастание или уменьшение данного качества. Постепенность качественных изменений означает, что происходят коренные изменения в процессе развития, что совершается скачок, переход от старого качества к новому, но совершается не сразу, а по частям, через ряд звеньев. Рассмотренные формы проявления скачков не исчерпывают всего их многообразия. Они являются лишь наиболее типичными, однако кроме них имеются и другие формы скачков.

Зависимость формы скачка от конкретных условий. В ряде случаев в одних и тех же по своему характеру предметах или явлениях могут иметь место переходы от старого качества к новому как путем постепенных качественных изменений, так и путем резкой замены старого новым, путем взрыва. Все зависит от конкретных условий. Применительно к общественной жизни это видно на примере перехода от капитализма к социализму. Историческая закономерность такова, что для победы социализма необходима пролетарская революция и диктатура пролетариата. Это положение составляет краеугольный камень марксизма. Однако к вопросу о путях революции и о государственных формах диктатуры пролетариата основоположники марксизма-ленинизма подходили с учетом конкретно-исторических условий. Общей линией в борьбе за диктатуру пролетариата К. Маркс и Ф. Энгельс считали насильственную революцию, вооруженное восстание, но для отдельных стран они делали исключение. Например, в 70-х годах прошлого столетия К. Маркс допускал для Англии возможность свершения революции мирными средствами, не прибегая к вооруженному восстанию. Такая возможность вытекала из конкретной обстановки, сложившейся в те годы в Англии.

В. И. Ленин, разрабатывая в новых исторических условиях теорию пролетарской революции, исходил из этих положений марксизма, отстаивал и развивал марксистскую постановку вопроса о различных формах скачкообразного перехода от капитализма к социализму. После февральской революции 1917 г. он выдвинул положение о двух возможных путях социалистической революции: о мирном развитии революции и о ее победе через вооруженное восстание. Указывая на возможность мирного пути развития революции, В. И. Ленин вместе с тем предупреждал, что это не путь реформизма, не путь незна-

186


чительных преобразований, а путь коренных, качественных изменений, путь замены диктатуры буржуазии диктатурой пролетариата. Мирный путь революции, учил он, не означает отказа от классовой борьбы, ибо социальный антагонизм нельзя разрешить иначе, как через доведение классовой борьбы до конца.

Ленинская постановка вопроса о различных формах революционного перехода от капитализма к социализму вытекала из требования материалистической диалектики видеть в явлениях не только общее, но и специфическое, подходить к явлениям конкретно-исторически.

Ленинское учение о многообразии форм революционного преобразования капитализма в социализм имеет исключительное значение в наши дни. В современных условиях, когда существует мощный лагерь социализма, когда произошли огромные изменения в жизни народов всего земного шара, социалистическая революция не обязательно во всех случаях должна совершаться путем вооруженного восстания. В зависимости от конкретно-исторической- обстановки, от соотношения классовых сил в отдельных странах возможен и мирный путь развития социалистической революции.

Эволюция и революция. Применительно к явлениям общественной жизни количественные и качественные изменения выступают как эволюция и революция. Действительная история, говорил В. И. Ленин, включает в себя различные тенденции подобно тому, как жизнь и развитие в природе включают в себя «и медленную эволюцию и быстрые скачки, перерывы постепенности» 1.

Эволюционная форма означает, что в старом постепенно накапливаются новые свойства, вызревает новое качество. Революционная форма есть переход к новому качеству, перерыв количественной постепенности.

Выясняя вопрос о двух формах развития, необходимо остановиться на употреблении понятий «эволюция» и «революция». Так, понятие «эволюция» употребляется для обозначения одной из форм развития (количественных изменений), а также для обозначения развития в целом. Мы говорим, например, об эволюции живой природы, имея в виду, что она предполагает не только количественные, по и качественные изменения. Так же неодинаково упот-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 66.

187


ребляется и понятие «революция». Под революцией может подразумеваться одна из форм развития (коренные, качественные изменения). В этом отношении понятие «революция» равнозначно понятию «скачок». Однако в природе и обществе могут быть коренные, качественные изменения, скачки, которые не являются революцией. Если взять такую конкретную форму качественных изменений, как социальная революция, то здесь понятия «скачок» и «революция» совпадают, ибо социальная революция есть не что иное, как выражение скачкообразного перехода от одного способа производства к другому.

Однако, если рассматривать такие изменения в жизни общества, как, например, переход от промышленного капитала к империализму, то, хотя они и выступают как скачки, как качественные изменения, тем не менее их нельзя назвать социальной революцией. Они не означают замену данного общественного строя, т. е. способа производства и государственной власти, другим, а касаются лишь отдельных сторон в жизни данного строя, отдельных этапов развития. Следовательно, понятия «скачок» и «революция» совпадают не всегда.

Говоря о несовпадении этих понятий, нужно иметь в виду и такие случаи, когда скачки, качественные изменения выражают движение не вперед, а назад. Примерами подобного рода являются годы реакции в России после поражения революции 1905—1907 гг., установление фашистской диктатуры в Германии в 30-х годах текущего столетия и т. п. Эти качественные изменения выступают не как революция, а как контрреволюция, как попятное движение. Поэтому естественно, что понятия «скачок», «качественные изменения» и «революция» здесь также не тождественны.

Различное употребление терминов «эволюция» и «революция» обусловлено многообразием конкретных форм проявления количественных и качественных изменений в жизни природы и общества. Оно не снимает того положения материалистической диалектики, что развитие протекает в двух формах — количественных и качественных изменений, а указывает лишь на необходимость всестороннего и конкретного подхода к изучаемым предметам и явлениям.

Из факта существования двух форм развития вытекают важнейшие выводы для теории и практики борьбы рабочего

188


класса и всех трудящихся. Марксистско-ленинские партии в обосновании своих программных и тактических положений исходят из диалектического материализма, из учения о единстве количественных и качественных изменений. На этой теоретической основе они определяют пути и способы борьбы за преобразование капиталистического общества в общество социалистическое.

По-иному подходят к пониманию эволюции и революционной формы развития реформисты и другие противники марксизма.

Они сводят развитие или только к количественным изменениям, к вульгарному эволюционизму, или только к скачкам, к случайным взрывам.

Характеризуя ревизионистов прошлого, В. И. Ленин указывал, что они идут в хвосте буржуазной «науки», опошляют материализм, заменяют «хитрую» и революционную диалектику «простой» и спокойной «эволюцией». Это в полной мере относится и к современным, правым ревизионистам, которые отстаивают лживую идею мирного врастания капитализма в социализм, пытаются опорочить великое учение марксизма-ленинизма, вытравить его революционную душу и тем самым подорвать веру рабочих и всех трудящихся в социализм. Они выступают против пролетарской революции и диктатуры пролетариата как необходимых условий перехода от капитализма к социализму.

Другим проявлением метафизического подхода к процессу развития является абсолютизация коренных, качественных изменений, признание только взрывов. Согласно этому взгляду, качественные изменения наступают не в результате количественных изменений, а случайно, вызываются какими-то неизвестными причинами. Так, еще французский естествоиспытатель Ж. Кювье считал, что все существующее на Земле связано с повторяющимися время от времени взрывами, катастрофами (катаклизмами), в результате которых уничтожается старое и на обломках прошлого созидается новое. Катастрофа, по мнению Кювье, появляется внезапно, без всякой связи с предшествующим развитием, и вызывается какими-то особыми, неизвестными силами.

К теории катастроф прибегают ныне многие буржуазные философы. Утверждая, будто современный этап человеческой истории граничит с катастрофой, крушением

189


цивилизации, они тем самым хотят убедить народные массы в нецелесообразности революционной борьбы против капиталистической эксплуатации.

Теория катастроф является философской основой анархизма и «левого» ревизионизма, которые сводят развитие только к резким взрывам, отвергают подготовительную работу для революции и заменяют революционную борьбу вспышкопускательством. Несмотря на формальное различие метафизических точек зрения, их носители на деле являются проводниками буржуазного влияния в коммунистическом и рабочем движении или прямыми агентами буржуазии. «И те и другие, - писал В. И. Ленин о реформистах и анархистах, - тормозят самое важное, самое насущное дело: сплочение рабочих в крупные, сильные, хорошо функционирующие, умеющие при всяких условиях хорошо функционировать, организации, проникнутые духом классовой борьбы, ясно сознающие свои цели, воспитываемые в действительно марксистском миросозерцании» 1.

Своеобразие действия закона перехода количественных изменений в качественные в условиях социализма. Отмечая многообразие форм перехода от одного качества к другому, необходимо остановиться на особенностях качественных и количественных изменений в условиях социалистического общества. При социализме качественные изменения происходят преимущественно постепенным путем. На это указывали творцы научного коммунизма. Так, в работе «Задачи пролетариата в нашей революции» В. И. Ленин писал, что переход от первой фазы коммунизма ко второй будет постепенным, что «социализм неизбежно должен постепенно перерасти в коммунизм...» 2. Постепенность как форма утверждения нового качества при социализме вытекает из самой природы социалистического строя. В условиях социализма нет почвы для острых и резких столкновений внутри общества, ибо при социализме нет враждебных классов, для него характерно морально-политическое единство.

Своеобразие постепенного перехода от старого качества к новому при социализме состоит в том, что в условиях социализма исключаются политические революции.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 66—67.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, стр. 180.

190


Победа социалистической революции и установление иктатуры пролетариата означают переход общества в овое качественное состояние. При социализме народ впервые становится господином положения, свободным от эксплуатации, а государство впервые выступает как государство трудящихся. Создается действительное органическое единство народа и государства, исключающее социальные конфликты и политические революции. Преодоление старого и утверждение нового в условиях социализма происходит путем сознательной и организованной деятельности всего общества. При коммунизме, говорил К. Маркс, «социальные эволюции перестанут быть политическими революциями» 1.

Постепенность перехода от старого качества к новому в условиях социализма характеризуется, далее, тем, что утверждение нового качества происходит не сразу, а через ряд звеньев, крупных поворотов. Так, в борьбе за коммунизм в нашей стране предстоит совершить целый ряд крупнейших качественных изменений, пройти определенные этапы. К числу таких изменений относится создание материально-технической базы коммунизма, ликвидация имеющихся еще различий между классами, существенных различий между городом и деревней, умственным и физическим трудом, воспитание человека коммунистического общества, подготовка общества к полному осуществлению принципов коммунизма. Само собой разумеется, что данные качественные изменения будут совершаться постепенно, путем решения все новых и новых конкретных задач.

Каждый из крупных переломов, скачков в развитии социалистического общества подготовляется предшествующим развитием и в свою очередь служит этапом, ступенью в движении вперед, создает условия для нового, последующего крупного перелома, скачка. В этом переходе от этапа к этапу, от звена к звену, от ступени к ступени и проявляется постепенность коренных, качественных изменений при социализме.

Постепенность замены старого качества новым в условиях социализма неотделима от быстрого количественного роста, от высоких темпов развития. Поэтому постепенность процесса перехода от старого качественного состояния к новому при социализме не следует понимать как


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 185.

191


замедление темпов развития. Понятия «постепенный переход», «постепенное утверждение нового качества» указывают не на темп развития, а на форму перехода от старого состояния к новому, на то, что этот процесс совершается ве сразу, а через ряд этапов, переходных форм.

Важнейшей особенностью проявления закона перехода количественных изменений в качественные при социализме является сокращение сроков утверждения нового качества. Такие коренные изменения в жизни нашей страны, как индустриализация, коллективизация сельского хозяйства, культурная революция, прошли в исторически кратчайшие сроки.

Сокращение сроков утверждения нового качества в нашей стране находит свое выражение в досрочном выполнении планов, в ускорении темпов развития во всех областях хозяйственной и культурной жизни страны. Новые качественные изменения, наступившие с победой социализма в СССР, обусловили и новую количественную определенность — невиданный до сих пор в истории рост материальных и духовных благ общества.

Сокращение сроков в утверждении нового качества при социализме не исключает в ряде случаев относительной длительности в замене старого качества новым. Если взять,, например, преодоление пережитков капитализма в сознании людей социалистического общества и воспитание новой дисциплины труда, то этот процесс требует определенной продолжительности.

Постепенный переход от старого качества к новому в условиях социализма невозможен без все возрастающей роли субъективного фактора, без организующей и направляющей роли коммунистических и рабочих партий и творческой инициативы масс, без активной деятельности социалистического государства и таких общественных организаций, как профсоюзы и союзы молодежи.

Таково содержание закона перехода количественных изменений в коренные, качественные. Этот закон конкретизирует понимание процесса развития, показывает, как и в каких формах происходит замена старого качественного состояния новым. Он служит одним из руководящих принципов в практической деятельности марксистско-ленинских партий, обязывает быть революционером в политике, вести борьбу против правого и «левого» ревизионизма, реформизма и анархизма.

192


ГЛАВА VII

ЗАКОН ОТРИЦАНИЯ ОТРИЦАНИЯ

Закон отрицания отрицания, как и рассмотренные выше закон единства и борьбы противоположностей и закон перехода количественных изменений в качественные, также является законом развития материального мира и мышления. Этот закон органически связан с другими законами диалектики и вместе с тем имеет свое специфическое содержание. Из предыдущего изложения видно, что закон единства и борьбы противоположностей раскрывает борьбу нового со старым, выступает как внутренний источник развития, а закон перехода количественных изменений в качественные выражает характер развития и формы перехода от старого качественного состояния к новому. Закон отрицания отрицания определяет, в каком направлении происходит развитие, в какой форме и как осуществляется связь и историческая преемственность в развитии.

1. ОТРИЦАНИЕ ОТРИЦАНИЯ — ВЫРАЖЕНИЕ ПОВТОРЯЕМОСТИ В ПРОЦЕССЕ РАЗВИТИЯ

Отрицание как момент связи и развития. Бесконечное возникновение одних качественных состояний и уничтожение других выступает как отрицание старого новым, как разрешение одних противоречий и возникновение других.

Диалектическое отрицание представляет собой закономерное объективное явление, независимое от субъективных желаний людей. Оно вытекает из противоречивости предметов и процессов, из наличия в них отрицающих друг друга сторон и тенденций. Его нельзя понимать как простое уничтожение. Оно представляет собой такое отрицание, которое предполагает возможность дальней-

7 № 233

193


шего развития, возможность нового отрицания. Если, например, мы превратим зерна пшеницы в муку, размолов их, то это, конечно, будет отрицанием, так как вместо зерен появится мука. Но подобное отрицание исключает возможность дальнейшего развития зерен, ибо размолотые зерна не обладают способностью к произрастанию. Следовательно, в данном случае будет иметь место не диалектическое отрицание зерен, а их уничтожение. В диалектике же, указывал Ф. Энгельс, отрицать — это не значит просто сказать «нет», или объявить вещь несуществующей, или уничтожить ее любым способом. Действительное диалектическое отрицание есть причина развития; оно создает условия для нового отрицания. «Я должен, - писал Энгельс, - не только что-либо подвергнуть отрицанию, но и снова сиять это отрицание. Следовательно, первое отрицание необходимо произвести таким образом, чтобы второе оставалось или стало возможным» 1.

Диалектическое отрицание всегда связано с конкретными условиями, ибо способ отрицания зависит от характера самого предмета или процесса. «...Способ отрицания, - писал Энгельс, - определяется... во-первых, общей, а во-вторых, особой природой процесса... Для каждого вида предметов, как и для каждого вида представлений и понятий, существует, следовательно, свой особый вид отрицания, такого именно отрицания, что при этом получается развитие» 2.

Отрицание, поскольку оно есть результат саморазвития материи на основе присущих ей противоречий, не может быть абсолютным, голым отрицанием. Напротив, оно выступает как итог всего предшествующего развития. В этом смысле можно сказать, что отрицательное, поскольку в нем сохраняется этот итог, есть вместе с тем и положительное. Следовательно, момент отрицания понимается диалектикой как преодоление, «снятие» прежней ступени развития с удержанием всего ценного и положительного, что было создано на предыдущих этапах развития. «Не голое отрицание, - писал В. И. Ленин, - не зряшное отрицание, не скептическое отрицание, колебание, сомнение характерно и существенно в диалектике, -


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 145.

2 Там же, стр. 145, 146.

194


которая, несомненно, содержит в себе элемент отрицания и притом как важнейший свой элемент, - нет, а отрицание как момент связи, как момент развития, с удержанием положительного...» 1.

Смысл диалектического отрицания состоит в том, что оно выступает не только как момент уничтожения старого, отжившего, но и как момент связи нового со всем положительным, что было создано при старых формах развития, как момент преемственности в развитии. Новые формы содержат в себе старые как «снятые». Например, плод как высшая ступень в развитии растения содержит в себе в «снятом» виде почку и цветок как низшие ступени. Все новые виды растений и животных произошли от прежде существовавших видов путем изменения и отрицания последних.

Историческая преемственность между старым и новым имеет место и в развитии явлений общественной жизни. Так, переход от одного способа производства к другому есть отрицание старого новым. Но при этом в новом способе производства сохраняются производительные силы, созданные на предшествующих ступенях развития человеческого общества. «Благодаря тому простому факту, - писал К. Маркс, - что каждое последующее поколение находит производительные силы, приобретенные предыдущим поколением, и эти производительные силы служат ему сырым материалом для нового производства, - благодаря этому факту образуется связь в человеческой истории, образуется история человечества, которая тем больше становится историей человечества, чем больше выросли производительные силы людей, а следовательно, и их общественные отношения» 2.

Ярким примером голого отрицания является отношение к буржуазной культуре так называемого «Пролеткульта»— организации, существовавшей в первые годы Советской власти. Пролеткультовцы исходили из того, что пролетариату нечего брать от старой культуры, поскольку она создавалась в классовом обществе, была дворянской или буржуазной, что поэтому-де он должен отбросить все старое и создать все новое, в том числе новую, пролетарскую математику, биологию и т. п.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 207.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 27, стр. 402.

195


Характерно, что некоторые из идеологов «Пролеткульта», например А. А. Богданов, отрицательно относились и к марксистской философии. Мировоззрение пролетариата, утверждал Богданов, должно быть совершенно новым проявлением человеческой мысли, исключающим какую бы то ни было связь со старым, прошлым. Таким «новым» мировоззрением Богданов считал свою «организационную науку», которая представляет собой не что иное, как смесь механицизма и махизма.

Совершенно очевидно, что подобное отношение к прошлому не имеет ничего общего с марксизмом. В речи на III съезде комсомола, критикуя пролеткультовцев, В. И. Ленин говорил: «Пролетарская культура не является выскочившей неизвестно откуда, не является выдумкой людей, которые называют себя специалистами по пролетарской культуре. Это все сплошной вздор. Пролетарская культура должна явиться закономерным развитием тех запасов знания, которые человечество выработало под гнетом капиталистического общества, помещичьего общества, чиновничьего общества» 1.

Таким образом, диалектическое отрицание необходимо предполагает преемственность в развитии, удержание из старого всего ценного и положительного, без чего новое не может существовать и развиваться. Вместе с тем оно предполагает не простое удержание, не механическое повторение элементов старого в новом, а удержание их в критически переработанном виде. Это вытекает из самой природы соотношения нового со старым. Для того чтобы существовать и развиваться, новое нуждается в определенных исходных пунктах, которые, естественно, могут быть только в старом.

Но новое, будучи принципиально отличным от старого, не может сохранить старое в неизменном виде. Так, борясь за победу социализма, рабочий класс, трудящиеся массы удерживают, сохраняют все положительное, что было добыто в предшествующий период истории человеческого общества. Разумеется, удержание, сохранение в социалистическом обществе всего ценного, накопленного поколениями человечества предшествующих формаций, не является простым механическим перенесением старого в новое. Положительные элементы старого претерпевают в условиях


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 304—305.

196


нового, социалистического общества принципиальные изменения.

Известно, например, что рабочий класс, трудящиеся массы социалистических стран не только не разрушили технику, созданную при капитализме, но, установив вместо; частной капиталистической собственности общественную собственность па средства производства, двинули вперед развитие техники и производительных сил такими темпами, какие в целом недоступны капитализму.

Примером использования в переработанном виде прогрессивного прошлого может служить сохранение в методе социалистического реализма положительных черт предшествовавшего ему метода критического реализма. Однако социалистический реализм не есть простое повторение критического реализма. Он представляет собой высшую форму художественного реализма, в котором принципы критического реализма, такие, как народность искусства, связь искусства с жизнью, единство формы и содержания, приобретают качественно новое содержание. Социалистический реализм преодолевает известную идейную и классовую ограниченность критического реализма.

Рассматривая вопрос о сохранении в новом старого, следует иметь в виду, что это старое не во всех случаях является положительным, необходимым для нового. Жизнь показывает, что нередко старое, сохраняющееся в новом, представляет собой отрицательный момент, задерживающий развитие нового. Например, в условиях капиталистического строя еще долгое время оставались феодальные отношения, задерживавшие развитие капитализма, а в отдельных странах они существуют и поныне.

В нашей стране победившего социализма еще остаются пережитки капитализма в сознании людей. Совершенно очевидно, что эти пережитки являются отрицательным моментом, тормозящим движение нашего общества вперед. Подобные отрицательные черты старого в новом коренным образом отличаются от тех элементов старого, которые играют положительную роль в развитии нового. Эти отрицательные черты выражают не преемственность в развитии, а тот факт, что новое не всегда, утверждается сразу, что наряду с побеждающим новым некоторое время продолжает существовать мешающее ему старое.

Отрицание старого есть вместе с тем утверждение нового, переход к высшей фазе развития. Занимая место

197


старого, сохраняя в нем все ценное, положительное, новое выступает как более высокое качественное образование.

Рассматривая вопрос об утверждении нового, следует исходить из того, что действительно новое есть выражение закономерного, необходимого поступательного развития явлений природы и общества, выражение перехода явлений от низшего этапа к высшему. В природе это находит свое проявление в переходе от неорганической материи к органической, в возникновении жизни, в развитии низших форм жизни в высшие. В человеческой истории это выражается в смене общественно-экономических формаций, развивающихся по восходящей линии, от низшего к высшему. В процессе познания, в области идеологии новое проявляется в победе прогрессивных идей над идеями устаревшими, реакционными, в замене одних научных положений другими, более точными, полными и богатыми по содержании). Новое, следовательно, выступает по отношению к старому как качественно высший этап развития.

Выясняя существо нового, необходимо иметь в виду, что не все, что кажется на первый взгляд новым или выдается за таковое, представляет собой действительно новое, т. е. более высокую ступень в развитии. Известно, что нередко в общественной практике, в политической борьбе те или иные классы и партии пытались и пытаются выдать реакционное старое за прогрессивное новое. Так, германский фашизм — открытая террористическая диктатура наиболее реакционной, агрессивной империалистической буржуазии, прикрываясь флагом «национал-социализма», «нового порядка», на деле пытался повернуть колесо истории вспять, поработить все народы и нации.

В наше время попытки протащить реакционное старое под видом нового предпринимают, например, правые социалисты, которые в противовес единственно верному марксистско-ленинскому учению о социализме ратуют за некую «новую» форму социализма, за так называемый демократический социализм, являющийся не чем иным, как попыткой прикрыть старые, прогнившие капиталистические порядки флагом социализма.

Руководствуясь диалектико-материалистическим пониманием отрицания, коммунистические и рабочие партии выделяют и поддерживают в многообразии явлений обще-

198


ственной жизни действительно новое и разоблачают то старое и реакционное, что протаскивается буржуазией и ее пособниками под флагом нового.

Таким образом, диалектический материализм рассматривает отрицание как момент связи и развития. Основным содержанием диалектического отрицания является преемственность в развитии, такая замена старого новым, когда новое, выступая как высшая ступень развития, удерживает из старого все положительное.

Отрицание отрицания. Но процесс развития не останавливается на первом отрицании. Данное отрицание отрицается новым, новое, развиваясь и становясь старым, отрицается следующим новым. Поскольку диалектическое развитие выступает как ряд отрицаний, то возникают вопросы: какова связь между первым и последующим отрицанием, что нового дает второе отрицание по сравнению с первым, какая закономерность действует в общей цепи сменяющихся отрицаний?

На классический пример отрицания отрицания в жизни общества указал В. И. Ленин в работе «Шаг вперед, два шага назад». Рассматривая развитие борьбы внутри русской социал-демократии между большевиками и меньшевиками на II съезде партии и в последующие годы, он раскрыл этот процесс как отрицание отрицания, заметив, что «не только овес растет по Гегелю, но и русские социал-демократы воюют между собой тоже по Гегелю» 1.

Развитие борьбы революционного и оппортунистического крыла партии на II съезде и в послесъездовский период, отметил В. И. Ленин, шло диалектическим путем, путем противоречий: меньшинство становится большинством, большинство — меньшинством; каждая сторона переходит от обороны к нападению и от нападения к обороне. При этом борьба развертывается как отрицание отрицания. Исходный пункт борьбы — принципиальная постановка вопроса об организационных основах пролетарской партии, идейные споры по первому параграфу Устава партии на II съезде.

Затем наступает полоса отрицания исходного пункта. После II съезда дрязги берут верх над принципиальной постановкой вопроса. Старая заскорузлая кружковщина, говорил Ленин, осилила молодую еще партийность. Новая


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 8, стр. 400.

199


«Искра» вместо революционной принципиальности встала на путь оппортунизма и лицемерия.

Далее следует второе отрицание, т. е. отрицание беспринципности в организационных вопросах, дрязг и кружковщины, и возврат к исходному пункту, к чисто идейной, принципиальной борьбе по вопросу об организационных основах партии. В рядах социал-демократии вновь стали обсуждаться глубоко волнующие проблемы о том, какой должна быть пролетарская партия. Но теперь в этой борьбе более наглядно и резко выявилось коренное различие между большевиками и меньшевиками как двумя противоположными направлениями в рабочем движении.

Второе отрицание выступает в данном случае как более высокая ступень в развитии борьбы между большевиками и меньшевиками, поскольку оно включает в себя все ценное, что было в исходном пункте и первом отрицании.

Отрицание отрицания выражает развитие путем противоречий, выступает как превращение противоположностей друг в друга. Классики марксизма-ленинизма видели прямую связь между законом отрицания отрицания и законом единства и борьбы противоположностей. Так, Ф. Энгельс рассматривал в неразрывной связи «взаимное проникновение полярных противоположностей и превращение их друг в друга, когда они доведены до крайности, - развитие путем противоречия, или отрицание отрицания...» 1. О тесной связи между законом отрицания отрицания и законом единства и борьбы противоположностей говорил и В. И. Ленин. Диалектическое движение, движение с возвратом к исходному пункту, не может не быть тождеством противоположностей.

Такое понимание отрицания отрицания не случайно. Существо закона отрицания отрицания в том и состоит, что он показывает, как возникают, развиваются и разрешаются свойственные данному процессу противоречия, как в поступательном движении происходит превращение противоположностей друг в друга. В этом легко убедиться, если взять проявления отрицания отрицания в развитии форм собственности.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 343,

200


В первобытном обществе зародившаяся частная собственность вступила в противоречие с господствовавшей тогда общинной формой собственности, стала отрицать последнюю. Как только данное противоречие дошло до крайности, произошло его разрешение. Старая форма собственности уступила место новой. Совершилось первое отрицание, во время которого старое единство противоположностей было заменено новым. Вместо существовавшей в первобытном обществе общинной формы собственности при рабовладельческом строе утвердилась и заняла господствующее положение частная форма собственности. Произошло превращение явления в свою противоположность: господствовавшая ранее общинная форма собственности уступила место частной форме собственности.

В свою очередь замена капиталистической формы собственности социалистической, т. е. второе отрицание, также является превращением в противоположность. Господствовавшая до победы социализма частная форма собственности уничтожается, а вместо нее утверждается и становится господствующей общественная социалистическая форма собственности. Так отрицание отрицания выступает как выражение противоречивости процесса развития, как разрешение противоречий, как переход противоположностей друг в друга.

Но отрицание отрицания не есть простое чередование переходов противоположностей друг в друга, простая замена одного единства противоположностей другим. Оно означает такую их замену, которая предполагает повторение пройденных этапов на новой, высшей основе.

Важнейшей чертой закона отрицания отрицания является то, что он, выражая развитие как повторение пройденных ступеней на новой, более высокой основе, тем самым показывает, что процесс развития включает в себя возврат якобы к старому. В этом состоит одно из характерных проявлений закона отрицания отрицания, на которое неоднократно указывали основоположники марксизма-ленинизма. Так, Ф. Энгельс писал: «Истинное — естественное, историческое и диалектическое — отрицание как раз и есть (рассматриваемое со стороны формы) движущее начало всякого развития: разделение на противоположности, их борьба и разрешение, причем (в истории отчасти, в мышлении вполне) на основе приобретенного

201


опыта вновь достигается первоначальный исходный пункт, но на более высокой ступени» 1.

Эту же мысль высказывал В. И. Ленин. В статье «Карл Маркс» он писал, что развитие как бы повторяет пройденные уже ступени, но повторяет их иначе, на более высокой базе. В «Философских тетрадях» Ленин называл в качестве элементов диалектики «повторение в высшей стадии известных черт, свойств... низшей и... возврат якобы к старому (отрицание отрицания)» 2.

Такая постановка вопроса вытекает из анализа данных науки и практики, из анализа развития природы, общества и человеческого мышления. Это видно и из рассмотренных выше примеров. Так, общественная собственность на средства производства при социализме как бы повторяет общественную форму собственности первобытного строя. Но это не простое повторение черт и особенностей старого в новом, не простой возврат к старому, а утверждение качественно нового образования, более богатого по содержанию и более высокого по форме развития.

Являясь возвратом якобы к старому, второе отрицание повторяет исходный пункт в «снятом», критически переработанном виде, выражает лишь его некоторые общие стороны.

Конкретные формы возврата якобы к старому в процессе отрицания отрицания весьма разнообразны. Одним из проявлений этой важнейшей закономерности является биогенетический закон, согласно которому организм в течение своего зародышевого развития как бы повторяет в сжатой форме путь развития вида, возвращается якобы к старому.

Умственное развитие человека идет таким образом, что как бы повторяет в общих чертах всю историю умственного развития человечества. Ребенок до трех лет мыслит непосредственно, его мышление ограничивается связями между наглядно воспринимаемыми предметами. Оно конкретно, наглядно и напоминает умственное развитие антропоидов. Однако это не полное совпадение, не простой возврат к старому, а повторение лишь известным образом, как некоторое подобие. «...Подобно тому, - писал Ф. Энгельс, - как история развития человеческого зародыша


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 040-641.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 203.

202


во чреве матери представляет собой лишь сокращенное повторение развертывавшейся на протяжении миллионов лет истории физического развития наших животных предков начиная с червя, точно так же и духовное развитие ребенка представляет собой лишь еще более сокращенное повторение умственного развития тех же предков, - по крайней мере более поздних» 1.

Отрицание отрицания выступает как удержание, как синтез всего положительного, что было на первых двух фазах развития — в исходном пункте и в его отрицании. Причем этот синтез представляет собой «снятие» предшествующих фаз и новое, более высокое качественное образование, разрешение противоречий исходного пункта и его отрицания и установление новых противоречий. Синтез является в данном случае диалектическим единством всего положительного, что было в предшествующих этапах, и того нового, что возникло в процессе второго отрицания. В синтезе преодолеваются односторонности исходного пункта и его отрицания и утверждается более богатое и всестороннее содержание. Диалектический синтез — это высшее единство нового и элементов «снятого» старого.

Отрицание отрицания как синтез можно проиллюстрировать на приведенных ранее примерах. Так, социалистическая форма собственности на средства производства включает в себя положительный момент исходного пункта — общественный характер владения средствами производства, а также положительные моменты второй ступени развития общества — общественный характер производства, высокую машинную технику и т. д. Вместе с тем социалистическая форма собственности является новым, принципиально отличным качественным образованием, преодолением всех старых форм собственности.

Отрицание отрицания является одновременно завершающей фазой в развитии процесса и вместе с тем новым исходным пунктом для дальнейшего развития. Поэтому синтез как результат отрицания отрицания нельзя рассматривать в виде чего-то застывшего, завершенного. Он представляет собой новое условие дальнейшего развития. Так, победа социалистической формы собственности на средства производства является не только завершением


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 495.

203


предшествующей истории человеческого общества, но и исходным пунктом для качественно нового движения общества вперед.

2. ФОРМЫ ПРОЯВЛЕНИЯ ЗАКОНА ОТРИЦАНИЯ ОТРИЦАНИЯ

Спиралевидность развития. Формой проявления отрицания отрицания является спиралевидность.

Спираль взята для выражения отрицания отрицания не случайно. Она наглядно охватывает такие стороны диалектического развития, как преемственность, повторяемость и поступательность, восходящий характер движения. Каждый новый виток спирали представляет собой более высокую ступень развития и вместе с тем является как бы возвратом к пройденному, как бы повторением предыдущего витка спирали. Каждый виток спирали выступает как диалектический цикл, а чередование витков характеризует бесконечность развития, бесконечность восхождения от низшего к высшему.

Развитие по спирали отчетливо видно на примере развития познания мира. Процесс познания протекает по спиралевидной кривой таким образом, что сначала создается общая картина изучаемого объекта, затем происходит его мысленное расчленение на части (анализ) и изучение этих частей в отдельности и, наконец, суммирование, обобщение полученных знаний, их синтез в виде научной теории. На последнем, третьем этапе, т. е. на этапе обобщения приобретенных в результате анализа знаний, происходит возврат к исходному пункту, но на новой, обогащенной данными анализа основе. Этот возврат является как бы завершением витка спирали.

Положение о развитии по спирали имеет большое значение для познания явлений окружающего мира. Оно позволяет лучше понять всю многогранность живой действительности на различных ступенях ее развития, указывает на многообразие оттенков подхода к действительности. Понимание развития в виде спирали выражает диалектическое единство противоположных, но вместе с тем органически связанных тенденций в развитии: движения вперед (прямолинейное движение) и повторяемости (движение как бы по кругу).

204


Говоря о формах проявления закона отрицания отрицания, необходимо остановиться на вопросе о том, какое место занимает в этом законе троичность, трехступенчатый характер развития.

Поскольку процесс развития протекает таким образом, что сначала происходит отрицание исходного пункта, а затем отрицание первого отрицания, то этот процесс характеризуется троичностью диалектического цикла, имеет три стадии: первая — исходный пункт, вторая — отрицание исходного пункта и третья — отрицание отрицания.

Но выделение трех стадий развития не означает, что количество ступеней при отрицании отрицания должно непременно равняться трем. Такое выделение говорит лишь о том, что процесс развития, взятый в целом, подчиняется троичному циклу, являющемуся определенной тенденцией развития. При этом троичность цикла характеризует лишь сущность, содержание процесса развития, но она не означает, что для каждого процесса обязательна трехступенчатость. Количество ступеней развития может быть и меньше и больше трех, что определяется природой и характером того или иного конкретного процесса развития. Например, в периодической системе химических элементов повторение свойств элементов имеет место не на третьей ступени, а после значительно большего числа ступеней, причем в целом здесь совершается типичный процесс отрицания отрицания. Таким образом, троичность, трехступенчатость, является лишь одной из форм проявления закона отрицания отрицания, выражающей такие явления развития, которые имеют ярко выраженный тройственный цикл.

Марксистское понимание троичности в процессе развития отличается от гегелевского. Гегель, как известно, преувеличивал тройственную форму, свел в конечном счете все к так называемой триаде. Подобное преувеличение отчетливо выступает в созданной им философской системе, где каждая ее часть, каждое ее звено построены по принципу: тезис, антитезис, синтез. С одной стороны, Гегель указывал, что троичность есть внешняя форма отрицания отрицания, что ступеней в развитии может быть больше трех. С другой, он стремился все подчинить триаде. Гегель даже говорил о несовершенстве человеческих знаний там, где исследуемое явление невозможно подвести под тройственную форму.

205


Подобное противоречие обусловлено у Гегеля коренным противоречием его философии — противоречием между его диалектическим методом, содержащим в себе рациональное зерно, и метафизической идеалистической системой, превращающей весь объективный мир в мир абсолютных понятий. Вследствие этого и триада выступает у него как голая, пустая формула или схема, под которую подгоняются все явления и процессы объективного мира.

В противоположность Гегелю материалистическая диалектика руководствуется не надуманными абстрактными схемами, а тем основополагающим принципом, что субъективная диалектика есть отражение объективной диалектики природы и общества. Развитие путем отрицания отрицания марксистская диалектика рассматривает в зависимости от конкретных условий, от конкретных взаимосвязей самих явлений материальной действительности. Главное для материалистической диалектики заключается в том, чтобы правильно и точно изобразить действительный исторический процесс, показать конкретные формы связи между различными ступенями развития и проследить их последовательность на основании соответствующих фактов действительности, а не посредством триады.

В связи со сказанным становится особенно ясной абсурдность попыток метафизика Дюринга, а впоследствии метафизика и идеалиста Михайловского представить дело таким образом, будто сущность диалектического метода Маркса состоит в разрешении всех социальных вопросов по законам гегелевской триады. Диалектический метод марксизма в противоположность метафизическому, говорил В. И. Ленин в своей работе «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?», есть научный метод в социологии, рассматривающий общество как живой, находящийся в постоянном развитии организм, для изучения которого необходимо исследование законов его функционирования и развития. Марксистская диалектика, указывал он, прямо противоположна идеалистической диалектике Гегеля. Она ничего не доказывает с помощью триад, а заботится лишь о том, чтобы точным научным исследованием установить необходимость данных общественных отношений, выяснить условия их возникновения, развития и замены новыми, более высокими общественными отношениями. Не искусственное подведение материальной действительности под те или иные

206


диалектические схемы, в частности под схемы триады, а конкретно-исторический подход к явлениям — вот что характеризует научный метод Маркса.

О том, что нельзя подгонять явления действительности под схемы триады, что необходимо исходить из конкретно-исторических условий, Ленин говорил и в работе «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве». «Рассуждения на тему, - писал он, - что марксизм связывается с гегельянством... с верой в триады, в абстрактные, не требующие проверки фактами, догмы и схемы... оказываются пустой болтовней.

Марксизм видит свой критерий в формулировке и в теоретическом объяснении идущей перед нашими глазами борьбы общественных классов и экономических интересов» 1.

О направленности развития. В законе отрицания отрицания наиболее резко проявляется поступательность развития. Об этом свидетельствует как содержание этого закона, так и форма его проявления. В рассмотренном законе охватываются не отдельные звенья, не отдельные состояния или переходы, а процесс развития, взятый в целом, раскрывается восходящая линия развития. Каждый виток спирали не есть простой возврат к пройденному: он ведет все выше и выше, служит началом нового витка, нового диалектического цикла в развитии. Развитие тем самым идет по пути восхождения, поднимается на все более и более высокую ступень. При этом диалектические циклы, витки, спирали выступают как взаимообусловленные, органически связанные между собой этапы развития, как единый и вместе с тем качественно многообразный процесс.

Признание восходящей тенденции развития не означает, что все изменения в мире идут только в этом направлении. Движение и изменения разнообразны, противоречивы. Процессам восхождения противостоят процессы нисхождения, прогрессивные тенденции неотделимы от регрессивных. Движение от низшего к высшему можно наблюдать в переходе от элементарных частиц к образованию атомных ядер, молекул, затем макроскопических тел, в космосе — возникновение небесных тел из газопылевой материи. Особенно отчетливо прогрессивная


1 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 1, стр. 411.

207


тенденция движения видна в органической природе и обществе.

Противоположного характера тенденцию мы видим в распаде материальных систем, в переходе от сложных форм движения материи к менее сложным (органической, например, в неорганическую, возвратное движение в живой природе). Происходящие в мире изменения выступают как диалектическое единство взаимообусловленных противоположных сторон и тенденций.

Противоречивой является также и сама поступательная тенденция. Закономерность поступательного развития не исключает временных отклонений от основных тенденций движения вперед. Марксистская диалектика учит видеть не только восходящую, прогрессивную линию развития материальной действительности, но и возможные временные отступления, зигзаги. Обосновывая положение материалистической диалектики о том, что развитие по восходящей линии — это сложный и противоречивый процесс, В. И. Ленин не исключал временных движений назад, зигзагов, ибо, говорил он, «представлять себе всемирную историю идущей гладко и аккуратно вперед, без гигантских иногда скачков назад, недиалектично, ненаучно, теоретически неверно» 1.

История знает такие движения назад, как реставрация династии Бурбонов во Франции (1815—1830 гг.), эпоха реакции в России после поражения революции 1905—1907 гг., гитлеровский режим в Германии (1933—1945 гг.) и др.

Но закономерность развития такова, что, несмотря на временные отливы и отступления, поступательное движение в конечном счете неизбежно пробивает себе дорогу. В самом деле, как ни свирепствовало царское самодержавие в период реакции, какие жестокие меры ни применяло оно против пролетариата, народа, победа в конце концов осталась на стороне передовых сил общества.

В связи с направленностью изменений в мире необходимо остановиться на вопросе о вечном потоке и круговороте. Вся природа, по словам Ф. Энгельса, движется в вечном потоке и круговороте. Однако марксистское понимание круговорота отличается от господствовавшего в XVIII в. метафизического взгляда, согласно которому считалось, что движение, развитие, происходит якобы по


1 В. И. Ленин. Полы. собр. соч., т. 30, стр. 6.

208


замкнутому кругу, как простое повторение одного и того же, раз навсегда данного. Сторонники этих взглядов полагали, что в мире ничто не уничтожается и ничто не возникает вновь. Например, звездный мир и Солнечная система остаются, по их мнению, такими, какими они были от века. Ни один вид животных и растений на Земле с самых древнейших времен и по настоящее время, заявляли они, не претерпел качественных изменений. История общества также якобы является повторением одних и тех же этапов.

В этом отношении показательна социологическая теория итальянского философа Д. Вико, который утверждал, что общество совершает непрерывно повторяющиеся круговороты. Согласно Вико, сначала общество переживает период детства, когда господствуют религиозное мировоззрение и деспотия; затем наступает период юности с господством аристократии и рыцарства; наконец, настает период зрелости, когда процветают наука и демократия и когда общество вместе с тем идет вспять, к упадку. Период упадка сменится вновь периодом детства, последний — периодом юности и далее опять периодом зрелости.

Марксизм исходит из того, что развитие — процесс необратимый, что поступательное движение в разных условиях проявляется в конкретно ином качественном выражении. В вечном потоке превращений материи имеют место цикличность и повторяемость, но все это совершается не как простое повторение одного и того же.

Следует иметь в виду, что теория круговорота широко распространена в буржуазной философии в настоящее время и используется как одно из средств идеологической борьбы против коммунизма. Идеологи буржуазии много говорят о движении общества вспять, о гибели цивилизации. Одни прямо утверждают, что современное общество катится назад, идет к гибели, другие заявляют, что в повторяющихся циклах общественной истории наступил этап движения вспять, что современная цивилизация должна уступить место смутному времени и последующему затем новому периоду восстановления.

Подобные «теории» являются признаком глубокого загнивания капитализма и его идеологии. Неизбежная гибель отжившего свой век капиталистического строя трактуется идеологами буржуазии как гибель цивилизации вообще.

209


Особенности проявления закона отрицания отрицания в социалистическом обществе. Закон отрицания отрицания действует при социализме с такой же объективной необходимостью, как и во всех других общественных формациях. Однако характер социалистического общества, его коренные особенности накладывают на действие и проявление этого закона определенный отпечаток.

Развитие социалистического общества имеет качественно новые черты по сравнению с классово антагонистическими формациями, так как только с социализма, говоря словами классиков марксизма, начинается подлинная история человеческого общества. Из природы социалистического строя вытекает, что такие стороны его развития, как отрицание старого новым, преемственность, повторяемость, неодолимость нового, поступательность, приобретают новое социальное содержание.

Отрицание старого и утверждение нового при социализме происходит не в форме столкновений одной части общества с другой, а при участии и сотрудничестве всех членов общества, совершается не стихийно, а сознательно, организованно.

Одним из средств борьбы за победу нового в условиях социализма служит критика и самокритика. Она представляет собой метод отрицания старого, отжившего и в то же время сохранения положительного, имеющегося в старом, утверждения нового в развитии.

Отрицание при социализме предполагает своевременность замены старого новым. В соответствии с этим наше общество выдвигает и решает задачи коммунистического строительства по мере подготовки соответствующих предпосылок. При этом партия исходит в своей деятельности из того, что нельзя перепрыгивать через необходимые ступени развития, равно как и задерживаться на достигнутом, сдерживать движение вперед.

Важнейшая особенность проявления закона отрицания отрицания при социализме состоит в том, что замена старого новым в социалистическом обществе не означает отрицания основ общественного строя. Наоборот, замена старого новым ведет к дальнейшему развитию и усовершенствованию социализма как нового типа общества. При социализме отрицание выступает как разрешение неантагонистических противоречий, возникающих в ходе развития, причем отрицанию подвергается лишь то, что полностью

210


использовано, и только тогда, когда накопились предпосылки для перехода к новым, более высоким формам. Колхозно-кооперативная форма собственности, например, в свое в"9мя подвергнется отрицанию, но это произойдет тогда, когда полностью используются все ее возможности и когда она по уровню обобществления достигнет общенародной собственности.

В социалистическом обществе имеет свои особенности и такая сторона закона отрицания отрицания, как прогрессивность, поступательность развития. Восходящий характер развития в досоциалистических обществах был ограниченным и совершался неравномерно. Периоды подъема сменялись периодами спада и застоя. Непрерывные войны, паразитическое использование накопленных богатств эксплуататорами, нищета широких масс трудящихся, преднамеренное торможение роста производства и техники со стороны господствующих классов — все это, как и многое другое, ограничивало общественный прогресс. Другими словами, движение вперед было связано с большими общественными издержками.

Социализм навсегда снял преграды на пути общественного развития и создал все условия для непрерывного и неисчерпаемого в своих возможностях поступательного, прогрессивного развития общества.

Непрерывность и безграничность прогресса при социализме неотделимы от быстроты темпов развития, от все нарастающего движения вперед. В. И. Ленин, говоря о развитии общества после установления диктатуры пролетариата, подчеркивал, что это развитие будет идти быстрее, чем в любой другой период истории. Дело в том, что победа социалистической революции означает появление новых благоприятных факторов общественного развития. Практика социалистического и особенно коммунистического строительства в СССР, а также практика строительства социализма в странах народной демократии является наглядным тому подтверждением.

Таким образом, закон отрицания отрицания вскрывает диалектику связи нового со старым, преемственность, повторяемость (цикличность), необратимость, поступательность, неодолимость нового в развитии. Вместе с другими законами и категориями диалектики он вскрывает богатство и многогранность происходящих в природе и обществе процессов движения и развития.

211


ГЛАВА VIII

КАТЕГОРИИ МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИАЛЕКТИКИ

Каждая наука в процессе исследования определенной сферы действительности вырабатывает свой круг понятий. Материалистическая диалектика оперирует понятиями, которые принято называть категориями. Категории диалектики имеют наиболее общий, или предельно общий, характер. Они отражают наиболее общие явления, свойства, отношения развивающегося материального мира. Поэтому категории марксистской диалектики служат основными и наиболее общими методологическими принципами, применение которых в любой области исследования помогает более успешно и глубоко раскрывать внутренние связи и закономерности развития предметов и явлений.

В предыдущих главах мы уже познакомились с такими важнейшими категориями диалектики, как противоречие, скачок, количество, качество и др. Некоторые из этих категорий, например количество и качество, относятся друг к другу как противоположности, находящиеся в диалектическом единстве. Подобные пары категорий называются соотносительными.

В данной главе анализируются такие соотносительные категории диалектики, которые не были рассмотрены ранее: общее и отдельное (единичное), причина и следствие, необходимость и случайность, возможность и действительность, содержание и форма, сущность и явление. Эти категории выступают прежде всего как конкретизация закона единства и борьбы противоположностей — ядра, сути диалектики — и раскрывают определенные стороны действия этого закона. Вместе с тем они неразрывно, органически связаны и с другими основными законами диалектики — законом перехода количественных изменений в качественные и законом отрицания отрицания.

Глубокое понимание законов диалектики невозможно без знания и использования категорий диалектики. В то же

212


время категории диалектики, их взаимосвязи могут быть наиболее полно раскрыты только на основе знания основных законов диалектики. Категории диалектики как основные методологические принципы сами выступают в качестве неосновных законов диалектики, а потому имеют важнейшее значение для раскрытия диалектики объективного мира и использования научных знаний в преобразовании действительности.

1. ЕДИНИЧНОЕ, ОСОБЕННОЕ И ВСЕОБЩЕЕ

Содержание категорий единичного, особенного и всеобщего. Марксистское учение о единстве мира предполагает многообразие его конкретных проявлений. Мир существует в виде различных предметов, явлений, процессов, наделенных своими индивидуальными, единичными признаками и свойствами. Существование отдельных предметов и явлений, относительно отграниченных друг от друга в пространстве и во времени и обладающих определенной самостоятельностью, целостностью, индивидуальностью, отражается в такой категории материалистической диалектики, как единичное, или отдельное.

Отдельные предметы и явления действительности связаны между собой общими сторонами, свойствами и признаками. Важным условием возникновения общих свойств, черт у различных явлений может быть единый, общий источник их происхождения. Объединять предметы и явления могут и другие признаки, например их общие функции, способность удовлетворять какую-либо человеческую потребность, одинаковая роль в процессе исторического развития. Эти общие стороны, свойства и отношения имеют объективный характер и находят свое отражение в категории общего.

Категория общего отражает группу или класс предметов с одинаковыми, повторяющимися признаками и свойствами. Общности бывают разного порядка и часто могут быть сопоставимыми, что выражается и в сопоставимости понятий. Для наглядности это можно проследить на примере связи таких понятий, как «Великая Октябрьская социалистическая революция», «социалистическая революция», «революция» и «общественное явление». Каждое последующее из этих понятии является более широким и,

213


следовательно, более общим по отношению к предыдущему, так как охватывает собой больший круг явлений. Следовательно, общее, отражающее существенные, повторяющиеся признаки отдельных однородных явлений, может быть более или менее широким. При этом в каждой области общее имеет свои границы. Предельно широкое общее, которое уже не может быть включено в другое более широкое общее, называется всеобщим. Примерами всеобщего могут служить такие категории, как материя, сознание, пространство, время. Всеобщими являются и рассматриваемые в данной главе категории материалистической диалектики.

Категории общего и единичного неразрывно связаны между собой. Общего без единичного быть не может, как не может быть и единичного без общего. В любой вещи содержится и общее и единичное. Вместе с тем каждая вещь выступает как нечто особенное. Категория особенного выражает диалектическую взаимосвязь общего и единичного.

Особенное как промежуточное звено между единичным и общим само относительно. Оно выступает как общее в одном отношении и как единичное по отношению к более общему.

Категория особенного отражает различные стороны и формы проявления общих закономерностей в отдельных явлениях. Эти различные стороны и формы проявления определяются специфичностью свойств данного явления. Познание условий, которыми определяются особенности проявления общего в отдельном, имеет громадное значение для практической деятельности, что неоднократно подчеркивалось В. И. Лениным в ряде работ, посвященных раскрытию творческого и действенного характера марксистской теории.

В современных условиях важнейшим выводом марксистско-ленинской теории является положение о всеобщем характере основных закономерностей перехода от капитализма к социализму. Это положение означает, что революционные преобразования в целом в каждой отдельной стране, вступившей на путь социализма, определяются и решаются не национальными и другими особенностями данной страны, а общими для всех таких стран главными закономерностями. Конкретные условия отдельных стран определяют лишь форму проявления общих закономер-

214


ностей и тем самым играют хотя и важную, но все же не решающую роль.

Особенности отдельных социалистических стран не отдаляют эти страны друг от друга. Правильный учет этих особенностей ведет ко все большему сближению и единству стран социалистической системы. Чем больше и лучше учитываются особенности страны на пути социалистического строительства, чем больше развиваются ее производительные силы, тем больший вклад делает эта страна в развитие социалистической системы в целом. С другой стороны, «практикой народов мирового социалистического содружества подтверждено, что их братское единство и сотрудничество отвечают высшим национальным интересам каждой страны. Укрепление единства мировой социалистической системы на основе пролетарского интернационализма — непременное условие дальнейших успехов всех входящих в нее государств» 1.

Марксизм показал, что общее в мышлении возникает в условиях богатого конкретного развития, где одно и то же является общим для многих или для всех элементов 2. Например, определяя понятие стоимости, Маркс абстрагировался от конкретных видов труда и нашел то общее, существенное, что содержится в любом отдельном товаре, а именно определенное количество общественно необходимого труда.

В научное понятие невозможно включить все признаки, свойства индивидуальных предметов или явлений, но, давая определение того или иного понятия, нельзя также полностью игнорировать конкретные признаки. Так, в своей работе «Аграрный вопрос и «критики Маркса»» В. И. Ленин говорил о негодной попытке критиков Маркса создать, как они говорили, «реальное определение капитализма» путем включения в это определение всех частных, несущественных признаков капитализма. В. И. Ленин писал: «В результате, конечно, эта бессмысленная попытка внести в общее понятие все частные признаки единичных явлений, или, наоборот, «избегнуть столкновения с крайним разнообразием явлений», — попытка, свидетельствующая просто об элементарном непонимании того, что


1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза», стр. 23.

2 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 12, стр. 730.

215


такое наука, — приводит «теоретика» к тому, что за деревьями он не видит леса» 1. В этой же работе В. И. Ленин резко выступил против отрыва общих понятий от реальных, явлений, указывая, что такой отрыв есть проявление идеализма и схоластики.

Диалектика отдельного и общего. Самостоятельность бытия отдельного предполагает вместе с тем его неразрывную связь с общим, так как отдельное не может существовать без общих черт, признаков, свойств, присущих многим отдельным предметам и явлениям. Отдельное богаче общего, ибо каждый отдельный, единичный предмет имеет помимо общих признаков и свойств свои единичные (особые) признаки. Зато общее глубже отдельного, так как является его главной стороной, сущностью. Общее раскрывает в каждом отдельном внутренние, устойчивые, существенные связи.

Наличие в отдельном общего в качестве одной из его главных сторон показывает, что отдельное в известном смысле и отношении есть общее. Раскрывая сущность диалектики на самых простых примерах — «Иван есть человек; Жучка есть собака» и т. п., В. И. Ленин подчеркивал, что «уже здесь... есть диалектика: отдельное есть общее...» 2. В этой же связи он писал: «Всякое общее есть (частичка или сторона или сущность) отдельного. Всякое общее лишь приблизительно охватывает все отдельные предметы» 3. Действительно, например, общечеловеческое не существует вне отдельных людей и не исчерпывает собой всех признаков конкретного реального человека. Вместе с тем отдельный человек содержит в себе общечеловеческие черты как свою основную сторону.

Общее и отдельное являются ступенями объективного процесса развития. Новое обычно возникает не сразу, не целиком, а в форме единичных явлений. Но оно неодолимо умножается, расширяется, усиливается, совершенствуется и приходит к полной победе над старым, превращаясь тем самым из единичного в общее и всеобщее. Известно, например, что первыми ростками нового отношения к труду были коммунистические субботники. На всю их важность для победы коммунизма, на необходимость их превращения из единичного во всеобщее было указано


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 5, стр. И2.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 318.

3 Там же.

216


в работе В. И. Ленина «Великий почин». С построением коммунизма новое, коммунистическое отношение к труду станет в нашем обществе всеобщим принципом.

В противоположном направлении изменяется старое. В процессе развития значение старого уменьшается, оно проявляется во все меньшем круге явлений и приходит в конце концов к единичному, а затем и к своей полной гибели.

Идеологи империализма и их пособники в своей борьбе •против коммунизма часто прибегают к извращению категорий общего и отдельного. Это извращение сводится главным образом к отрыву общего от отдельного и к абсолютизации, одностороннему преувеличению одной из этих категорий. Метафизический подход к категориям общего, особенного и отдельного допускают правые и «левые» ревизионисты, что приводит их к серьезным ошибкам в практической и политической деятельности.

Марксистско-ленинское понимание диалектики общего и отдельного является одним из принципов диалектико-материалистической теории познания. Марксистская философия раскрыла диалектику процесса познания как отражение в человеческой голове диалектики объективного мира. Вопрос о диалектике отдельного (единичного) и общего в познании есть вопрос о соотношении конкретно-чувственной и абстрактно-логической форм познания.

Познание мира идет от единичного, отдельного ко всеобщему. Ф. Энгельс проследил этот процесс на истории открытия закона сохранения и превращения энергии. На первых ступенях общественного производства люди получали огонь посредством трения. Эти единичные действия отразились и в соответствующем суждении «трение есть источник тепла», которое является суждением единичности. В результате длительного развития науки и практики люди пришли к выводу, что «всякое механическое движение способно посредством трения превращаться в теплоту». Это суждение является уже суждением особенности, так как в нем раскрываются отличие и связь одной отдельной формы движения (механической) от другой отдельной формы движения (теплоты). В дальнейшем обобщение открытых наукой и практикой фактов превращения одних форм движения в другие привело к суждению всеобщности, к выводу, что «любая форма движения способна и вынуждена при определенных для каждого

217


случая условиях превращаться, прямо или косвенно, в любую другую форму движения» 1.

Таким образом, Ф. Энгельс подчеркивал большое значение диалектики общего и отдельного в познании. Он отмечал, что «всякое действительное, исчерпывающее познание заключается лишь в том, что мы в мыслях поднимаем единичное из единичности в особенность, а из этой последней во всеобщность; заключается в том, что мы находим и констатируем бесконечное в конечном, вечное — в преходящем» 2.

Значение правильного понимания диалектики общего и отдельного состоит в том, что знание общего позволяет лучше понять отдельное. В этой связи В. И. Ленин писал: «Значение общего противоречиво: оно мертво, оно нечисто, неполно... но оно только и есть ступень к познанию конкретного, ибо мы никогда не познаем конкретного полностью. Бесконечная сумма общих понятий, законов etc. дает конкретное в его полноте» 3.

2. ПРИЧИНА И СЛЕДСТВИЕ

Понятие причины и следствия. Причинно-следственная связь является одной из форм проявления всеобщей универсальной связи. Причиной диалектический материа лизм называет явление, которое при определенных условиях с необходимостью вызывает, обусловливает другое явление или предопределяет в нем изменения. Следствием называется явление, которое вызывается (порождается) или изменяется под действием соответствующей причины.

Связь между причиной и следствием носит закономерный характер. Это значит, что данная причина в соответствующих условиях всякий раз вызывает определенное следствие. Знание закономерностей причинно-следственной связи составляет основу научного предвидения.

Диалектический материализм учит, что в мире нет беспричинных явлений, что все в природе и в обществе обусловлено определенными причинами. Так, вращение Земли вокруг своей оси выступает как причина смены


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 539.

2 Там же, стр. 548.

3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 252.

218


дня и ночи, трение есть причина теплоты, наличие частной собственности на средства производства является причиной существования антагонистических классов и классовой борьбы.

Причина и следствие действуют в определенных условиях, например, причиной появления ростка является имеющийся в зерне полноценный зародыш. Но для того чтобы зерно проросло, необходимы соответствующие условия: наличие почвы, определенной температуры, влажности и т. п.

Причинность нельзя отождествлять с совокупностью условий и обстоятельств, в которых появляется следствие. Подобное отождествление характерно для позитивизма. Так, английский позитивист Д. С. Милль писал: «...причина есть полная сумма положительных и отрицательных условий явления, взятых вместе, вся совокупность всякого рода случайностей, наличность которых неизменно влечет за собой следствие» 1. Такое отождествление причины и условий равносильно отрицанию причинности и характерно для многих современных философов-идеалистов.

Следует иметь в виду, что связь причины и следствия, как правило, не однозначна. Она сложна и многогранна, так как одно следствие может быть вызвано сразу рядом причин, а одна причина может вызвать несколько следствий.

По своему характеру причинные связи могут быть весьма разнообразными. Следует различать, например, внутренние и внешние причинные связи. Внутренняя причина — это взаимодействие внутренних сторон, частей, тенденций данного явления; внешняя причина — это воздействие одного объекта на другой.

Для того чтобы понять то или иное явление, необходимо прежде всего вскрыть его внутренние причины, так как они, как правило, имеют решающее значение для появления следствия. По этому поводу В. И. Ленин в книге «Материализм и эмпириокритицизм» соглашается с положением И. Дицгена, что естествознание «ищет причин не вне явлений, не позади них, а в них или посредством их» 2. Это относится и к анализу явлений обществен-


1 Дж. Ст. Милль. Система логики силлогистической и индуктивной. М., 1914, стр. 299.

2 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 162.

219


ной жизни, важнейших закономерностей развития общества. Известно, например, что классовая борьба в развитых капиталистических странах вызывается внутренними причинами. Поэтому Программа КПСС и документы международного коммунистического движения, показывая несостоятельность утверждений о возможности экспорта революции, подчеркивают определяющую роль внутренних причин в развитии классовой борьбы. Однако и внешние причины тоже оказывают на процессы, протекающие в данном обществе, определенное и часто очень важное воздействие. Такой, например, фактор, как существование мировой социалистической системы, оказывает огромное влияние на характер классовой борьбы в капиталистических странах.

Причины делятся также на главные и неглавные. Главная причина определяет весь процесс в целом, она лежит в самой сущности явлений, а неглавная имеет лишь вспомогательное значение, ускоряя или замедляя течение процесса. Диалектический материализм вскрыл главную причину развития всего материального мира — внутренние противоречия как источник его самодвижения. Главная причина общественного развития заключается, как известно, в способе производства материальных благ. Но на развитие общества влияют и другие, неглавные причины, такие, как географическая среда и рост народонаселения.

Среди неглавных причин, непосредственно предшествующих следствию, нужно различать повод. Под поводом марксистская диалектика понимает неглавную причину, которая непосредственно форсирует или замедляет действие главной причины. Так, поводом для начала первой мировой империалистической войны явилось убийство в Сараево наследника австро-венгерского престола; причины же войны были более глубокими и скрывались в самой сущности империализма. Диалектический материализм требует за поводом находить действительную причину, тогда как буржуазные идеологи при анализе общественных явлений с целью затушевать их сущность всегда стараются подменить причину поводом.

Материалистическое и идеалистическое решение вопроса о причинности. Материалистическое решение вопроса о причинности означает признание объективного характера причинных связей, вытекающее из признания объек-

220


тивной реальности внешнего мира, отражаемого нашим сознанием. Действительно важный теоретико-познавательный вопрос, разделяющий философские направления на материалистическое и идеалистическое, говорил В. И. Ленин, состоит не в том, какой степени точности достигли наши описания причинных связей, а в том, является ли источником нашего познания этих связей объективная закономерность природы или свойства нашего ума 1.

В противоположность материализму идеализм выводит причинность из сознания. Объективные идеалисты видят причины всех явлений в развитии «мировой идеи» и в конечном итоге в боге. Наиболее полно вопрос о причинности с позиций объективного идеализма разработал Гегель. Ему принадлежит много глубоких высказываний о взаимодействии причины и следствия. Но причина и следствие у Гегеля — это лишь понятия, выражающие определенные состояния в развитии «абсолютной идеи».

Субъективные идеалисты сводят понятие причины к понятию метки или знака, которыми человек по своему произволу обозначает свои ощущения, называя одни причиной, другие — следствием. Так, например, субъективный идеалист Д. Юм утверждал, что кроме логической причинности, т. е. такой, которая выводится нашим сознанием из наших же ощущений, никакой другой причинности не существует. Под причинностью Юм понимал определенную последовательную связь наших ощущений. Ощущения же он выводил из идеалистически истолкованного опыта. Юм заявлял, что люди пришли к выводу о существовании причинности из привычки воспринимать в прошлом опыте одно ощущение за другим. Но прошлый опыт,1 говорил он, может не распространиться на будущее. Отсюда Юм делал заключение о субъективном характере причинности. Субъективный идеалист И. Кант считал, что причинность существует в человеческом рассудке априори (до опыта) и вносится в природу самим человеком.

Отрицание объективного характера причинности присуще и позитивизму. Основатель позитивизма О. Конт утверждал, что наука может лишь описывать факты, но никогда не сможет ответить на вопрос: почему?

Современные буржуазные философы-идеалисты тоже, как правило, отвергают наличие какой-либо объективной


1 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 164.

221


причинной связи в мире. Они считают, что причинность есть не свойство самих вещей, а лишь способ нашего описания мира, способ объяснения вещей самим себе. Так, неопозитивист Л. Витгенштейн писал: «События будущего не могут выводиться из событий настоящего. Вера в причинную связь есть предрассудок» 1. В современных условиях, в период бурных успехов естествознания, буржуазные ученые пытаются поставить под сомнение принцип причинности, спекулируя на трудностях развития познания. Многие из них считают единственной формой причинности механический детерминизм и рассматривают явления, необъяснимые с этих позиций, как доказательство несостоятельности детерминизма вообще. Механический детерминизм, который был разработан учеными прошлого и нашел свое завершение в учении П. Лапласа, ограничивался лишь механическими причинными связями. Лаплас, например, считал, что все силы природы можно свести к механическим силам.

Диалектический материализм не игнорирует принципов механического детерминизма там, где они применимы. Однако применение этих принципов имеет свои пределы, поскольку формы причинных связей бесконечно богаты и многообразны. Причинные связи в микромире, например, иные, чем в макромире, что объясняется, в частности, противоречивой, двойственной корпускулярно-волновой природой микрообъекта, которая не позволяет одновременно точно измерить ого координату и импульс. Из этого некоторые современные ученые, - стоящие на метафизических позициях, делают идеалистические и агностические выводы о «свободе воли» электрона, «неконтролируемом взаимодействии» «элементарных» частиц и измерительного прибора. В действительности же поведение микрообъектов строго детерминировано их внутренними свойствами и внешними воздействиями, но подчиняется это поведение не механико-динамическим, а статистическим закономерностям. Эти закономерности вскрываются статистическими методами, которые, учитывая случайности, предсказывают вероятность поведения микрообъекта в будущем. Вероятностный характер выводов из статистических закономерностей не исключает, а предполагает причинную зави-


1 Людвиг Витгенштейн. Логико-философский трактат. М., 1958, стр. 64.

222


симость. Отрицание принципа причинности в микромире равнозначно отрицанию объективного характера микрообъектов.

Активную борьбу против идеализма, и в частности против индетерминизма, т. е. учения, отрицающего необходимую закономерную связь явлений, абсолютизирующего случайность и беспричинность, вели и ведут многие передовые ученые. Например, видный французский физик П. Ланжевен в одной из своих работ писал: «Те, кто старается изобразить эволюцию нашего познания детерминизма как банкротство причинности, напрасно ссылаются на новейшие достижения современной науки. Их идеи взяты совсем не оттуда; они извлечены из старой философии, враждебной научному познанию; ее-то они и хотят снова протащить в науку» 1.

Буржуазные философы и социологи пытаются распространить индетерминизм и на общественные явления. С этой целью они отрицают объективный характер причинности в общественных явлениях или возрождают теории, отождествляющие причинные связи, действующие в обществе, с причинными связями, свойственными природе. Это характерно для так называемого социального дарвинизма, представители которого стирают качественное различие между животным миром и человеческим обществом. Причины социальных явлений они ищут в биологических особенностях человека, а причины классового деления общества видят в естественном отборе, в результате которого якобы наиболее приспособленные и одаренные личности образуют господствующий класс. Культуру общества они тоже выводят из «биологической основы». Бедность и невежество, например, объявляются ими результатом дурной наследственности. В этом вопросе они прямо смыкаются с расистами, проповедующими расовую неполноценность отдельных народов.

Критикуя извращенное понимание причинности буржуазными социологами, марксизм-ленинизм учит, что общественная жизнь развивается по объективным законам и что причины развития общества лежат в конечном счете в нем самом, в способе производства материальных благ и не могут быть сведены ни к биологическим, ни к физическим, ни к химическим причинам, так как общество пред-


1 П. Ланжевен. Избранные произведения. М., 1949, стр. 398.

223


ставляет собой качественно особую ступень развития материального мира

Диалектика причины и следствия. Как уже было сказано, причинно-следственная связь составляет одну из форм универсальной всеобщей связи предметов и явлений объективного мира. Поэтому, чтобы установить причинную связь изучаемых явлений, необходимо выделить ее из многообразных связей, существующих в действительности. Такое выделение, естественно, «всегда несколько упрощает объективную связь явлений природы, лишь приблизительно отражая ее, искусственно изолируя те или иные стороны одного единого мирового процесса» 1. Но без такого искусственного выделения изучаемых явлений из всеобщей связи нельзя найти причину данного следствия. Выделив же два явления и установив между ними отношение причины и следствия, можно учесть и взаимодействие этих явлений с другими явлениями. Это позволяет раскрыть диалектику причины и следствия.

Диалектическое взаимодействие между причиной и следствием состоит прежде всего в том, что следствие не пассивно по отношению к своей причине. Причина порождает следствие, но в свою очередь испытывает определенное воздействие со стороны следствия. Влияние следствия на причину имеет место и в природе, и в общественной жизни. Известно, например, что причиной существующих в обществе определенных производственных отношений является соответствующий уровень развития производительных сил. Однако производственные отношения, будучи следствием развития производительных сил, оказывают влияние на породившую их причину, т. е. на развитие производительных сил. Диалектико-материалистический подход к познанию причинно-следственных связей требует вскрывать как зависимость следствия от причины, так и обратное его влияние на причину.

Причина выступает иногда в форме такого взаимного воздействия предметов и явлений, в результате которого происходит изменение их свойств. Например, в химии часто неприменимо представление о причине как одностороннем воздействии одного тела на другое, так как здесь взаимодействующие химические вещества теряют свои свойства и превращаются в вещества с новыми свойствами.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 160.

224


Понимание причины как определенного взаимного воздействия предметов или явлений особенно необходимо при анализе взаимопревращений «элементарных» частиц в микромире.

Причина и следствие находятся во взаимодействии и после появления следствия, если породившая его причина продолжает существовать. Примером такого взаимодействия может служить обратная связь в кибернетических устройствах, где существует не только причинное воздействие регулятора на управляемое устройство, но и обратное воздействие управляемого устройства на регулятор.

Понятие причинности нельзя отождествлять с понятием взаимодействия, так как оно шире по объему, чем понятие причинности. Так, между планетами Солнечной системы существуют самые различные взаимодействия, но они не могут быть сведены к причинным связям. В обществе тоже существуют самые разнообразные взаимодействия, не являющиеся причинными. Таковы, например, многие взаимодействия между двумя общественно-политическими системами — социалистической и капиталистической.

Марксизм-ленинизм учит во всяком взаимодействии находить главное, определяющее, выделять причинную связь как важнейшую форму взаимодействия. «Только исходя из этого универсального взаимодействия, - писал Ф. Энгельс, - мы приходим к действительному каузальному отношению» 1.

Диалектическое взаимодействие причины и следствия состоит также в том, что они могут меняться местами, образуя причинно-следственную цепь. То, что в одной связи является причиной, в другой может быть следствием, и наоборот. Так, механическое движение, выступая в одних условиях как причина электрического движения, в других условиях может стать его следствием.

Причинно-следственная цепь существует и в общественной жизни. Например, производственные отношения, совокупность которых составляет базис данного общества, определяют собой надстройку этого общества, служат ее причиной. В то же время эти производственные отношения являются следствием определенного развития производительных сил. Таким образом, производственные отноше-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 546.

8 № 233

225


ния, представляя собой в одной связи причину, в другой связи выступают как следствие.

Особенность причинно-следственной цепи состоит, следовательно, в том, что данная причина вызывает следствие, само это следствие становится причиной нового следствия и так без конца. Бесконечность причинно-следственной цепи вытекает из бесконечности развития материального мира, в котором каждое явление причинно обусловлено и находится в связи с другими явлениями. Поэтому те или иные явления нельзя относить только к причинам или только к следствиям. В общей цепи причина и следствие «суть представления, которые имеют значение, как таковые, только в применении к данному отдельному случаю; но как только мы будем рассматривать этот отдельный случай в его общей связи со всем мировым целым, эти представления сходятся и переплетаются в представлении универсального взаимодействия, в котором причины и следствия постоянно меняются местами; то, что здесь или теперь является причиной, становится там или тогда следствием и наоборот» 1.

Вместе с тем следует отметить, что если существуют два явления, одно из которых представляет собой причину, а другое — следствие, то они не могут поменяться местами по отношению друг к другу, т. е. в этом смысле причина и следствие необратимы. Так, если капитализм порождает экономические кризисы, является причиной кризисов, то кризисы не являются причиной капитализма, хотя в причинно-следственной цепи они и выступают как причина других явлений, например усиления безработицы и т. д.

При исследовании диалектики причинной связи необходимо учитывать, что причина всегда предшествует во времени своему следствию, а следствие следует за причиной. Причина, породив следствие, или прекращает свое существование, или сохраняется и продолжает оказывать дальнейшее воздействие на уже возникшее следствие, изменяя его дальше. Но и в последнем случае причина предшествует дальнейшему изменению следствия. Обычно между причиной и следствием существует четко выраженный временной интервал. Иногда же причина и следствие как бы совпадают по времени, что наблюдается, например, при взаимодействии «элементарных» частиц и их превра-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 22.

226


щении в новые частицы. Но и здесь причина предшествует следствию, хотя во времени это измеряется ничтожными долями секунды. Отрицание временной последовательности между причиной и следствием может привести к мистическому выводу о возможности людей влиять на прошлое.

Хотя причина предшествует во времени своему следствию, однако не всякое явление, предшествующее другому, обязательно является его причиной. Простого наблюдения последовательности явлений во времени недостаточно для установления причинно-следственной связи, так как при этом за причину может быть принято явление, которое просто предшествует другому, но не связано с ним причинной связью. Следование одного явления за другим есть лишь один, но не единственный признак причинной связи.

Превращение временной последовательности в единственный и решающий признак причинной связи ведет к тому, что за причину принимается одно из случайно предшествующих данному следствию явлений. Это может привести к логической ошибке, которая носит название post hoc, ergo propter hoc (после этого, следовательно, по причине этого). Однако, как указывал Ф. Энгельс, не все, Что «после этого», есть «по причине этого». Критерием истинности познания причинности служит не простое наблюдение чередования явлений, а многогранная человеческая практическая деятельность. Энгельс писал, что «деятельность человека производит проверку насчет причинности» 1.

3. НЕОБХОДИМОСТЬ И СЛУЧАЙНОСТЬ

Понятие необходимости и случайности. Категории необходимости и случайности отражают качественно особые связи объективного мира, которые не охватываются другими категориями. Под необходимостью диалектический материализм понимает то, что закономерно вытекает из внутренних, существенных связей данного процесса, что обусловлено всем предшествующим развитием и в силу этого с неизбежностью наступает или должно наступить.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 545.

8*

227


Случайностью диалектический материализм называет явления, которые вытекают не из сущности, не из- закономерного развития данного процесса, а из его внешних связей и отношений.

Необходимость связана с самой сущностью процесса, которым она обусловлена, случайность же с сущностью процесса не связана, а является для него чем-то побочным, нетипичным, следовательно, необязательным. Так, например, экономические кризисы заложены в самой природе капиталистического строя, в его сущности, в невозможности планирования в масштабе всего общества и. поэтому являются для капитализма необходимостью. Для социализма характерно, типично, а следовательно, необходимо планомерное развитие народного хозяйства, вытекающее из сущности социалистических производственных отношений.

Важнейшей чертой необходимости является ее всеобщий характер. В. И. Ленин писал, что «необходимость неотделима от всеобщего» 1. Это означает, что необходимость связана с действием основных диалектических законов, определяет порядок развития взаимно связанных между собой явлений и царит во всех областях природы и общественной жизни. В природе, например, необходимостью являются определенная смена времени года, смена дня и ночи, протекание в соответствующих условиях химических реакций. Для живых организмов необходим обмен веществ. В общественной жизни необходимостью для антагонистических формаций является классовая борьба, ведущая к социальным революциям. Для современных международных условий объективно необходима борьба за мирное сосуществование государств с различным социально-экономическим строем.

Имея всеобщий характер, необходимость связана с главными сторонами действительности более глубокими корнями, чем случайность. Она позволяет раскрыть внутренние закономерные связи явлений, понять явление в целом. Случайность как выражение внешних, несущественных связей между явлениями не носит всеобщего характера, и в этом смысле она противоположна необходимости. Однако следует учитывать, что внешнее и внутреннее находятся в диалектическом единстве, их нельзя


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 72.

228


разрывать, поэтому в конечном счете случайность связана также и с внутренним.

Случайные связи неустойчивы и характеризуют не процесс в целом, а лишь его отдельные, частные стороны. Случайность выражает единичное, несущественное для процесса в целом и поэтому не определяет тенденцию его развития. Она возникает, как правило, в результате перекрещивания различных по своей природе процессов. В одних и тех же или в очень похожих условиях то или иное случайное явление может появиться, а может и не появиться. Природу случайности и ее отличие от необходимости можно показать на примере прорастания зерен. Известно, что процесс прорастания в благоприятных для зерен условиях является необходимым, закономерным. Если же какое-то определенное зерно по тем или иным причинам, не имеющим отношения к общей закономерности, не смогло прорасти, то этот факт будет по отношению к данной необходимости случайным.

Рассматривая общественные явления, В. И. Ленин часто подчеркивал их связь либо с общим, типичным, либо с исключительным, единичным, случайным. Так, в работе «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве», анализируя типичные для капитализма явления, Ленин писал: «Продукт принимает форму товара в самых различных общественных производственных организмах, но только в капиталистическом производство такая форма продукта труда является общей, а не исключительной, не единичной, не случайной» 1. Связь необходимости с общим, а случайности с единичным ярко выступает и в ленинском анализе сущности империалистических войн. В. И. Ленин писал, что империалистическая война «порождена всеми условиями империалистической эпохи, т. е. явилась не случайно, не исключением, не отступлением от общего и типичного...» 2.

Подобно тому как нельзя односторонне абсолютизировать связь необходимости только с внутренним, а случайности только с внешним, не следует этого делать и при рассмотрении взаимосвязей этих категорий с общим и


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 458 (разрядка наша, - Л. С., Ю. Л.).

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 80.

229


единичным. Нужно иметь в виду, что случайность заключает в себе какие-то определенные черты общего, но все же она ближе, чем необходимость, стоит к единичному. Г. В. Плеханов говорил, что случайность придает событию «свою индивидуальную физиономию». Случайность не исключает возможности повторения события, но это повторение не носит, как у необходимости, регулярного характера.

Необходимость тесно связана с закономерностью. Поэтому понятия необходимости и закономерности являются понятиями однопорядковыми. Необходимость вытекает из закономерности, вследствие чего порядок развития необходимых процессов в данных условиях строго определен. Законы в свою очередь действуют с необходимостью, т. е. имеют обязательный характер во всех сферах объективной реальности. Как уже говорилось, закон есть внутренняя и необходимая связь между явлениями. Необходимость, следовательно, выступает как один из важнейших признаков закона.

Необходимость, проявляясь в действии закона, обязательно пробивает себе дорогу и в конечном итоге осуществляется, несмотря ни на какие временные препятствия. Капитализм, например, в силу присущих ему внутренних закономерностей, с необходимостью должен смениться социализмом. В. И. Ленин неоднократно подчеркивал, что необходимость тесно связана с закономерностью. Так, анализируя неизбежность революционного подъема 1912 г., он писал: «Ход событий за последние полтора года показывает с очевидностью, что в этом подъеме нет ничего случайного, что наступление его совершенно закономерно и с неизбежностью обусловлено всем предыдущим развитием России» 1. Из этого высказывания видно также, что Ленин противопоставлял закономерные явления случайным, ибо случайные явления не вытекают из тенденции данного процесса, а следовательно, не являются закономерными.

Необходимость и случайность связаны с причинностью, но эти связи не равнозначны. Общим является то, что и необходимость и случайность причинно обусловлены. Но необходимость связана с внутренними, основными и существенными причинами, которые всякий раз при соответ-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 21, стр. 340.

230


ствующих условиях порождают данное следствие, являющееся поэтому необходимым. Случайное же явление как единичное есть результат воздействия побочной причины или перекрещивания действия нескольких причин, причем характер и порядок этого перекрещивания не являются необходимыми. Например, цена товара определяется его стоимостью. Причиной существования цены является стоимость товара. Это типично и необходимо. Практически же цена никогда точно не совпадает со стоимостью. Иными словами, цена бывает обусловлена внешними, побочными причинами. Цена товара в определенный день на капиталистическом рынке в зависимости от спроса и предложения может быть выше или ниже стоимости товара, что зависит от совпадения различных причин, которые могли бы быть и другими.

В целом можно сказать, что если необходимым является определенное следствие как результат действия определенной или определенных причин, то случайным оказывается следствие, вызванное не данной причиной, а влиянием другой причины или ряда причин, которых могло в данном случае и не быть.

Чаще всего случайность возникает при одновременном действии многих причин, лежащих в различных плоскостях. Так, определенные удобрения, внесенные в почву, необходимо способствуют высокому урожаю посеянной культуры, но в данном конкретном случае могут иметь место случайные причины (заморозки, засуха и т. п.), которые вызовут другое, а не ожидаемое необходимое следствие. Низкий урожай по отношению к данному процессу в целом случаен, но это случайное следствие небеспричинно, оно вызвано определенным стечением внешних причин.

Критика метафизического и идеалистического понимания необходимости и случайности. Ф. Энгельс указывал, что противоположность случайности и необходимости является той противоположностью, в которой запутались метафизики. Поскольку они мыслят по схеме да—да, нет— нет, то каждое явление считают либо необходимым, либо случайным. Многие из них признают объективный характер необходимости, но отрицают объективный характер случайности, называя случайным то, причина чего неизвестна. В природе и в обществе, говорят они, все совершается только по необходимости. Так, французский

231


материалист XVIII в. П. Гольбах писал, что «все наблюдаемое нами необходимо, т. е. не может быть иным, чем оно есть...» 1.

Такое понимание необходимости по существу ведет к фатализму. Это признавал и сам Гольбах: «...необходимость, управляющая движениями физического мира, управляет также всеми движениями мира духовного, в котором, следовательно, все подчинено фатальности» 2.

Фатальное понимание необходимости приводит не только к отрицанию случайности, но и к тому, что сама необходимость низводится до степени случайности. Механический детерминизм, говорил Ф. Энгельс, отрицает случайность в общем, а на деле признает ее в каждом отдельном случае.

В конечном счете фатализм в объяснении природы ведет к телеологическому взгляду на мир, предполагающему сознательную цель в природе, целесообразность, зависящую от силы, стоящей над природой и являющейся более могущественной, чем природа. Подобный взгляд был присущ натурфилософии начала XVIII в., названной Энгельсом плоской телеологией, «согласно которой кошки были созданы для того, чтобы пожирать мышей, мыши, чтобы быть пожираемыми кошками, а вся природа, чтобы доказывать мудрость творца» 3. Отстаивая диалектико-материалистический взгляд на соотношение необходимости и случайности, Энгельс подчеркивал, что в природе нигде нет сознательной, желаемой цели, что окончательные результаты развития подтверждают наличие закономерности внутри случайностей 4.

Понимание необходимости в смысле фатальной предопределенности в области истории общества приводит к реакционным и пессимистическим выводам о том, что люди не могут активно влиять на ход развития общественной жизни. В отличие от этого диалектический материализм учит, что историческая необходимость не исключает, а предполагает активную сознательную деятельность людей, так как сама эта необходимость выступает в форме определенной человеческой деятельности.


1 Поль Анри Гольбах. Избранные произведения в двух томах, т. 1. М., 1963, стр. 99.

2 Там же, стр. 237.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 350.

4 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 305—306.

232


Одностороннее понимание необходимости лежит в основе ревизионистских взглядов Бернштейна и Каутского, из высказываний которых явствовало, что социализм наступит автоматически, как следствие роста производительных сил, а не в результате классовой борьбы и пролетарской революции. Ненаучное понимание необходимости и сведение ее к фатализму присуще сторонникам оппортунистических теорий «самотека» и мирного врастания капитализма в социализм. Марксизм-ленинизм показал, что эти теории искажают учение об исторической необходимости, отрицают роль субъективного фактора в истории, роль рабочего класса и его партии в борьбе за коммунизм.

Другой крайностью метафизического понимания взаимоотношения случайности и необходимости является признание только случайности и полное отрицание необходимости, закономерности. Это характерно для субъективного идеализма вообще и для субъективной социологии в особенности.

Для домарксовской социологии типичным был взгляд на историю общества как на хаос случайностей и результат произвола людей. Развитие общества доказало ненаучность подобных взглядов. Однако, несмотря на это, современные буржуазные социологи рассматривают общество так же идеалистически, как и социологи до Маркса. Они пытаются доказать, например, что социализм не является исторической необходимостью для всех стран и что он возник в результате стечения в некоторых странах случайных обстоятельств. Опровергая эти измышления буржуазных идеологов, Программа КПСС на основе анализа противоречий современного империализма сделала вывод, что в современную эпоху стал «неизбежным крах капитализма и переход к высшему типу общественного хозяйства» 1.

Изгнав идеализм и метафизику из области объяснения общественных явлений, марксистская философия раскрыла истинную роль необходимости и случайности в истории. Классики марксизма-ленинизма обосновали идею исторической необходимости и вместе с тем показали, что история имела бы мистический вид, если бы случайности не играли в ней никакой роли.


1 «Программа Коммунистической партии Советского Союаа», стр. 10.

233


Диалектика необходимости и случайности. Случайность и необходимость находятся в диалектическом единстве и составляют два полюса в общей цепи связей, существующих в природе и в обществе. Ф. Энгельс писал, что «случайность — это только один полюс взаимозависимости, другой полюс которой называется необходимостью» 1.

Диалектика необходимости и случайности проявляется прежде всего в том, что при определенных условиях случайность и необходимость могут меняться местами, так что случайность становится необходимостью, а необходимость — случайностью. В живой природе, например, имеют место такие факты, когда какое-либо изменение, случайно появляющееся в организме, в связи с изменившимися условиями может закрепиться наследственностью и стать необходимым, закономерным. В обществе, как и в природе, случайное в одних условиях тоже становится необходимым в других. Примером перехода случайности в необходимость является превращение случайного использования военнопленных в качестве рабов при разложении первобытнообщинного строя в необходимость для развития рабовладельческого способа производства.

Превращение случайности в необходимость в общественной жизни можно проследить также на примере использования законов развития общества в практической деятельности людей. Так, в антагонистических общественных формациях использование людьми законов развития общества в целом имеет случайный характер. Только рабочий класс как носитель качественно новых производственных отношений, завоевав власть, превращает это использование в необходимость, способствующую развитию коммунистической формации.

В мире имеют место не только превращения случайности в необходимость, но и обратные процессы — переходы необходимости в случайность, совершающиеся в силу изменяющихся условий. Известны, например, процессы, когда растительные и животные виды теряют свои прежде необходимые признаки, которые стали для них в новых условиях бесполезными и случайными.

Диалектика необходимости и случайности состоит также в том, что случайность выступает как дополнение и форма проявления необходимости, а необходимость прок-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 174.

234


ладывает себе путь через массу случайностей. Это происходит как в природе, так и в общественной жизни. И хотя в обществе действуют люди, ставящие себе определенные сознательные цели, но и здесь необходимость как объективная тенденция развития пробивает себе путь через случайности. Развитие человеческого общества является убедительным тому доказательством. Так, переход от каменных орудий к железным, от ветряной и водяной мельницы к пару и электричеству, использование внутриатомной энергии и т. д. есть историческая необходимость развития производства. Однако эта необходимость всегда проявляется в связи со случайностями, обусловленными конкретным развитием того или иного общества, открытиями и усовершенствованиями, производимыми людьми. На пути этих открытий и усовершенствований в свою очередь имеется много случайных трудностей и заблуждений, но историческая необходимость обязательно и неумолимо пробивает себе дорогу.

Случайность как форма проявления необходимости нередко приводит к замедлению поступательного общественного развития. Различные случайности могут иметь место и на пути строительства коммунистического общества, замедляя этот необходимый процесс. Такими случайностями являются неурожаи, стихийные бедствия, навязанные извне войны и т. п. Случайностью по отношению к исторической необходимости может стать неправильная, субъективистская деятельность руководителей, непонимание ими исторических задач, отход от основных принципов марксизма-ленинизма при строительстве социализма. Все это не может повернуть историю вспять, однако может создать определенные трудности в развитии общества.

Отношение науки к случайности. Раскрытие необходимости того или иного процесса является сложным и трудным делом. Для этого нужно изучить массу отдельных случайных явлений, имеющих свои особые, индивидуальные черты, сравнить их и выделить общее, устойчивое, повторяющееся, определить тенденцию развития. Поэтому К. Маркс писал, что «внутренний закон, прокладывающий себе дорогу через... случайности и регулирующий их, становится видимым лишь тогда, когда они охватываются в больших массах...» К


1 К. Маркс а Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. 11, стр. 396.

235


Наука опирается на необходимость, но она принимает во внимание и различные случайности. Если, например, селекционер выводит новый сорт, пригодный для определенных климатических условий, он должен иметь в виду возможные случайности: засуху, мороз и т. п. Когда инженер строит мост через реку, он должен учитывать и такие случайности, как наводнения, большие ледоходы и т. д.

Кроме того, нужно учитывать, что могут быть и случайности, полезные человеку. Задача науки заключается тогда в том, чтобы использовать эти случайности, открыть причины их появления и создать условия для их закрепления, превращения в необходимость. Так, в биологической науке какой-либо полезный признак, случайно появившийся у того или иного вида растений или животных, изучается и сознательно закрепляется путем создания необходимых условий. Но наука, разумеется, не может делать ставку на счастливые случайности, тем более что таких случайностей не так уж много. Чаще всего случайности мешают развитию практики и науки. Именно в этом смысле можно понимать широко распространенную формулу «наука — враг случайности», которая отнюдь не означает, что наука якобы вообще отрицает случайность.

Задача науки состоит в том, чтобы за случайностями вскрыть необходимость и ограничить сферу действия нежелательных случайностей. Изучение законов природы позволяет людям предотвратить действие различных случайностей и использовать эти законы в интересах человека.

Диалектико-материалистическое понимание соотношения случайности и необходимости является действенным орудием познания и преобразования мира. Поэтому Коммунистическая партия, опираясь на марксистскую философию, требует тщательного изучения диалектики необходимости и случайности, учета реальных условий действительности, что позволяет строить практическую деятельность в соответствии с объективной необходимостью. Конечно, социализм не исключает случайностей, но характер, сила и широта их действия здесь другие, чем при капитализме. В соответствии с этим в социалистическом обществе имеется тенденция к сокращению сферы действия случайности.

236


4. ВОЗМОЖНОСТЬ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

Понятие возможности и действительности. Развитие, как было выяснено раньше, есть постоянное обновление, отмирание старого, отжившего и возникновение нового. Становление нового представляет собой сложный диалектический процесс. Вначале новое существует в недрах старого как нечто еще не сложившееся, как возможность возникновения и развития соответствующего предмета, процесса, явления. Только при определенных условиях новое побеждает и становится действительностью. Оно всегда возникает в борьбе со старым, а последнее до определенного времени может быть более сильным, чем новое, и потому оставаться действительностью, даже вопреки развивающейся новой тенденции.

Из сказанного следует, что под возможностью в марксистской философии понимается определенная предпосылка нового, тенденция в развитии предметов, процессов, явлений — все то, что вызревает в самой объективной реальности и при соответствующих условиях само может стать действительностью. Под действительностью подразумевается уже реализованная, или осуществленная, возможность. Объективная реальность всегда многокачественна, и поэтому в ней содержится много различных возможностей. Каждая возможность — это определенный момент развивающейся действительности.

Процесс развития протекает таким образом, что возможность становится действительностью, а эта действительность в силу внутренних причин порождает новые возможности, которые при соответствующих условиях тоже осуществляются, становятся действительностью. Этот процесс превращения возможности в действительность и порождение действительностью новых возможностей бесконечен, как бесконечно развитие материального мира.

Возможность содержится в самой действительности, а не вносится в нее нашим сознанием. Она имеет объективный характер. В связи с этим диалектический материализм требует отличать реальную возможность от формальной. Реальная возможность — это такая возможность, которая подготовлена всем ходом развития вещей, которая сложилась, выросла в самой действительности. Формальная же возможность — это абстракция, созданная созна-

237


нием людей без учета действия объективных законов, без глубокого анализа действительности.

Как правило, формальная, абстрактная возможность — это мечта, фантазия, не опирающаяся на объективную действительность. Апелляция к беспочвенным, формальным возможностям всегда была характерна для идеологов реакционных, отживающих классов. В настоящее время бур- -жуазные социологи говорят о таких возможностях, как бесконечное процветание капитализма, предотвращение кризисов и безработицы, гармония классовых интересов и т. и. Но это либо сознательный обман, либо пустые несбыточные мечты, иллюзии.

Говоря о формальных возможностях, следует иметь в виду и другое значение этого понятия, при котором формальная (абстрактная) возможность не равна невозможности, а лишь означает, что в данное время для превращения формальной возможности в действительность еще нет условий, но такие условия могут возникнуть в будущем.

Не следует смешивать беспочвенную, вредную, маниловскую фантазию с научной, полезной фантазией, опирающейся на уже достигнутые знания и позволяющей заглянуть в будущее. Так, великий русский ученый К. Э. Циолковский мечтал о межпланетных перелетах, хотя в то время они были только абстрактной возможностью. Однако в своих фантазиях он опирался на научное предвидение, и теперь, когда космические полеты превратились в действительность, абстрактная возможность межпланетных путешествий приобретает черты реальной возможности и, несомненно, превратится в действительность.

Диалектика возможности и действительности. Между возможностью и действительностью существует диалектическая взаимосвязь и зависимость. Возможность и действительность, как уже отмечалось, переходят друг в друга, так что возможность превращается в действительность, а действительность порождает все новые возможности.

Диалектика учит, что нельзя разрывать возможность и действительность, так как всякая действительность подготавливается возможностью. Однако их нельзя и отождествлять, потому что не всякая возможность превращается в действительность. Сложность взаимоотношений возможности и действительности определяется сложностью и многообразием развитая объективного мира.

238


Метафизика, отрицая качественные скачки в развитии, не может решить вопрос о взаимоотношении возможности и действительности. Для нее действительность выступает лишь как количественный рост, развертывание извечно существующих возможностей. Действительность, с точки зрения метафизики, не включает в себя ничего нового по сравнению с возможностью. Решая вопрос о соотношении возможности и действительности, метафизики опирались на принципы механического детерминизма, сформулированные Лапласом, который утверждал, что если бы удалось во всеобъемлющей формуле выразить все соотношения причин и следствий, то можно было бы исходя из предшествующего состояния вывести все последующие возможности на сколь угодно отдаленное время. Такой взгляд приводил к фатализму, т. е. к теории извечной предопределенности всех явлений и событий будущего.

Процесс развития объективного мира таков, что в нем всегда есть новое и старое, причем их борьба и является источником развития. Поэтому в одной и той же действительности одновременно может быть несколько зачастую противоречивых возможностей. В. И. Ленин указывал, например, на два возможных исхода революции 1905 г.: 1) решительная победа революции над царизмом и установление революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства; 2) сделка царизма с буржуазией и принятие куцей конституции. Первая возможность вытекала из объективного поступательного развития, а вторая — из того, что старое не уступает место новому без борьбы. Противоречивые возможности всегда порождаются противоречиями объективной действительности, а за их осуществление в классовом обществе всегда борются противоположные классы.

В борьбе различных возможностей, возникающих в самой действительности, в каждом конкретном случае проявляется закон единства и борьбы противоположностей. Вместе с тем в процессе этой борьбы и превращения возможности в действительность действуют и другие законы диалектики. Такое превращение есть не просто количественное, но и качественное изменение, в результате которого новая действительность отрицает возможность и старую действительность, но отрицает не метафизически, а диалектически, удерживая все положительное, прогрессивное.

239


Соотношение возможности и действительности находит свое количественное выражение в категории вероятности, характеризующей степень возможности, ее близость к действительности. Всякая реальная возможность имеет какую-то, хотя бы минимальную, вероятность превращения в действительность. Если эта вероятность равна нулю, то возможность тождественна невозможности, а при вероятности, равной единице, возможность становится действительностью. Для того чтобы определить вероятность в ее числовом выражении, нужны определенные статистические данные, т. е. учет превращения определенных возможностей в действительность при соответствующих условиях. Чем больше наблюдается случаев превращения данных возможностей в действительность, тем больше степень вероятности их охвата статистической закономерностью.

Всякую возможность нужно рассматривать в ее возникновении, развитии и в связи с теми условиями, при которых она может превратиться в действительность. Так, лишь при определенном уровне развития человеческого общества появляется возможность и возрастает вероятность возникновения товарного производства. Возможность пролетарской революции различна на разных стадиях развития капиталистического общества. Она возрастает но мере обострения противоречий капитализма и становится наибольшей при империализме.

Особенно много возможностей для прогрессивного развития общества возникает в условиях социализма и строительства коммунизма. В. И. Ленин, характеризуя социализм, писал: «...человечество перешло теперь к новой, несущей необыкновенно блестящие возможности стадии развития» 1. В условиях мировой системы социализма благодаря международному разделению труда, специализации и кооперированию социалистических стран создаются дополнительные возможности для роста производства во всем социалистическом лагере и в каждой социалистической стране в отдельности.

Превращение возможности в действительность определяется характером самой возможности, ее связью с необходимостью и закономерностью, а также наличием соответствующих условий. Известно, что в определенных ус-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 402.

240


ловиях одни возможности неизоежно превращаются в действительность, а другие в действительность могут и не превратиться. Все возможности зарождаются в объективной реальности, но не каждая из них становится действительностью. Возможность, которая является результатом необходимого, закономерного развития объективного мира, обязательно превращается в действительность. Такова, например, историческая необходимость смены одной общественно-экономической формации другой формацией. В каждой докоммунистической общественной формации содержится в виде предпосылок возможность зарождения новой, более высокой формации, но действительностью она становится лишь при соответствующих исторических условиях.

Но бывают такие возможности, которые не вытекают из необходимости, и поэтому их превращение в действительность не обязательно. Так, в общественной жизни содержится возможность не только прогрессивного развития, но и временных попятных движений. Однако последняя возможность не является необходимостью объективного развития и поэтому лишь в редких случаях становится действительностью. Задача науки во многом и состоит в том, чтобы из всех существующих возможностей выявить те, которые вытекают из необходимости, и помочь людям опереться на эти возможности в своей практической деятельности, своевременно превратить их в действительность.

О роли субъективного фактора в превращении возможности в действительность. Превращение возможности в действительность совершается неодинаково в природе и в обществе. В природе оно происходит в большинстве случаев независимо от человека. В обществе же, как правило, это превращение является результатом сознательной деятельности людей, ставящих себе определенные цели. Сознательная деятельность людей имеет большое значение в преобразовании мира, в превращении возможности в действительность. В жизни общества от деятельности людей зависит ускорение превращения возможности в действительность или, наоборот, создание таких условий, при которых данная возможность не может превратиться в действительность.

Превращение возможности в действительность в обществе осуществляется при взаимодействии объективных

241


условий и субъективного фактора. Недостаточная зрелость субъективного фактора может явиться причиной того, что некоторые исторические возможности так и не превратятся в действительность, а вместо них возникнут и будут развиваться другие возможности. Так, в эпоху домонополистического капитализма была возможность победы социалистической революции одновременно во всех или в большинстве капиталистических стран Европы. Но эта возможность в силу ряда причин объективного и субъективного характера не превратилась в действительность. В эпоху империализма в силу изменившихся условий одновременная победа социалистической революции во всех развитых странах стала невозможной. В этих условиях появляется новая возможность — возможность победы социалистической революции первоначально в одной, отдельно взятой, стране. Эта возможность превратилась в действительность в нашей стране с победой Великой Октябрьской социалистической революции. Неоценимую роль в этой победе сыграл субъективный фактор — сознательная деятельность Коммунистической партии и революционных народных масс.

В современных условиях в революционном рабочем движении в капиталистических странах наряду с возможностью завоевания власти рабочим классом через вооруженное восстание и гражданскую войну появилась новая возможность — возможность мирного протекания социалистической революции. Реализация этой второй возможности будет зависеть от объективных и субъективных условий каждой отдельной страны. Но в обоих случаях это будет революционный переход от капитализма к социализму, при котором партия пролетариата должна осуществлять свою руководящую роль, опираясь на большинство народа и давая решительный отпор всем открытым и скрытым врагам пролетариата.

Субъективный фактор может играть решающую роль в превращении возможности в действительность только при учете определенных объективных условий. Дело в том, что общественное развитие совершается как естественноисторнческий процесс, причем деятельность людей может соответствовать ему или не соответствовать, способствуя или препятствуя развитию. Ускорить развитие общества может только такая деятельность, которая опирается на объективные законы общественного развития,

242


на созревшие реальные возможности. Игнорирование объективных законов, нежелание считаться с реальными возможностями, как правило, приводит к субъективистским ошибкам, задерживает поступательное развитие общества. В условиях социализма и строительства коммунизма происходит повышение значения субъективного фактора, которое проявляется в возрастании роли Коммунистической партии, социалистического государства во всех областях жизни общества, в повышении роли общественных организаций. Важнейшим условием усиления роли субъективного фактора в превращении возможности в действительность при социализме является вооружение людей научными знаниями законов общественного развития, сознательное овладение ими марксистской теорией, убежденность в идеях марксизма-ленинизма.

5. СОДЕРЖАНИЕ И ФОРМА

Определение категорий содержания и формы. Любой предмет, явление, процесс действительности представляют собой диалектическое единство содержания и формы. Отражением этих объективных сторон и их соотношений являются соответствующие категории диалектики.

Содержание включает в себя всю совокупность сторон, признаков и процессов определенных предметов и явлений действительности. Мысль о содержании как цельности, совокупности всех моментов данного предмета или явления была подчеркнута В. И. Лениным в его конспекте книги Гегеля «Наука логики» 1. В эту цельность, совокупность не входят лишь те признаки, которые характеризуют форму предмета, явления.

Форма есть способ существования, способ развития, выражения содержания. Она неразрывно связана с содержанием. Содержание имеет определенную конкретную организацию, структуру. Категория формы и есть выражение соответствующей организации, строения, структуры содержания. Например, производительные силы выступают как содержание способа производства, а производственные отношения — как его форма.

В ходе разработки научного определения содержания часто бывает необходимым брать не все содержание, а


1 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 141.

243


только его главную, основную часть, как это было сделано, например, при определении содержания современной эпохи в Декларации Совещания представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран в 1957 г.: «Основным содержанием нашей эпохи является переход от капитализма к социализму, начатый Великой Октябрьской социалистической революцией в России» \ Аналогичным образом нужно подходить и к определению формы, беря ту ее часть, которая имеет особо важное значение для определенного процесса развития на данном этапе.

Диалектика содержания и формы. Говоря о диалектике содержания и формы, следует прежде всего отметить, что они противоположны и одновременно тесно связаны и взаимообусловлены. Содержание определяет форму, а форма всегда является содержательной. Форма выражает определенное содержание, а содержание всегда оформлено. Ф. Энгельс писал о живой природе: «Вся органическая природа является одним сплошным доказательством тождества или неразрывности формы и содержания. Морфологические и физиологические явления, форма и функция обусловливают взаимно друг друга» 2.

Диалектика содержания и формы состоит не только в их взаимной обусловленности, но и в их переходах друг в друга. Что в одних условиях и отношениях является содержанием, то в других условиях может быть формой, и наоборот. Производственные отношения, например, выступают как форма развития производительных сил, но те же производственные отношения представляют собой содержание по отношению к надстройке, которая выступает при этом как форма.

Положение о ведущей, определяющей роли содержания по отношению к форме вовсе не означает, что форма имеет пассивный характер. Форма активно воздействует на содержание, ускоряя или замедляя его развитие. Эту закономерность В. И. Ленин считал одним из элементов диалектики, выразив ее следующим образом: «...борьба содержания с формой и обратно. Сбрасывание формы, переделка содержания» 8.


1 «Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм», стр. 4.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 619—620.

3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 203.

244


Связь содержания и формы бывает различной по своему характеру, вследствие чего и процесс развития протекает по-разному. Новое содержание может быть облечено в новую, соответствующую ему форму, и тогда процесс развития происходит быстро, ускоренно, по восходящей линии, так как форма в этом случае не только дает полный простор развитию содержания, но и активно способствует его развитию. Однако содержание в своем развитии часто опережает форму. В этом случае форма на определенном этапе приходит в конфликт с содержанием и не только не способствует его развитию, но тормозит, сковывает это развитие.

Основоположники марксизма-ленинизма всегда уделяли огромное внимание не только содержанию, но и форме, от которой зависит развитие содержания. Особо большое значение это имеет в общественно-политической деятельности. Например, В. И. Ленин обосновывал необходимость четких и прочных организационных форм рабочего класса в его борьбе с эксплуататорами. Препятствием в этой борьбе пролетариата и его партии, говорил он, являются не только старые, отжившие, но также и неразвитые, непрочные формы: «Неразвитость и непрочность формы не дает возможности сделать дальнейшие серьезные шаги в развитии содержания, вызывает постыдный застой, ведет к расхищению сил...» х

Диалектическая взаимосвязь формы и содержания, смена старых форм, не соответствующих новому содержанию, подтверждается всем ходом общественного развития. В истории общества рано или поздно, но неотвратимо гибнут старые формы, мешающие его прогрессивному движению, и закономерно побеждают новые формы. Как в свое время феодальные производственные отношения были заменены более прогрессивными капиталистическими отношениями производства, так и в современную эпоху в ходе социалистических революций осуществляется смена старых, отживших капиталистических производственных отношений новыми, социалистическими производственными отношениями, которые соответствуют современному уровню развития производительных сил.

Те же диалектические закономерности взаимодействия формы и содержания присущи и социалистическому об-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 8, стр. 378.

245


ществу, но при социализме они действуют по-другому. В социалистическом обществе развитие производительных сил (содержания) также опережает развитие производственных отношений (формы). Вследствие этого и в условиях социализма возникают противоречия между развивающимися производительными силами и отдельными отстающими сторонами производственных отношений. Однако при социализме, где общественному характеру про-изводства соответствует общественная собственность на средства производства, эти противоречия носят принципиально иной, неантагонистический характер.

В условиях общественной собственности на средства производства и планового социалистического хозяйства имеются реальные возможности для своевременного вскрытия и преодоления возникающих противоречий. Большую роль в этом отношении играет при социализме субъективный фактор. Эта роль состоит в умении найти объективный критерий, помогающий раскрыть степень противоречия между содержанием и формой, своевременно и правильно определить момент, когда форма из двигательной силы начинает превращаться в силу тормозящую. Здесь особенно важен научный подход, исключающий субъективизм и игнорирование достижений науки и революционной практики.

Необоснованная, поспешная смена форм в политической и хозяйственной деятельности неминуемо ведет к субъективистским ошибкам. Именно от такой субъективистской деятельности предостерегал В. И. Ленин: «У нас ужасно много охотников перестраивать на всяческий лад, и от этих перестроек получается такое бедствие, что я большего бедствия в своей жизни и не знал» 1.

Использование формы в борьбе между новым и старым содержанием. Одним из важных вопросов диалектики содержания и формы является вопрос об использовании новым содержанием некоторых наиболее отвечающих ему старых форм. В. И. Ленин указывал, что в определенных исторических условиях новое, неодолимо развивающееся содержание не только ломает и отбрасывает старые формы и облекается в новые, но и использует некоторые старые формы и, перерабатывая их, заставляет служить новому содержанию. Анализируя содержание и форму комму-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 320.

246


нистического движения, он писал: «У нас есть теперь, с точки зрения развития международного коммунизма, такое прочное, такое сильное, такое могучее содержание работы (за Советскую власть, за диктатуру пролетариата), что оно может и должно проявить себя в любой форме, и новой и старой, может и должно переродить, победить, подчинить себе все формы, не только новые, но и старые, - не для того, чтобы со старым помириться, а для того, чтобы уметь все и всяческие, новые и старые формы сделать орудием полной и окончательной, решительной и бесповоротной победы коммунизма» К

Как показал опыт социалистического строительства, использование определенных старых форм в качестве орудия развития нового содержания в ряде случаев является целесообразным и необходимым. Примером может служить использование некоторых старых национальных форм культуры народов СССР, являющейся социалистической по своему содержанию.

Марксизм-ленинизм учит гибкому, диалектическому подходу к решению вопроса О выборе формы, требует строжайшего анализа конкретной ситуации, особенно в общественной жизни. В. И. Ленин, предвидя возможность разнообразия политических форм при переходе от капитализма к социализму, писал: «Все нации придут к социализму, это неизбежно, но все придут не совсем одинаково, каждая внесет своеобразие в ту или иную форму демократии, в ту или иную разновидность диктатуры пролетариата...» 2 Вместе с тем он подчеркивал, что при всем разнообразии политических форм перехода от капитализма к социализму классовая сущность власти будет одна — диктатура пролетариата. Исторический опыт полностью подтвердил предвидение Ленина. Вслед за такой политической формой диктатуры пролетариата, как Советская республика, в ряде стран мира утвердилась такая форма диктатуры пролетариата, как народная демократия.

Использование новым содержанием различных, в том числе и некоторых старых, форм осуществляется прогрессивными силами общества в целях поступательного развития. Напротив, реакционные силы, стремясь не допустить победу прогрессивного, пытаются использовать


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 88—89.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 123.

247


некоторые новые, заслужившие доверие народа формы для предотвращения гибели старого содержания. Так, например, из истории известно, что контрреволюционеры, стремясь обмануть народные массы, твердо стоявшие за Советскую власть, выдвигали лозунг: «Советы без коммунистов». Но Советы без коммунистов — это политическая форма, лишенная своего революционного содержания. Осуществление этого лозунга привело бы к ликвидации Советской власти и восстановлению диктатуры буржуазии.

В современных условиях обострения всех противоречий капитализма и роста революционной активности масс идеологи буржуазии пытаются прикрыть старое, реакционное содержание маской новой формы. Придумываются различные теории о «трансформации» капитализма, изыскиваются новые формы и методы для маскировки и сохранения реакционного содержания капиталистического строя. Буржуазная идеология во всех ее формах служит этому старому содержанию. «Виды и формы буржуазной идеологии, методы и средства обмана трудящихся многообразны. Но суть их одна — защита отживающего капиталистического строя» 1.

В борьбе против нового реакционные силы часто используют отрыв формы от содержания. Примером этого может служить формализм в литературе и искусстве. Формализм в искусстве, защищающий все отжившее и реакционное под видом так называемого абстракционизма, принял ныне в капиталистических странах самые крайние формы. Марксизм-ленинизм противопоставляет формализму и его разновидностям метод социалистического реализма, основанный на диалектическом единстве содержания и формы в искусстве и включающий в себя принцип коммунистической партийности и народности, согласно которому литература и искусство должны быть составной частью великого дела строительства коммунизма.

В наших условиях формализм может проявляться в виде бюрократизма, мешающего делу строительства коммунистического общества. Вред бюрократизма состоит прежде всего в том, что он игнорирует главное в работе —


1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза», стр. 53.

248


ее содержание — и все внимание обращает на форму. Бю рократизм неизбежно сковывает творческую активность масс и препятствует развертыванию критики и самокритики — этого важного метода вскрытия и преодоления недостатков. Борьбу против администрирования и канце-лярско-бюрократических методов в работе, за развертывание критики и самокритики, за усиление активности масс во всех областях жизни страны КПСС считает одной из важнейших задач коммунистического строительства.

Коммунистическая партия вскрывает также недостатки, связанные с разрывом формы и содержания в области идеологической работы. Формализм в пропагандистской и агитационно-массовой работе, догматизм, начетничество, отрыв теории от практики ведут к выхолащиванию из марксистско-ленинской теории ее революционного содержания. Применяя на практике и дальше развивая марксистско-ленинскую теорию, партия вырабатывает новые формы и методы руководства народным хозяйством и идеологической жизнью социалистического общества.

6. СУЩНОСТЬ И ЯВЛЕНИЕ

Категории сущности и явления. Общественная практика и история развития наук убедительно показывают, что предметы, явления и процессы объективного мира имеют как внешнюю сторону, доступную нашему непосредственному восприятию, так и сторону внутреннюю, скрытую от непосредственного наблюдения. Эти стороны находятся в неразрывном единстве и не существуют одна без другой. Внутренняя сторона предметов и процессов действительности определяет собой внешнюю, является ее основой, а внешняя так или иначе выражает внутреннюю.

Существование этих различных и вместе с тем взаимосвязанных сторон предмета, вещи, процесса создало необходимость различать в них определяющее, главное — сущность и внешнее, зависимое от нее — явление. Внутренняя сторона всегда так или иначе обнаруживается во внешних свойствах вещей и процессов, или, говоря иначе, внутреннее проявляется во внешнем. Внешняя сторона может быть отражена непосредственно при помощи орга-

249


нов чувств, а к пониманию проявляющейся во внешнем внутренней стороны, внутренней основы предметов и явлений действительности люди приходят в результате переработки материала человеческой практики, при помощи логического мышления. Иллюстрируя различие в познании сущности и явления, В. И. Ленин писал, что при помощи простого представления человек не может схватить движения со скоростью 300 тыс. км в секунду, а мышление его схватывает и должно схватить.

Как явствует из сказанного, сущность есть категория материалистической диалектики для обозначения внутренней, относительно скрытой и устойчивой стороны предметов и процессов, которая определяет их развитие. Явление — это внешняя, менее устойчивая, чем сущность, сторона предметов, процессов действительности. Явление есть обнаружение, проявление сущности. Явления могут быть восприняты непосредственно органами чувств, а также косвенно, с помощью различных приборов — телескопов, микроскопов, сложных физических приборов, дополняющих и усиливающих наши органы чувств.

Категория сущности вскрывает внутреннюю основу не одного отдельного явления природы или общества, но общую основу многих явлений. При этом сущность выражает не всякое общее в явлениях, а только такое общее, которое определяет природу и развитие данных явлений. Например, труд, говорил К. Маркс, излагая мысли представителя английской классической политэкономии Д. Рикардо и соглашаясь с ними, есть то, в чем одинаковы различные товары, единое в них, их субстанция, внутренняя основа их стоимости К Таким образом, Маркс понимал сущность как внутреннюю основу явлений. В данном примере труд как внутренняя основа представляет собой то определяющее общее, что принадлежит каждому товару и характеризует единство всех многообразных, различных товаров. Эта внутренняя основа, или сущность (труд), неразрывно связана с явлениями (товарами и их обменом), обнаруживается только в явлениях, но тем не менее отлична от них.

Категория сущности очень близка к категории содержания, но в отличие от нее, как это видно из приведенного примера относительно сущности товара, выделяет главное,


1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, я. III, стр. 140.

250


определяющее внутреннюю основу явлений. Сущность — это главное содержание. Так, характеризуя закон единства и борьбы противоположностей как главное содержание процесса развития, классики марксизма-ленинизма подчеркивали именно сущность процесса развития, ибо этот процесс в целом определяется не одним, а всеми законами диалектики и поэтому не может быть целиком сведен только к одному закону единства и борьбы противоположностей.

Категория сущности близка не только к категории содержания, но и к категории закона. В определенных границах сущность и закон непосредственно совпадают. «... Закон и сущность, - писал В. И. Ленин, - понятия однородные (однопорядковые) или вернее, одностепенные, выражающие углубление познания человеком явлений, мира...» х Поскольку закон отражает внутренние, существенные связи, постольку он совпадает с сущностью. В. И. Ленин отмечал, что «закон есть существенное явление... Закон есть отражение существенного в движении универсума...» 2. В этом смысле закон того или иного процесса развития можно назвать его сущностью. Но закон не сводится только к отражению существенных связей. Он отражает и другие связи, имеет другие стороны, раскрываемые такими соотносительными категориями, как общее и отдельное, необходимое и случайное и др. Этим закон отличается от сущности.

Категории сущности и явления отражают одну и ту же реальность, но отражают ее с различной глубиной и полнотой, а поэтому сущность и явление непосредственно не совпадают друг с другом. К. Маркс, специально подчеркивая особую связь внутреннего и внешнего, сущности и формы ее проявления и вытекающие отсюда задачи для научного исследования, писал, что «если бы форма проявления и сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была бы излишня...» 3.

Кажимость, видимость. Особой формой выражения сущности предметов и процессов материального мира является кажимость, видимость. «Кажущееся, - писал В. И. Ленин в «Философских тетрадях», - есть сущность


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 136.

2 Там же, стр. 136, 137.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, я. II, стр. 384.

251


в одном ее определении, в одной из ее сторон, в одном из ее моментов» 1.

Категория кажимости, видимости выражает преимущественно те случаи, когда резко обнаруживается несовпадение сущности с формой ее проявления. Маркс неоднократно отмечал, что такое несовпадение нередко принимает характер резкой противоположности. В этих случаях возникают большие трудности в нахождении за кажущимся действительной сущности. Например, известно, что в течение многих веков люди, ограничиваясь непосредственно воспринимаемыми явлениями, были уверены, что Солнце движется по отношению к неподвижной Земле. В астрономии на этом была основана птоломеевская геоцентрическая система. Однако в дальнейшем осмысливание накопленных астрономической наукой наблюдений привело к выводу, что движение Солнца вокруг Земли является лишь кажущимся, что действительное, скрытое от непосредственного наблюдения движение состоит во вращении Земли вокруг своей оси. Но этого действительного движения нельзя было бы раскрыть, если бы перед человеком не было движения кажущегося как момента проявления сущности.

Кажущееся, видимое становится понятным при более глубоком раскрытии сущности. Так, непосредственно наблюдая отношения между капиталистами и рабочими, можно прийти к ошибочному выводу, будто капиталисты покупают у рабочих их труд и полностью его оплачивают. Но в подобном выводе не дана, а скрыта, извращена действительная сущность отношений между капиталистами и рабочими, состоящая в присвоении капиталистами прибавочной стоимости, в эксплуатации рабочих. Эта сущность была раскрыта Марксом при помощи глубокого теоретического анализа. Такой анализ возможен, в частности, потому, что и в кажущихся внешних отношениях между капиталистами и рабочими обнаруживается часть истины. Мы правильно воспринимаем, например, что работает пролетарий, а не капиталист, что фабрики и заводы принадлежат капиталистам, а не рабочим, что нанимает и увольняет, наказывает штрафами, в общем хозяйничает капиталист, а не рабочий. За всеми этими фактами и лежит раскрытая Марксом сущность — наемное рабство.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 119.

252


Восприятие кажущегося, внешнего, поверхности явлений и раскрытие их сущности неразрывно связаны между собой. Например, конкуренция в капиталистическом мире представляет собой внешнее, непосредственно воспринимаемое отношение между капиталистами. Но для правильного уяснения этого отношения необходимо познание его сущности. «Во всяком случае, - писал Маркс, - ясно одно: научный анализ конкуренции становится возможным лишь после того, как познана внутренняя природа капитала, - совершенно так же, как видимое движение небесных тел делается понятным лишь для того, кто знает их действительное, но чувственно не воспринимаемое движение» 1.

Итак, сущность выражается не только в тех случаях, когда она более или менее совпадает с явлениями, но и тогда, когда имеет место противоречие между сущностью и формой ее проявления, выступающей как кажимость, видимость. Оба случая представляют собой разные стороны внешнего, поверхностного, без которого нельзя раскрыть внутреннее, сущность.

Диалектическое взаимоотношение сущности и явления. Рассматривая диалектику сущности и явления, необходимо прежде всего отметить, что эти категории неотделимы друг от друга и вместе с тем могут переходить друг в друга. В. И. Ленин по этому поводу в «Философских тетрадях» писал: «... Тут тоже мы видим переход, перелив одного в другого: сущность является. Явление существенно...» 2 Явление существенно в том смысле, что оно не бывает без сущности и всегда так или иначе обнаруживает, выражает ее.

Взаимопроникновение, взаимопереходы сущности и явления свидетельствуют о подвижности, изменяемости этих категорий, отражающих изменяемость, подвижность определенных сторон объективной действительности. Хотя явления более подвижны, чем сущности, но и последние не остаются неизменными. В И. Ленин писал, что «не только явления преходящи, подвижны, текучи, отделены лишь условными гранями, но и сущности вещей также» 3. Следовательно, сущность вещей и процессов нельзя пред-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 326—327.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 227.

3 Там же.

253


ставлять застывшей, неизменной. Это был бы метафизический взгляд на сущность.

Диалектика сущности и явления такова, что изменение или исчезновение сущности вызывает изменение или исчезновение явлений. Так, например, капиталистический способ производства, составляя внутреннюю основу, сущность всех явлений буржуазного общества, обусловливает экономические кризисы, безработицу, войны и т. д. При переходе капитализма в монополистическую стадию производственные отношения пришли в конфликт с производительными силами, окончательно превратились в их оковы, что является экономической основой революционной замены капитализма социализмом.

Переход капитализма в его высшую стадию — империализм обусловил и изменения ряда его явлений. Экономические кризисы стали всеобщими, затяжными и чрезвычайно разрушительными; безработица приняла особо острый характер с постоянной многомиллионной резервной армией труда; войны превратились во всеобщие, мировые, истребительные. Но подобные изменения явлений капитализма произошли в пределах одной и той же, капиталистической формации. Поэтому совершенно ясно, что исчезновение названных явлений, приносящих неисчислимые бедствия трудящимся, может быть только следствием ликвидации капиталистического способа производства, т. е. сущности капитализма.

Диалектика явления и сущности состоит также в том, что сущность лишь приблизительно охватывает отдельные многообразные явления, а последние, следовательно, неполно входят в сущность. Все это позволяет сказать, что сущность беднее явлений, ибо она не включает в себя всего бесконечного многообразия их сторон и оттенков. Вместе с тем при всем богатстве этих сторон и оттенков, многогранности и разнообразии явлений действительности сущность выступает как их общая основа. Отдельные товары, например, представляют собой явления с самыми разнообразными индивидуальными особенностями. Но при этом они содержат в себе стоимость как свою сущность.

Различные соотношения сущности и явления, характер их диалектического взаимодействия зависят от конкретных условий. При капитализме, например, большинство общественных явлений выступает как видимость, кажи-

254


мость, причем господствующие классы стремятся скрыть от трудящихся масс подлинную сущность явлений общественной жизни. В условиях социализма нет классов или каких-либо групп, заинтересованных в затушевывании сущности общественных явлений под маской видимости, кажимости. Социалистические общественные отношения открывают простор для познания сущности социальных явлений и для использования результатов этого познания в интересах прогрессивного развития общества.

Критика идеалистического понимания сущности и явления. Идеализм выводит категории сущности и явления из сознания и тем самым отрицает их объективное содержание. В резко выраженной форме отрицание объективного характера сущности, а также возможностей ее познания содержится в субъективно-идеалистических философских учениях Беркли и Юма.

Своеобразную субъективно-идеалистическую трактовку явлений дал немецкий философ И. Кант. Для Канта они представляют собой явления сознания, совершенно не выражающие сущность реальных вещей внешнего мира. Согласно взглядам Канта, явления есть результат субъективной человеческой деятельности, результат применения человеком априорных форм к «материалу» чувственного познания. Человеческий рассудок, по Канту, является законодателем по отношению к природе, он диктует ей свои законы. Критикуя Канта, В. И. Ленин говорил, что у него ощущения не связывают человека с внешним миром, а отгораживают от него.

Субъективно-идеалистическая трактовка сущности и явления свойственна также и различным школам неопозитивизма, экзистенциализма, прагматизма. В частности, экзистенциализм противопоставляет сущность существованию, объявляя первичным существование творческого Я как потока различных переживаний индивида.

Объективный идеализм, виднейшим представителем которого был Гегель, формально признавая существование явления и сущности вне человека, считает их, как и мцр в целом, воплощением мирового разума. Такое понимание мира полностью совпадает с главной догмой религии, объявляющей бога творцом действительности. Близость объективного идеализма к религии в понимании сущности и явления особенно ясно проявляется в философии неотомизма — современной идеалистической философии като-

255


лицизма. Категории сущности и явления неотомисты трактуют в соответствии с религиозными догмами. В основе всего существующего, утверждают они, лежит вечная, неизменная божественная сущность.

Только диалектико-материалистическое понимание категорий, в том числе и категорий сущности и явления, дает людям теоретическое оружие для правильного и глубокого познания объективной действительности и ее революционного преобразования. Каждый новый шаг в строительстве коммунизма, каждая новая победа в экономическом соревновании с капитализмом неразрывно связаны с более глубоким раскрытием сущности общественных процессов на основе творческого овладения всепобеждающим учением марксизма-ленинизма.

256


ГЛАВА IX

ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ

Теория познания (гносеология) является неотъемлемой частью любой философии, в том числе и марксистско-ленинской.

Познание действительности имеет не только теоретическое, но и огромное практическое значение. Оно вооружает людей могучим средством сознательного воздействия на мир, на события общественной жизни, помогает подчинять силы природы интересам человечества.

Для эффективного познания действительности важно понимание самого существа процесса познания, его форм и методов.

Теория познания диалектического материализма исходит из материалистического решения основного вопроса философии, из принципа познаваемости мира и признания диалектичности процесса познания и, наконец, из того, что основой познания и критерием его истинности является общественная практика.

Теория познания диалектического материализма — это учение об отражении, о познании человеком объективного мира, о происхождении и развитии познания, о его основе, об истине и критериях ее достоверности, о методах я формах, в которых осуществляется познавательная деятельность человека, общества.

1. ПОЗНАНИЕ — АКТИВНОЕ ОТРАЖЕНИЕ ОБЪЕКТИВНОГО МИРА

Исходным принципом теории познания диалектического материализма является принцип активного отражения.

Отражение — это деятельность мозга человека, взаимодействующего с внешним миром, отвечающего на его воздействия. Источником отражения является объективно

9 № 233

257


существующий материальный мир. Характеризуя сущность процесса познания, Ленин писал: «Жизнь рождает мозг. В"мозгу человека отражается природа. Проверяя и применяя в практике своей и в технике правильность этих отражений, человек приходит к объективной истине» 1. Отражение возникает тогда, когда в мозгу возникают ощущения, восприятия, представления, понятия, а отраженный в них раздражитель выступает в качестве объекта. Именно с этим связан переход от материального к идеальному, от предмета к мысли о нем.

Суть теории отражения можно кратко выразить таш ощущаются, воспринимаются, мыслятся не сами по себе ощущения, восприятия и мысли, а. предметы, их свойства и отношения, существующие независимо от познающего субъекта. С помощью ощущений, восприятий и мыслей мы познаем сами предметы, их свойства и отиошения. Ощущения, восприятия и мысли — это не сами предметы, а лишь их субъективные образы. Они не могут ни возникать, ни существовать безотносительно к предмету. Наши ощущения, восприятия и мысли носят предметно отнесенный характер.

В настоящее время широкое распространение получило понятие информации. Это понятие тесно связано с понятием отражения. Любое отражение есть информация. Но информация не обязательно связана с ее осмысленностью, хотя она может быть и осмысленной, как это имеет место в большинстве случаев у человека. Информация — это сведение о чем-либо, отображение одного предмета или процесса в другом. Так, например, информацию несут речь, письмена, солнечный свет, складки горного хребта, шум водопада, шелест листвы, вид хищника для маленького животного, а также афиша, вспышка лампочки в фотоэлементном устройстве и т. п.

О познаваемости мира. Несостоятельность агностицизма. Долгий и тернистый путь прошло человечество в познании окружающего мира. Это постепенное, но неуклонное движение мысли от примитивного, поверхностного, элементарного ко все более Широкому, глубокому и полному постижению мира.

Над тайной познания мира люди начали задумываться еще в глубокой древности. И с тех пор вокруг вопроса о


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 183.

258


сущности и возможностях познания никогда не смолкали горячие споры.

Некоторые философы отрицают принципиальную возможность познания объективного мира, отрицают абсолютную истину, ограничивают роль науки фиксацией и систематизацией явлений, считая невозможным объективное постижение сущности вещей, их закономерных отношений, тенденций развития. Такая позиция в философии называется агностицизмом. С точки зрения агностицизма вопрос о том, как вещь является нам, т. е. отражается нами, принципиально отличается от того, как она существует сама по себе. Наиболее известными сторонниками агностицизма в домарксистской философии были Д. Юм и И. Кант. Юм исходил из того, что нам доступны лишь наши ощущения, упорядочивать и систематизировать которые и призвана наука. Человек будто бы не в силах выйти за пределы своих ощущений и понять что-либо вне себя. А на вопрос о том, что стоит за нашими ощущениями, что их вызывает, Юм отвечал уклончиво: «Не знаю». Систематическое обоснование агностицизма дано Кантом. Он различал явления вещей и самые вещи в себе. Мы познаем мир не таким, каков он есть на самом деле, а только таким, каким он нам кажется. Нашему знанию доступны только явления вещей, феномены, составляющие содержание нашего опыта. В результате воздействия объективно существующих «вещей в себе» на органы чувств возникает хаос ощущений. Приводим мы этот хаос в единство и порядок силами нашего разума. То, что мы считаем законами природы, на самом деле есть связь, вносимая разумом в мир явлений, т. е. наш разум предписывает законы природе. Но миру явлений соответствует независимая от человеческого сознания сущность вещей — «вещи в себе». Познание их для нас недоступно. Они для нас только ноумены, т. е. умопостигаемая, но не данная в опыте сущность мира. Кант боролся против тех, кто исходил из безграничной веры в силы человеческого разума; он называл эту веру догматизмом. В этом суть агностицизма Канта.

Агностицизм находится в тесной связи с религиозным мировоззрением, утверждающим, что «пути господни неисповедимы» и что человек не способен постичь тайны мироздания. Не случайно Кант признавался в том, что он стремился ограничить знание, чтобы освободить место воре.

9*

259


В эпоху империализма агностицизм получил особенно широкое распространение. Это и понятно. Идеологи класса, обреченного историей, страшатся будущего. Они объявляют историю непознаваемым царством хаоса и случайностей. Попытки доказательства бессилия разума и установления границ познания — характерная черта современной буржуазной идеологии. Жизнь, история науки и практики опровергают агностицизм, доказывая, что человечество неуклонно поднимается от одного уровня поз-вания к другому, все более высокому и совершенному.

История науки показывает, как природа постепенно раскрывает одну за другой свои тайны. Астрономия проникла в головокружительные дали космоса и вскрыла закономерности возникновения, развития, строения многих звездных образований. Физика вскрыла строение атома, макротел. Кибернетика позволила обнаружить закономерности сложных информационных процессов. Биология анализирует глубинные механизмы наследственности. А общественные науки раскрыли пути движения человечества к коммунизму.

Вся современная наука, весь практический опыт человечества дают неопровержимые доказательства того, что в мире много еще непознанного, но принципиально непостижимого нет ничего.

Исследуя вопросы познания и подытоживая их, Ленин сделал три важных гносеологических вывода:

«1) Существуют вещи независимо от нашего сознания, независимо от нашего ощущения, вне нас...

2) Решительно никакой принципиальной разницы между явлением и вещью в себе нет и быть не может. Различие есть просто между тем, что познано, и тем, что еще не познано, а философские измышления насчет особых граней между тем и другим, насчет того, что вещь в себе находится «по ту сторону» явлений (Кант) ... все это пустой вздор... выверт, выдумка.

3) В теории познания, как и во всех других областях науки, следует рассуждать диалектически, т. е. не предполагать готовым и неизменным наше познание, а разбирать, каким образом из незнания является знание, каким образом неполное, неточное знание становится более полным и более точным» 1.


1 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 18, стр. 102.

260


2. ОБЩЕСТВЕННАЯ ПРАКТИКА — ОСНОВА И ИСТОЧНИК ПОЗНАНИЯ

Понятие практики. Человек активно воздействует на окружающий мир с целью его преобразования. Люди покоряют силы природы, создают материальные и духовные ценности, изменяют общественные отношения. Все это составляет деятельность людей. Она носит осознанный, целенаправленный характер. В сознательных действиях человека отчетливо выражена их устремленность к достижению конечного результата. Способность ставить цели и намечать определенные планы отличает деятельность человека от поведения животного. В связи с этим Маркс отмечал, что человек «не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен подчинять свою волю» 1.

Деятельность человека, на какие бы виды она ни подразделялась, в конечном счете сводится к производству либо материальных, либо духовных ценностей. Эти сферы деятельности отличны друг от друга и по способу их осуществления, и но результатам, и по общественному назначению. Материальная деятельность людей составляет практику. Практика — это прежде всего чувственно-предметная деятельность, направленная на преобразование вещей с целью придания им формы и содержания, призванных удовлетворять человеческие потребности.

Правильное понимание взаимоотношения теории и практики, места и значения практики для познания — кардинальная проблема теории познания, которая так или иначе решалась на протяжении всей истории философии. Однако в ее домарксистский период она не получила последовательно научного решения. Идеалисты трактовали практику как преимущественно духовную деятельность. А метафизические материалисты рассматривали практику крайне ограниченно, главным образом как опыты ученого в лаборатории, -как научное наблюдение и эксперимент.

Роль общественной практики в познании оказалось возможным понять научно лишь в связи с разработкой материалистического понимания истории, что составляет великую заслугу основоположников марксизма. Маркс и


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 189.

261


Энгельс показали, что люди начинают свою историю не с теоретического отношения к действительности, а с практического воздействия на нее и что, стало быть, теоретическая деятельность производна от практической. Став отправным пунктом материалистического понимания истории, общественная практика превратилась в исходный пункт теории познания марксизма. Марксизм истолковал общественную практику как отправной пункт не.только теории, но и истории познания и показал, что в ходе изменения предметов в процессе общественного труда формировался сам субъект познания — человек. Марксизм тем самым истолковывает процесс познания как изначально общественный и исторически развивающийся. Он впервые обосновал и осуществил сознательное соединение теории и практики. Выводя теорию из практики, он подчинил ее интересам революционного преобразования мира. Таков смысл знаменитого одиннадцатого тезиса Маркса о Фейербахе: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» 1. Изменение мира предполагает предвидение объективных тенденций его развития, познание его закономерностей.

Таким образом, в отличие от прежнего материализма марксизм включает общественную практику в теорию познания.

Основным, исходным видом общественной практики является материальная, производственная деятельность людей. Из всего того, чем когда-либо занимались и занимаются люди, материальное производство — первейшее и самое необходимое. Оно поглощает основную долю активного времени общества. Оно привлекает к себе подавляющее большинство людей. Это и понятно. Чтобы жить, люди должны иметь средства к существованию, а чтобы иметь их, они должны трудиться. Жизнь общества невозможна без труда. Человек не может довольствоваться тем, что природа дает ему в готовом виде. Соединяя свой труд с веществом природы, используя ее законы, люди изготовляют такие вещи, которых нет в природе.

Весьма важным видом практики является революционная деятельность народных масс, направленная к изменению общественных отношений. Наконец, к практике относится научный эксперимент.


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т, 3, стр. 4.

262


Единство теории и практики. Общественная практика является не только источником и основой процесса познания, но и его движущей силой. Она ставит перед познанием определенные проблемы и требует их решения.

Из настоятельных нужд общественной практики выросли все науки. Например, астрономия зародилась как ответ на потребности земледелия и мореплавания. «Необходимость вычислять периоды подъема и спада воды в Ниле, - писал Маркс, - создала египетскую астрономию, а вместе с тем господство касты жрецов как руководителей земледелия» г. Однако астрономия могла развиваться лишь с помощью математики, которая также складывалась под мощным воздействием хозяйственных и военных нужд. Из потребностей строительства различных, сооружений, развивающихся ремесел и земледелия родилась механика. Потребности в лечении болезней человека вызвали к жизни медицину, анатомию, физиологию.

Великое учение марксизма возникло в связи с неодолимой потребностью пролетариата осмыслить объективные закономерности общественного развития, осознать свою историческую роль и научно обосновать пути революционного преобразования общества.

Таким образом, история убедительно доказывает, что нужды общественной практики играют решающую роль в развитии познания. Отрицать решающее воздействие практики на развитие научного познания — значит не понимать пути и перспективы познавательной деятельности людей, что может нанести серьезный ущерб развитию теории и практики, а следовательно, и интересам общества.

Общественная практика играет роль основы и движущей силы познания и в том смысле, что она указывает на явления, изучение которых имеет особенно важное значение для общества: изменяя в процессе труда предметы действительности, человек тем самым выявляет в них их новые, ранее неизвестные «ему свойства и делает их предметом изучения.

Общественная практика, и прежде всего производственная деятельность людей, предоставляет в распоряжение людей необходимые средства исследования, техническую аппаратуру, во много раз умножающую силу наших


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 522.

263


органов чувств. Современное научное познание немыслима без электронного микроскопа, радиотелескопа, вычислительных машин и т. д.

3. УЧЕНИЕ ОБ ИСТИНЕ

Понятие истины. Познание есть процесс проникновения мысли в объект, а познавательной целью этого процесса является постижение истины. *

Что такое истина? Это правильное, выверенное практикой отражение действительности в сознании человека, воспроизведение познаваемого предмета таким, как он существует вне и независимо от нашего сознания.

Проблема истины — одна из центральных проблем теории познания диалектического материализма. Это и -понятно. Научная теория не имела бы никакой практической ценности, если бы она не давала истинного знания о действительности.

В идеалистической философии истина трактуется или как согласие мысли с самой собой, или как некая вечная идея, существующая помимо сознания человека в «царстве чистой мысли», или как форма психического состояния человека, например как соответствие мышления ощущениям. Иногда под истиной понимается результат произвольного соглашения (конвенции) — истинно то, что признается таковым определенной группой людей.

Марксистско-ленинская теория познания отвергает все эти воззрения как научно несостоятельные.

Познание есть отражение действительности в сознании человека. Это отражение может быть объективно верным, а также извращенным," фантастическим. Неверное отражение действительности в сознании человека образует различные формы лжи, заблуждения, галлюцинации, иллюзии, бред больной фантазии и т. д.

Прогресс общества, разумная ориентировка человека в окружающем мире и особенно эффективное преобразование действительности осуществляются не благодаря, а вопреки заблуждению, в силу верного, истинного отражения вещей, их свойств и отношений.

Объективность истины. Понятие истины характеризует содержание человеческого знания, его соответствие ила несоответствие предмету познания.

264


Последовательное проведение материализма в теории познания предполагает признание объективного смысла всех умственных построений, всех результатов познания, умение в любом исследовании четко отделять объективное от субъективного, правду от вымысла.

В. И. Ленин характеризует объективную истину как такое содержание человеческих представлений, которое «не зависит от субъекта, не зависит ни от человека, ни от человечества...» 1. Это ленинское положение следует понимать не в том смысле, будто бы истины, как таковые, ведут какое-то самостоятельное, независимое от сознания человека существование. В объективном мире существуют не истины, а предметы, их свойства и отношения, которые отражаются нами в истинных, верных ощущениях, восприятиях, представлениях и понятиях.

Независимость содержания наших знаний от человека и человечества означает объективность этого содержания, его независимость от произвола людей, их пристрастий и интересов. Разве, например, зависит от человека, если он, обладая нормальным строением органов чувств и мозга, воспринимает чистый снег как нечто белое? Конечно, не зависит.

Всякое знание, если оно верно отражает действительность, есть объективно истинное. Объективность — это неотъемлемое свойство любой истины. Необъективных истин не бывает. Если знание необъективно, то это уже не истина, а ложь, вымысел, иллюзия, обман или заблуждение, ошибка.

В истории науки нередко бывало так, что люди принимали за истину такое знание, которое не соответствовало действительности. Например, долгое время утверждали, что движущей силой развития человеческого общества являются идеи, воля, эмоции великих исторических личностей. Но этот взгляд был ошибочным. Учение марксизма-ленинизма о том, что общество развивается под решающим влиянием процесса производства материальных благ, что народ есть творец истории, представляет собой объективную истину, которая верно отражает действительные закономерности общественного развития.

Истина как процесс. Диалектика абсолютной и относительной истины. В своей познавательной деятельности


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 123.

265


человек не может сразу целиком и полностью воспроизвести и исчерпать содержание объекта.

Ленин считал важным для теории познания выяснить, «могут ли человеческие представления, выражающие объективную истину, выражать ее сразу, целиком, безусловно, абсолютно или же только приблизительно, относительно?» 1. Это вопрос о соотношении абсолютной и относительной истины. «Человек не может охватить = отразить = отобразить природы всей, полностью, ее «непосредственной цельности», он может лишь вечно приближаться к этому, создавая абстракции, понятия, законы, научную картину мира...» 2. В отличие от метафизического материализма диалектический материализм рассматривает истину как исторически обусловленный процесс. Всякая теория обусловлена исторически и потому заключает в себе не полную, а относительную истину. Знания людей не есть нечто окостеневшее, застывшее. Они отличаются известной неполнотой, незавершенностью. В науке никому не дано права на последнее и окончательное слово. Такие претензии имели место в истории науки. Но жизнь всегда разрушала эти претензии.

Изменяющаяся действительность может быть верно познана лишь с помощью изменяющихся представлений и понятий.

Движение действительности отражается в движущихся, развивающихся понятиях. «...Человеческие понятия, - указывает В. И. Ленин, - не неподвижны, а вечно движутся, переходят друг в друга, переливают одно в другое, без этого они не отражают живой жизни» 3.

Относительная истина — это неполная, незавершенная, неокончательная истина. Исторический прогресс в познании истины заключается в том, что неполные, односторонние знания заменяются более полными, многосторонними, глубокими и точными.

«Мысль человека, - отмечал Ленин, - бесконечно углубляется от явления к сущности, от сущности первого, так сказать, порядка, к сущности второго порядка и т. д. без конца» 4.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 123.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 164.

3 Там же, стр. 226—227.

4 Там же, стр. 227.

266


Познание есть развитие истины, а последняя выступает как результативное выражение исторически определенной ступени нескончаемого процесса познания, состоящей из отдельных звеньев. Истина есть процесс бесконечного накопления знаний, который последовательно проходит в своем развитии определенные ступени.

Противоречивость исторического процесса познания действительности выражается в том, что истинное знание нередко переплетается с заблуждением, одностороннее знание объекта выдается за его полное знание. Примеров подобного рода немало в истории науки.

Материалистическая диалектика, по словам Ленина, «признает относительность всех наших знаний не в смысле отрицания объективной истины, а в смысле исторической условности пределов приближения наших знаний к этой истине» 1.

По мере развития познания люди все больше и больше преодолевают относительность истины, прибавляя к познанию моменты абсолютного знания.

Абсолютная истина представляет собой исчерпывающее знание о предмете, о тех или иных его свойствах и отношениях. Если знание не может быть опровергнуто при дальнейшем прогрессе научного исследования, то мы имеем дело с абсолютной истиной.

Абсолютная истина представляет собой либо результат познания отдельных сторон изучаемых предметов и явлений (например, констатацию существования фактов), либо окончательное постижение каких-либо общих свойств материи (например, того, что материя есть объективная реальность, данная нам в ощущениях). К абсолютному относится то содержание относительной истины, которое сохраняется как нечто исчерпывающее, устойчивое в процессе изменяющегося, прогрессирующего человеческого знания.

Понятие абсолютной истины употребляется и в смысле исчерпывающего «всеведения», к которому человечество стремится, полностью никогда не достигая его. Восхождение к абсолютному познанию мира идет через ступеньки относительных истин. Абсолютная истина, писал Ленин, «складывается из суммы относительных истин. Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 18, стр. 139.

267


сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного положения относительны, будучи то раздвигаемы, то суживаемы дальнейшим ростом знания» 1.

Конкретность истины. Диалектический материализм исходит из того, что абстрактной истины нет, истина всегда конкретна.

Что это значит? Любая истина связана с теми условиями, в которых находится предмет познания. Объективно истинное отражение предполагает учет всех существенных свойств и отношений предмета исследования.

Признать этот научный принцип — значит подходить к истине не отвлеченно, не в отрыве от жизни, но в связи с конкретными условиями, исторически. Принцип конкретности истины требует подходить к фактам не с общими формулами и схемами, а с учетом реальных условий взаимосвязи явлений. Ленин постоянно критиковал догматический подход к истине. «...Всякая абстрактная истина становится фразой, если применять ее к любому конкретному положению» 2. В догматизме слепая верность какой-либо идее, уже переставшей соответствовать жизни, превращается в ревизию, измену самому духу теории. Живая душа марксизма — в конкретном анализе конкретной ситуации.

Замечательным образцом конкретной истины в социальном познании являются следующие ленинские положения. В предисловии ко 2-му изданию работы «Развитие капитализма в России» В. И. Ленин писал, что положение о буржуазном характере предстоявшей тогда в России революции было истиной. «Это положение марксизма совершенно непреоборимо. Его никогда нельзя забывать... Но его надо уметь применять. Конкретный анализ положения и интересов различных классов должен служить для определения точного значения этой истины в ее применении к тому или иному вопросу. Обратный же способ рассуждения, нередко встречающийся у социал-демократов правого крыла... т. е. стремление искать ответов на конкретные вопросы в простом логическом развитии общей истины об основном характере нашей революции, есть опошление марксизма и сплошная насмешка над диалектическим материализмом. Про таких людей, которые вы-


1 В. И. Ленин. Полн собр. соч., т. 18, стр. 137.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 396.

268


водят, напр., руководящую роль «буржуазии» в ревояю* ции или необходимость поддержки либералов социалистами из общей истины о характере этой революции, Маркс повторил бы, вероятно, приведенную им однажды цитату из Гейне: «Я сеял драконов, а сбор жатвы дал мне блох»» г.

Мастерски применяя общие истины марксизма к изменившимся историческим условиям, Ленин сделал замечательный вывод о том, что гегемоном в предстоящей революции будет не буржуазия, как утверждали меньшевики, а пролетариат.

Всякую истину, говорил Ленин, можно превратить в абсурд, если ее распространить за пределы ее действительной применимости. Ставить, например, вопрос о формах борьбы ттролетариата вне исторически конкретной обстановки — значит не понимать азбуку диалектического материализма, нарушать принцип конкретности истины.

Критика релятивизма и догматизма. Марксистско-ленинское понимание истины несовместимо как с абсолютизацией достигнутых научных истин, т. е. с догматизмом, так и с субъективистским, скептическим их умалением. Догматизм и релятивизм представляют собой разновидности метафизического способа мышления. Догматики возводят в абсолют момент устойчивости в содержании знания, а релятивисты — момент изменчивости, текучести. Догматики рассматривают вещи и их отражения в нашем сознании в статическом состоянии, в отрыве от вечно изменяющейся действительности. Они склонны оперировать раз установленными положениями в любом конкретном случае без учета того, что обстановка изменилась и требует иного подхода, корректировки теоретических положений, приближения их к новым условиям. Нарушая принцип конкретности истины, догматики превращают знания, истинные в одних условиях, в универсальную схему, которая будто бы подходит к любым условиям, а на деле искажает действительность.

Диалектический материализм несовместим с догматизмом, это вечно живое, творческое учение. Коммунисты стоят всецело на почве Маркса, однако они не смотрят на эту теорию как на нечто законченное и неприкосновенное. Марксисты должны развивать ее дальше во всех направлениях, если они не хотят отстать от жизни.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 3, стр. 14.

269


Блестящие образцы творческого подхода к марксизму дал в своих трудах Ленин. К. Маркс и Ф. Энгельс считали, что социалистическая революция произойдет одновременно во всех или большинстве цивилизованных стран. Они исходили из того, что в эпоху домонополистического капитализма последний не успел еще полностью освоить внутренние рынки, тогда еще не было острых и длительных конфликтов на почве передела и раздела мира. В силу этого капиталистические страны могли бы легко объединиться и задушить даясе в зародыше социалистическую революцию в какой-либо стране. В этих условиях лишь объединенные усилия пролетариев многих развитых капиталистических стран могли бы привести к победе над капиталом. Этим и руководствовались марксисты всех стран. В конце XIX и начале XX в. капитализм превратился в империализм..

Исследование изменений в характере проявления закона неравномерности развития капитализма на его империалистической стадии дало В. И. Ленину основание прийти к выводу о невозможности одновременной победы революции во всех странах и о возможности победы социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране.

Догматизм представляет собой опасную форму отрыва теории от практики. Некоторые догматики под личиной своей верности принципам марксизма-ленинизма извращают эти принципы, наносят серьезный ущерб международному коммунистическому движению.

Диалектический подход к истине несовместим и с релятивизмом. Релятивисты исходят из принципа: раз все в мире преходяще, то научная истина отражает лишь данный момент; поэтому то, что вчера было истиной, сегодня оказывается заблуждением.

Если в жизни нет ничего устойчивого и мысли не на чем остановиться, то признание объективной истины есть химера, а познание вообще невозможно. Релятивизм, следовательно, подрывает веру в силу научного познания. Критикуя релятивизм, В. И. Ленин подчеркивал: «Диалектика, - как разъяснял еще Гегель, - включает в себя момент релятивизма, отрицания, скептицизма, но не сводится к релятивизму» 1.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 139.

270


Исходя из принципа относительности знаний в смысле исторической условности пределов приближения к полному знанию диалектический материализм отвергает крайние выводы релятивизма, согласно которому характер человеческого знания исключает признание объективной истины.

Практика как критерий истины. Диалектический материализм исходит из того, что единственно научным критерием истинности наших знаний о действительности является общественная практика — материальное производство, революционная деятельность масс, научный эксперимент. «Вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, - писал Маркс, - вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т. е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос» 1.

Критерий истины не может быть обнаружен ни в самом объекте познания, ни в сознании субъекта. Истина как верное отражение действительности в сознании человека предполагает определенное взаимоотношение субъекта и объекта. А основой этого познавательного взаимоотношения является практическая, предметно-чувственная деятельность людей, направленная на преобразование мира природного и социального.

Говоря о практике как «верховном судье» достоверности человеческих знаний, диалектический материализм имеет в виду предметно-чувственную деятельность не отдельного человека, не единичные случаи воздействия людей на окружающий мир, а опыт всего человечества в его историческом развитии.

Марксистско-ленинская теория познания диалектически подходит к самой практике, вскрывая ее исторический характер и тем самым различную возможность в удостоверении истинности человеческих знаний. Одно дело опыт первобытного человеческого стада, вооруженного дубиной и каменным рубилом, и совсем другое — современная физическая или химическая лаборатория или такие социальные события, как социалистическая револю-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 1—2.

271


ция, национально-освободительное движение колониальных народов.

Диалектический характер практики состоит и в том, что она выступает как единство абсолютного и относительного. Практика абсолютна как процесс, но она относительна как отдельный акт. Абсолютность практики как критерия истины состоит в том, что все доказанное практикой является объективной истиной. Но практика не может полностью подтвердить или опровергнуть все теоретические положения, и в этом смысле она относительна.

Непрерывное развитие практики не позволяет нашим знаниям превратиться в абсолют. В то же самое время абсолютность практики как критерия истины дает возможность отличать объективно истинные знания от вымысла, заблуждений. «Этот критерий, - писал В. И. Ленин о практике, - тоже настолько «неопределенен», чтобы не позволять знаниям человека превратиться в «абсолют», и в то же время настолько определенен, чтобы вести беспощадную борьбу со всеми разновидностями идеализма и агностицизма» 1.

В ходе развития науки постоянно нарастает сила абстрагирующей мысли. Знания приобретают все более отвлеченный характер. Особенно это характерно для таких наук, как математика, теоретическая физика, кибернетика и т. п. Поэтому результаты познания получают все более опосредствованную форму, что осложняет их проверку практикой. Вместе с тем в связи с бурным техническим прогрессом все больше сокращаются сроки внедрения научных достижений в производство, а стало быть, и проверка истинности результатов научных исследований.

Формы практической проверки истинности знаний многочисленны. Это и лабораторный эксперимент, подтверждающий или отвергающий ту или иную гипотезу ученого. Это астрономическое наблюдение с помощью телескопа и искусственных спутников. Это промышленное и сельскохозяйственное производство, дающее путевку в жизнь научным достижениям. Проверка результатов социального познания осуществляется всей общественной жизнью. Так, верность, научная истинность марксизма-ленинизма получила свое воплощение и подтверждение в таких событиях всемирно-исторического значения, как


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 146.

272


Великая Октябрьская социалистическая революция, построение социализма и строительство коммунизма в нашей стране, образование мировой системы социализма, классовая борьба в капиталистических странах, национально-освободительное движение угнетенных народов.

Диалектико-материалистическому пониманию критерия истины противостоят ошибочные идеалистические воззрения.

Например, с точки зрения прагматизма истинны те мысли, которые полезны, ведут к успеху, лучше «работают» на нас. Прагматизм субъективно-идеалистически понимает практику. Он отождествляет ее с ощущениями человека, отрицает достоверность наших знаний о мире. Согласно прагматизму, человек действует в полном неведении о законах мира; мир — это будто бы хаос ощущений и переживаний, лишенный внутреннего единства и не поддающийся разумному познанию. Прагматисты говорят: быть может, мы находимся в мире так же, как собаки и кошки в наших библиотеках; хотя они видят книги и слышат разговор, но во всем этом для них не заключено никакого смысла.

Согласно прагматизму, человек руководствуется в своем поведении не знаниями, а слепой религиозной верой. Прагматизм считает религиозные представления весьма полезными, а потому и истинными.

Мир с точки зрения прагматизма есть то, что из него делает человек, который создает его по своему произволу. Прагматизм насквозь субъективен. Человек, субъект, приобретает у прагматистов значение средоточия мироздания, а ось мира, по их словам, проходит через эгоистические центры человека.

Реакционный характер прагматизма в политическом отношении заключается в оправдании авантюризма в политике, агрессивных тенденций и устремлений империалистической буржуазии.

Ошибочность субъективистского подхода к критерию истины заключается в том, что он истину ставит в зависимость от субъективных интересов и стремлений людей. Марксизм же исходит из того, что критерий истины не лежит в познающем субъекте, а истина не может отождествляться с пользой. Истинность знания определяется не его пользой, а тем, что оно верно отражает действительность. Конечно, знание есть сила, но принести пользу

273


обществу знание может только тогда, когда оно истинно. «Для материалиста, - учил В. И. Ленин, - «успех» человеческой практики доказывает соответствие наших представлений с объективной природой вещей, которые мы воспринимаем» 1.

4. ЧУВСТВЕННОЕ ПОЗНАНИЕ И ЕГО ФОРМЫ

Чувственно-наглядные образы и их объективное содержание. Характеризуя путь познания человеком действительности, В. И. Ленин писал: «От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике — таков диалектический путь познания истины, познания объективной реальности» 2. Живое созерцание — это активное чувственное познание. Начальной формой и источником знаний являются ощущения и восприятия. Предметы и явления природы действуют прежде всего на органы чувств человека. Ощущения возникают под влиянием процессов, исходящих из внешней по отношению к человеку среды и действующих как раздражители на наши органы чувств. Иначе как через ощущения мы ни о каких свойствах, ни о каких формах движения материи ничего узнать не можем. Внешними раздражителями являются, например, механическое давление, звуковые и световые волны, запахи, вкусовые, температурные воздействия. Они воспринимаются пятью органами чувств человека: зрения, слуха, вкуса, обоняния и осязания. А этим органам чувств соответствуют пять видов ощущений: зрительные (световые и цветовые), слуховые, вкусовые, обонятельные и осязательные.

Ощущения возникают также под влиянием процессов, происходящих внутри организма, например пищеварения, сокращения мускулов, выделений.

Какой бы предмет человек ни наблюдал, он обязательно отражает прежде всего его внешние, доступные органам чувств признаки: цвет, форму, звук, твердость, мягкость, запах и другие свойства.

Каждый орган чувств имеет нервные окончания, которые принимают воздействия из внешней среды. Нервные


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 142.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 152—153.

274


окончания, когда они принимают определенные воздействия или сигналы, приходят в состояние возбуждения, которое по соответствующим нервам передается в кору головного мозга. Там-то и возникают ощущения, например, цвета, звука, запаха, вкуса, прикосновения.

Ощущения являются образами, отражениями, копиями или своего рода снимками отдельных свойств предметов или явлений объективного мира.

Ленин рассматривает ощущения и представления как субъективные образы объективного мира. Это значит, что, будучи отражением действительности, образ не/ существует и не может существовать вне конкретно-исторической личности со всеми индивидуальными особенностями ее анатомо-физиологической организации, психического склада, опыта, интересов и склонностей, накладывающих свой отпечаток и на ощущение. Ощущения определенным образом зависят от развития нервной системы и мозга, от состояния организма в целом, от богатства или бедности практического опыта людей, от уровня исторического развития знаний человечества. Субъективность образов означает, что они не тождественны вещам, их свойствам и отношениям, ибо они есть идеальная форма их воспроизведения, отражения в нашей голове, в сознании.

Когда мы говорим о субъективности образа, то имеем в виду не искажение действительности, а то, что этот образ есть нечто идеальное, т. е., как указывал Маркс, материальное, пересаженное в человеческую голову и переработанное в ней. Субъективность образа, за исключением случаев патологии, не является свидетельством слабости человеческого познания. Именно это обеспечивает возможность познания человеком объективного мира. Познание всегда есть деятельность субъекта по отражению действительности.

Когда мы говорим о том, что содержание наших ощущений и восприятий объективно, то мы имеем в виду тот факт, что содержание наших ощущений более или менее верно отражает предметы, их свойства и отношения.

Ощущения человека содержат в себе в идеальной форме то, что реально находится вне ощущения, в окружающем мире. Ленин показал, что ощущаются не ощущения, а свойства реальных вещей. Ощущений вообще не существует безотносительно к предметному миру. В этом состоит

275


сущность материалистического подхода к трактовке ощущений.

Критика теории иероглифов. Рассмотрение ощущений как субъективных образов объективного мира, как копий, снимков с действительности несовместимо с трактовкой их как каких-то знаков, символов, иероглифов. Представителем теории иероглифов был немецкий ученый Г. Гельмгольц. Он исходил из того, что ощущения — это только символы, иероглифы, вызываемые внешними воздействиями, но не имеющие с ними сходства. Гельмгольц говорил, что ощущения сходны с внешними предметами не больше, чем имя человека с ним самим. Иероглифический подход к ощущениям связан с идеями «физиологического идеализма», восходящего к немецкому физиологу И. Мюллеру, полагавшему, будто каждый орган чувств представляет замкнутую в себе систему, обладающую внутренне присущей ей «специфической энергией». Мюллер исходил из того бесспорного факта, что один и тот же раздражитель, например электрический ток, при воздействии на орган зрения вызывает зрительные впечатления, при воздействии на орган слуха — слуховые, при воздействии на орган вкуса — вкусовые и т. д. Когда же разные раздражители воздействуют на один и тот же орган чувств, то они вызывают один и тот же эффект. Отсюда он сделал вывод, что ощущения не отражают свойств вещей, а выражают состояния органов чувств, обусловленные их специфической энергией. Показывая полную несостоятельность взглядов Мюллера, Ленин писал: «Идеализм этого физиолога состоял в том, что, исследуя значение механизма наших органов чувств в их отношении к ощущениям, указывая, например, что ощущение света получается при различного рода воздействии на глаз, он склонен был выводить отсюда отрицание того, что наши ощущения суть образы объективной реальности» ?.

Коренной естественнонаучный и философский порок концепции И. Мюллера состоит в том, что он считал, будто органы чувств производят ощущения сами по себе. Мюллер рассматривал органы чувств в полном отрыве от внешней среды, под воздействием которой и в единстве с которой они формировались и развивались. Так, орган слуха развивался в направлении все более адекватного отражения


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 322.

276


звуковых явлений, которые играют важную роль в жизни организма. А это возможно лишь в том случае, если ощущения выступают как субъективные образы вещей, их свойств и отношений. Специфичность наших органов чувств не только не препятствует познанию действительности, но, напротив, обеспечивает наиболее точное отражение объективных свойств предметов внешнего мира.

Процесс правильного отражения внешнего мира обеспечивается также тем, что различные органы чувств действуют не изолированно друг от друга, не сами по себе, а в тесной взаимосвязи.

Восприятие и представление и их познавательное значение. Отражение различных сторон предмета данным органом чувств и одновременная взаимосогласованная работа различных органов чувств приводят к тому, что человек отражает не отдельные, изолированные свойства предметов, а целые, более или менее сложные совокупности свойств предметов. Любой предмет обладает множеством самых разнообразных свойств и отношений. Рассмотрим, например, комок снега. Он белый, имеет определенную форму, объем, вес и т. д. Все эти свойства объединены в одном предмете. И человек воспринимает и осмысливает их не порознь, а как единое целое.

Целостный образ предмета, воздействующего на органы чувств, называется восприятием.

Сообразно тем ощущениям, которые лежат в основе восприятий, последние делятся на зрительные, слуховые, осязательные и т. д. Чаще всего в основе восприятий лежат сочетания различных видов ощущений. Например, восприятие предмета, который человек держит в руке, основывается на сочетании осязательных, мускульных, а также и зрительных ощущений.

Ощущения и восприятия человека развились на основе общественной трудовой деятельности. Создавая все новые и новые предметы, человек тем самым увеличивал количество предметов восприятия. С изменением объектов восприятия, с развитием практики изменялись и сами восприятия. Отсюда понятны слова Маркса, что человеческий глаз видит иначе, чем грубый, нечеловеческий глаз, что человеческое ухо слышит иначе, чем грубое ухо.

Восприятия человека более развиты и совершенны, чем восприятия у животных. Человек не ограничивается показаниями своих органов чувств. Он присоединяет к

277


ним самые разнообразные приборы и тем самым усиливает мощность восприятий.

Ощущения и восприятия представляют собой источник всех наших знаний о действительности, то живое созерцание, с которого начинается диалектический путь познания реальности. Но процесс познания не ограничивается ими. На основе ощущений и восприятий в мозгу человека возникают представления и воображение.

Предметы и явления внешнего мира воздействуют на органы чувств человека определенное время. Потом это воздействие прекращается. Но впечатление о воздействии не исчезает сразу же бесследно. След воздействия запечатлевается и сохраняется в памяти. Мозг обладает способностью воспроизводить в сознании образы предметов, не воздействующих в данный момент на человека.

Способность мозга запечатлевать, сохранять воздействия внешней среды и в нужный момент воспроизводить их называется памятью, которая имеет огромное значение в жизни человека. Без этой способности человек каждый раз воспринимал бы предметы как совершенно незнакомые. Он не узнавал бы их. А без этого невозможно было бы никакое познание и, следовательно, никакое целенаправленное воздействие человека на внешний мир.

Образы тех предметов, которые когда-то воздейство* вали на органы чувств человека, а потом восстанавли* ваются по сохранившимся в мозгу следам и при отсутсф вии самих этих предметов, называются представлениями, Представления — это высшая форма чувственной сту« пени познания действительности.

То, что в обыденной жизни называется элементарным знанием, является в сущности наличием в мозгу человека соответствующих обобщенных представлений, которые как бы лежат в большом количестве в глубине сознания и всплывают на его поверхность по мере надобности. Чело? век может представить себе виденное или слышанное и сделать соответствующее описание того, что он воспринимал раньше. Из имеющихся представлений человек может создавать различные комбинации, строить новые представления, т. е. образы таких предметов, которых он, быть может, никогда сам не видел.

Такой процесс соединения и преобразования различных представлений в целую картину новых образов называется воображением.

278


Воображение сложилось и развилось у человека в процессе трудовой деятельности. Оно имеет огромное значение в искусстве, технике, науке и вообще везде, где требуется творчество, а не простое копирование существующего в жизни.

Воображение является более сложной формой деятельности мозга человека, чем ощущения и восприятия. Но познание и творчество не останавливаются и на этом. Они идут дальше и глубже. А это достигается с помощью абстрактного мышления.

5. ЛОГИЧЕСКОЕ ПОЗНАНИЕ И ЕГО ФОРМЫ

Мышление как опосредованное и обобщенное отражение действительности. Жизнь человека, потребности трудовой деятельности очень сложны и многообразны. Они ставят перед человеком задачу проникнуть глубже в суть вещей, чем это можно сделать лишь с помощью ощущений, восприятий, представлений и воображения. Ответить на чрезвычайно сложные запросы жизни челдвек в состоянии только с помощью мышления. Так, например, при изучении экономических форм мы, по словам Маркса, не можем пользоваться ни микроскопом, ни химическими реактивами, их должна заменить сила абстракции, сила нашего разума, мышления.

Мышление — это опосредованное и обобщенное отражение в мозгу человека существенных свойств, причинных отношений и закономерных связей вещей. Мышление представляет собой активный творческий процесс, направленный на решение практических и теоретических задач, на получение новых результатов.

Мышление было бы совершенно излишне, если бы познание причинных отношений вещей и законов жизни давалось человеку без труда и если бы было достаточно взглянуть на вещи, чтобы проникнуть в их сущность. Дело в том, что сущность вещей, их причинные отношения и закономерные связи скрыты от взора человека. Они постигаются только с помощью мышления.

Восприятия внешнего мира доставляют мышлению необходимый материал, который оно перерабатывает в более сложные формы,познания, отражающие наиболее глубокие свойства и связи вещей.

279


Исходя из того что содержится в ощущениях и восприятиях, мышление проникает в то, что не дано и не может быть дано в чувственном познании. Основываясь на непосредственных впечатлениях и накопленном личном и общественном опыте, человек поднимается в процессе познания на более высокий уровень проникновения в действительность. Он переходит от поверхностных связей вещей к глубоким связям, т. е. от явлений — к сущности, от менее глубокой сущности — ко все более глубокой сущности. Человек решает те или иные практические и научные проблемы, выдвигает гипотезы, проникает в причины возникновения явлений.

Историческое развитие человеческого мышления идет в направлении все более полного и глубокого постижения закономерностей развития природы, общества и сознания.

Процесс мышления, всегда включающий в себя в той или иной мере наглядные образы, осуществляется как процесс построения понятий, суждений, систем суждений и целых теорий.

Современные понятия, суждения и теории суть результат истории познания. Они подверглись предварительной обработке предшествующими поколениями людей и являются продуктом длительного развития мышления человечества. Он» усваиваются каждым человеком в ходе его индивидуального развития в готовом виде, в той или иной мере критически перерабатываются и уточняются. Используя усвоенные знания, люди в результате своих исследований приходят к образованию новых понятий, суждений и теорий, проникают в сложные явления природы, общества и самого мышления. При этом познавательная деятельность каждого человека осуществляется в неразрывной связи с другими людьми, так что результаты мышления каждого отдельного человека являются всегда общественным продуктом.

В отличие от чувственной формы познания, которая носит непосредственный характер, мышление есть опосредованная форма познания мира. Опосредованный характер мышления заключается в том, что человек через доступные органам чувств свойства, связи и отношения предметов проникает в скрытые свойства, связи и отношения предметов мира.

Человек воспринимает, например, гром и молнию. Он может вспомнить о них в любое время, т. е. у него могут;

280


всегда возникнуть представления об этих явлениях. Они знакомы ему. Но человек не удовлетворяется одним лишь внешним впечатлением, получаемым от них. Он стремится узнать, что скрывается за этими явлениями природы, чем они вызываются, какова их причина. Путем научного исследования, различных опытов, наблюдений и сложных расчетов установлено, что молния и гром возникают в результате электрического разряда между облаками или между облаком и землей. Осмыслив это явление, человек понял причину возникновения молнии и грома.

Опосредованный характер мышления заключается, далее, в том, что человек познает действительность не только в результате своего личного опыта, но и косвенным путем, усваивая в процессе общения знания других людей.

Кроме того, человек может приходить к установлению научной истины путем, логического рассуждения, т. е. посредством умозаключений, исходя из анализа и сопоставления уже известных ему, проверенных практикой положений. Мышление всегда есть решение какого-либо вопроса, которое основывается на достигнутом уже знании.

Необходимым и очень важным приемом мышления является обобщение. Мышление — это обобщенное отражение мира.

Обобщение есть процесс мышления, в котором человек от мыслей об отдельных предметах или группах предметов переходит к мыслям, относящимся к более широкому кругу предметов.

Обобщение происходит в результате сравнения сходных в том или ином отношении предметов. Так, например, сравнивая между собой различные деревья, человек находит сходство между определенными деревьями по форме, цвету, строению и образует общие понятия — «дуб», «береза», «клен». Отвлекаясь от видовых особенностей дуба, березы, клена, человек находит общие признаки между этими видами деревьев и образует понятие дерева вообще. Так образуются общие понятия — «животное», «камень» и т. д.

Обобщение дает возможность распределять все предметы и явления мира на определенные группы или классы, например классы минералов, растений, животных и т. д. В свою очередь каждый класс сходных предметов можно

281


разделить на более узкие группы, например животных делят па беспозвоночных и позвоночных.

Процесс обобщения играет огромную роль в познании закономерных связей вещей. Наблюдая последовательность происходящих перед ним событий, человек замечает, что одно и то же явление систематически следует за другим, что эти явления связаны между собой и что эти связи постоянно повторяются. Если, например, взять две деревянные палочки и начать быстрыми движениями тереть их друг о друга, то они будут нагреваться. Их температура может достигнуть такого уровня, что при прикосновении к ним легко загорающегося предмета, например трута, можно добыть огонь. Таким образом первобытные люди и добывали огонь.

Люди много раз подмечали, что в результате трения одного предмета о другой возникает тепло и что эта последовательность причины и следствия все время повторяется. На основе этих наблюдений и их обобщения был открыт закон, который гласит, что всякое механическое движение превращается в тепло.

Так постепенно человек открывал в явлениях природы все новые и новые законы, т. е. существенные, повторяющиеся, устойчивые связи вещей.

Знание законов имеет исключительно большое значение в жизни человека. Познав законы и опираясь на них, человек приобрел огромную силу воздействия на природу и общественную жизнь.

Только на основании знания законов превращения ме ха-нического движения в тепло, а тепла — в механическое движение человек оказался в состоянии создать и использовать паровую машину. Знание законов электричества дало возможность использовать его в промышленности и быту. Без знания законов природы и общества невозможно предвидение надвигающихся событий, невозможно разумное планирование деятельности человека и общества в целом.

Связь мышления с языком. Люди живут в обществе и трудятся не в одиночку, а сообща.

Обмен мыслями является постоянной, изо дня в день возобновляющейся жизненной потребностью человека. Обмен мыслями осуществляется с помощью языка и обеспечивает организованные совместные действия людей при производстве материальных благ, в борьбе с силами при-

282


роды и перестройке общественной жизни в интересах трудящихся.

Посредством языка мысли отдельных людей превращаются из их личного достояния в общественное достоя-ние« в духовное богатство всего общества.

Мысль не имела бы общественного значения, если бы она оставалась в голове одного человека и не становилась достоянием других людей.

В качестве средства общения, обмена мыслями исключительную роль играет письменная речь. Фиксируя мысль в письменной форме, человек делает ее достоянием не только своих современников, но и последующих поколений. Именно благодаря письменной речи мысли, идеи и знания каждого поколения людей не умирают вместе с ним.

Весь опыт человечества, все достижения человеческого ума и воли, запечатленные в письменных памятниках, как драгоценное духовное сокровище народа передаются из века в век.

Письменная речь помогает изучать настоящее, а также далекое и близкое прошлое народов. Она предоставляет нам поистине неограниченную возможность запечатлеть и сохранить огромную массу знаний, приобретенных народом. Без письменной речи человек был бы не в состоянии физически удержать в своей памяти знания, которыми располагает человечество на данном уровне его исторического развития.

В истории общества каждое данное поколение посредством языка овладевает опытом предыдущих поколений, обогащает этот опыт и передает его опять-таки с помощью языка последующим поколениям. Люди освобождаются, таким образом, от необходимости вновь и вновь повторять тот путь исканий и заблуждений, который проходили предшествующие им поколения.

Стремления и действия людей не пропадают бесследно. Они воплощаются в слове, остаются в предании и передаются из века в век.

Язык — это универсальное средство выражения мысли. Самые высокие достижения человеческой мысли, глубокие знания и пламенные чувства останутся неизвестными для людей, если они не будут ясно и точно оформлены в словах.

283


Выражаясь в устной или письменной речи, т. е. выступая перед человеком в определенной материальной оболочке, которая воспринимается органами чувств, мысль оказывается доступной для понимания ее человеком. С помощью языка мысль не только формулируется, но и формируется. Сама по себе мысль нематериальна. Ее нельзя ни увидеть, ни услышать, ни осязать, ни попробовать на вкус. Мысль невозможно воспринять органами чувств.

В процессе взаимного общения, обмена мыслями, непосредственно па органы чувств и мозг слушающего или читающего воздействуют не мысли, а колебаний частиц воздуха или графическое изображение слов на бумаге. Процесс общения осуществляется в форме взаимного воздействия словами. Но за внешним обмепом словами реально скрывается обмен мыслями. Слушающий ощущает и воспринимает материальный облик слов в их связи, а осознает то, что ими выражается, - мысли.

Взаимный обмен мыслями представляет собой процесс не передачи мысли, а вызывания соответствующих мыслей у слушающего.

Язык служит средством понимания не только чужих мыслей, но и своих собственных. Выражая свои мысли., человек тем самым отчетливее уясняет их сам.

Будучи условием возникновения мышления, язык вместе с тем является необходимым орудием мышления и для слушающего, и для говорящего.

Мышление и язык находятся не в механическом взаимодействии, а в неразрывной органической связи. Их нельзя отделить друг от друга, не разрушая того и другого. Не только язык не существует вне мышления, но и мысли, идеи не существуют оторванно от языка.

Язык не пустой сосуд, в который как бы льется готовая мысль. Язык не внешнее покрывало мысли. Он не надевается на мысль, как платье на тело, а активно участвует в самом процессе мышления.

Процесс мышления не предшествует и не может предшествовать во времени процессу словесного выражения мышления. Мышление совершается не до облачения его в формы языка, а на основе языка. Мышление и формулирование мысли в словах — это не два каких-то последовательных во времени процесса: сначала процесс мышления, а затем речевой процесс выражения мышления, —

284


а одновременный, единый процесс словесного мышления и осмысленной речи.

Процесс словесного мышления может и должен предшествовать процессу внешней речи, процессу внешнего речевого выражения мышления. Поэтому оказывается возможным сначала думать про себя, не высказывая своих мыслей, а потом говорить, т. е. выражать, сообщать свою мысль другим. Но это не значит, что предварительное размышление про себя происходит в виде движения мыслей в чистом, оголенном виде. И до того как человек говорит, он думает посредством языка, на основе языка. Общение людей в обществе происходит не только с помощью обычного, естественного языка, но и посредством искусственных языков, представляющих собой систему специально выработанных знаков. Примером искусственного языка являются математическая символика, химические формулы, различные схемы, световые, звуковые сигналы и т. и. Что такое знак? Это какое-либо явление, которое обозначает или представляет другое явление. Например, красный свет светофора означает: «переходить дорогу нельзя». Специфика знака заключается в том, что его собственное содержание не имеет, как правило, никакого сходства с обозначаемым предметом.

Искусственные языки возникают только на основе естественных языков, они дополняют их, и поэтому их нельзя отрывать от естественных языков. Развитие познания происходит не путем замены естественных языков искусственными, а путем совершенствования естественных языков и возникновения новых искусственных языков. 4 Искусственные языки играют большую роль в научном познании: они делают изложение содержания более строгим, сжатым; с помощью искусственных языков можно достичь высокой точности знания.

Основные формы логического отражения действительности — понятия, суждения, умозаключения. Посредством мышления образуются понятия и суждения, на основе которых развивается способность к умозаключению. Понятия, суждения и умозаключения являются основными формами мышления.

Понятие — это мысль, отражающая предметы в их общих и существенных признаках. Если, например, в вое-приятии мы отражаем внешний облик данного Ивана или Павла, а в представлении — типичный облик человека

285


вообще с характерными для него внешними признаками {прямой походкой, руками, ногами, головой и т. п.), то в понятии о человеке мы не ограничиваемся отражением этих признаков, а раскрываем его более глубокие, существенные признаки. Содержанием понятия «человек» охватываются его существенные признаки: общественное существо, способное производить орудия труда, использовать их в своем воздействии на окружающий мир и обладающее сложно организованным мозгом, сознанием и членораздельной речью.

Понятия как форма мышления, схватывающая (понять — буквально значит «схватить», «объять», «поймать») отдельные группы сходных предметов, крайне разнообразны по своей глубине. Различают научные и житейские понятия. Примером первых могут служить такие понятия, как «масса», «энергия», «дифференциал», «химический элемент» и т. п. К числу вторых относятся понятия о предметах, с которыми человек имеет дело в повседневной жизни, например «стол», «окно», «дом» и т. п. Понятия отличаются от ощущений, восприятий и представлений по способу образования и выражения, а также по своим возможностям. С помощью понятий человек проникает в то, что недоступно ощущениям, восприятиям и представлениям. Человек не может, например, воспринимать скорость света, строение атома, работу мозга, но он может отразить все эти явления с помощью понятий. Будучи не в состоянии воспринять эти явления, он может понять их.

Понятия не существуют в голове человека изолированно друг от друга. Чтобы отразить взаимную связь и взаимозависимость явлений, понятия вступают в определенные связи между собой. «Каждое понятие, — писал В. И. Ленин, - находится в известном отношении, в известной связи со всеми остальными...»1. Они возникают и существуют лишь в определенной связи, в виде суждений. Мыслить — это значит судить о чем-либо, выявлять определенные связи и отношения между различными сторонами предмета или между предметами.

Суждение — это такая форма мысли, в которой посредством связи понятий утверждается или отрицается что-либо о чем-либо. В речи суждение выражается в виде предложения.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 29, стр. 179.

286


По отношению к действительности суждения оцениваются как истинные или как ложные, т. е. как соответствующие или не соответствующие ей. Как истинность, так и ложность мыслей человека в конечном счете обосновываются и проверяются практикой.

К тому или иному суждению человек может прийти или путем непосредственного наблюдения какого-либо факта, или опосредованным путем — с помощью умозаключения. В умозаключении проявляется опосредованный, творческий характер человеческого мышления.

Умозаключение — это процесс мышления, в результате которого из двух или нескольких суждений выводится новое суждение. Например, зная, что все металлы проводят электричество и что медь есть металл, человек делает? вывод, что медь проводит электричество. Здесь из суждений «все металлы проводят электричество» и «медь — металл» выводится новое суждение: «медь проводит электричество». Отдельные суждения в умозаключении можно ставить в определенную логическую связь потому, что во внешнем мире, который определяет процесс рассуждения, предметы и явления, зафиксированные в суждениях, находятся между собой в определенной взаимозависимости.

В научном познании действительности существенное значение имеет и такая форма мышления, как гипотеза. Она включает в себя вероятные суждения, умозаключения, предположения, догадки, основанные на наблюдении, обобщении фактов, на совокупном знании, но еще не доказанные.

Доказательство или подтверждает гипотезу, превращая ее в теорию, или опровергает. О роли гипотез в открытии законов природы Энгельс писал: «Наблюдение открывает какой-нибудь новый факт, делающий невозможным прежний способ объяснения фактов, относящихся к той же самой группе. С этого момента возникает потребность в новых способах объяснения, опирающаяся сперва только на ограниченное количество фактов и наблюдений. Дальнейший опытный материал приводит к очищению этих гипотез, устраняет одни из них, исправляет другие, пока, наконец, не будет установлен в чистом виде закон. Если бы мы захотели ждать, пока материал будет готов в чистом виде для закона, то это значило бы приостановить до тех пор мыслящее исследование,

287


и уже по одному этому мы никогда не получили бы закона» 1.

Одной из форм мышления является идея — единство отражения действительности и целевого устремления. Например, говорят: «Возникла идея написать книгу». Идея есть необходимая ступень перехода от мысли к действию, от идеального к реальному. Идея находится в тесной связи с другими формами мышления. Она есть понятие, суждение или умозаключение, несущее своего рода заряд действия или схватывающее суть, принцип чего-либо.

В идее с особой силой выражается конструктивно-творческий характер человеческого мышления. Характеризуя идею, В. И. Ленин писал: «Идея есть познание и стремление (хотение) [человека]... Процесс (преходящего, конечного, ограниченного) познания и действия превращает абстрактные понятия в законченную объективность» 2.

Верно отражая действительность, закономерность общественного развития, прогрессивные общественные идеи мобилизуют массы на революционные действия. Ярким примером этого являются великие идеи марксизма-ленинизма.

Человеческое мышление обладает относительной самостоятельностью. Это значит, что человек имеет возможность логически связывать и развивать в своем сознании мысли таким образом, что они оказываются не только копией воспринимаемых предметов и их связей, а творчески преобразованным отражением, в котором мысль предвосхищает естественный ход событий. И в этом смысле создание может отрываться от непосредственного отражения действительности. Такое отражение, если оно соответствует закономерностям реального мира, является субъективной предпосылкой преобразующей практической деятельности человека. С помощью мышления человек осуществляет научное предвидение, которое основывается на распространении вскрытых законов на область еще неизвестных или еще не существующих в наличии явлений. Замечательными образцами силы научного предвидения являются выводы классиков марксизма-ленинизма


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 555.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 177.

288


о путях развития человечества, о социалистической революции, о социализме и коммунизме.

Жизнь оправдала гениальные прогнозы Ленина: он предвидел, что переход от капитализма к социализму совершится не сразу, не путем одновременной смены капитализма социализмом во всех странах, а путем отпадения от системы капитализма отдельных стран; он предсказывал подъем национально-освободительных революций, возрастание активности народных масс. Мир стал свидетелем того, как рассыпались в прах веками освященные режимы и треть человечества строит социализм и коммунизм, как распались некогда могущественные колониальные империи и образовалось множество самостоятельных государств, как происходит глубокий процесс вовлечения всех народов мира в более активное историческое творчество.

Единство чувственного и рационального в познании. Начинаясь с ощущений и восприятий и поднимаясь на уровень логического мышления, познание представляет собой единый процесс. Объективной основой единства и различия восприятия и мышления являются реальное единство и различие внешних и внутренних сторон в вещах. Но единство рационального и чувственного предполагает не только их различие, но и противоречие между ними. Некритическое отношение к показаниям органов чувств может привести к различного рода заблуждениям. Например, восприятие временной последовательности событий иногда принимается за причинную связь, видимое движение Солнца вокруг Земли — за действительное и т. д.

Ссылаясь на ошибки органов чувств, рационалисты пришли к выводу, что чувственное познание — это недостоверная форма знания. Они умаляют роль чувственного познания, преувеличивают значение мышления, разума как будто бы единственного источника достоверного знания. Эмпирики же, ссылаясь на заблуждения, проистекающие из отвлеченного мышления, отрывающегося от действительности, умаляли роль разумного познания и абсолютизировали значение чувственного познания.

Диалектический материализм отвергает обе эти точки зрения как метафизические. Единство чувственного и рационального моментов в познании выражается в том, что и исторически, и в ходе индивидуального развития

289


10 № 233

чувственное познание служит исходным пунктом, первой ступенью познавательной деятельности. Нет ничего в мышлении, что бы не прошло через органы чувств. Человек даже на уровне логического мышления продолжает опираться на чувственно воспринимаемый материал в виде наглядных образов, различных схем, символов, на чувственную форму языка.

Люди, находясь на самых высоких уровнях абстракции, никогда не покидают почвы чувственно-наглядных форм отражения. Это диалектическое единство рационального и чувственного уровней познания наиболее полно выявляется в такой форме познания, как интуиция.

Интуиция. Критика иррационализма и интуитивизма современной буржуазной философии. В постижении человеком действительности существенное место занимает интуиция, т. е. непосредственное проникновение в суть вещи, явления без обоснования с помощью доказательства. Так, опытный врач почти мгновенно, по одному лишь виду человека, страдающего душевным расстройством, порой может уразуметь суть болезни. Сущность интуиции состоит в том, что человек может приходить к выводам, опуская промежуточные звенья аргументации, не осознавая всю ту совокупность связей, на основании которых делается вывод. Могущество интуиции вырастает, как правило, лишь на основании большого опыта, культуры теоретического и практического мышления.

Диалектико-материалистическое понимание интуиции как формы познания, в которой слиты в единый «сплав» мысль и чувства, не имеет ничего общего со взглядами на интуицию различного рода мистиков и идеалистов. Если, с точки зрения интуитивистов, интуиция есть особое мистическое состояние человека, особый экстаз, религиозное напряжение, в процессе которого человеку открывается истина без всяких познавательных предпосылок,то для диалектического материализма интуиция представляет собой как бы свернутую, сконцентрированную логику мысли, отражающую логику объективной действительности.

Диалектико-материалистическое понимание интуиции несовместимо с антинаучными рассуждениями иррационалистов, умаляющих познавательные способности человеческого разума и выдвигающих на первый план слепую веру, инстинкт, ложно истолкованную интуицию. Это

290


реакционное течение, получившее особенно широкое распространение в современной буржуазной философии, ставит своей целью доказать бессмысленность стремления науки постичь прежде всего законы и тенденции развития человеческого общества.

6. МЕТОДЫ И ФОРМЫ НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ

Диалектический метод и конкретные приемы научного исследования. Под методом разумеют определенные приемы, способы достижения цели, подхода к познанию и преобразованию действительности. Метод тесно связан с теорией, он вытекает из нее и вместе с тем служит средством ее построения.

Все познавательные процессы и все виды практической деятельности людей как-то упорядочены, они регулируются определенными обобщенными принципами. Например, существуют определенные закрепленные историей, опытом людей способы обработки металла, дерева, приготовления пищи, воспитания и обучения детей и т. д.

Методы, которыми пользуются копкретные науки, носят более или менее частный характер, область их применения, как правило, ограничивается рамками предмета данной науки. Вместе с тем методы одной науки могут применяться и в других науках. Например, математические методы применяются и в физике, и в химии, и в биологии, и в социологии и т. д.

Философия в отличие от частных наук занимается разработкой таких методов, которые применимы в любой области познания. Универсальность — характерная черта философских методов. Это объясняется тем, что философия исследует наиболее общие законы развития природы, общества и мышления, а в ее категориях отражаются всеобщие свойства и отношения вещей. Всеобщую методологическую роль выполняют все принципы и законы диалектики.

Методологическую мощь диалектики Ленин видел в том, что она позволяет адекватно отражать чрезвычайно сложные, противоречивые процессы материального и духовного мира, что диалектика есть «живое, многостороннее (при вечно увеличивающемся числе сторон) познание с

291


бездной оттенков всякого подхода, приближения к действительности...» 1.

Любой закон, отражая объективную реальность, вместе с тем указывает и на то, как правильно подходить к изучению соответствующей области действительности.

Наблюдение и эксперимент. К методам научного познания, широко применяемым в исследовательской деятельности, особенно в области естествознания, относятся наблюдение и эксперимент. Под наблюдением имеют в виду восприятие, живое созерцание, направляемое определенной задачей. Наблюдая, например, за развитием растения, ботаник выявляет его особенности, приходит к постижению закономерностей его жизни.

Существенными условиями научного наблюдения являются выдвижение той или иной гипотезы, идеи, предвари тельное изучение истории данной проблемы, знание того, что человек предполагает увидеть. Наблюдение зачастую осуществляется с помощью соответствующих приборов (микроскопа, телескопа и т. п.).

Важным методом научного исследования является эксперимент, т. е. такое изучение объекта, когда исследователь активно воздействует на него путем создания искусственных условий, необходимых для выявления соответствующих свойств, или же путем изменения хода процесса в заданном направлении.

Активный эксперимент, воспроизводящий исследуемый процесс в относительно чистом виде, применим не везде. Он широко распространен в физике, химии, биологии, физиологии и других науках о природе. Возможности эксперимента в астрономии появились лишь в самое последнее время в связи с созданием искусственных спутников. Эксперимент приобретает все большее значение в социальных исследованиях.

Анализ и синтез. Познавательная деятельность человека, направленная на раскрытие существенных- свойств, отношений и связей предметов, прежде всего выделяет из совокупности наблюдаемых фактов те, которые вовлекаются в его практическую сферу. Человек мысленно как бы рассекает, расчленяет предмет на составляющие его стороны, свойства, части. Изучая, например, дерево, человек может выделить в нем разные части и сто-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 321.

292


роны: ствол, корни, ветви, листья, цвет, форму, размеры и т. п.

Анализ, как прием мышления, представляет собой мысленное разложение предмета на составляющие его части или стороны.

Анализ дает человеку возможность отделить предметы или какие-либо их стороны от тех случайных и привходящих связей, в которых они даны ему в восприятии. Без анализа невозможно никакое познание.

Будучи необходимым приемом мышления, анализ является лишь одним из моментов познавательной деятельности человека. Анализ не производится в отрыве от других приемов мышления. Невозможно вполне познать суть предмета, только разлагая его на те элементы, из которых он состоит. Добиваясь путем анализа расчленения частей целого и познания их особенностей, человек еще не выявляет их связь. Последняя устанавливается путем синтеза.

Синтез представляет собой мысленное объединение расчленяемых анализом элементов.

Человек разлагает мыслью предмет на составные части для того, чтобы сначала обнаружить сами эти части, чтобы узнать, из чего состоит целое, а затем рассматривает его как составленный из этих частей, но уже обследованных по отдельности.

Анализ и синтез берут свое начало в практической деятельности человека, в его труде. Человек научился мысленно анализировать и синтезировать лишь на основе практического расчленения, рассечения, разрубания, разламывания, соединения, составления предметов при изготовлении орудий, одежды, жилищ и т. п.

Лишь постепенно осмысливая то, что происходит с предметами при выполнении практических действий с ними, человек стал мысленно анализировать и синтезировать вещи. Анализ и синтез являются основными приемами мышления, потому что процессы соединения и разъединения, созидания и разрушения составляют основу всех процессов мира и практической деятельности человека.

В мире происходят непрекращающиеся процессы разрушения и созидания, разложения и соединения. Тела отталкиваются и притягиваются, химические элементы вступают в связь и разъединяются. Живой организм непре-

293


рывно образуется путем ассимиляции и разлагается путем диссимиляции.

Воздействуя на природу согласно ее же законам, человек не творит из ничего, а лишь преобразует существующее. Непосредственно© физическое соединение и разложение, осуществляемые человеком в ходе его практической деятельности, и получили свое отражение в соответствующих приемах мышления.

Индукция и дедукция. В качестве метода исследования индукцию можно определить как процесс выведения общего положения из наблюдения ряда единичных фактов. Наоборот, дедукция — это процесс аналитического рассуждения от общего к частному или менее общему. «Индукция и дедукция, - пишет Ф. Энгельс, - связаны между собой столь же необходимым образом, как синтез и анализ... Вместо того чтобы односторонне превозносить одну из них до небес за счет другой, надо стараться применять каждую на своем месте, а этого можно добиться лишь в том случае, если не упускать из виду их связь между собой, их взаимное дополнение друг друга» 1.

Индуктивный метод познания, требующий идти от фактов к законам, диктуется самой природой познаваемого объекта: в нем общее существует в единстве с единичным, частным. Поэтому для постижения общего, закономерного нужно исследовать единичные вещи, процессы. Индукция играет огромную роль в открытии законов, в выдвижении гипотез. Объективным условием индуктивного познания является повторяемость того или иного явления.

В. И. Ленин отмечал, что «самая простая истина, самым простым, индуктивным путем полученная, всегда неполна, ибо опыт всегда незакончен» 2.

Индукция является лишь моментом движения мысли. Она тесно связана с дедукцией. Любой единичный объект может быть осмыслен, лишь будучи включенным в систему уже имеющихся в нашем сознании понятий.

Диалектика абстрактного и конкретного в познании. Под абстрагированием имеется в виду процесс отвлечения, мысленного отбрасывания тех предметов, свойств и отношений, которые затрудняют рассмотрение объекта


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 542 — 543.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 162.

294


исследования в «чистом» виде, необходимое на данном этапе изучения. Чтобы мысленно воспроизвести предмет исследования в «чистом» виде, «надо оставить в сторона все отношения, не имеющие ничего общего с данным объектом анализа» 1.

Вопрос о том, что в объекте исследования выделяется нашей мыслью и от чего она отвлекается, решается в конечном счете практикой, теми задачами, которые ставит перед собой человек. Так, например, исследуя закономерности смены общественно-экономических формаций в истории человечества, ученый отвлекается от конкретных особенностей жизни тех или иных стран, народов и берет то общее, что характерно для данного способа производства, скажем феодализма или капитализма.

Посредством абстрагирующей работы мышления возникли все понятия, категории науки: «материя», «движение», «пространство», «время», «товар», «деньги», «биологический вид» и т. п.

Абстрагирование — это лишь промежуточный момент движения мысли в глубь предмета. От отдельных абстракций мышление движется к конкретному как единству отдельных абстракций, представляющему собой более богатое по содержанию знание. Понятие конкретного употребляется и в смысле чувственно воспринимаемого, и в более глубоком смысле — многостороннего знания в форме связи понятий в целостную паучную теорию. Такое движение мысли от отдельных абстракций к синтетическому их единству в теории именуется методом восхождения от абстрактного к конкретному.

Исторический и логический методы познания. Объективным основанием этих методов являются реальная история развития познаваемого объекта во всем ее конкретном многообразии и основная, ведущая тенденция, закономерность этого развития. Так, всемирная история развития человечества представляет собой динамику жизни всех народов пашей планеты. Каждый из них имеет свою неповторимую, в полпом смысле этого слова, «биографию», свои особенности, получившие выражение в быте, нравах, психологии, языке, культуре и т. п. Всемирная история — это бесконечно пестрая картина жизни человечества различных эпох и стран. Тут и не-


1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 19, стр. 384.

295


обходимое, и случайное, и существенное, и второстепенное, и уникальное, и сходное, и единичное, и общее. Но, несмотря на бесконечное многообразие жизненных кутей различных народов, в их истории есть нечто общее. Все народы, как правило, прошли через одни и те же общественно-экономические формации. Общность жизни человечества проявляется во всех областях: и в хозяйственной, и в социальной, и в духовной. Вот эта общность и выражает объективную «логику истории». Исторический метод предполагает исследование конкретного процесса развития, а логический метод — исследование общих закономерностей движения объекта познания.

Характеризуя суть и различие этих методов, Энгельс писал: «С чего начинает история, с того же должен начинаться и ход мыслей, и его дальнейшее движение будет представлять собой не что иное, как отражение исторического процесса в абстрактной и теоретически последовательной форме; отражение исправленное, но исправленное соответственно законам, которые дает сам действительный исторический процесс, причем каждый момент может рассматриваться в той точке его развития, где процесс достигает полной зрелости, своей классической формы» 1.

Между историческим и логическим методами существует единство, поскольку и тем и другим методом исследуется предмет в его развитии. Но история, по словам Энгельса, идет скачками и зигзагами, и если следовать за ней повсюду, то пришлось бы не только принимать во внимание обширный эмпирический материал со всеми его незначительными подробностями, но и часто прерывать ход мыслей. Специфика логического метода как раз и состоит в том, что он свободен от этого. Но в сущности логический метод является не чем иным, как тем же историческим способом, только освобожденным от его исторической формы и от нарушающих его случайностей.

Исторический и логический методы являются выражением объективной диалектики бытия, закономерного развития явлений природы, общества и мышления. Эти методы составляют неотъемлемую часть диалектического материализма и имеют важное познавательное значение. Любой предмет может быть верно понят и объективно оценен


1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 13, стр. 497.

296


лишь при том условии, что он рассматривается в конкретных исторических условиях, в исторических связях с другими явлениями, в процессе его последовательного изменения во времени. Весь дух марксизма, говорил В. И. Ленин, вся его система требует, чтобы каждое положение рассматривать лишь исторически, лишь в связи с другими, лишь в связи с конкретным опытом истории. Замечательными образцами мастерского применения исторического и логического методов в научном исследовании являются труды классиков марксизма-ленинизма. Марксизм-ленинизм рассматривает весь естественный, исторический и духовный мир в виде процесса, т. е. в беспрерывном движении, изменении, преобразовании и развитии.

Роль приборов в познании. Непрерывное и последовательно прогрессирующее развитие техники и науки сделало возможным постоянное расширение границ нашего познания. Аналогично тому как человек в своем практическом взаимодействии с природой не ограничился своими естественными органами, а стал создавать всевозможные орудия труда, так и в своей познавательной деятельности он вышел далеко за пределы естественных возможностей своих органов чувств. Он как бы продолжил и усилил их различными приборами, без которых немыслима современная наука, особенно естествознание. С помощью приборов человек стал проникать в такие области мира, которые недоступны невооруженному глазу», уху или каким-либо другим анализаторам.

Так, например, современный электронный микроскоп, увеличивающий предметы в тысячи раз, дает возможность видеть микробы, которых никак нельзя увидеть невооруженным глазом.

Роль моделей и моделирования в познании. В современной науке и технике все большее распространение получает метод моделирования. Сущность этого метода заключается в воспроизведении свойств объекта познания на специально устроенном, его аналоге, модели. Что такое модель? Это условный образ или образец какого-либо предмета, процесса, например модель самолета, парохода и т. п. Между оригиналом и его моделью должно быть подобие, сходство в каком-либо отношении.

Если модель и оригинал имеют одинаковую физическую природу, то это пример физического моделирования. Если же модель имеет иную природу, но ее функциониро-

297


вание описывается системой уравнений, тождественных той, которая описывает изучаемые стороны оригинала, то мы имеем дело с математическим моделированием.

Хотя всякое моделирование огрубляет и упрощает объект познания, оно служит важным вспомогательным средством исследования. Оно дает возможность осуществлять исследование процессов, характерных для оригинала, в отсутствие самого оригинала, что часто бывает необходимо из-за неудобства или невозможности исследования самого объекта.

Наиболее широкое распространение в настоящее время получили электронные моделирующие устройства. Моделью в данном случае являются происходящие в таком устройстве электрические процессы (задаваемые составленной человеком программой работы устройства), которые воспроизводят реальный процесс. Принцип моделирования составляет основу кибернетики. Моделирование применяется в расчетах траекторий баллистических ракет, в изучении режима работы машин, целых предприятий и т. д.

Формализация и ее значение для познания. Любой процесс познавательной деятельности так или иначе связан с определенной формализацией, т. е. с некоторым отвлечением от конкретного содержания рассматриваемого круга явлений и рассмотрения явлений в более или менее общем виде, со стороны их структуры и логики движения. Весь наш язык, все наше понятийное мышление в той мере, в какой в них отраженное бытие представлено в обобщенном виде, представляют собой какой-то уровень формализации.

Наиболее явственно формализация представлена в таких областях науки, как математика и математическая логика, и вообще в тех науках, в которых широко применяются символика, формулы, различные схемы и т. п.

Возрастание роли математических методов исследования в современной науке. Все современное научное познание развивается по пути постепенного отхода от описательных методов ко все большему использованию точных математических методов. Принципиальная применимость математических методов во всех областях научного познания действительности имеет свое объективное основание в единстве количественной и качественной определенности вещей, процессов реального мира.

298


Без учета количественных отношений в изучаемом объекте немыслимо вполне адекватно познать закономерности действительности. Вот почему Маркс утверждал, iHto наука только тогда достигает совершенства, когда ей удается пользоваться математикой.

Количественная и качественная сложность и взаимосвязь изучаемых объектов требуют учета колоссального числа факторов. Это делает необходимым все более широкое применение в научных исследованиях электроники, математики, кибернетики.

Одной из тенденций современного научного познания является нарастание абстрактности знания. Некоторые разделы современной науки поднимаются до таких высот, где уже некоторые положения не могут быть представлены наглядно. Все большую роль играют абстрактные логико-математические и знаковые модели.

Но применение математических методов исследования определяется мерой допустимости абстрагирования количества от качества. И эта мера имеет свои пределы. Чем сложнее явление, тем труднее его подвергать изучению с помощью количественных методов. В социальном исследовании количественные отношения могут продуктивно изучаться лишь через призму их социального смысла, в единстве с качественным, содержательным подходом.

Возрастание роли научного познания в коммунистическом строительстве. Научное познание законов природы и общества имеет огромное практическое значение. Оно дает возможность предвидеть события и управлять ими.

Роль научного познания действительности особенно сильно возрастает в ходе социалистического и коммунистического строительства. Это связано с тем,, что коммунистическая формация — первый общественный строй, который развивается в результате осознанной реализации объективных законов истории: случайность и стихийность все больше уступают место сознательному и целенаправленному творчеству народных масс, руководимых марксистско-ленинской партией.

299


ГЛАВА X

КРИТИКА СОВРЕМЕННОЙ БУРЖУАЗНОЙ ФИЛОСОФИИ

1. ОТРАЖЕНИЕ КРИЗИСА КАПИТАЛИЗМА В БУРЖУАЗНОЙ ФИЛОСОФИИ

Общий кризис капиталистической системы неизбежно сопровождается кризисом буржуазной идеологии. «Буржуазные учения и школы, — указывает Программа КПСС, - не выдержали исторической проверки. Они не смогли и не могут дать научного ответа на вопросы, выдвигаемые жизнью. Буржуазия уже не в состоянии выдвинуть идеи, которые могли бы увлечь за собою народные массы. Все больше людей в капиталистических странах порывают с буржуазным мировоззрением. Буржуазная идеология переживает глубокий кризис» 1.

Однако буржуазная идеология по-прежнему господствует в капиталистических странах, поскольку буржуазия, сознавая свое критическое положение, не жалеет средств па идеологическую обработку масс, на антикоммунистическую пропаганду.

Ныне буржуазные идеологи, как правило, уже не утверждают, что капитализм вечен; они предпочитают заявлять, что капитализм якобы превращается в новый, некапиталистический строй, в «государство всеобщего благоденствия», в общество «массового потребления», в «народный капитализм», в «индустриальное общество» и т. д. Буржуазные теоретики рекомендуют заменить слово «капитализм» другим, более приятным для себя названием: «экономический гуманизм», «система свободного предпринимательства», «открытое общество» и т. п. Это значит, что апологеты капитализма уже не смеют прямо утверждать, что они защищают, за что борются.


1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза», стр. 51.

300


Воинствующие антикоммунисты, организующие крестовые походы не только против социализма, но и против буржуазно-демократических гражданских свобод, вместе с тем утверждают, что не социализм, а капитализм преодолевает классовые противоположности, уничтожает нищету, создает возможности для свободного развития личности.

В настоящее время идеологи капитализма не могут противопоставить социализму никакой положительной социальной программы. Доказать, что капитализм не капитализм, а социализм не социализм, - к этому сводится идеологическая тактика буржуазии в эпоху перехода от капитализма к социализму.

Современный буржуазный идеолог не может уже отрицать наличия кризиса буржуазного общества: существование мировой социалистической системы, усиление революционной активности трудящихся в капиталистических странах, массовое освободительное движение в колониальных и зависимых странах, обострение антагонистических противоречий в странах капитала — все это вынуждает идеологов буржуазии говорить о кризисе капиталистического общества. При этом, однако, реальная сущность кризиса капитализма явно мистифицируется: речь идет лишь о кризисе духа, «технической цивилизации», о кризисе самого человеческого существования и т. д., ибо буржуазный идеолог неизбежно отождествляет исторические судьбы капитализма с историческими судьбами человечества.

В этом извращении исторической действительности значительную роль играет современная буржуазная философия — неотъемлемая составная часть идеологии государственно-монополистического капитализма. Современные буржуазные философы пытаются доказать, что никакое социальное (а следовательно, и социалистическое) преобразование общества не может преодолеть «человеческой трагедии», ничем якобы неустранимой дисгармонии человеческого существования. Пытаясь доказать, что переход от капитализма к социализму не является исторически необходимым, буржуазные философы приходят к отрицанию социальных закономерностей, закономерности общественного прогресса.

Современные буржуазные философы отбросили прогрессивные традиции своих выдающихся предшественни-

301


ков, объявив эти традиции, идеи, идеалы наивными, не выдерживающими критического анализа. К этим прогрессивным традициям относятся: материалистическое понимание природы, атеизм, диалектика, идея прогрессивного развития общества и совершенствования человеческой личности, убеждение в безграничных возможностях человеческого познания, уверенность в возможности и необходимости переустройства общественной жизни на разумных началах.

Еще в XIX столетии в буржуазной философии существовали два противоположных лагеря: материализм и идеализм. В наше время в буржуазной философии нет и не может быть партии материализма, хотя сторонники материализма, главным образом среди передовых естествоиспытателей и тех философов, которые отходят от буржуазной идеологии, конечно, имеются. В современных условиях общего кризиса капитализма противоположность двух основных направлений в философии есть противоположность между диалектическим и историческим материализмом, с одной стороны, и всей буржуазной идеалистической философией — с другой.

В эпоху монополистического капитализма идеализм выступает как идеология социальной реакции, прямая или косвенная апология умирающего капитализма. При этом современные идеалисты сознают, что все существовавшие в прошлом формы идеализма обнаружили свою несостоятельность и, разрабатывая новейшие, еще более утонченные варианты идеалистического миропонимания, обычно утверждают, что они уже не идеалисты, хотя и остаются противниками материализма.

Эта беспочвенная претензия подняться выше противоположности материализма и идеализма, занять «надпартийную позицию» была разоблачена В. И. Лениным еще в начале текущего века. «В наше время, - иронизировал Ленин по поводу попыток махистов отмежеваться от идеализма, - нельзя философу не объявлять себя «реалистом» и «врагом идеализма»» 1.

В этих попытках выдать новейшие идеалистические учения за преодоление идеализма наглядно проявляется кризис идеалистической философии. Ясно также и то, что эти попытки свидетельствуют об изменении характера


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 344.

302


идеалистической аргументации, которая стала более утонченной, хитроумной, наукообразной.

В. И. Ленин отмечал в качестве характерной особенности буржуазной философии начала эпохи империализма чрезвычайное обилие течений и теченьиц, школ и школок, направлений и направленьиц. Эта «анархия философских систем», пользуясь выражением самих буржуазных философов, еще более усилилась в настоящее время и стала очевиднейшим выражением кризиса буржуазной философии, идейного разброда, интеллектуального разложения. Совершенно очевидно, что все или почти все современные буржуазные философские учения представляют собой лишь различные вариации на одну и ту же идеалистическую тему. И все же они полемизируют друг с другом, хотя на самом деле согласны в главном, основном.

Дело заключается в том, что ни одна современная буржуазная философская теория не способна дать разумный ответ на жгучие вопросы, поставленные перед человечеством общественной практикой, развитием науки. Именно поэтому буржуазные философские теории сменяют, вытесняют, оспаривают друг друга, создавая иллюзию непрерывно совершающегося поиска истины, иллюзию, которую разделяют и сами буржуазные философы.

Пафос истины, тот благородный и возвышенный идеал знания, который вдохновлял великих мыслителей прошлого, утерян современными буржуазными философами. Второстепенные, порой несущественные различия между разновидностями одной и той же идеалистической теории ими возводятся в принцип, рассматриваются как главное, решающее. Так, философия прагматизма, которую Ленин критиковал в работе «Материализм и эмпириокритицизм», выступает у различных представителей этого учения то под названием «инструментализм», то — «гуманизм», то — «экспериментальный натурализм» и т. п. Почти каждый буржуазный философ претендует на создание оригинальной философской системы, считая те изменения, которые он вносит в понимание или изложение давно высказанных философских идей, принципиально новой постановкой или решением коренных философских вопросов.

Современные буржуазные философы постоянно претендуют на то, что они окончательно преодолели ошибки своих предшественников (они, например, утверждают, что

303


полностью покончили с идеализмом и метафизикой), создали принципиально новые философские учения, радикально отличающиеся от всех учений, существовавших в прошлом. На самом же деле современная буржуазная философия носит по существу эпигонский характер, так как она возрождает, модернизирует, приспосабливает к новым условиям философские учения Платона, Аристотеля, Фомы Аквинского, Беркли, Юма, Кьеркегора и других мыслителей прошлого, причем у всех этих мыслителей современные буржуазные философы заимствуют, как правило, наиболее слабые и реакционные стороны их учений. Этим в значительной мере определяются основные черты современной идеалистической философии.

Наличие в современной буржуазной философии необозримого множества всевозможных течений и школ вызывает необходимость выделения основных черт современной буржуазной философии, ее главных, наиболее влиятельных в настоящее время течений.

Основными чертами современной буржуазной философии являются иррационализм, фидеизм, псевдонаучность. Разумеется, эти черты далеко не в равной мере присущи различным направлениям идеалистической философии, некоторые из них преимущественно иррационалистические, другие в основном фидеистские, третьи, напротив, носят наукообразный характер. Есть и такие идеалистические учения, которые являются религиозно-иррационалистическими. Находятся и такие буржуазные философы, которые пытаются соединить иррационализм и атеизм или же псевдонаучность с религиозными воззрениями. Поэтому, прежде чем перейти к критике главных течений современной буржуазной философии, необходимо вкратце проанализировать ее вышеуказанные основные черты.

В эпоху своей исторической молодости буржуазия выступала под флагом рационализма (от латинского слова ratio — разум). Основоположник рационализма Р. Декарт, по словам М. Тореза, «воплощал интеллектуальные устремления и дерзания поднимающейся прогрессивной буржуазии» 1. Рационализм представлял собой учение о всемогуществе разума, о его беспредельной способности познания, о возможности силами разума достигнуть господства над природой и преобразовать общественную


1 «La nouvelle critique». Revue du marxisme militant, 1950, № 19, p. 121.

304


жизнь на разумных началах. Рационализм утверждал, что явления природы подчиняются законам, открытие которых составляет важнейшую задачу научного познания. Общество, согласно учению рационализма, благодаря успехам разума, науки, техники движется по пути неуклонного прогресса. Учение рационализма было глубоко оптимистично, и это соответствовало положению, интересам, потребностям европейской буржуазии XVII—XVIII вв.

Со второй половины XIX в. (вскоре после возникновения марксизма) и особенно в XX в., в эпоху империализма и в последующую эпоху исторического перехода от капитализма к социализму, значительная часть буржуазных философов отрекается от рационализма, объявляет культ разума смешным и наивным, противопоставляет ему воинствующий иррационализм. П. Тольятти указывал на связь иррационализма с кризисом капиталистической системы: «Последним словом буржуазной философии является отчаяние... Исчезла гордая вера человека в творческую силу его разума и в прогресс. Всплывают на поверхность старые идолы, обветшалые суеверия. Эта атмосфера скептицизма, отречения, разложения проникает во все области интеллекта, во все сферы нравственной жизни» 1.

Согласно учению иррационализма, все существующее иррационально, т. е. не подчиняется никаким закономерностям, представляет собой беспорядочный поток, лишенный направления. Природа, общество, человеческий индивид внутренне хаотичны, неуправляемы, рационально непознаваемы. Воля господствует над разумом, бессознательное — над сознанием. Познание алогично, т. е. действует вопреки логике, вопреки разуму, и осуществляется путем сверхразумной, мистической интуиции, коренящейся в инстинкте.

Формы современной иррационалистической философии весьма многообразны. Это бергсонизм, фрейдизм, персонализм, христианский спиритуализм и т. д. Однако наиболее влиятельной формой иррационалистического идеализма является экзистенциализм.

В настоящее время происходит также возрастание политического и идеологического влияния клерикализма в современных капиталистических странах. Эта реакцион-


1 Пальмиро Тольятти. Избранные статьи и речи, т. I. M., 1965, стр. 748, 749.

305


ная тенденция отражает характерную для империализма реакцию по всей линии, которую отмечал В. И. Ленин. В области философии влияние клерикализма находит свое выражение в возрождении средневековых идей, мобилизации идеологического арсенала средневековья для борьбы против общественного прогресса.

Когда буржуазия боролась против феодализма, ее идеологи разоблачали средневековые порядки как противоречащие человеческой природе, противные человеческому разуму. В то время буржуазные философы решительно выступали против унизительного положения философии как служанки богословия. Современная империалистическая буржуазия, как указывает В. И. Ленин, «из страха перед растущим и крепнущим пролетариатом, поддерживает все отсталое, отмирающее, средневековое. Отживающая буржуазия соединяется со всеми отжившими и отживающими силами, чтобы сохранить колеблющееся наемное рабство» 1.

Современные буржуазные философы занимаются апологией средневековья, превозносят средневековую схоластику и мистику, идеализируют феодальный быт, когда человек, по их мнению, был ближе к природе и жизнь будто бы носила спокойный, почти идиллический характер.

Некоторые буржуазные авторы пытаются оправдать это попятное идеологическое движение к средневековью, утверждая, что философы пытались просто перечеркнуть эту историческую эпоху, изображали ее как простой прорвал в истории человечества. Однако суть дела отнюдь не в этом, т. е. не в отрицании исторического значения феодальной эпохи в развитии человечества.

Возрождение средневековых идей имеет своей целью притупить классовое сознание трудящихся масс, примирить классовые противоположности под флагом установления «религиозной солидарности», преодолеть кризис религиозного сознания, т. е. укрепить позиции христианства и других религий, господствующих в капиталистических странах. Формы современной религиозно-идеалистической философии (философского фидеизма) весьма многообразны. Наиболее влиятельной среди них является философия неотомизма.

По мнению многих современных буржуазных философов, развитие науки и техники порабощает, механизи-


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 166.

306


рует, обезличивает человека и в конечном счете угрожает самому существованию человечества. Этот «технический пессимизм» выражает страх буржуазии перед развитием производительных сил, все более обнажающим реакционный, отживший характер капиталистических производственных отношений. Но буржуазия не может обойтись без науки, без технического прогресса, которые необходимы для современного общественного производства. Поэтому она пытается создать такую философию, которая бы выступала под флагом науки, изучала проблемы, возникающие в ходе развития науки, но истолковывала бы их в духе идеализма.

Для этой цели не пригодны ни иррационализм, ни философский фидеизм, который интересуется наукой лишь постольку, поскольку она может быть использована для апологии религии. Необходима, следовательно, специальная «философия науки», непосредственная задача которой сводилась бы к примирению стихийно материалистического, стихийно переходящего на диалектические позиции естествознания с идеалистическим и метафизическим мировоззрением, изменяющим свою форму в соответствии с новейшими данными науки, паразитирующим не только на трудностях, с которыми сталкивается наука, но и на ее достижениях.

Характерной особенностью буржуазной «философии науки» является то, что в ее разработке активно участвуют не только философы, но и некоторые естествоиспытатели, которые зачастую попадают под влияние идеалистической философии, обычно не сознавая этого и не проводя поэтому различия между своими естественнонаучными и философскими воззрениями. Имея в виду одного из таких естествоиспытателей, В. И. Ленин говорил: «Если бы этот физик познакомился с диалектическим материализмом, его суждение об ошибке, противоположной старому метафизическому материализму, стало бы, может быть, исходным пунктом правильной философии. Но вся обстановка, в которой живут эти люди, отталкивает их от Маркса и Энгельса, бросает в объятия пошлой казенной философии» 1.

Формы современной буржуазной псевдонаучной философии достаточно разнообразны, однако наиболее влиятельной среди них является неопозитивизм.


1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 18, стр. 279.

307


Таковы основные черты современной буржуазной философии и соответствующие им основные течения современного идеализма. Перейдем теперь к рассмотрению главных, наиболее влиятельных буржуазных идеалистических учений настоящего времени.

2. ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ — ФИЛОСОФИЯ ВОИНСТВУЮЩЕГО ИРРАЦИОНАЛИЗМА

Возникновение экзистенциализма (от латинского слова existentia — существование), или «философии существования», относится к середине 20-х годов XX столетия. Идейные истоки экзистенциализма — религиозно-мистическое учение датского философа С. Кьеркегора, воззрения немецких философов Ф. Ницше, Э. Гуссерля.

Главным представителем, экзистенциализма обычно считают немецкого реакционного философа М. Хайдеггера, опубликовавшего в 1927 г. книгу «Бытие и время». Другим известным представителем немецкого экзистенциализма является К. Ясперс, главный труд которого — «Философия» — вышел в свет в 1932 г. Во Франции видными представителями экзистенциализма являются Ж.-П. Сартр (основная работа — «Бытие и ничто», 1943 г.) и католический философ Г. Марсель.

Экзистенциализм пользуется значительным влиянием также в Италии, Испании, Скандинавских странах, Японии. В послевоенные годы экзистенциализм становится философской модой в США, Латинской Америке, Индии.

Экзистенциалистские идеи проповедуются в капиталистических странах не только в специальных, порой совершенно невразумительных трактатах, но и в романах, рассказах, стихотворениях, пьесах, кинофильмах, тем более что некоторые из экзистенциалистов являются талантливыми писателями. Конечно, романы Сартра, пьесы Марселя, повести Камю ни в коей мере не могут рассматриваться как систематическое, аргументированное изложение экзистенциализма; они создают скорее известное умонастроение, определенным образом направляют мышление читателей и зрителей, действуют на них эмоционально. Но все дело в том, что экзистенциализм, несмотря на претензии отдельных своих представителей

308


(например, Хайдеггера) на логически обоснованное, связное изложение своих принципов, является в сущности лишь определенным (а именно индивидуалистическим, эгоцентрическим, иррационалистическим и пессимистическим) умонастроением. Это в нем главное, определяющее, оказывающее значительное влияние на буржуазную и мелкобуржуазную массу, в особенности на буржуазную молодежь.

Философия, говорит, например, Марсель, в отличие от науки занимается не проблемами, а тайнами. Она не претендует на познание таинственного, а стремится лишь обнаружить его существование, почувствовать его, прикоснуться к нему, жить в атмосфере непостижимого. В отличие от науки философия, по его мнению, не дает ясных формулировок, она представляет собой лишь поиски, попытки. Наука устремлена на частное, она достигает частных истин и поэтому формулирует их. Но, заявляет Марсель, «частная истина есть истина безличная; ее ценность как истины и ее безличный характер неотделимы друг от друга» 1. Иное дело философия. «Истиной, к которой стремится философское исследование, нельзя обладать; она никоим образом не может быть наблюдаема или трактуема как то, что мы имеем (un avoir)» 2.

В том же духе рассуждает и Ясперс. Не существует, говорит он, философии, а есть лишь философствование, особый род человеческого существования, переживания самого себя, самосознания. Наука стремится к объективной, общезначимой истине, философия же дает личные истины, значение которых неотделимо от личного, интимного, неповторимого опыта существования («экзистенциального опыта») отдельного философствующего индивида. Поэтому, согласно Ясперсу, у каждого человека, поскольку он философски мыслит, своя собственная философия. Философия представляет собой лишь особого рода веру, приобретаемую с помощью разума, но не претендующую на логическую доказательность.

Не трудно понять, что философия, которая принципиально противопоставляет себя науке, объективному исследованию, объективной истине, научному доказательству, по самой своей природе может быть лишь умо-


1 G. Marcel. Presence et immortalite. Paris, 1959, p. 16.

2 Ibid., p. 17.

309


настроением, получающим наиболее убедительное выражение не в системе понятий, а в художественных (или претендующих на художественность) образах, описаниях, отдельных фрагментарных сентенциях, афоризмах. Таково отношение экзистенциализма к философии, таков экзистенциалистский принцип философствования, наглядно выражающий распад, деградацию философского мышления современной буржуазии.

Само собой разумеется, что влияние экзистенциализма в буржуазной и мелкобуржуазной среде не может быть объяснено одной лишь применяемой им литературной формой, истолкованием философии как особого рода переживания, умонастроения. Все эти особенности экзистенциализма играют роль вспомогательного средства и представляют собой форму для иррационалистического, идеалистически-антропологического учения о человеке (и действительности вообще), которое составляет основное содержание экзистенциалистского философствования. Человек — вот та проблема, или, как говорят экзистенциалисты, тайна, на решение которой претендует экзистенциализм.

Экзистенциализм выступает, с одной стороны, как «философия человека», а с другой — в качестве учения о бытии. Хайдеггер, например, утверждает, что вся предшествующая философия не способна была понять бытие, так как сводила его к совокупности вещей, предметов. Но бытие, говорит Хайдеггер, не есть вещь, предмет, тело и т. п. Что же такое бытие? На этот вопрос Хайдеггер отвечает следующим образом: «Понятие «бытие» не может быть определено. Это вытекает из его высшей всеобщности» 1. Однако, разъясняет Хайдеггер, неопределимость бытия не означает, что вопрос о нем лишен смысла. Совсем наоборот, вопрос о смысле бытия есть вопрос о человеческом бытии, и поэтому учение о бытии должно быть прежде всего учением о человеке, ибо человек есть такое бытие, которое вопрошает о бытии, переживает, осознает бытие, составляя тем самым его смысл.

Примерно в таком же духе рассуждает и Сартр. По мнению Сартра, есть «бытие в себе», которое противостоит сознанию — «бытию для себя» как своей абсолютной противоположности. «Бытие в себе» совершенно лишено


1 М. Heidegger. Sein und Zeit. Tubingen, 1957, S. 4.

310


сознания, а сознание — предметности. Тем не менее «бытие в себе» существует в себе лишь для сознания, а сознание лишь потому лишено предметности (является, по терминологии Сартра, «сознанием сознания»), что оно есть отрицание («неантизация») предметности и, следовательно, также невозможно без нее.

Таким образом, мы находим в экзистенциализме дальнейшее развитие концепции Р. Авенариуса о «принципиальной координации» субъекта и объекта, согласно которой нет объекта без субъекта, но и субъект невозможен без объекта (эта идея о зависимости субъекта от объекта призвана смягчить субъективно-идеалистический тезис о зависимости объекта от субъекта). Однако Авенариус, провозглашая взаимозависимость субъекта и объекта, имел в виду главным образом процесс познания. Экзистенциалисты в отличие от Авенариуса ставят вопрос о взаимозависимости (коррелятивности) человеческого существования и мира, взаимообусловленности переживаний и среды.

Если Авенариус в конечном счете сводил объект к субъекту, т. е. фактически приходил к выводу, что земля существует лишь постольку, поскольку она воспринимается, то экзистенциалисты также сводят мир к «человеческой реальности» (Сартр), т. е. все существующее — к переживаемому человеческими индивидами. «Все, что существует, - пишет, например, Ясперс, - сосредоточивается в человеке и исходит от него. Исключить существование человека означало бы для нас (курсив мой.— Т. О.) погрузиться в ничто» 1.

Как видно из этого рассуждения, экзистенциалист, с одной стороны, субъективно-идеалистически редуцирует все существующее к человеку, но, с другой стороны, он оговаривается в том смысле, что мир не существует для человека без человека. Но каков сам по себе мир, что характеризует его существование вне и независимо от человеческого сознания, - на этот вопрос, по мнению экзистенциалиста, нельзя дать ответа, так как независимое от человека существование мира будто бы уже предполагает то самое человеческое существование, от которого независим мир.


1 К. Jaspers. Rechenschaft und Ausblick. Munchen, 1951, S. 344.

311


В. И. Ленин в своей книге «Материализм и эмпириокритицизм» вскрыл софистический характер этой идеалистической аргументации, широко применявшейся в свое время махистами и показал, что признание объективной реальности вне и независимо от сознания означает, что наше сознание зависит от внешнего мира, который существовал и тогда, когда не было никакого сознания.

Итак, экзистенциализм сводит проблему бытия к человеческому бытию, а это последнее им истолковывается с позиций субъективного идеализма. Однако субъективный идеализм (как станет более очевидным ниже) сочетается в экзистенциализме с элементами объективного идеализма, т. е. с признанием независимой от человека действительности, характеризуемой как нечто нематериальное (поскольку материя отождествляется с предметностью, не существующей, согласно экзистенциализму, безотносительно к человеческому существованию) и принципиально непостижимое.

Отсюда понятно, почему М. Хайдеггер считает великой заслугой И. Канта учение об абсолютной непознаваемости «вещи в себе». Эту же мысль высказывает К. Ясперс: «Кант понял, что мир не есть предмет для нас, а лишь идея, что все, что мы можем познать, есть в мире, но никогда не есть мир; и мы, если хотим познать мир как в себе существующее целое, попадаем в неразрешимые противоречия, антиномии» Ч

Надо сказать, что агностицизм экзистенциалистов существенно отличается от агностических концепций прошлого. Юм, Кант и другие агностики высоко оценивали значение знания, рассматривали стремление к истине как высшую человеческую потребность, доказывая вместе с тем, что вследствие ограниченности познавательных способностей человека у него не может быть объективного по своему содержанию знания.

Совершенно иную позицию занимают экзистенциалисты. Они принижают значение знания и приходят к выводу, что оно, особенно в своей научной форме, не представляет подлинной жизненной ценности. Научное знание, утверждает, например, Ясперс, носит призрачный, иллюзорный характер. «Как только мы пытаемся познать действительность, она исчезает» 2.


1 К. Jaspers. Existenzphilosophie. Berlin, 1956, S. 16.

2 К. Jaspers. Von der Wahrheit. Miinchen, 1947, S. 31.

312


И более того, истина, если она постигается человеком, ужасает его, парализует. Познание с этой точки зрения не является неотъемлемой составной частью целесообразной созидательной деятельности людей. Человек, по мнению Ясперса, страдает не столько от незнания, сколько от того, что он слишком много знает (правда, не о подлинной действительности, а об ее обманчивом, призрачном выражении). Поэтому Ясперс и утверждает, что познание действительности ставит под вопрос само человеческое существование. «Благодаря познанию, - говорит он, - происходит разрушение» 1.

Гносеологический пессимизм экзистенциалистов составляет органическую часть их в целом глубоко пессимистического учения о человеке.

Отождествляя человеческое существование с переживанием существования, рассматривая, таким образом, последнее как «особый род чувства» (Марсель), экзистенциалисты утверждают, что не все, чем человек живет, что он переживает, есть существование. Когда человек трудится, отдыхает, занимается самообразованием, радуется по тому или иному поводу, это не существование в экзистенциалистском смысле слова. Это, так сказать, внешнее существование, т. е. повседневная, безличная, по учению экзистенциалистов, эмпирическая жизнь индивидов, в которой якобы теряется неповторимая единичность, единственность каждой отдельной человеческой личности, исчезают те первичные, внутренние, интимные, будто бы независимые от внешнего мира, от других людей переживания, которые и образуют существование (экзистенцию).

Чтобы приблизиться к собственному существованию, необходимо, согласно экзистенциализму, «заключить внешний мир в скобки», т. е. решительно отвлечься от него, замкнувшись в рамки своего сознания. Но и этого мало, ибо, выбросив из своего сознания внешний мир, я все еще нахожу в сознании все то, что я получил из внешнего мира благодаря опыту, образованию и т. д. Необходимо, утверждают экзистенциалисты, отвлечься и от этого «внутреннего внешнего» мира, насколько это, конечно, возможно для каждого из нас. И тогда человек остается наедине с самим собой, тогда его существование


1 К. Jaspers. Von der Wahrheit, S. 423.

313


является подлинным, в то время как в обществе, согласно экзистенциализму, человек ведет неподлинное (или отчужденное) существование.

«Человеческая жизнь, - пишет испанский экзистенциалист X. Ортега-и-Гассет, - есть всегда жизнь каждого отдельного человека, она есть индивидуальная, или личная, жизнь... Человеческим в собственном и первоначальном смысле является лишь то, что я делаю из себя самого и в сознании своей собственной цели...» х Резко подчеркивая абсолютную, по его мнению, противоположность личного и общественного, Ортега-и-Гассет называет личное человеческим, а общественное — нечеловеческим. «Общество или коллектив, - утверждает он, - не есть нечто человеческое» а.

Таким образом, экзистенциалистское, в основе своей субъективно-идеалистическое, учение об экзистенции есть философское обоснование крайнего буржуазного индивидуализма. Экзистенциализм явно игнорирует тот факт, что человеческая индивидуальность, в том числе и одаренность, существует лишь благодаря обществу, благодаря тому, что индивид есть общественное существо и человеческая сущность, как подчеркивал К. Маркс, не нечто, присущее только одному этому, данному единичному индивиду, а представляет собой совокупность общественных отношений.

Для того чтобы перейти от безличного человеческого бытия к подлинному экзистенциальному существованию, следует, как считают экзистенциалисты, заглянуть в глаза смерти, т. е. сосредоточиться на осознании собственной неустранимой смертности, вызвать в себе страх смерти, отчаяние. В этой связи французский экзистенциалист Камю говорит: «Имеется только один действительно серьезный вопрос — это вопрос о самоубийстве. Судить о том, что жизнь стоит или не стоит того, чтобы жить, - значит отвечать на основной вопрос философии... Все остальное — это шутки, так как прежде всего надо отвечать па основной вопрос» 3.

Не приходится разъяснять, что в истории человечества и в современную эпоху имеется немало в высшей степени серьезных проблем, которые, однако, Камю называет шут-


1 J. Ortega y Gasset. El hombre y la gente. Madrid, 1957, p. 23.

2 Ibid., p. 27.

3 A. Camus. Le Mithe de Sisyphe. Paris, 1942, p. 15.

314


нами. Проблема уничтожения эксплуатации и угнетения человека человеком, нищеты и голода, проблема мирного сосуществования государств с различным социальным строем, угроза термоядерной войны, социально-экономические последствия научно-технической революции — этот перечень нетрудно продолжить. Но для экзистенциалиста все социальные проблемы представляются второстепенными, поскольку он отстаивает крайний индивидуализм и, изолируя личность от общества, противопоставляя ее ему (ад, заявляет один из персонажей пьесы Сартра, - это другие люди), естественно, не может решить вопрос: стоит или не стоит жить?

Отрывая личность от общества, изолируя ее, экзистенциализм приходит к выводу, что личная жизнь неизменна во все времена, ее не касается мировая история. «Внутренняя душевная жизнь индивида, - говорит К. Ясперс, - принадлежит ему одному, и никакая история не может коснуться этой области» 1. Эта антиисторическая постановка вопроса о человеке прямо и непосредственно вытекает из экзистенциалистского учения об экзистенции, согласно которому человек есть существо не социальное, а антропологическое.

Экзистенциалисты отличаются от других философов не просто тем, что они больше внимания уделяют проблеме жизни и смерти, а тем, что они превращают смерть в основную философскую категорию и- считают своим долгом культивировать своеобразный страх смерти. Существование, говорит Хайдеггер, есть «бытие к смерти», смертность составляет основную характеристику человеческой жизни. Хотя Хайдеггер считает свою философию нерелигиозной, такое понимание жизни явно заимствовано из христианского вероучения, которое рассматривает существование человека на Земле как приготовление к смерти. Вот почему представитель так называемого теологического экзистенциализма Э. Костелли заявляет: «Существовать в мире — значит существовать для смерти» 2.

Хайдеггер подчеркивает, что он не хотел бы своим учением возбуждать обычный «вульгарный» страх смерти, который, по его мнению, проистекает из повседневной «безличной» жизни человеческих индивидов. Хайдеггер


1 К. Jaspers. Philosophie, Bd. I. Berlin—Gottingen— Heidelberg, 1956, S. 524.

2 E. Costelli. Existentialisme teologique. Paris, 1948, p. 16.

315


пытается доказать, что страх смерти существует до всякого жизненного опыта, так как он неотделим от существования. Но этот страх не сознается человеком, поскольку человек погружен во «внешнюю» жизнь.

Стремление изобразить страх смерти как априорное переживание, не имеющее отношения к внешнему миру, характеризует не только свойственное экзистенциализму субъективно-идеалистическое истолкование личности, но и попытку экзистенциалистов абсолютизировать роль отрицательных эмоций, сделать их определяющими («субстанциальными») в человеческой жизни. Поэтому, согласно учению экзистенциализма, положительные эмоции (радость, удовольствие, чувство собственного достоинства и т. д.) проистекают из внешних эмпирических причин и не характеризуют существования (экзистенции). Только страх (и аналогичные ему забота, тревога, чувство вины и т. п.) составляет подлинное содержание экзистенции.

Марксизм-ленинизм отнюдь не отрицает реальности и значимости трагического. Трагическое существует не только в театральных постановках, смерть человека всегда останется трагическим событием. Однако марксизм отвергает экзистенциалистское утверждение, будто трагическое является определяющим в жизни человека, что лишь страх смерти учит его правильно жить. Экзистенциалистская постановка вопроса о жизни и смерти крайне обедняет содержание личной жизни человека, в значительной мере обесценивает ее, изображает жизнь как лишенную смысла и т. д. «Абсурдно, что мы были рождены, - пишет Сартр, - абсурдно, что мы умрем; вместе с тем эта абсурдность выступает как непрерывное отчуждение моего бытия-возможности, которое не есть более моя возможность, но возможность других» 1.

Следует, правда, отметить, что понятие «абсурдность» имеет у Сартра и других экзистенциалистов не вполне обычное содержание: речь у них идет о том, что жизнь сама по себе не имеет смысла, лишь каждый из нас придает своей жизни свой смысл. Эта индивидуалистическая концепция смысла жизни связана, как мы увидим дальше, с экзистенциалистским учением об абсолютной свободе как сущности подлинного существования.


1 J. P. Sartre. L'Etre et le Neant. Paris, 1943, p. 632.

316


Сводя человеческое существование к «первичным», предшествующим жизненному опыту, априорным переживаниям страха, озабоченности, тревоги, вины и т. д., экзистенциализм пытается из этих переживаний вывести качественные характеристики внешнего мира, рассматриваемого как существующий вместе с человеческим индивидом, т. е. образующий составную часть ситуации (термин, часто применяемый Сартром), переживаемой человеком.

Если Д. Беркли рассматривал предметы внешнего мира как комбинации ощущений субъекта (яблоко, например, есть сочетание ощущений круглого, сладкого, упругого и т. д.), то экзистенциалисты изображают внешний чувственно воспринимаемый мир как проекцию, объективацию, воплощение («экстериоризацию», по терминологии Сартра) человеческого страха, тревоги и т. п. Иначе говоря, Беркли «объективирует» элементарные познавательные акты, ощущения, содержание которых он объявляет не существующим объективно, вне ощущений. А экзистенциалисты в отличие от Беркли пытаются доказать, что чувственно воспринимаемый мир возникает в человеческом сознании вследствие боли, страха, испытываемых человеком, а каждый предмет внешнего мира есть отражение этих не имеющих отношения к познанию эмоций. Так, например, Сартр характеризует материю как «угрозу нашей жизни», как «сопротивление нашей работе» и т. п.

Таким образом, экзистенциализм по сути дела означает не только субъективно-идеалистическое истолкование личности, но и субъективно-идеалистическое истолкование внешнего, чувственно воспринимаемого мира. Значит ли это, что экзистенциализм не признает никакой независимой от человека реальности? Нет. Экзистенциалисты утверждают, что все чувственно воспринимаемое осознается, познается, существует лишь вместе с человеком и должно быть понято как отчуждение его переживаний. Но за пределами того, что воспринимается, осознается, познается, находится некая непознаваемая, абсолютная реальность (нечто вроде кантовской «вещи в себе»), признание которой основывается не на знании, а на вере, сверхчувственной интуиции и т. п. Экзистенциалисты религиозного толка называют эту «абсолютную реальность» богом, Хайдеггер говорит о бытии, Сартр о «бытии в себе»; кроме того, они признают также независимую от сознания реальность «ничто».

317


Все экзистенциалисты объявляют бытие, поскольку оно не есть человеческое бытие, сверхчувственной, трансцендентной, недоступной опыту реальностью. Это допущение трансцендентной реальности, аналогичной кантовской «вещи в себе», и есть тот элемент объективного идеализма, который сохраняется экзистенциализмом наряду с основным, определяющим для этого учения субъективно-идеалистическим мотивом.

В своей книге «Введение в философию», опубликованной на английском языке под претенциозным названием «Путь к мудрости», Ясперс утверждает: «Реальность мира призрачно существует между богом и экзистенцией» 1. Мир, о котором говорит здесь Ясперс, это чувственно воспринимаемая объективная реальность. Этому якобы призрачному миру Ясперс противополагает, с одной стороны, бесспорное, не вызывающее сомнений человеческое Я, а с другой — бытие бога.

Соответственно этому человеческое существование в смысле экзистенции определяется не только как самоотношение (отношение человеческой личности к себе самой в отличие от ее «внешнего» отношения к предметному миру), но прежде всего как отношение экзистенции к трансценденции (богу), которая называется также собственным бытием (Das eigentliche Sein). Экзистенция, говорит Ясперс, «это то, что соотносится с самим собой и трансценденцией» 2. В других случаях бог определяется как «бытие в себе», а также как «всеобъемлющее». Существование бога человек постигает, согласно Ясперсу, благодаря вере, которая якобы изначально коренится в экзистенции и проявляется как «озарение» (Erhellung), т. е. как мистический экстаз верующего.

Французский религиозный экзистенциалист Г. Марсель утверждает, что бога не следует представлять себе как объективное, внешнее по отношению к субъекту, к человеку. Трансцендентное, или божественное, согласно этой точке зрения, обнаруживает себя в человеческом существовании. Получается нечто вроде теологического варианта «принципиальной координации», коррелятивными сторонами которой оказываются, с одной стороны, человек, а с другой — бог. «Необходимо добиться того, - говорит


1 К. Jaspers. Way to Wisdom. London, 1951, p. 80.

2 K. Jaspers. PhilosopWe, Bd. I, S. 15.

318


Марсель, - чтобы не приписывать абсолютному Ты объективности, которая разрушала бы его сущность, спасти его существование» 1.

Таким образом, с точки зрения религиозного экзистенциализма «спасти его (бога.— Т. О.) существование» — значит неразрывно связать его с существованием человека, т. е. «доказать», что человеческая жизнь невозможна без признания существования бога. Конечно, такая аргументация в пользу религии не является вполне ортодоксальной с точки зрения католицизма, но она призвана воздействовать на тех, кто уже утерял наивно-догматическую религиозную веру.

Сартр в отличие от Ясперса и Марселя является атеистом и утверждает, что вся проблематика экзистенциализма, и в частности экзистенциалистская концепция существования, возникла из отрицания реальности бога, бессмертия, загробного существования. На место бога Сартр ставит «ничто», т. е. то, чего нет. Но это «ничто» все же есть некая действительность. Она следует из смертности человека, из прекращения его существования. И в этом смысле Сартр утверждает, что «человек — это то существо, благодаря которому порождается ничто» 2. Хайдеггер также пытается доказать реальность «ничто», хотя и указывает, что к нему неприменимо понятие существования.

С точки зрения диалектического материализма бытие и небытие («ничто») представляют собой единство противоположностей возникновения и уничтожения. В этом смысле небытие нельзя понимать как абсолютное небытие, это небытие данного конкретного явления, которое, скажем, существовало в прошлом, но не существует в настоящее время.

В отличие от диалектического материализма, признающего лишь относительную противоположность бытия и небытия, экзистенциализм настаивает на * абсолютном характере этой противоположности, что ведет к метафизическим и идеалистическим выводам. Экзистенциализм утверждает, что из «ничто» возникают страх и свобода. Страх, как уже разъяснялось выше, согласно учению экзистенциалистов, не имеет причин вовне (в бытии), он


1 G. Marcel. Journal metaphysique. Paris, 1949, p. 304.

2 J. P. Sartre. L'Etre et le Neant, p. 80.

319


коренится в «чистом» экзистенциальном сознании, которое не есть бытие, а следовательно, есть небытие и в этом смысле «ничто».

Такого же рода схоластические аргументы выдвигаются экзистенциалистами для обоснования положения, что свобода коренится в «ничто». Свобода с точки зрения экзистенциализма только в том случае есть свобода, если действия человека ничем не определяются извне и представляют собой ничем не обусловленные акты экзистенции. Эта ненаучная индетерминистическая концепция свободы, наиболее обстоятельно разработанная Сартром, образует одну из важнейших составных частей экзистенциалистской философии.

Таким образом, экзистенциализм отвергает детерминизм, т. е. причинно-следственное объяснение явлений, и прежде всего человеческих действий. Признание необходимости, с точки зрения экзистенциалиста, означает согласие с принуждением, приукрашивание последнего, отречение от собственной воли и тем самым утерю самого себя, ибо человеческая личность и свобода, согласно экзистенциалистскому учению, составляют одну и ту же реальность.

Диалектически относительный характер противоположности свободы и необходимости полностью отвергается экзистенциалистами, которые возрождают метафизический подход к этой проблеме: или свобода, или необходимость, третьего не дано. Соответственно этому свобода рассматривается ими как произвол, как такое поведение личности, мотивы которого случайны и в конечном счете могут быть сведены к формуле: так мне хочется.

Классики домарксистской философии (Спиноза, Гегель) правильно указывали, что произвол отнюдь не является свободой, так как действующий по произволу человек подчиняется любой своей прихоти, страсти, случайному мотиву, он не владеет собой, не может направлять своих действий к какой-либо разумной цели. Именно в борьбе против метафизического толкования свободы как произвола Спиноза и Гегель разрабатывали диалектическое положение: свобода есть познание необходимости.

Марксизм-ленинизм творчески развил на основе материалистического понимания истории это диалектическое положение и доказал, что свобода есть основанное на познании объективных закономерностей практическое овла-

320


дение необходимостью, господство человека над природой, над самим собой, над общественными отношениями.

Экзистенциализм, отбрасывая выдающиеся достижения философской и социологической мысли в постановке проблемы свободы, игнорирует реальное социально-экономическое, историческое содержание этой проблемы и безоговорочно утверждает: «Нет детерминизма, человек свободен, человек — это свобода» 1. Не трудно понять, что этот вывод основывается на субъективно-идеалистическом понимании человеческого существования (экзистенции) как индетерминированной «человеческой реальности».

Выполняя в обществе те или иные функции, обязанности, индивид, согласно экзистенциализму, не является подлинной «экзистенциальной» личностью и поэтому не является свободным. В этом смысле Сартр признает, что, «стремясь к свободе, мы обнаруживаем, что она целиком зависит от свободы других людей и что свобода других зависит от нашей свободы» 2. Однако это верное положение не приводит Сартра к правильному пониманию свободы как социального явления. Напротив, вывод Сартра сводится к тому, что свобода возможна лишь постольку, поскольку индивид в своем внутреннем интимном существовании (экзистенции) независим от общества и поэтому сам себя определяет, т. е. сам порождает свои цели и мотивы своих действий, как будто бы то и другое может носить только индивидуальный (несоциальный) характер.

Однако свобода, по учению экзистенциализма, не связана с достижением поставленной цели, поскольку индивид не всегда достигает своей цели. Но если индивид сознает себя как личность, то он в любом случае остается свободным. Сущность свободы составляет, согласно экзистенциализму, способность личности принимать или отвергать любые возможные мотивы, аргументы, основания. Необходимо, пишет Сартр, «уточнить в противовес обыденному сознанию, что формулировка «быть свободным» не означает «достигать того, что хотели», а означает «определять самого себя в отношении желания» (в широком смысле — в отношении выбора). Иначе говоря, успех не имеет никакого значения для свободы. Дискуссия, которую обыденное сознание навязывает философам, имеет


1 J. P. Sartre. L'Existentialisme с'est un humanisme. Paris, 1946, p. 13.

2 Ibid., p. 26.

11 № 233

321


своим исходным пунктом недоразумение; согласно эмпирическому и популярному понятию «свобода», последняя производит исторические, политические и моральные условия, эквивалентные «способности достигать избранные цели». Специальное и философское понятие свободы, единственное, которое мы здесь рассматриваем, означает только одно: автономию выбора» 1.

Итак, с точки зрения экзистенциализма свобода есть в сущности лишь свобода сознания, а не реальная мощь человека, сознательно преобразующего природу, общественные отношения и самого себя. Такое понимание свободы не направлено против существующих в капиталистическом обществе многообразных форм порабощения личности, так как, согласно экзистенциализму, свободен и раб.

Сартр называет свободу автономией выбора, что означает независимость выбора от внешних мотивов, объективной реальности — природы и общества. Эту субъективно-идеалистическую концепцию выбора Сартр пытается обосновать следующим соображением: никто не может выбрать за тебя. Но если даже согласиться с этой абстрактной постановкой вопроса, то и здесь, конечно, следует иметь в виду, что выбор происходит в определенных социальных условиях и, выбирая сам, я поступаю как социальное существо, отнюдь не независимое от этих условий.

Выбор — это не произвольный акт человеческого индивида. Разве может индивид, например, в условиях капитализма свободно выбрать себе образ жизни, профессию? Если этот индивид принадлежит к господствующему классу, он, конечно, обладает в определенных пределах свободой выбора. Возможности же выбора у трудящегося крайне ограничены его положением при капитализме. Если он и может в некоторых случаях «выбрать» хозяина, который будет его эксплуатировать, или, скажем, обладает свободой выбора между двумя кандидатами одинаково враждебных его интересам буржуазных партий, то такого рода выбор не дает желанной свободы. Как говорил в свое время Ж. Гед, между чумой и холерой не выбирают.

Важное место в экзистенциалистской концепции свободы занимает отождествление свободы и ответственности, например у Сартра. Поскольку экзистенциалист признает лишь абсолютную свободу, то ответственность он истолко-


1 J. P. Sartre. L'Etre et le Neant, p. 564.

322


вывает как абсолютную: каждый отвечает за всех и за все. Конечно, неплохо напомнить человеку, что он отвечает не только за самого себя, но и за других. Однако экзистенциалистское понятие абсолютной ответственности способно лишь запутать вопрос, поскольку рассуждения об ответственности всех за все явно мешают выявлению действительных виновников.

В конечном счете экзистенциалистская концепция свободы носит сугубо иррационалистический характер именно потому, что она отвергает наличие разумных, т. е. основанных на познании необходимости, мотивов действий человека. Свобода рассматривается как иррациональная стихия, которая владеет человеком вместо того, чтобы он владел ею. Выбор также оказывается с точки зрения экзистенциализма иррациональным, независимым от разума, интереса, чувств, поскольку последние вызваны восприятием внешнего мира или общением с другими людьми.

Сартр утверждает, что человек обречен быть свободным, т. е. не от него зависит, быть или не быть свободным, выбирать или не выбирать. Пессимизм, характерный для экзистенциализма в целом, окрашивает и экзистенциалистское толкование свободы, которая, согласно Сартру, коренится в страхе. А поскольку страх по своему основному содержанию есть страх перед смертью, то и свобода, характеризуемая как «фундаментальный» акт человеческого существования, есть прежде всего выбор между жизнью и смертью перед лицом вездесущего и всепоглощающего небытия. Отсюда понятны слова Сартра, что свобода должна корениться «в страхе как единственном источнике ценности и в ничто, посредством которого существует мир» 1. Таким образом, действительные аспекты развития человеческой свободы — овладение стихийными силами природы, борьба против социального гнета, социалистическое переустройство общественных отношений, развитие человеческого индивида как существа, которое благодаря познанию, обучению, воспитанию обретает способность целесообразно направлять свою деятельность, - выпадают из экзистенциалистской концепции свободы. Свобода оказывается или произволом, или же мистическим слиянием с мифической «трансценденцией» при условии


1 J. P. Sartre. L'Etre et le Neant, p. 722.

11*

323


полной отрешенности от реальной, эмпирической жизни. В этом духе, например, истолковывает свободу Ясперс, который стремится доказать, что источником свободы является религиозное чувство, вера в бога. «Человек, действительно осознающий свою свободу, признает тем самым и бога. Свобода и бог неотделимы друг от друга» 1.

Религия, таким образом, рассматривается Ясперсом как форма духовного освобождения личности, в то время как в действительности она, как доказал марксизм, является отражением порабощения человека, рабским сознанием. Игнорируя этот факт, Ясперс утверждает, что религиозная вера отрывает человека от мира повседневных забот, ставит его выше всей этой суеты сует, помогает ему стать самим собой, в то время как «бытие в мире» уводит его от себя самого, обезличивает. Иллюзия духовной свободы, свойственная верующим, выдается за реальный факт, из которого Ясперс делает вывод: «Высшая свобода знает себя в свободе от мира, но одновременно в глубочайшей связанности с трансцендентным» 2. Такого же рода религиозное истолкование свободы проповедует и Марсель.

Экзистенциализм вопреки всем своим громогласно возвещаемым претензиям оказался неспособным решить ни проблему жизни и смерти, ни проблему личности и свободы. Еще в большей мере несостоятельность и реакционность этой философии обнаружилась в ее попытках философски истолковать общественно-исторический процесс, так как экзистенциализм рассматривает взятую изолированно человеческую личность и поэтому ему недоступно научное понимание общества как продукта и формы взаимодействия людей. Если экзистенциалисты и говорят о коммуникации, то они имеют в виду лишь общение между отдельными индивидами, не понимая роли социальных групп, классов, общественного производства, государства в развитии общества и самой человеческой личности.

Отрицая детерминизм, развитие общества, социальный прогресс, необходимость конкретно-исторической оценки общественных явлений, экзистенциалисты рассматривают историю человечества как хаотический поток случайных


1 К. Jaspers. Einfuhrung in die Philosophie. Miinchen, 1959, fc. 43. „

2 Ibidem.

324


событий, вызванных волей (свободой) действующих в историй лиц, в особенности выдающихся исторических деятелей. Ставя на место необходимости случайность, экзистенциалисты приходят к парадоксальному выводу, что в истории человечества существенны не те события, которые действительно имели место, а те, которые не совершились, но могли бы совершиться. Историку с этой точки зрения следует не столько восстанавливать, объяснять факты, вскрывать между ними необходимую связь, сколько гадать о том, что могло бы случиться, если бы, например, Наполеон I выиграл битву при Ватерлоо, и т. д.

Не трудно понять, что все эти рассуждения о возможностях, которые не превратились в действительность, и попытки поставить возможность выше действительности объясняются характерным для экзистенциализма иррационалистическим отрицанием закономерности общественно-исторического процесса. Решающую роль в истории экзистенциализм отводит выдающимся деятелям, идеи, намерения, планы которых якобы порождаются их собственной индивидуальностью (их «демоном», говорит Ясперс), т. е. независимы от окружающей среды. Массы же, по словам Ясперса, «анонимны», якобы сами не знают, чего они хотят. Масса «возбуждается и направляется пропагандой. Массы нуждаются в представлениях и лозунгах. Им необходимо сказать, чего же они хотят» 1. В таком же духе Ясперс заявляет, что толпа «не хочет быть свободной, но хочет, чтобы ее считали свободной» 2.

Крайний иррационализм характерен и для экзистенциалистского толкования научно-технического прогресса, в котором это философское учение видит главным образом угрозу человеческому существованию и тщетную попытку человека преодолеть свою антропологическую ограниченность.

«Техника капитализма, - писал В. И. Ленин, - с каждым днем все более и более перерастает те общественные условия, которые осуждают трудящихся на наемное рабство» 3. Это ленинское положение, значение которого еще более возрастает в наши дни, полностью раскрывает


1 К. Jaspers. Vom Ursprung imd Ziel der Geschichte. Zurich, 1949, S. 164.

2 K. Jaspers. Die geistige Situation der Zeit. Berlin, 1960, S. 37.

3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 95.

325


причины «технического пессимизма», который проповедуют экзистенциалисты наряду с другими реакционными буржуазными философами.

Так, Хайдеггер стремится доказать, что возрастание господства человека над природой — обманчивая иллюзия, которая заключает в себе гораздо большую опасность для жизни, чем атомная бомба. Прогресс производительных сил подрывает капиталистические производственные отношения, а Хайдеггер изображает эту конкретно-историческую ситуацию как смертельную угрозу всему будущему человечества.

В том же духе рассуждает и Ясперс, абсолютно противопоставляющий друг другу природу и технику как естественное и «неестественное» и утверждающий, что мир техники разрушает природу, а человеческое -существование в условиях современной «технической цивилизации» становится якобы «неестественным». Впрочем, Ясперс не предлагает отказаться от комфорта, который создается современными научно-техническими достижениями, и вернуться к первобытной дикости; он лишь оплакивает «пагубные» последствия индустриализации и угрожающе пророчествует: «Каждый народ должен справиться с техникой и ее последствиями или погибнуть от них» 1.

Иррационалистически-пессимистическое истолкование научно-технического прогресса представляет собой косвенную форму апологии капитализма, весьма характерную для современной буржуазной идеологии, представители которой сознают, что капитализм в значительной мере дискредитировал себя в сознании масс и поэтому его откровенная защита потеряла смысл. Экзистенциалисты Хайдеггер и Ясперс пытаются доказать, что негативные последствия капиталистического применения техники в сущности независимы от капитализма; такова якобы «природа» техники, что рабочий «становится частью системы машин (Maschinerie)» 2.

Однако факт превращения рабочего в капиталистическом обществе в придаток машины был открыт, научно проанализирован и объяснен К. Марксом более 100 лет тому назад. Ныне буржуазный идеолог, в данном случае экзистенциалист, не может уже отрицать этого факта, но,


1 К. Jaspers. Rechenschaft und Ausblick, S. 251.

2 К. Jaspers. Die geistige Situation der Zeit, S. 31.

326


как апологет капитализма, он рассматривает его вне связи с капиталистическими производственными отношениями, извращает его действительную природу.

Научно-технический прогресс вызывает пессимизм у экзистенциалистов, особенно религиозного толка, еще и потому, что он опровергает религиозные мифы и, помогая человеку осознать свою мощь, подрывает тем самым основы религии. Поэтому Ясперс сетует на то, что научно-технические достижения, массовое распространение кино, радио, туризма создали возможность общения между всеми людьми, какое бы территориальное расстояние ни разделяло их. «Нет ничего далекого, таинственного, удивительного», 1 — меланхолически замечает по этому поводу Ясперс.

Смысл всех рассуждений Ясперса сводится к тому, что наука и техника подорвали веру в существование сверхъестественного. Ясперс прямо говорит об этом: «Наука хотя и освободила нас от магии и демонов, но потеряла при этом присутствие сверхчувственного основания» 2.

Эта же тоска по трансцендентному, сознание поражения религии в ее борьбе против науки и научного мировоззрения звучали в докладе Г. Марселя на XIII всемирном философском конгрессе, где он утверждал, что «абсолютная гегемония техники» привела уже к убеждению, что «только человеческий разум способен внести значимость в мир, который, будучи взят сам по себе, не обладает каким-либо значением, но должен трактоваться как своего рода первоматерия, на которую человек накладывает печать своего гения» 3.

Таким образом, апология капитализма и защита религиозного мировоззрения — две стороны одной и той же медали, которые наглядно выявляют себя в экзистенциалистской критике научно-технического прогресса.

Следует, правда, отметить, что Сартр и некоторые другие прогрессивные в политическом отношении французские экзистенциалисты выступают против такого рода реакционных идеек, подвергая критике империалистическую реакцию, американский капитализм, посягательства буржуазии на завоеванные трудящимися демократические


1 К. Jaspers. Die geistige Situation der Zeit, S. 42.

2 K. Jaspers. Wahrheit und Wissenschaft. Basel, 1960, S. 15.

3 «Memorias del XIII Congreso International de Filosofia», Mexico, 1963, p. 13.

327


свободы. Однако ни Сартр, ни другие экзистенциалисты-демократы, по-видимому, не сознают, что их прогрессивная по ряду вопросов политическая позиция не согласуется с реакционной экзистенциалистской философией, из которой вытекают реакционные политические выводы.

Если не существует социального прогресса, исторической необходимости, если абсурдное составляет сущность жизни, то из этого как раз и вытекает утверждение Ясперса, что «все великие движения веры (Glaubensbewegungen) имели своим корнем нечто абсурдное и именно благодаря этому абсурду достигали громадного действия» 1. С этих позиций аристократического пренебрежения к выдающимся общественным движениям (называемым Ясперсом движениями веры) он оценивает христианство и ... коммунизм.

Совершенно очевидно, что эту антинаучную, антигуманистическую концепцию невозможно опровергнуть с иррационалистических позиций, как это пытается сделать Сартр. Только марксизм-ленинизм, материалистическое понимание истории действительно опровергает и разоблачает эти реакционные псевдонаучные разглагольствования.

Между прочим, Сартр неоднократно подчеркивал, что он считает марксизм самой выдающейся философской и социологической системой, что всякая теория, пытающаяся опровергнуть марксизм, скатывается на теоретические позиции, которые были превзойдены марксизмом. Объявляя о том, что он в принципе принимает марксистскую критику капитализма и марксистскую теорию социалистического преобразования общественных отношений, Сартр, однако, считает необходимым дополнить марксизм экзистенциализмом, по-видимому не сознавая, что марксизм неразрывно связан с диалектическим и историческим материализмом, который непримиримо враждебен всякому иррационализму, всякому идеализму.

Безысходный пессимизм, образующий основное идейное содержание экзистенциализма, в конечном итоге приводит в тупик это философское учение. Выдвинув на первый план проблему человека, личности, человеческой индивидуальности — действительно первостепенной важ-


1 К. Jaspers. Vernunft und Widervernunft in unserer Zeit. Miinchen, 1950, S. 62.

328


ности проблему, - экзистенциализм пришел к выводу, что этот вопрос, впрочем, как и все, по мнению экзистенциализма, коренные проблемы человеческой жизни, принципиально неразрешим. Философия, заявил Хайдеггер, не должна решать вопросы, она призвана лишь ставить их и оставлять открытыми, т. е. нерешенными, но требующими дальнейшего обсуждения. Этот тезис непосредственно применяется Ясперсом к проблеме человека.

Не трудно понять, к какому выводу приходит Ясперс. «Философия экзистенциализма, - пишет он, - сразу бы рухнула, если бы она вновь захотела узнать, что есть человек» 1. И экзистенциалисты уверяют, что, чем больше мы знаем о человеке, тем более неясной, непонятной для нас становится его сущность.

Расписываясь в своем собственном бессилии и объявляя вместе с тем о крахе всей философии, экзистенциализм неизбежно приходит к собственной дискредитации. Нарисовав ужасающую картину человеческого существования, экзистенциализм убеждает людей не в том, что жизнь лишена смысла, а скорее в том, что лишена смысла та философия, которая выхолащивает смысл жизни.

Вот почему в современной буржуазной литературе все чаще и чаще возникают попытки преодоления экзистенциализма, в особенности преодоления свойственного последнему беспросветного пессимизма. Часто подобные попытки делаются и самими экзистенциалистами, осознающими бесперспективность постоянных разглагольствований о страхе и смерти.

Характерно в этом смысле изменение позиции Марселя, который пришел к выводу, что не следует рассматривать страх как основное определение человеческого существования. При этом он даже ссылается на Спинозу, утверждавшего, что разумный человек меньше всего должен думать о смерти. Религия, по мнению Марселя, указывает пути преодоления страха и выход из ситуации, которая первоначально представлялась беспредельно трагической. Следовательно, заключает Марсель, «время основанной на страхе экзистенциалистской философии уже прошло; следует весьма опасаться, что такая философия ведет в тупик. По моему мнению, экзистенциалистская философия способна к обновлению лишь путем размышления о на-


1 К. Jaspers. Die geistige Situation der Zeit, S. 163.

329


дежде и радости. Я говорю радости, а не удовлетворении, так как последнее относится лишь к обладанию...» 1.

Если Марсель пытается преодолеть экзистенциалистский пессимизм с помощью религии, обещающей верующим потустороннее вечное существование, то атеист Сартр, напротив, утверждает, что экзистенциализм является в сущности оптимистическим учением, так как, отвергая бога, он делает каждого человека хозяином своей собственной судьбы, абсолютно свободным творцом всего того, что он есть и чем он стремится быть.

Итальянский экзистенциалист Н. Аббаньяно и немецкий экзистенциалист О. Больнов пытаются создать «позитивный» вариант экзистенциализма путем философского истолкования положительных эмоций, семейных радостей, праздников, обычаев, физической культуры и т. п.

Однако, поскольку эти философы не отвергают основных сугубо пессимистических и индивидуалистических установок экзистенциалистского философствования, их половинчатые попытки не могут увенчаться успехом. Для того чтобы преодолеть экзистенциализм, надо отказаться от основных положений этой философии, отказаться от иррационализма и идеализма. Только с позиций диалектического и исторического материализма могут быть научно решены те важные вопросы, которые экзистенциализм ставит, но вместе с тем также и запутывает, извращает, мистифицирует.

8. НЕОТОМИЗМ — РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОЕ УЧЕНИЕ КАТОЛИЦИЗМА

Неотомизм (от слов «нео» — новый и «томизм» — учение Фомы — Thomas — Аквинского) — разновидность объективного идеализма, основывающаяся на теологической философии крупнейшего представителя западноевропейской схоластики Фомы Аквинского, который после своей смерти был возведен католической церковью в святые, а в конце XIX в. объявлен Ватиканом главным католическим авторитетом в области философии. В 1923 г. папа Пий XI официально декретировал, что при обучении студентов необходимо всецело следовать методу, доктрине и


1 G. Marcel. L'homme problematique. Paris, 1955, p. 186.

330


принципам «ангелического доктора» (так называли Фому Аквинского в средние века) и относиться к ним как к священным.

Основоположником неотомизма можно считать кардинала Дезире Мерсье, создавшего в конце прошлого века в Лувенском университете (Бельгия) кафедру Фомы Аквинского. Среди весьма многочисленных современных неотомистов заслуживают упоминания в первую очередь Ж. Маритен, Э. Жильсон, Л. Реймекер.

Неотомизм, обычно называемый его сторонниками просто томизмом, является, таким образом, официальной философией католической церкви, которая преподается во всех католических школах и университетах и пропагандируется в многочисленных изданиях, организуемых или контролируемых Ватиканом. Неотомизм не является, однако, единственной католической философией; наряду с ним существуют и имеют известное влияние «католический персонализм», «католический экзистенциализм», «христианский спиритуализм» и т. д. Однако влияние неотомизма значительно превосходит влияние этих и других выступающих под флагом католицизма философских учений. Это — господствующая философия в капиталистических странах, где преобладает католическое вероисповедание, в частности в Италии, Испании, Австрии, Бельгии, Западной Германии, Франции.

Значительно влияние неотомизма в США, хотя в этой стране католики составляют менее четверти верующих. В ряде бывших колониальных стран, вставших на путь самостоятельного государственного развития, неотомистская философия оказывает свое воздействие на массы верующих католиков. Некоторое влияние неотомизм имеет и среди верующих тех социалистических стран, где еще сохранилось влияние католической церкви (Польша, Венгрия).

Поскольку Фома Аквинский рассматривается его последователями как совершенно необычный, «святой» философ, то и учение его истолковывается как своеобразное философское откровение, нечто вроде Евангелия, способное дать истинные ответы на все мировоззренческие вопросы. Характерно в этом смысле заявление крупнейшего представителя неотомизма Маритена: «...всем тем, кто ныне жаждет истины, мы говорим: идите к Фоме» 1.


1 J. Maritain. Le Doctcur angelique. Paris, 1930, p. 276.

331


Однако/несмотря на характерный для неотомизма (и католицизма вообще) культ «святогб» Фомы, несмотря на постоянные уверения, что «принципы томизма никогда не обесценивались развитием научных знаний», неотомизм не следует рассматривать как простой пересказ идей знаменитого средневекового схоласта. Неотомизм наполняет систему Фомы Аквинского новым содержанием, сохраняя по возможности ее традиционную форму.

В отличие от «святого» Фомы неотомисты выдвигают на первый план не теологические, а философские вопросы. Старый томизм был учением господствующих феодальных: классов, современный томизм — философия реакционной, в особенности клерикальной, буржуазии, разрабатывающая аргументы в защиту капитализма. Фома Аквинский был далек от естествознания (естествознание в точном смысле этого слова возникает во второй половине XV в.). Его современные последователи, напротив, уделяют большое внимание физике, биологии, антропологии и другим наукам, поскольку они стремятся доказать, что наука не только не опровергает христианства, но все более и более подтверждает его догматы.

В среде неотомистов имеются некоторые, впрочем непринципиальные, расхождения по вопросу об отношении к учению Фомы. Одни аттестуют себя «строгими», другие «нестрогими» томистами, т. е. считают возможным дополнение этого учения новыми философскими положениями, если, конечно, они ему не противоречат. При этом все неотомисты единодушны в том, что томизм представляет собой «вечную философию», принципы которой священны и неприкосновенны, так как они полностью согласуются с христианским откровением — Библией.

Некоторые, в особенности западногерманские, неотомисты пытаются дополнить архаическую теорию своего первоучителя философскими положениями, заимствованными у Канта, Хайдеггера и других буржуазных философов.

Если в прошлом для неотомистов было характерно непримиримое отношение ко всем инакомыслящим даже из лагеря религиозных философов, то в настоящее время они пытаются объединить вокруг себя все буржуазные идеалистические учения, выступают против «анархии философских систем», т. е. против «чрезмерной» полемики между различными фракциями современной идеалистической фи-

332


лософии, пытаясь обеспечить тесное сотрудничество всех буржуазных философов для борьбы против их общего противника — марксизма-ленинизма, диалектического и исторического материализма.

Такая тактическая установка неотомизма помогает этому в высшей степени архаическому и реакционному философскому учению принять более или менее современный вид и тем самым укрепить свои позиции.

Неотомистам не так-то просто объяснить, как это мыслитель, умерший почти 700 лет назад, может быть философским наставником современных людей, столь далеко шагнувших вперед в области научного познания. Заявление, что господь бог назначил Фому «пророком разума», не очень убедительно даже для верующих, поскольку в священном писании ничего, естественно, о таком назначении не говорится. Поэтому неотомисты прибегают к иным аргументам.

Они, например, утверждают, что философия принципиально независима от науки, вследствие чего великие философские истины могут быть высказаны в любую историческую эпоху, и никакие новейшие данные науки не могут опровергнуть утверждений философии. Американский неотомист М. Адлер говорит, что в отличие от науки, которая основывается на специальном опыте (на эксперименте, наблюдении и т. п.), философия представляет собой истолкование свойственного всем людям обыденного опыта: повседневных наблюдений смены времен года, дня и ночи, бодрствования и сна, рождения и смерти, удовольствия- и неудовольствия, радости и печали и т. п. Обыденный опыт, пишет Адлер, «один и тот же у всех людей, повсеместно и во все времена» 1. Отсюда неотомист делает вывод, что все философы — современники, значит, и Фома Аквинский — наш современник.

Не трудно понять, что противопоставление обыденного опыта людей специальному (научному) не выдерживает критики, так как и обыденный опыт развивается, обогащается научными представлениями. Ясно также и то, что повседневный опыт человека не существует в изоли--рованном виде, он связан с его профессиональной подготовкой, образованием, условиями жизни.


1 М. J. Adler. The Conditions of Philosophy. New York, 1965, p. 120.

333


Так же несостоятельно утверждение, что философия опирается лишь на повседневный человеческий опыт. Фома Аквинский, например, в своем учении о мире исходил из геоцентрической системы Птолемея, согласно которой Земля неподвижна и находится в центре пространственно ограниченного мира, периферию которого образуют Солнце и планеты, вращающиеся вокруг Земли. Совершенно очевидно, что геоцентрическая система полностью соответствовала библейской легенде о сотворении мира, согласно которой бог создал Землю и все, что ее окружает, для жизни человека.

Фома Аквинский, естественно, не обладал представлениями о физической -и химической структуре материи, которая казалась ему абсолютно пассивной, не заключающей в себе никакой внутренне присущей ей энергии, силы, движения. Соответственно этому «святой» Фома утверждал, что движение материя может получить лишь извне, т. е. в конечном счете от бога.

Современное естествознание опровергает религиозно-идеалистическое учение томизма, как и всякий идеализм вообще. Это-то и вынуждает неотомистов доказывать, что философия должна исходить лишь из обыденного опыта. Но, не ограничиваясь необоснованным утверждением, что наука в принципе не способна опровергнуть те или иные положения философии, неотомисты идут еще дальше: они ставят своей задачей доказать, что новейшие данные естествознания подтверждают христианские догматы и основанное на них учение «ангелического доктора».

Таким образом, неотомизм, несмотря на. свою архаическую, откровенно религиозную сущность, носит весьма изощренный, хитроумный теоретический характер и пытается суммировать все аргументы философии, а также обработать данные наук о природе с целью обоснования христианской картины мира. Утверждая, что томизм исходит из «подлинной основы» философии — повседневного опыта всех людей, якобы одинакового во все времена, неотомисты делают вывод, что религиозное мировоззрение не только не противоречит здравому смыслу, но и, напротив, полностью ему соответствует.

Неотомизм, следовательно, выдается его сторонниками за философию здравого смысла. «Человек религиозен, — утверждает, в частности, западногерманский неотомист Г. Фальк, - от природы, так как он действует, руковод-

334


ствуясь своим разумом, своим нравом и волей» 1. Это значит, что разумный человек — религиозный человек и что религия не внушена человеку церковью или угнетающими его жизненными обстоятельствами, а представляет собой следствие присущих ему разума и «свободной воли»: никто, мол, не заставляет его верить в бога, вера — результат его «естественного» разума и свободного выбора, т. е. она соответствует человеческой сущности.

Весьма характерно, что неотомизм выступает против - иррационализма, несмотря на то что основу неотомизма, как и всякого религиозного философствования, образует иррациональная вера в сверхъестественное, в чудо. Это не значит, конечно, что неотомисты являются рационалистами, вернее их назвать псевдорационалистами или «теологическими рационалистами», так как, согласно их учению, разум ведет к признанию бога лишь постольку, поскольку он не переоценивает своих сил, не зазнается и смиренно сознает свое бессилие в тех вопросах, решение которых якобы составляет исключительную прерогативу религии. Как утверждает, например, Э. Жильсон, человеческий разум, «деформированный» первородным грехом, преодолевает этот свой порок, толкающий его на путь атеизма, лишь постольку, поскольку он не мудрствует лукаво и проявляет искреннюю готовность «просто встать на традиционные позиции церкви» 2.

Исходным положением неотомистского псевдорационализма является признание существования абсолютного, вездесущего, бесконечного разума — бога. Человеческий разум хоть и создан, согласно учению христианской церкви, по образу и подобию божественного, но бесконечно слабее его и только в сознании своей немощи способен двигаться по «верному», т. е. указуемому христианской церковью, пути.

Для того чтобы полностью уяснить себе утонченный характер неотомистского религиозно-философского учения, следует подчеркнуть, что неотомизм решительно выступает против... фидеизма. Это на первый взгляд представляется непонятным, так как фидеизм — это и есть религиозное учение, которое ставит веру выше разума. Но дело


1 H. Falk. Die ideologischen Gnmdlagen des Kommunismus. Munchen, 1959, S. 78.

2 E. Gilson. ChristianisKie et pbilosophie. Paris, 1949, p. 102.

335


здесь заключается в том, что католическая догматика называет фидеизмом учение, которое исходит из признания иррациональности религиозной веры, утверждает, что бытие божие не может быть разумно обосновано, а убеждение в существовании бога якобы проистекает из религиозного чувства. Один из «отцОв» христианства, Тертулли-ан, утверждал: «Верю потому, что абсурдно», т. е. верю вопреки здравому смыслу.

Эту иррационалистическую позицию в отношении веры занимает современный протестантизм, который прямо противопоставляет религию, «откровение божие» науке. Католицизм же, напротив, осуждает эту установку и провозглашает, что религиозная вера по природе своей разумна, бытие бога может быть доказано логическими аргументами.

Осуждая одну из разновидностей фидеизма, неотомизм, конечно, не является действительным противником фидеизма. Он просто пытается сочетать фидеизм с признанием разума, науки, которые истолковываются им в фи-деистском же духе как подтверждающие религиозную веру. Неотомистский «антифидеизм» привлекает к нему симпатии той части буржуазных ученых, которые еще не порвали с религиозным мировоззрением, но вместе с тем протестуют против религиозного принижения разума и науки. Неотомизм представляется этим ученым интеллектуалистской философией, между тем как в действительности он является наиболее замаскированной формой фидеистского извращения разума и науки.

Не менее важной «методологической» установкой неотомизма является громогласно провозглашаемое им отрицание... идеализма. И в данном случае имеет место не что иное, как извращение понятий, характерное для всей современной буржуазной философии, которая, как уже отмечалось выше, претендует на преодоление противоположности материализма и идеализма, на создание третьей линии в философии.

Неотомисты называют идеализмом отрицание существования материи, сведение всего существующего к одному лишь сознанию и его формам. Иными словами, они именуют идеализмом лишь одну из форм идеалистического философствования, а именно субъективный идеализм. Последнему неотомизм противопоставляет объективный идеализм, но называет его не идеализмом, а реализмом.

336


Неотомисты заявляют, что они признают наличие независимой от человеческого сознания реальности — природы, но признают и сотворивший ее божественный разум. Материя ими рассматривается как продукт божественного духа, как вторичное, производное.

Такая философская установка не имеет ничего общего с подлинным реализмом, т. е. с материализмом, который не ограничивается признанием независимой от человеческого сознания реальности, но рассматривает сознание как продукт этой реальности, результат ее развития, ее отражение. Как подчеркивал В. И. Ленин, Гегель также признавал, что природа существует вне и независимо от сознания людей. Но так как Гегель считал природу порождением «абсолютной идеи», он прямо называл свое учениз идеализмом.

Неотомисты в отличие от классиков домарксистской философии и несмотря на свою раболепную приверженность средневековому томизму вынуждены считаться с тем, что идеализм дискредитировал себя перед лицом новейших научно-технических достижений. Поэтому претензия на преодоление идеализма — это наглядное свидетельство кризиса идеалистического мировоззрения.

Таковы основные общие «методологические» особенности неотомизма, характеризующие свойственные ему приемы теоретического обоснования религиозного мировоззрения и связанных с ним идеалистических основоположений. Маритен называет неотомистскую философию «жя-вой и современной, обладающей всемогущей силой для вавоеваний» 1. Маритен прав в том отношении, что неотомизм — современная буржуазная философия, но эта философия не живая, а мертвая, не всемогущая, а, напротив, выражающая идейное банкротство буржуазии. Тем на менее неотомизм претендует на-лидерство в современной буржуазной философии. С этих позиций и необходимо оценивать его схоластическую аргументацию.

Неотомисты исходят из положения, что задача философии не открытие новых истин, а доказательство, обоснование, разъяснение тех «истин», которые содержатся в священном писании, и изложение этих «истин» доступным человеческому разуму языком. Иначе говоря, абсолютная истина, согласно учению неотомизма, давно открыта


1 J. Maritain. Existence and the Existent. New York, 1948, p. 1.

337


и никакие научные открытия не могут ее опровергнуть. Но так как положения науки опровергают библейские легенды, то неотомисты стремятся модернизировать христианские догматы, чтобы доказать, что они в сущности не противоречат научным данным.

Так, например, в Библии говорится, что бог сотворил мир за шесть дней. Поскольку в наши дни и верующие люди имеют представление об истории Земли и Солнечной системы, измеряемой миллиардами лет, то легенда о шестидневном творении уже мало кого может убедить. И вот неотомисты разъясняют, что дни творения — это «божественные» дни, которые длятся по 1,5—2 млрд. лет. С этой точки зрения мир был создан богом 9—12 млрд. лет тому назад. Такая концепция более или менее устраивает верующих.

Поскольку в наши дни многие верующие люди остро осознают противоречие между научным и религиозным •«бъяснениями мира и тщетно пытаются соединить их друг с другом, неотомизм провозглашает в качестве главной, исходной философской догмы принцип «гармонии» между разумом и верой, наукой и религией.

В своем первоначальном виде этот «принцип» был выдвинут Фомой Аквинским, который обосновывал возможность соглашения между здравым смыслом, логическими рассуждениями и христианскими догматами. Однако «святой» Фома хорошо понимал, что никакими схоластическими ухищрениями нельзя доказать, что бог создал мир из ничего, что бог есть личность, существующая одновременно в трех лицах (бог-отец, бог-сын, бог-святой дух). Поэтому Фома утверждал, что кроме истин разума (т. е. истин, доступных человеческому разуму) существуют и «сверхразумные», недостижимые для человека, однако же не противоразумные истины. Их источником является высший, божественный разум.

Человек, согласно учению Аквината, должен с помощью своего разума стремиться логически доказывать «истины» христианского вероучения, но в тех случаях, когда это невозможно, он должен не опровергать их, а, сознавая свою слабость и целиком полагаясь на веру, употреблять свои усилия на защиту этих «сверхразумных» истин от нападок людей, их отвергающих.

«Сверхразумные» истины, учил средневековый томизм, постигаются лишь верой, и поэтому веру следует рас-»

338


сматривать как высший источник знания, оказывающий помощь человеческому разуму в тех случаях, когда он не в состоянии собственными силами достичь истины. Религиозная вера — это, так сказать, сверхъестественная помощь естественному (ограниченному) человеческому разуму.

Современные томисты, развивая идеи своего первоучителя, утверждают, что борьба между наукой и религией — печальное недоразумение, которое имело место главным образом потому, что наука якобы не доходила до глубинной сущности вещей и к тому же переоценивала свои возможности, пытаясь решать не одни только частные, специальные вопросы, но и мировоззренческие проблемы. Замалчивая тот факт, что и в настоящее время продолжается (и, конечно, в несравненно больших масштабах, чем в прошлом) борьба между наукой и религией, неотомисты, искусно используя идеалистические выводы некоторых современных естествоиспытателей, философские шатания ученых, находящихся под влиянием идеализма и агностицизма, объявляют, что современная наука подтверждает религию.

Истинный смысл неотомистского обращения к естествознанию вполне откровенно выразил Маритен: «Христианская философия пользуется науками о природе не для того, чтобы закрепиться в природе, а чтобы иметь точку опоры в природе,, вознестись к богу и все соотносить c богом» 1.

Известно, что некоторые естествоиспытатели без достаточных научных оснований делают вывод об ограниченности Вселенной в пространстве, о невозможности возникновения живого из неживого и т. п. Неотомисты подхватывают эти научно не обоснованные высказывания и провозглашают, что конечность В.селенной свидетельствует о ее сотворенности (ведь бесконечную Вселенную нельзя сотворить), а качественное отличие живого от неживого предполагает наличие «принципа жизни» — души, независимой от тела и сотворенной богом.

Молекулярная биология, кибернетика, бионика и другие науки показывают, что живые существа, в особенности человек, представляют собой чрезвычайно сложные структурные образования. Современная наука много сделала


1 J. Maritaln. Antimoderne. Paris, 1922, p. 109.

339


для познания и моделирования совершающихся в человеческом мозгу процессов, но, конечно, очень много еще остается здесь непознанного, неясного. Существование «белых пятен» в этой области научного исследования истол» ковывается неотомистами в религиозно-идеалистическом духе: столь сложное целое, как человеческий организм, мозг, психика, говорят они, не может быть результатом естественного развития, здесь имело место нечто сверхъестественное, чудо, т. е. божественное творение.

Для обоснования этого антинаучного вывода неотомисты апеллируют к... науке, подсовывая ей упрощенное механистическое понимание проблемы. Так, Г. Веттер утверждает, что вероятность целесообразного соединения миллиардов клеток, составляющих мозг человека, на протяжении исторически ограниченного времени, истекшего со времени появления человека на Земле, равняется нулю. Но человеческий мозг, как и все живое, возник не путем комбинирования каких-то готовых клеток («кирпичиков»), а сложным путем развития, в ходе которого из одноклеточных примитивных живых организмов возникли более сложные многоклеточные, последние в ходе своей эволюции дифференцировались, усложнялись и т. д.

Неотомисты пытаются в этом же религиозно-идеалистическом духе интерпретировать и проблему химического синтеза органических веществ. Тот факт, что органическая химия на современном уровне ее развития еще не может путем синтеза создать живой белок, объявляется неотомистами неоспоримым свидетельством в пользу идеалистического утверждения о невозможности возникновения живого из неживого, о существовании сверхприродного «источника» жизни.

При этом неотомисты ссылаются на Фому Аквинского, который изображал всю природу в виде иерархии «бытии», т. е. различных видов явлений, отличающихся друг от друга по степени «совершенства». Низшую ступень этой иерархической лестницы образуют тела неживой природы, далее последовательно расположены растения, животные, человек, ангелы и, наконец, бог. Иерархия «бытии» Фомы Аквинского была своеобразным умозрительным отражением феодальной иерархии, в которой место бога «занимала церковь, ниже которой располагались государство, высшие, затем низшие сословия и т. д.

340


«Святой» Фома утверждал, что в цис-ходящей от высшего к низшему иерархии «бытии» менее, совершенное зависит от более совершенного, ввиду чего живое не может возникнуть из неживого, человек — из менее совершенного живого существа. Эту схоластическую идею, противоречащую научной теории развития, неотомисты пытаются подкрепить путем искажения естественнонаучных данных. Таким образом, принцип «гармонии» веры и разума, науки и религии представляет собой орудие идеалистической фальсификации действительного содержания и смысла научных открытий.

«Святой» Фома утверждал, что философия является служанкой богословия. Этой точки зрения придерживаются и неотомисты, именующие католическую теологию «метафилософией», высшим философским учением. Согласно средневековому томизму, теология начинает с понятия о боге и, нисходя по иерархической лестнице, приходит к сотворенным вещам; философия же восходит от сотворенных вещей к их высшей физической и моральной причине. Этот принцип единства философии и теологии неотомисты пытаются обосновать «новыми» аргументами, которые при ближайшем рассмотрении оказываются отнюдь не новыми.

Фома Аквинский считал важнейшей частью своего учения «доказательства» существования бога. Он предложил пять «путей», якобы ведущих к выводу, что бог существует. Первый «путь» исходит из признания необходимости первой причины всякого движения. Движущееся тело получает движение от другого тела, также находящегося в движении и поэтому предполагающего внешнюю причину своего движения. Поскольку ряд причин не может быть бесконечным, иначе бы движение никогда не имело начала, необходимо, согласно Фоме, допустить «перводвигатель», находящийся в абсолютном покое. Это и есть бог.

Не трудно показать, что «аргументация» Фомы Аквинского основана на крайне примитивном понимании движения как чего-то совершенно внешнего по отношению к материи и на столь же ненаучном, исключающем признание взаимодействия толковании связи явлений. Тем не менее современные томисты считают это «доказательство» классическим, неопровержимым и с позиций это теологической догмы выступают против диалектико-материа-

341


листического учения о движении как форме существования материи, самодвижении материи, о превращении и переходе различных форм движения материи друг в друга.

Нет необходимости специально рассматривать остальные «пути» доказательства существования бога. Укажем кратко лишь на то, что от «несамостоятельности» вещей Фома переходит к признанию абсолютно самостоятельной сущности, от признания случайного характера всех единичных вещей к утверждению о наличии абсолютно необходимого, от существования несовершенного (несовершенных вещей) к существованию абсолютно совершенного, от факта целесообразности, обнаруживающегося в живых организмах, к выводу, что в природе все целесообразно и причиной этого может быть лишь всемогущее сверхъестественное существо.

Известно, что еще Ч. Дарвин своим учением о происхождении видов живых существ полностью опроверг телеологию — учение о сверхъестественных причинах целесообразного устройства живых организмов и их относительной приспособленности к окружающей среде. Современное естествознание раскрывает физико-химические основы и сложный физиологический механизм этой относительной целесообразности, присущей живым организмам.

Неотомисты вопреки данным естествознания утверждают, что эта целесообразность свойственна не только живому, но и всему существующему, поскольку якобы каждый вид бытия обладает определенной степенью «совершенства», которое необъяснимо естественными причинами.

Средневековые томисты утверждали, что растения существуют для питания животных, животные — для питания человека, а человек — для прославления бога. Современные томисты повторяют своих предшественников, но пытаются придать своей аргументации более наукообразную форму; они, например, утверждают, что законы природы в отличие от законов, устанавливаемых людьми, представляют собой божественные установления, обеспечивающие порядок во Вселенной. «Во всем, на что мы взираем в мире, - пишет неотомист Р. Кариш, - очевиден всеобщий порядок, закономерность, целесообразность, целеустремленность... Единственной причиной всеохваты-

342


вающего целесообразного порядка мира может быть мыслима разумная первосущность» 1.

Таким образом, и здесь неотомизм, употребляя выражение одного из приверженцев этой философии, «является радикальным теоцентризмом: все происходит от бога, поддерживается богом, возвращается к богу» 2.

Известно, что Фома Аквинский был комментатором великого древнегреческого мыслителя Аристотеля. В течение длительного периода христианская церковь, и не без некоторого основания, считала учение Аристотеля самым опасным врагом веры, поскольку Аристотель полагал, что мир вечен, в то время как христианство учит, что он сотворен богом из «ничто». Фома Аквинский так «обработал» учение Аристотеля, что оно стало союзником христианской теологии. Томизм исключил из аристотелизма его материалистические и диалектические черты и усилил присущие ему идеалистические и метафизические положения.

«Схоластика и поповщина, - писал В. И. Ленин, - взяли мертвое у Аристотеля, а не живое: запросы, искания, лабиринт, заплутался человек». Из логики Аристотеля, ставившей вопрос о диалектике, «сделали мертвую схоластику, выбросив все поиски, колебания, приемы, постановки вопросов» 3. Именно на почве схоластической обработки Аристотеля и возникло томистское учение о форме и материи, которое полностью воспринято неотомистами.

Аристотель полагал, что материя представляет собой материал, вещество, заключающее в себе бесконечное многообразие возможностей, которые, однако, могут быть реализованы лишь благодаря форме, придающей материи ту или иную определенность. Понятие формы у Аристотеля носит эклектический характер. С одной стороны, форма им понимается вполне материалистически как качественно определенный вид материи. С другой стороны, Аристотель называет формой деятельность, которая превращает глыбу мрамора в статую,, характеризуя эту деятельность как формальную и целевую причины статуи.


1 R. Karisch. Der Christ und der dialektische Materialisimis. Berlin, 1951, S. 58.

2 P. Grenet. Le thomisme; Paris, 1960, p. 122,

3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 326.

343


По аналогии с творческой деятельностью людей, придающих Материи определенные формы, Аристотель утверждал, что любая определенность материальных вещей имеет своей причиной форму как деятельное целевое начало, связанное с материей, но нематериальное. Кроме того, Аристотель допускал существование «перводвигате-ля», который назывался им также «формой форм» и рассматривался как высшая, не связанная с материей форма.

Фома Аквинский довел до предела идеалистическую сторону аристотелевского учения о материи и форме. Материя в учении томизма превратилась из вещественного в невещественное, в чистую возможность, которая становится реально существующим, действительностью лишь благодаря форме. Разъясняя смысл этого идеалистического отрицания самостоятельной реальности материи, неотомист И. Бохенский пишет: «Всякое материальное бытие состоит из материи и какой-либо формы, которая определяет материю; материя относится к форме, как потенция к действию. Если с этой точки зрения подвергнуть анализу любое бытие и мысленно отделять одну за другой его формы, то в конечном счете мы придем к первичной материи (materia prima), к составной части бытия, лишенной всякого определения, и которая подобно чистой потенции балансирует на грани небытия» К

Это истолкование материи необходимо неотомизму для обоснования католического догмата о сотворении всего материального из «ничто». Все материальное объявляется конечным, преходящим, так как оно якобы возникает из «ничто» и в «ничто» же превращается. Вечны только формы, которые неотомистами именуются нематериальными началами, заключенными в божественном разуме как идеи. Формой живого тела, как утверждают неотомисты, является душа, ангелы представляют собой бестелесные формы, бог — форму форм.

В природе, согласно неотомизму, существует постоянное различие между возможным и действительным, сущностью и существованием; в боге же этого различия быть не может: бог — чистая действительность, чистое существование. Неотомизм, следовательно, истолковывает возможное как неполноту, ограниченность и утверждает,


1 J. М. Bochenski. Contemporary European Philosophy. Berkeley and Los Angeles, 1956, p. 241.

344


что возможность совпадает с материей, а в боге все актуально, действительно. Сущность неотомист истолковывает как ограничение существования, потому что нечто, имеющее определенную сущность, не может быть чем-либо другим. В боге же, согласно этой неосхоластической философии, сущность совпадает с существованием, поэтому бог не есть нечто ограниченное, а, напротив, безграничное, бесконечное, абсолютная полнота бытия, бытие с большой буквы, основными определениями которого являются понятия духа, воли, любви, знания.

Противопоставление естественному сверхъестественного, природному сверхприродного определяет главные особенности теории познания неотомизма. Хотя неотомисты обычно говорят о своем гносеологическом реализме, о признании ими познавательного значения чувственного опыта, чувственного отражения внешнего мира, на деле они — непримиримые противники сенсуализма, который утверждает, что наши знания имеют своим источником чувственное отражение внешнего мира. С точки зрения неотомизма ощущения и восприятия не могут быть источником знания о сущности вещей, а тем более о сверхприродном. Разум, конечно, опирается на чувства, но в этом, согласно неотомизму, и заключается его ограниченность, которая в известной мере преодолевается лишь благодаря его независимости от материи.

Объектом разума оказываются не материальные Объекты, а идеальные сущности, формы, всеобщее, которое, по учению неотомизма, не может быть материальным (последнее толкуется лишь как единичное). «Объект человеческого ума имматериален, так же как и он сам» 1, - пишет Маритен.

Благодаря этому идеалистическому отождествлению разума с тем, что им познается, разум объявляется неотомистами хотя и опирающейся на ощущения, но независимой от них. познавательной способностью, посредством которой возможно «духовное знание», выходящее за пределы чувственного опыта и осуществляющееся через «интеллектуальную интуицию». Как утверждает Бохенский, чувственное знание «постигает только материальное и конкретное, чувственные явления и не может никогда


1 J. Maritain. De Bergson a Thomas d'Aquin. New York, 1944, p. 136.

345


знать ни бытия, как такового, ни какого-либо интеллигибельного содержания. В противоположность чувственному знанию духовное знание направлено на бытие, только оно постигает всеобщее, которое является единственным объектом, могущим быть познанным полностью» 1.

Выше уже говорилось о неотомистском псевдорационализме. В этой связи следует подчеркнуть, что неотомистские рассуждения о познавательной силе разума постоянно сопровождаются религиозно-идеалистическим принижением разума, которому якобы недоступны высшие, «сверхразумные» истины. Поэтому, как утверждают неотомисты, без помощи бога, без религиозной веры разум не в состоянии понять ни природы, ни общества, ни того, что якобы составляет их сверхъестественный первоисточник.

Конечный вывод неотомистской гносеологии, как и всей философии неотомизма, сводится к поповскому требованию безропотно, безоговорочно отдаться религиозному чувству. «Необходимо, - заявляет неотомист И. Лотц, — возвыситься над всем земным и сосредоточиться на глубочайшей основе всего существующего, дабы все, что не есть бог, замолкло, и в нас воцарился великий покой, в котором стал бы слышен сокровенный и всемогущий глас божий» 2. Социально-политический смысл этого требования, обращенного к эксплуатируемым и угнетаемым массам буржуазного общества, настолько очевиден, что не требует разъяснения.

Папа Лев XIII, провозгласивший «святого» Фому высшим католическим авторитетом в философии, особенно подчеркивал значение его социального учения «о божественном происхождении всякого правового величия, о сущности и значении законов, об отечески справедливом господстве верховных государственных деятелей, о послушании высшей власти» и тому подобных вопросах. Если средневековый томизм идеологически санкционировал господство феодальных владык, то неотомизм, как и католицизм в целом, представляет собой апологию капитализма.

Неотомисты доказывают, что частная собственность якобы составляет незыблемое условие существования че-


1 J. Bochenski, Contemporary European Philosophy, p. 243.

2 J. Lotz. Von der Einsamkeit des Menschen. Frankfurt a. M., 1956, S. 128.

346


ловеческой личности и упорядоченного, организованного общения людей. Частная собственность отождествляется ими с собственностью вообще. С этой точки зрения все члены общества оказываются собственниками в той мере, в какой они обладают каким-либо имуществом. Различив между богатыми и бедными объявляется неотомистами неизбежным и целесообразным в моральном отношении, а его источником считается, с одной стороны, божественная премудрость, а с другой — естественные различия между людьми.

Частная собственность на средства производства, капитал рассматриваются неотомистами не как исторически определенные общественные отношения, а просто как вещественные условия производительной деятельности. Отсюда делается вывод, что труд невозможен без капитала, так же как капитал невозможен без труда. Что же касается людей, которые затрачивают свои средства на приобретение капитала, то они заслуживают всяческого морального одобрения, так как именно благодаря им труд находит себе применение.

Отношения между капиталистом и рабочим могут и должны быть построены, согласно неотомизму, на моральной основе, якобы исключающей эксплуатацию. «Совесть, - заявляет неотомист Г. Фальк, - подсказывает работодателю, что он обязан справедливо оплачивать своих помощников и не имеет права эксплуатировать их. Наемному работнику она запрещает причинять вред своему хозяину» К

Не трудно понять, что эта елейная, насквозь лицемерная и ханжеская апология капиталистического устройства «теоретически» основывается на идеалистическом учении о всеобщей целесообразности, соответственно которому капиталистические отношения оцениваются как целесообразные, обеспечивающие каждому то место в обществе, которое он заслужил своим старанием. Поскольку первоисточником всеобщей целесообразности, разумной организованности, упорядоченности объявляется бог, то и история человечества характеризуется как совершающаяся по божественному плану в соответствии с заранее предустановленной, указуемой священным писанием конечной целью. «Вся мировая история, - говорит


1 H. Falk. Die ideologischen Grundlagen des Kommunismus, S. 9.

347


Бохенский, — истолковывается с этой точки зрения как осуществление вечного плана, целиком предначертанного богом» 1.

Не приходится доказывать, что эта слащавая картина божественного порядка на земле самым вопиющим образом противоречит капиталистической действительности. Неотомисты ни в малейшей мере не отрицают этого противоречия между божественным планом и его реальным осуществлением, напротив, они всячески подчеркивают это противоречие и, исходя из него, разрабатывают планы реформ, целью которых должно быть установление «христианского общества». Это противоречие, указывают они, вытекает не из божественного плана, не из присущих ему недостатков, а от того, что люди обладают свободной волей, которая была причиной не только первородного греха, но и последующего социального зла.

В наши дни, когда апологеты капитализма всячески пытаются доказать, что капитализм «трансформируется», превращается в некапиталистическое общество «массового потребления», в государство «всеобщего благоденствия» и т. д., псевдокритика капитализма сплошь и рядом является наиболее утонченной формой его оправдания. Такого рода псевдокритическая апологетическая концепция характерная для неотомизма, который утверждает, что капитализм и социализм представляют собой неприемлемые для христианского мировоззрения крайности, которым, по мнению неотомизма, надлежит противопоставить «третий», или «средний», путь, основанный на осуществлении искаженных капитализмом и отвергаемых социализмом христианских принципов. Речь, следовательно, идет о «справедливом» применении принципов частной собственности, принципов капиталистического хозяйствования вообще.

Реакционная утопия «среднего» пути по существу представляет собой идеализацию устоев капитализма под флагом критики этого общественного строя. Эта утопия оказывает определенное влияние на мелкобуржуазные массы, колеблющиеся между капитализмом и социализмом, буржуазией и пролетариатом.

Католицизм и его неотомистская философия стремятся внушить массам, что только христианское вероучение


1 J. Bochenski. Contemporary European Ehilosophy, p. 246.

348


- способно обеспечить подлинную свободу личности, действительное уважение ее индивидуальности. Эти безосновательные претензии оправдываются ссылками на католический догмат, согласно которому бог непосредственно, лично создает каждую человеческую душу, чем и определяется ее бесконечная ценность. Однако неотомистские разглагольствования о том, что индивидуум — «высочайшее бытие в этом мире, а всем другим существам надлежит служить ему»1, вполне сочетаются с апологией социального неравенства, социального гнета и эксплуатации.

«Критическая» линия неотомизма полностью определяется политическими установками Ватикана. Когда в конце 40-х — начале 50-х годов Ватикан осуждал Всемирное движение сторонников мира как якобы коммунистическое и требовал предания анафеме всех коммунистов и всех с ними сотрудничающих, неотомистские пропагандисты доказывали, что марксизм-ленинизм — это мировоззрение сатаны (реальность которого не подвергается ни малейшему сомнению католицизмом), «дьявольское мировоззрение», а коммунисты — воинство сатаны, стремящееся свергнуть бога с его престола, чтобы самим сесть на его место и устроить рай на Земле, между тем как он возможен лишь в загробном мире.

Ныне, когда международная ситуация существенно изменилась, Ватикан начал менять свой политический курс, признал принцип мирного сосуществования государств с различным социальным строем, перестал требовать отлучения коммунистов, провозгласил необходимым запрещение атомного оружия.

Некоторые неотомисты подчеркивают, что якобы у христианства и марксизма в сущности одни и те же социальные идеалы, однако выражены они марксизмом, по их мнению, в ошибочной, в частности атеистической, форме, которая, мол, неизбежно ведет от отрицания бога к отрицанию человеческой личности, важнейшую сущность которой образует божественное начало — душа.

В. И. Ленин неоднократно указывал на то, что враги марксизма постоянно меняют тактику своей борьбы против него, переходя от лобовых атак к попыткам удушить марксизм в объятиях. Это изменение тактики по существу не изменяет основного положения — непримиримой борь-


1 J. Bochenski. Contemporary European Philosophy, p. 248.

349


бы коммунистической и буржуазной идеологий, формы которой, естественно, изменяются в зависимости от исторических условий, расстановки классовых сил и т. п.

4. НЕОПОЗИТИВИЗМ — ПСЕВДОНАУЧНАЯ БУРЖУАЗНАЯ ФИЛОСОФИЯ

Неопозитивизм (называемый также логическим позитивизмом, логическим эмпиризмом) является третьей исторической формой позитивистской философии. Поэтому необходимо вкратце охарактеризовать предшествующие формы позитивизма, анализ которых поможет понять философские истоки неопозитивизма.

Позитивизм возник в 30—40-х годах XIX в., его основоположниками были О. Конт и в известной мере также Д. С. Милль и Г. Спенсер.

Позитивизм сформировался под влиянием субъективного идеализма Беркли и агностицизма Юма. Он представлял собой эклектическое учение, сочетающее субъективизм и агностицизм с элементами материалистического (в духе естествознания XIX в.) понимания природы. По своему социальному содержанию позитивизм представлял собой мировоззрение консервативной буржуазии, ограничивающее компетенцию науки эмпирическим описанием наблюдаемого, примирительно относящееся к религии (поскольку, с точки зрения позитивистов, ни наука, ни философия не постигают непознаваемого) и откровенно враждебно — к революционной борьбе пролетариата.

Философы-позитивисты провозгласили задачу создания «положительной философии», согласующейся с данными науки и синтезирующей эти данные. При этом они свели дело создания научной философии прежде всего к отказу от исторически сложившейся философской проблематики, к провозглашению тезиса, что коренные философские вопросы принципиально неразрешимы. «Мы убедились, - писал Спенсер, - что не можем знать скрытой сущности окружающего нас» 1.

Главной задачей философии, согласно позитивизму, должно быть исследование структуры науки. Наука,


1 Герберт Спенсер, Основные начала. Издание книгопродавца-издателя Ф. Иогансона, 1886, стр. 1,

350


однако, истолковывалась ими не как познание сущности явлений и более или менее правильное отражение объективной реальности, а как систематизация данных чувственного опыта, позволяющая предвидеть последующие чувственные восприятия, которые могут быть получены посредством наблюдений, экспериментов. Эти данные различных наук и должна синтезировать философия. Так, Спенсер писал: «Давая определению философии самую простую и ясную форму, мы скажем: знание низшего порядка есть знание необъединенное; наука — знание отчасти объединенное; философия — знание вполне объединенное» 1.

Исходя из такого понимания философии, Конт, Спенсер и другие позитивисты утверждали, что философия изучает наиболее общие законы, однако законы рассматривались ими не как объективная взаимосвязь, взаимозависимость явлений, а лишь как теоретические положения, сводящие воедино положения частных наук и поэтому имеющие методологическое значение.

Второй исторической формой позитивизма явилось учение Э. Маха, Р. Авенариуса и их последователей — махизм, или эмпириокритицизм. В махизме в отличие от раннего позитивизма берклианство и юмизм почти полностью вытесняют элементы материализма, в связи с чем В. И. Ленин охарактеризовал это учение как необерклианство и неоюмизм.

Согласно учению Маха, действительность есть комплекс «элементов», которые сами по себе «нейтральны», т. е. не представляют собой ни физического, ни психического. К этим «элементам» относятся цвет, протяженность, форма, запах, короче говоря, все чувственно воспринимаемое. Если «элементы», говорил Мах, берутся в отношении друг к другу (например, отношение цвета в формы), то они представляют собой нечто физическое, если же они рассматриваются в отношении к восприятию их человеком, то в этом случае они явление психическое.

Но что же представляют собой «элементы» безотносительно к восприятию их человеком? Такой вопрос Мах и Авенариус объявляли бессмысленным, так как «элементы» якобы всегда существуют лишь в отношении — психическом или физическом. Тем не менее они вынуждены были при-


1 Герберт Спенсер. Основные начала, стр. 6.

351


знать, что, согласно их учению, не только психическое, но и физическое складывается из ощущений. Так, физику Мах определял как науку о связи ощущений. При этом ощущения трактовались им не как человеческие ощущения, копии объективной реальности, а как «элементы» мира, нечто «данное», первоначальное.

Эту идеалистическую мистификацию ощущений Авенариус пытался обосновать своей «теорией интроекции», согласно которой человек будто бы бессознательно «вкладывает» в свое сознание ощущения и поэтому они представляются ему его ощущениями, в то время как они ничьи.

Разумеется, это толкование природы ощущений полностью противоречило данным физиологии органов чувств и научной психологии. Для махизма, возникшего в 70-х годах прошлого века, с самого начала было характерно идеалистическое истолкование естествознания (классической механики, термодинамики, физиологической оптики и т. д.). В дальнейшем махистская философия стала выражением субъективистской и агностической реакции на кризис в естествознании конца XIX в., порожденный новыми открытиями в физике.

Махизм, который на первых порах представлялся многим естествоиспытателям научной теорией познания, вскоре продемонстрировал свою враждебность науке. Ведь, согласно Маху, поскольку ощущения составляют «элементы» вещей, то, что не ощущается, не существует. Поэтому Мах, например, отрицал реальность атомов и молекул.

Когда существование атомов и молекул было доказано экспериментально, несостоятельность махистской философии стала очевидна и для тех естествоиспытателей, которые, находясь под влиянием господствующих в буржуазном обществе идеалистических учений, склонялись к махистской философии Развитие математической физики, значение которой не могло быть правильно оценено с позиций идеалистического эмпиризма Маха, еще более выявило несостоятельность его философии.

Большую роль в разоблачении махизма сыграла работа В. И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм». В. И. Ленин сорвал маску «нейтральности» и «беспартийности» с махизма, показал несостоятельность попыток махистов подделаться под сторонников науки, доказал, что махизм и эмпириокритицизм — это разновидности

352


берклианства и юмизма. Ленинская критика махизма имеет огромное значение и для критики неопозитивизма, возникшего в 20-х годах XX в. как разновидность позитивистской философии.

Возникновение третьей исторической формы позитивизма (неопозитивизма) связано с деятельностью так называемого Венского кружка, выросшего на основе семинара, организованного в 1922 г. М. Шликом при кафедре философии индуктивных наук в Венском университете. Венский кружок объединил философов, естествоиспытателей, математиков. В него входили Р. Карнап (с 1926 г.), О. Нейрат, Ф. Вайсман, Г. Фейгль, В. Крафт, Г. Ган и др. На воззрения членов Венского кружка оказали большое влияние Б. Рассел и его ученик Л. Витгенштейн, опубликовавший в 1921 г. «Логико-философский трактат» — одно из программных сочинений неопозитивистского движения.

Близкие к взглядам участников Венского кружка философские концепции разрабатывали; в Германии — Г. Рейхенбах, в Чехословакии — Ф. Франк, в Польше — К. Айдукевич. После захвата гитлеровцами Австрии, Чехословакии, Польши неопозитивисты обосновались в США. В настоящее время неопозитивистская философия пользуется наибольшим распространением в Англии и США. Среди английских неопозитивистов наряду с Б. Расселом следует упомянуть А. Айера и Г. Райла.

В своем развитии неопозитивизм опирался на идеи, выдвинутые позитивистами XIX в., а до них — Беркли и Юмом. Однако широкое использование проблем и результатов естествознания XX в. позволило неопозитивизму принять форму, существенно отличающую его от всех прежних разновидностей позитивизма.

На протяжении всей истории неопозитивистской философии происходило изменение первоначальных принципов, выдвинутых Венским кружком. Поэтому неопозитивизм отличается крайней сложностью и наличием многочисленных вариантов решения той или иной проблемы. Споры между сторонниками неопозитивизма привели к появлению его частных разновидностей, иногда противоречащих друг другу. Но все-таки можно сказать, что «классические» принципы Венского кружка являются специфическими, определяющими всю историю этого философского течения.

12 № 233

353


Этими исходными принципами являются следующие:

1) тезис о том, что все положения прежней философии («метафизики», по терминологии неопозитивистов) лишены научного смысла;

2) тезис об эмпирическом происхождении всех научных знаний, за исключением математических и логических. С этим тезисом связан неопозитивистский принцип верифицируемости, согласно которому все эмпирические по своему происхождению положения имеют научный смысл лишь в том случае, если они принципиально верифицируемы, т. е. проверяемы. Однако проверку (верификацию) неопозитивизм понимает крайне узко и субъективистски: лишь как сопоставление положений науки с зафиксированными чувственными восприятиями;

3) тезис о «конвенционалистском» характере законов и правил логики и математики. Это означает, что положения логики и математики основываются в конечном счете на логических предпосылках, которые представляют собой результат условного соглашения (конвенции) между учеными.

В отличие от позитивистов XIX в., которые утверждали, что проблемы, поставленные тысячелетним развитием философии, принципиально неразрешимы, неопозитивисты заявляют, что все эти вопросы есть в сущности псевдопроблемы, т. е. «мнимые вопросы», лишенные научного смысла. Поэтому задача философии заключается якобы в том, чтобы изгонять эти вопросы, вскрывать их бессодержательность, исследовать их истоки, коренящиеся, по мнению неопозитивистов, в несовершенстве языка, как научного, так и обыденного. «Большинство предложений и вопросов, высказанных по поводу философских проблем, не ложны, а бессмысленны, - писал Витгенштейн. — Поэтому мы вообще не можем отвечать на такого рода вопросы, мы можем только установить их бессмысленность. Большинство вопросов и предложений философов вытекает из того, что мы не понимаем логики нашего языка... И не удивительно, что самые глубочайшие проблемы на самом деле не есть проблемы» 1.

Согласно неопозитивизму, предложения, из которых состоят философские, а также теологические, этические и эстетические учения, не являются научными, так как


1 Л. Витгенштейн. Логико-философский трактат, стр. 44.

354


они не могут быть проверены опытным путем или же доказаны (либо опровергнуты) путем логических рассуждений. В этом смысле неопозитивизм характеризует философские предложения как неподлинные, или как псевдопредложения. Отсюда следует вывод, что отрицания (опровержения) псевдопредложений также являются псевдопредложениями, ввиду чего наука должна просто исключить их из своего языка, а не заниматься ими хотя бы с целью их опровержения.

Утверждение, что из двух противоположных «метафизических» положений ни одно не является истинным, провозглашается неопозитивистами в качестве доказательства «беспартийности» их философии в борьбе между материализмом и идеализмом. Неопозитивисты претендуют на преодоление этих основных, противоположных философских направлений, заявляя, что их учение ни материалистическое, ни идеалистическое.

Может показаться, что неопозитивисты, отвергающие веками развивающуюся проблематику философии, отрицают тем самым и необходимость философии, отказываются от нее и поэтому, собственно, и не являются философами. На самом же деле это далеко не так. Неопозитивисты провозглашают, что они совершили «революцию в философии», превратили философию в научную дисциплину, принципиально изменили ее назначение, содержание, задачи. В чем же заключается эта «революция»?

Философия, согласно неопозитивизму, не может быть учением о природе, обществе и даже познании, если иметь в виду этот процесс в целом. Все эти сферы исследования, по мнению неопозитивистов, принадлежат специальным наукам. Философия может исследовать лишь форму имеющегося знания, его логико-синтаксическую, семантическую и вообще языковую форму. При этом главная задача философии заключается в «очищении» языка от «метафизических» терминов и предложений.

С этой точки зрения философия даже не теория, а особого рода интеллектуальная деятельность. Философия, говорят неопозитивисты, нечто вроде «интеллектуального полицейского», не позволяющего ученым вступать в сферу «метафизики». Наиболее четко эту позицию сформулировал Витгенштейн:

«Цель философии — логическое прояснение мыслей. Философия не теория, а деятельность.

12*

355


Философская работа состоит по существу из разъяснений.

Результат философии — не некоторое количество «философских предложений», но прояснение предложений.

Философия должна прояснять и строго разграничивать Мысли, которые без этого являются как бы темными и расплывчатыми» 1.

Возникает вопрос: как же с точки зрения неопозитивизма можно отделить псевдопредложения от научно осмысленных предложений? Таким критерием неопозитивизм предложил так называемый принцип верифицируемости, согласно которому истинность всякого утверждения должна быть установлена в конечном счете путем его сопоставления с чувственными данными индивида. Лишенными научного Смысла предложениями неопозитивизм считает все те предложения, которые не поддаются эмпирической проверке (верификации), состоящей из конечного числа наблюдений. При этом в неопозитивизме различается непосредственная верифицируемость утверждений, прямо описывающих данные опыта, и косвенная верифицируемость, путем логического сведения утверждения к прямо верифицируемым предложениям.

Неопозитивизм здесь явно спекулирует на том, что в науке имеется много теоретических положений, строгая проверка которых или законченное логическое доказательство на данном историческом уровне познания еще невозможны. В частности, атомистика в течение тысячелетий находилась в таком положении. Гелиоцентрическая система Коперника лишь через несколько сот лет после смерти ее создателя была доказана путем основанного на ней теоретического доказательства существования еще одной планеты (Нептун), которое затем было подтверждено астрономическим наблюдением. Тем не менее и атомистика и гелиоцентрическая система представляют собой великие образцы научной теории.

Научное знание, согласно неопозитивизму, состоит (или во всяком случае должно состоять) исключительно из эмпирических и логико-математических предложений. С этим выводом можно было бы согласиться, если бы имелось в виду, что наука представляет собой единство эмпирического и теоретического знания, в котором теоретическое


1 Л. Витгенштейн. Логико-философский трактат, стр. 50.

356


знание базируется на эмпирическом. Но неопозитивисты ошибочно, идеалистически истолковывают эмпирическое и теоретическое знания и метафизически противопоставляют их друг другу.

Эмпирическими предложениями неопозитивизм называет высказывания о чувственно воспринимаемых фактах. Поскольку устанавливается, что данное предложение представляет собой такого рода высказывание, постольку оно признается научно осмысленным. Это значит, что оно в принципе допускает верификацию (проверку), в результате которой будет выявлена его истинность или же, напротив, ложность. Неопозитивизм, таким образом, утверждает, что каждое предложение науки (за исключением положений математики и логики), каждое утверждение о мире должно быть сведено к «непосредственно данному», т. е. к чувственным восприятиям субъекта. Эта редукция (сведение) теоретических положений к непосредственным чувственным данным в конечном счете должна привести к такого рода высказываниям, которые могут рассматриваться как «чистые» эмпирические утверждения, целиком и полностью совпадающие с «непосредственно данным». Эти-то чисто эмпирические утверждения и должны, по учению неопозитивизма, играть роль критерия истины.

Вначале неопозитивизм предложил избрать в качестве такого критерия истинности или ложности положений науки так называемые протокольные предложения, предложения, фиксирующие данные чувственного опыта исследователей. Из таких «протокольных предложений» неопозитивисты считали возможным по определенным формальным правилам вывести все научные утверждения. Таким образом, путем сведения всего содержания науки к первоначальным, зафиксированным в «протокольных предложениях» чувственным данным неопозитивисты надеялись обеспечить объективность положений науки.

Но здесь неопозитивизм сразу же столкнулся с непреодолимыми трудностями. Дело в том, что неопозитивизм, отрицая объективную реальность и ее отражение в сознании людей, понимает опыт лишь как переживания человека, что ведет к отрицанию какого-либо объективного содержания в «протокольных предложениях». Рассматривая «протокольные предложения» как такие, которые позволяют путем формального соотнесения с ними решать

357


вопрос об истинности или ложности всех научных положений, неопозитивизм отрывает научные положения от бесконечно многообразной объективной действительности, знание о которой не может быть сведено к личному, т. е. непосредственному, опыту ученых, зафиксированному в «протокольных предложениях».

Неопозитивисты были вынуждены признать, что предложений «чистого» опыта, т. е. «протокольных предложений», фактически не существует, так как предложения, в которых выражаются результаты наблюдения, всегда включают в себя и определенное истолкование содержания наблюдений.

Не помогли решить проблему выбора «чистых» предложений опыта попытки заменить «протокольные предложения» так называемой констатацией (Шлик) и позднее — «базисными высказываниями» (Поппер), ибо все эти попытки основывались на свойственном неопозитивизму субъективистском понимании опыта вне связи с объективной реальностью и ее отражением в сознании людей. Неопозитивисты не могли также понять, что теоретическое знание, хотя оно и исходит из чувственных данных, не может быть сведено к ним, так как научные абстракции, понятия, формулы и другие теоретические обобщения качественно отличаются от чувственных представлений. Переход от чувственных данных к теоретическим положениям науки есть диалектический скачок, чего также не поняли неопозитивисты и что привело к краху всех их попыток сведения содержания науки к элементарным констатациям чувственно наблюдаемого. Неосуществимость этого сведения в конечном итоге вынуждены были признать и сами неопозитивисты.

Но если невозможно выделить элементарные предложения «чистого» опыта, то и принцип верификации оказывается несостоятельным, поскольку единственным критерием верифицируемости научных положений считается именно это сведение их к чувственным данным. Если исходить из принципа верификации, как этого требовали неопозитивисты, то в таком случае обобщения, как, например, «все люди смертны», «все тела протяженны» и т. д., не могут быть проверены полностью и, следовательно, лишены научного смысла. С этой точки зрения невозможно верифицировать ни один закон науки, так как реально верифицируется не сам закон, а лишь конечное число его

358


наблюдаемых проявлений. Тем самым верификация законов науки будет представлять бесконечный процесс.

Поэтому Витгенштейн считал, что законы должны быть исключены из языка науки, а Шлик допускал их только как формальные правила, не имеющие никакого значения для познания.

Явная несостоятельность принципа верифицируемости, лишающего законы науки познавательного значения, в конце концов вынудила неопозитивистов пересмотреть свой взгляд на критерий научной осмысленности утверждений науки. Поэтому Поппер предложил заменить принцип верифицируемости принципом опровергаемости (фалъсифицируемости). Он рассуждал примерно так: предложение «Все эмпирические высказывания являются научно осмысленными лишь постольку, поскольку они верифицируемы» само представляет собой неверифицируемое эмпирическое предложение и поэтому не может быть признано всеобщим критерием для выявления истинности или ложности эмпирических высказываний. Кроме того, наука не может обойтись без общих положений, эмпирических по своему происхождению и содержанию, но не верифицируемых.

Что же делает правомерными, с точки зрения Поппера, эти общие положения? Их принципиальная опровергаемость, т. е. возможность мыслить такие условия, при которых они могут оказаться неистинными. Поппер писал: «Теория (имеется в виду система эмпирических предложений. — Т. О.), которая не может быть опровергнута каким бы то ни было мыслимым событием, ненаучна. Неопровержимость не есть достоинство теории (как часто думают люди), а ее недостаток».

Не трудно показать, что Поппер субъективистски истолковывает само понятие научности теории, основывающейся на эмпирических данных. Ф. Энгельс говорил: «Что вода при температуре от 0 до 100°C жидка — это вечный закон природы, но, чтобы он мог иметь силу, должны быть налицо: 1) вода, 2) данная температура и 3) нормальное давление. На Луне вовсе нет воды, на Солнце имеются только составляющие ее элементы, и для этих небесных тел указанный закон не существует» 2. Значит ли это, что


1 К- R. Popper. Philosophy of Science. — «British Philosophy in the Mid-Century. A Cambridge Symposium». London, 1957, p. 159.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 553.

359


данный закон опровергается упомянутыми фактами? Конечно, нет. Это значит лишь то, что всякое научное положение относится к определенному кругу фактов.

Называть эту определенность научного положения его принципиальной опровергаемостью, как это делает Поппер, значит субъективистски истолковывать относительность истины. Несомненно, что любое, основанное на опыте общее положение науки является истинным в тех условиях, относительно которых оно сформулировано, и не может быть истинным при любых условиях, раз эти условия не учтены в самом содержании этого положения. Поппер же называет истинными лишь те положения науки, которые могут быть опровергнуты.

Диалектическую противоположность истины и заблуждения он истолковывает как отсутствие противоположности. Но во всякой относительной истине, поскольку она является объективной истиной, имеется зерно абсолютной истины. Этого как раз и не хочет признавать Поппер, истолковывая относительную истину лишь как верование, лишенное объективного содержания.

По существу принцип опровергаемости выполняет те же функции, что и принцип верифицируемости. Основная идея неопозитивистского принципа верифицируемости состоит в том, что возможность эмпирической проверки высказываний науки является обязательным условием их осмысленности. Эта же идея лежит и в основе принципа опровергаемости.

Чувствуя несостоятельность требования строгого сведения всех положений науки к «непосредственно данному», Карнап выдвинул свой критерий осмысленности высказываний науки. Он предложил заменить принцип верифицируемости принципом подтверждаемости, т. е. неполной, частичной проверки. Смысл этого нового принципа заключается в утверждении, что эмпирическое предложение должно быть признано имеющим научный смысл, если имеются чувственные данные, которые его подтверждают, хотя и нет оснований для заявления, что всегда были и всегда будут такие данные. Принцип подтверждаемости позволил неопозитивистам признать научно осмысленными такие предложения, как «тела протяженны» или «все люди смертны».

Однако принцип подтверждаемости несущественно отличается от принципа верифицируемости, поскольку и

360


этот принцип исходит из допущения сводимости общих положений науки к чувственным восприятиям отдельных исследователей, т. е. игнорирует роль общественной практики в познании.

Явная философская несостоятельность требования сводить все научные высказывания к предложениям «чистого» опыта вынудила ряд неопозитивистов принять в качестве критерия истинности эмпирического высказывания принцип когеренции. Согласно этому принципу, эмпирическое высказывание является истинным, если оно согласуется со всеми другими высказываниями, уже включенными в систему данной теории, не противоречит им и, следовательно, также может быть включено в состав этой теории.

Не трудно понять, что принцип когеренции страдает теми же пороками субъективистского характера, что и принцип верифицируемости: он игнорирует объективную реальность и общественно-историческую практику. Кроме того, как свидетельствует история науки, новые открытия и теоретические выводы могут не укладываться в рамки имеющихся теорий, но это, конечно, еще не говорит о ложности этих открытий и выводов. Неопозитивисты обычно говорят, что включение новых эмпирических предложений в ту или иную теоретическую систему возможно также путем новой интерпретации ранее имевшихся эмпирических высказываний. Короче говоря, проверка истинности эмпирических суждений сводится неопозитивистами к их согласованию друг с другом вместо того, чтобы согласовать их с объективной действительностью через посредство общественной практики.

Перейдем теперь к рассмотрению неопозитивистского понимания положений логики и математики.

С точки зрения неопозитивизма предложение, которое нельзя эмпирически проверить, т. е. свести к чувственному восприятию, не является научно осмысленным утверждением. Но как же тогда быть с положениями логики и математики, ведь они явно не могут быть подвержены такому сведению?

Чтобы решить эту проблему, неопозитивисты вслед за Витгенштейном стали утверждать, что положения логики и математики не являются знаниями о действительности. Они бессодержательны, пусты, т. е. не имеют никакого отношения к опыту и представляют собой свободные, логические конструкции, основывающиеся на услов-

361


ных предпосылках и формальных правилах логического вывода. С этой точки зрения положения логики и математики не могут быть ни истинными, ни ложными, т. е. к ним неприменимы понятия истинности и ложности. Поэтому Б. Рассел утверждает, что среди математиков «нет двух людей, которые были бы согласны относительно того, что именно является истинным, и если бы что-либо было познано, никто бы из них не знал, что же именно было познано» 1.

Не трудно понять гносеологические корни этого парадоксального, ошибочного, субъективно-идеалистического утверждения. Логика и математика — наиболее абстрактные, наиболее удаленные от непосредственного восприятия внешнего мира теоретические дисциплины. Это и создает иллюзию, будто бы эти науки не отражают объективной действительности. Однако практическое применение логики и математики, так же как их применение в физике и других науках, имеющих дело с эмпирически констатируемыми фактами, доказывает, что логические и математические построения не являются формальными и бессодержательными, они в конечном счете отражают объективную реальность.

Этого как раз и не хотят признавать неопозитивисты, которые абсолютизируют высокий уровень научной абстрактности, свойственный логике и математике, истолковывая этот очевидный факт в духе субъективного идеализма.

Отрицание применимости понятия истинности к логико-математическим предложениям — прямое следствие абсолютного противопоставления логико-математического знания эмпирическому знанию. На место понятий истинности или ложности неопозитивизмом ставятся понятия правильности или неправильности. Это значит, что логико-математические предложения могут быть правильными или неправильными лишь в логическом смысле слова: если в процессе вывода (в ходе умозаключения или логического доказательства) соблюдены все правила формальной логики, т. е. не допущена логическая ошибка, то предложения будут правильны, и, наоборот, если допущена логическая ошибка в ходе умозаключения, они будут неправильны.


1 В. Russell. The Principles of Mathematics. London, 1937, p. 4.

362


Для того чтобы понять гносеологические корни ошибочного противопоставления понятий истинности и логической правильности, следует прежде всего учесть тот факт, что логика и математика имеют предметом своего исследования не непосредственно наблюдаемые эмпирические, единичные факты, а «абстрактные объекты» вроде точки и линии в геометрии, которые не являются физическими точками или линиями: точка не имеет размера, у линии нет толщины. Поскольку логика и математика оперируют абстракциями, средством доказательства в этих науках является не наблюдение, измерение, эксперимент, а логическое рассуждение. Например, положение геометрии Эвклида о том, что сумма углов треугольника равна 180°, получено не путем измерения суммы углов треугольника, начертанного, скажем, на бумаге, а путем логического вывода из других теорем Эвклида.

Далее, следует иметь в виду, что кроме геометрии Эвклида существуют так называемые неэвклидовы геометрии, созданные Лобачевским, Риманом и другими учеными. Геометрия Эвклида исходит из положения, что к данной прямой в данной плоскости и через данную точку может быть проведена лишь одна параллельная. Геометрия Лобачевского, напротив, допускает, что при указанных выше условиях к данной прямой может быть проведено несколько параллельных. В геометрии Римана исходным пунктом является утверждение, что при тех же условиях к данной прямой не может быть проведено ни одной параллельной.

Соответственно различию постулатов (исходных логических допущений) о параллельных сумма углов треугольника в геометрии Эвклида равна 180°, в геометрии Лобачевского она меньше 180°, в геометрии Римана — больше 180°. Неэвклидовы геометрии были созданы в результате замены эвклидова постулата о параллельных другими постулатами и лишь впоследствии обнаружилось заключающееся в них объективное содержание. Это обстоятельство способствовало тому, что весьма сложный, противоречивый процесс развития математического знания был истолкован неопозитивистами субъективистски.

Эти философы объявили, что математические теории исходят из произвольных допущений и представляют собой свободное творение математической фантазии, которое якобы ни в малейшей мере не сообразуется с действитель-

363


ностью и целиком основывается на соглашениях (конвенциях) между учеными относительно принимаемого ими исходного логического пункта или определения понятия. Эта неопозитивистская теория получила название конвенционализма.

Конвенционалистское истолкование логики и математики совершенно непригодно для объяснения того факта, что логика и математика имеют практическое значение, что логические и математические теории получают физическое истолкование, т. е. оказываются в конечном счете отражением объективной реальности.

В настоящее время конвенционализм, так же как и неопозитивистская теория верификации, переживает глубокий кризис и подвергается серьезной критике естествоиспытателей, доказывающих на основании фактов, практических данных, что теоретические положения естествознания заключают в себе объективное содержание.

Сейчас неопозитивизм уже не представляет собой такого единого течения, каким он был в период Венского кружка. Поэтому в настоящее время можно говорить лишь о разновидностях неопозитивистской философии, которые восприняли те или иные идеи Венского кружка и пытаются их разрабатывать.

Такой новейшей разновидностью неопозитивизма является так называемая лингвистическая философия, или «философия языка», весьма распространенная в Англии. Ставя своей задачей анализ преимущественно обыденного словоупотребления с целью изгнания пресловутой «метафизики», эта философия приводит к типичным для неопозитивизма субъективистским и агностическим выводам. Под флагом «прояснения» значения терминов «философия языка» предлагает отказаться от употребления таких слов, как «материя», «сознание», «причинность», так как значение этих слов якобы не может быть строго определено.

Представители «лингвистической философии» в Англии ставят некоторые заслуживающие внимания вопросы о природе знаков и символов. Однако их философские выводы не вносят ничего существенно нового в неопозитивистское учение.

Мы рассмотрели главные, наиболее влиятельные современные буржуазные философские учения. Было бы ошибкой не видеть различий между ними, но еще большей ошибкой было бы не замечать их единства как в идеологи-

364


ческом отношении, так и в том, что все они идеалистически решают коренные философские вопросы. Не случайно поэтому, что неотомисты и экзистенциалисты часто солидаризуются с неопозитивистским пониманием науки как системы условных понятий и логических конструкций, лишенных объективного содержания: такое истолкование науки вполне приемлемо и для тех, кто считает действительность иррациональной, и для тех, кто утверждает, что истина заключается не в науке, а в религии.

Неопозитивисты также зачастую благожелательно относятся к неотомизму и экзистенциализму, указывая, что оба этих философских учения не имеют значения для науки, лишены «научного смысла», но зато обладают якобы глубоким жизненным смыслом. Поэтому неопозитивисты считают экзистенциализм «философией жизни», а неотомизм рассматривают как законное выражение религиозного сознания, которое, с точки зрения неопозитивизма, не может быть опровергнуто никакой наукой именно потому, что оно не является научным.

Современная буржуазная философия отрицает мировоззренческое значение естествознания и науки вообще, поскольку наука подтверждает и обосновывает материалистическое миропонимание. Современная буржуазная философия является в конечном счете утонченной апологией капитализма, поскольку она отрицает закономерный характер общественного развития, закономерность социального прогресса, существование исторической необходимости, неизбежность перехода от капитализма к социализму и возможность науки о законах развития общества вообще.

Борьба против современной буржуазной философии составляет одну из важнейших задач марксизма-ленинизма.

365


ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава I. Предмет марксистско-ленинской философии 3
1. Специфика предмета марксистско-ленинской философии 4
2. Диалектический и исторический материализм как научная система 11
3. Диалектический материализм и другие науки 19
4. Творческий и революционно-критический характер марксистско-ленинской философии 23

Глава II. Материя и основные формы ее существования 31
1. Материя
2. Основные формы движения материи и их взаимосвязь 42
3. Время и пространство 53
4. Материальное единство мира 65

Глава III. Сознание, его происхождение и сущность 71
1. Соотношение материи и сознания
2. Сознание - продукт развития материи 87
3. Сознание и мозг 100
4. Общественно-историческая сущность сознания 111

Глава IV. Диалектика как учение о всеобщей связи и развитии 122
1. Диалектика как наука
2. Категории диалектики как выражение всеобщей связи и развития 124
3. Законы диалектики как выражение всеобщей связи и развития 135
4. Диалектика - всеобщий метод познания и преобразования действительности 143

Глава V. Закон единства и борьбы противоположностей 151
1. Сущность закона единства и борьбы противоположностей
2. Формы проявления закона единства и борьбы противоположностей 162

Глава VI. Закон перехода количественных изменений в качественные 172
1. Сущность закона перехода количественных изменений в качественные

366


2. Многообразие форм перехода количественных изменений в качественные 181

Глава VII. Закон отрицания отрицания 193
1. Отрицание отрицания - выражение повторяемости в процессе развития
2. Формы проявления закона отрицания отрицания 204

Глава VIII. Категории материалистической диалектики 212
1. Единичное, особенное и всеобщее 213
2. Причина и следствие 218
3. Необходимость и случайность 227
4. Возможность и действительность 237
5. Содержание и форма 243
6. Сущность и явление 249

Глава IX. Теория познания 257
1. Познание - активное отражение объективного мира
2. Общественная практика - основа и источник познания 261
3. Учение об истине 264
4. Чувственное познание и его формы 274
5. Логическое познание и его формы. 279
6. Методы и формы научного познания 291

Глава X. Критика современной буржуазной философии 300
1. Отражение кризиса капитализма в буржуазной философии
2. Экзистенциализм - философия воинствующего иррационализма 308
3. Неотомизм - религиозно-философское учение католицизма 330
4. Неопозитивизм - псевдонаучная буржуазная философия 350


М 27

Марксистско-ленинская философия, диалектический материализм. Ред. коллегия: А. Д. Макаров и др. М., «Мысль», 1968.

367 с.

В учебном пособии систематически излагаются все основные вопросы диалектического материализма в их неразрывной связи с данными современной науки, с практикой и задачами строительства коммунизма в нашей стране.

1-5-2
14-БЗ-25-68
1 М

МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ

Редактор В. И. Мудрагей
Младший редактор В. И. Козловский
Оформление художника А. М. Погашева
Художественный редактор М. Н. Сергеева
Технический редактор Г. И. Смирнов
Корректор В. М. Кузнецова

Подписано в печать с матриц 5 апреля 1908 года.
Формат бумаги 84×1081/32, № 2. Усл. печатных листов 19,32.
Учетно-издательских листов 19,8. Тираж 200 000 экз.(Допечатка),
А 01175. Заказ № 233,
Цена 59 коп.

Издательство «Мысль»
Москва, В-71, Ленинский проспект, 15.

Отпечатано с матриц ордена Трудового Красного Знамени
Первой Образцовой типографии имени А. А. Жданова в
Тульской типографии Главполиграфпрома Комитета по
печати при Совете Министров СССР, г; Тула, проспект
им. В. И. Ленина, 109.